Почему Ваше Высочество так нервничает?

23-й год девиза Сюаньцин. Наследный принц скончался от болезни, и над имперской столицей начали сгущаться тучи.

Шэнь Чии, будучи попаданцем, оказался в роли незначительного, захудалого принца — персонажа массовки, едва заметного в основном сюжете и бесконечно далекого от борьбы за власть.

На людях он прилежно отыгрывал роль болезненного и недалекого слабака, но втайне скрывал свою личность и отправился в Цзяннань, чтобы поразвлечься. Там он волею случая встретил попавшего в беду молодого господина.

Тот был изыскан и благороден, мягок и красив. Но он был ранен и лишен зрения — зрелище настолько жалкое, что оно невольно цепляло за душу. Шэнь Чии влюбился с первого взгляда; в нем проснулся азарт, и он начал преследовать незнакомца, пока не добился своего.

Однако стоило глазам его возлюбленного начать заживать, как Шэнь Чии бесследно исчез, оставив после себя лишь горечь предательства.

Вскоре после этого Шэнь Чии внезапно доставили императорский указ.

Столица погрузилась в хаос: одни принцы были низложены, другие погибли — не уцелел никто. Стареющий император, оставшись без прямых наследников, был вынужден выбирать преемника среди младших титулованных особ.

И выбор пал на Шэнь Чии.

Шэнь Чии: «……» Я? На трон?! Вы что, не видите, что по канону я немощный и бесполезный слабак?!

Так ветреный бездельник в одночасье стал наследным принцем.

Новый преемник был слаб и болезнен, его Восточный дворец пустовал без сторонников, двор кишел заговорщиками, а враги скалились со всех сторон. Опасность подстерегала на каждом шагу.

Но самым страшным было не это.

Самым страшным оказался человек, которого он увидел во дворце — тот самый благородный господин, которого он бросил.

Мужчина стоял на вершине длинной каменной лестницы; его веки были опущены, а выражение лица оставалось холодным и непроницаемым.

Сопровождающий евнух представил его: — Ваше Высочество, это господин Лоу Циншуан.

«…?» Кто?!

Лоу Циншуан — тот самый человек, который в оригинальном сюжете взошел на вершину власти? Политический гений, беспощадный и коварный интриган, который возвел на трон трех марионеточных императоров, а затем собственноручно их убил?

Ха.

Он заманил этого человека в свои объятия, а потом бросил. Если его узнают — это конец.

Взгляд молодого сановника слегка сместился, оценивающе скользя по нему. В его тоне слышался скрытый смысл: — Доводилось ли Вашему Высочеству бывать в Цзяннани?

Шэнь Чии, уже вовсю планировавший инсценировку собственной смерти для побега, нервно заикнулся: — Н-нет, ни разу. За всю жизнь там не был.