— Зачем мне за ним ухаживать? — прямо отказал Гао Сывэй Юй Жохань. — У меня сейчас очень много дел, времени нет.
— А? — растерялась она. — Тогда что делать?
— У него разве нет семьи?
Юй Жохань вкратце рассказала Гао Сывэю о положении Тань Чао и поделилась своими сомнениями, но тот всё равно не согласился. Ей показалось, что он в последнее время ведёт себя странно. Хотя, если подумать, Тань Чао — сын Тань Чжана, а раз Гао Сывэю не нравится отец, он вполне может питать предубеждение и к сыну.
— Спроси кого-нибудь другого, — сказал он.
— Кого ещё? — вздохнула Юй Жохань. — Неужели надеяться на Ван Ина? Лучше уж на бездомную собаку!
Гао Сывэй холодно посмотрел на неё:
— Так скажи честно: ты хочешь, чтобы я работал на компанию… или на тебя лично?
— Как насчёт двойной зарплаты и премии в этом месяце? — уклончиво ответила она.
Он развернулся и вышел.
— Сывэй! Сывэй! — Юй Жохань побежала за ним из чайной прямо в его кабинет. — Ну пожалуйста! Сделай одолжение как друг. Мне правда нужно улетать в командировку, я действительно не могу…
Гао Сывэй сидел в кресле и поднял на неё взгляд. Его обычное ледяное, бесстрастное выражение лица тут же заставило её замолчать.
— У меня тоже есть работа, — сказал он.
Юй Жохань поняла: если сейчас просто уйти, это будет выглядеть слишком унизительно. Но и продолжать настаивать — значит вести себя капризно и бессмысленно. Она немного походила по кабинету и вдруг спросила:
— Кстати, а моя поездка на Хоккайдо отменена? Сейчас уже сентябрь, а поездка была на август.
— Давно отменили. У тебя ведь высокий уровень аккаунта — полный возврат пришёл через двадцать часов после заявки. Ты разве не проверяла счёт? — тон Гао Сывэя был совершенно уверенным. — Посмотри сообщения на телефоне.
— Ах… если ты говоришь, что отменили, значит точно отменили, — сказала Юй Жохань. — Жаль. Я бы могла съездить просто отдохнуть.
Гао Сывэй стучал по клавиатуре, словно вообще не слышал её слов.
Юй Жохань ещё немного покрутилась по кабинету, поняла, что он действительно игнорирует её, будто она воздух, и почувствовала неловкость. В этот момент постучали в дверь — вошла Сун Синьюэ.
— Юй Жохань, вы тоже здесь? — поздоровалась она и сразу направилась к Гао Сывэю. — Сывэй, мы с ребятами решили в эти выходные съездить на пикник за город. Поехали с нами?
Услышав это, Юй Жохань, зная характер Гао Сывэя, сразу подумала, что предложение Сун Синьюэ обречено на провал. Она давно не обращала внимания на эту девушку и только сейчас заметила, что та стала гораздо живее и общительнее, чем в первые дни работы.
Но, милая, чтобы сблизиться с человеком, надо уметь подстроиться под его интересы! Этот парень явно из тех, к кому лучше не лезть — настоящая ледяная глыба. Приглашать его на прогулку — себе же хуже!
— Ну как? — с надеждой спросила Сун Синьюэ. — Подумай?
Гао Сывэй сначала взглянул на Юй Жохань, а затем медленно кивнул.
Юй Жохань была поражена. Очень поражена.
Сама Сун Синьюэ не ожидала такого согласия. Заключив договорённость, она радостно ушла, попрощавшись с Юй Жохань на прощание.
— Разве ты не сказал, что очень занят? — спросила та.
— Но в выходные я отдыхаю, — ответил Гао Сывэй.
— Ладно, ладно, — вздохнула Юй Жохань. — Я поняла: у старой женщины уже нет авторитета. Только молоденькие девушки могут тебя уговорить, да? Ах, раньше ты так таился! Я ведь не запрещаю офисные романы. Теперь всё идёт именно по этому сценарию, разве нет? Если нравится — признайся честно…
Гао Сывэй, похоже, действительно разозлился. Он встал и сказал:
— Я не испытываю симпатии к тем, кто носит фамилию Сун. Но я ненавижу всех, кто носит фамилию Тань. Устраивает?
Юй Жохань редко видела Гао Сывэя таким серьёзным и решительным. Она на мгновение потерялась и не нашлась, что ответить, словно школьница, которую отчитал учитель.
Гао Сывэю стало невыносимо находиться с ней в одной комнате, и он просто вышел. Юй Жохань спросила, куда он направляется, и он лишь взглянул на неё.
Фраза Тань Чао «Не трогай меня» всё ещё звучала в её ушах. Юй Жохань испугалась, что Гао Сывэй сейчас бросит ей то же самое — тогда было бы совсем неловко.
Она тяжело вздохнула, чувствуя себя словно мать в кризисе среднего возраста: все вокруг, и взрослые, и дети, такие упрямые и ненадёжные.
К счастью, Гао Сывэй всё же сохранил ей немного лица и ушёл, ничего не сказав.
