Кроме любви, нам не о чем говорить

— Ты изменился.

Тан Сюй стоял в грязи, с ног до головы перепачканный после съёмок боевика, и смотрел на человека, которого не видел пять лет.

Лян Юнь — тот самый, кто когда-то был его всем: любовью, надеждой, болью.

Теперь он — глава корпорации, окружённый свитой, а Тан Сюй — всего лишь безымянный статист, которому повезло получить крошечную роль в фильме.

— Это ты... — Лян Юнь смотрит на него, и в его глазах мелькает что-то похожее на боль.

Тан Сюй отводит взгляд.

Он знает, что Лян Юнь не должен его узнавать — слишком велика пропасть между ними.

Но почему тогда его сердце бьётся так сильно?

Почему он не может забыть тот последний разговор, после которого всё рухнуло?

— Мы уже не те, кем были, — говорит Тан Сюй, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Я знаю, — Лян Юнь улыбается, но в его улыбке нет тепла. — Но я всё равно хочу знать, как ты живёшь.

Тан Сюй молчит.

Он не может рассказать, что после их расставания прошло пять лет, а он до сих пор не нашёл никого, кто мог бы заменить Лян Юня.

Он не может признаться, что каждую ночь видит его во снах — живого, улыбающегося, такого, каким он был до того, как всё пошло не так.

— Зачем ты пришёл? — наконец спрашивает Тан Сюй.

Лян Юнь не отвечает.

Он просто протягивает руку, касаясь его запястья — того самого, которое Тан Сюй повредил на съёмках.

— Я не хочу, чтобы ты страдал, — тихо говорит он.

Тан Сюй вздрагивает.

Он помнит, как Лян Юнь всегда заботился о нём — даже тогда, когда уже не должен был.

Но как объяснить, что прошлое не вернуть?

Что они оба уже не те, кем были?

— Мы не можем вернуться назад, — говорит Тан Сюй.

— Я и не прошу, — Лян Юнь улыбается, но его глаза остаются грустными. — Я просто хочу быть рядом.

И Тан Сюй понимает: он всё ещё любит его.

Но хватит ли этой любви, чтобы преодолеть всё, что их разлучило?