Юй Жохань перевела дух, но тут же подумала, что его молчание, возможно, страшнее любых слов.
Сейчас единственное обстоятельство, которое хоть немного облегчало ситуацию, заключалось в том, что Тань Чао уже пошёл в школу и большую часть времени проводил там, не требуя присмотра. Однако плохая новость состояла в том, что после ареста Тань Чжана все его активы подлежали проверке, и положение Тань Чао становилось крайне неудобным.
Тань Чао позвонил Юй Жохань и сообщил, что их дом скоро конфискуют, и ему некуда идти. Она принимала звонок сразу после совещания: голова была забита делами, вокруг шумели сотрудники, а Тань Чао жалобно говорил, что у него больше нет ни отца, ни матери, скоро не будет и дома, и, возможно, его отправят в детский дом.
Юй Жохань занервничала и не смогла сразу придумать решение. Она велела Тань Чао прийти к ней в офис в пятницу после школы. Но тут же выяснилось, что в пятницу вечером она должна срочно лететь в Шанхай в командировку. Всё происходило одновременно, и у неё заболела голова.
В пятницу вечером Тань Чао с рюкзаком за плечами пришёл в Цзэци. Он немного постоял у входа, оглядываясь, а потом вошёл в холл и сказал администратору, что хочет найти Юй Жохань.
Администратор знала об этом случае, но всё равно внимательно осмотрела Тань Чао, решив, что перед ней новый стажёр компании.
Его проводили наверх, в кабинет Юй Жохань, где он стал ждать. В последнее время она либо находилась на совещаниях, либо спешила с одного на другое, а оставшееся время тратила на просмотр документов, требующих её подписи. Когда она наконец закончила встречу и вернулась в кабинет, до окончания рабочего дня оставалось совсем немного.
— Ты так рано пришёл? У тебя сегодня разве не было уроков? — спросила она, наливая себе воды.
— Сегодня у нас генеральная уборка, поэтому распустили раньше, — ответил Тань Чао.
— Так вот… Мне через несколько минут нужно ехать в аэропорт, — сказала Юй Жохань, заметив за стеклянной дверью чью-то фигуру. Она распахнула дверь и схватила проходящего мимо человека. — Сывэй!
Гао Сывэй вздрогнул:
— Что случилось?
— Ты как раз вовремя! — Юй Жохань вытолкнула его из кабинета и плотно закрыла за собой дверь. — Это экстренная помощь! Дом Тань Чао собираются арестовать, ему некуда идти. Мне через час уже в аэропорт, я вернусь только во вторник. Возьми его к себе на пару дней, хорошо? Я сразу заберу его, как вернусь.
— Нет, — категорично отказался Гао Сывэй.
— У меня дома ещё не убрались, повсюду окурки! Неужели ты хочешь, чтобы он один торчал у меня два дня? — Юй Жохань приподняла бровь. — Да он уже взрослый, ему не нужен присмотр. Просто дай ему место переночевать, чтобы не остался на улице.
Она понимала, что Гао Сывэй наверняка найдёт ещё какие-то отговорки, поэтому рванула обратно в кабинет и сказала Тань Чао:
— Мне срочно в командировку, в выходные меня не будет. Пока поживёшь у старшего брата Сывэя, будь хорошим мальчиком и жди меня.
Посмотрев на часы, она театрально воскликнула:
— Ой, мне уже пора бежать в аэропорт! Некогда, совсем некогда!
С этими словами она схватила сумку и телефон и стремглав помчалась прочь. Добежав до поворота коридора, она обернулась и крикнула:
— Сывэй, позаботься о малыше! Пока-пока!
И тут же исчезла в лифте.
Гао Сывэй остался стоять на месте, слегка ошарашенный.
Тань Чао вышел из кабинета и спросил:
— Она меня тебе оставила?
Гао Сывэй кивнул:
— Да.
Как бы ни злился Гао Сывэй, он всё же не мог выбросить несовершеннолетнего на улицу, словно какой-нибудь мусор.
Дома он включил свет и нагнулся, чтобы переобуться. Тань Чао с любопытством оглядел квартиру и, словно кошка в новом месте, начал бродить повсюду, заглядывая во все углы.
— В эти выходные ты будешь жить здесь, — сказал Гао Сывэй. — Не убегай и ничего не трогай.
— Да у тебя тут и трогать нечего, — буркнул Тань Чао. — Ни единой вещи.
Гао Сывэй жил в Пекине один, но Юй Жохань всегда хорошо к нему относилась. Хотя формально он считался её младшим помощником, его зарплата, условия проживания и уровень жизни были намного выше, чем у обычного ассистента. Со стороны казалось, будто он занимает должность топ-менеджера.
Его часто вызывали для решения личных вопросов Юй Жохань, поэтому он снял квартиру недалеко от её дома. Однокомнатная квартира идеально подходила для холостяка, но теперь здесь оказалось двое — и один из них был шумный, неугомонный подросток. Гао Сывэю всё вдруг стало казаться не на своём месте.
В квартире была всего одна кровать. На ночь Гао Сывэй уступил её Тань Чао, а сам устроился на диване.
На следующее утро, закончив утренние процедуры, он собрался уходить. Тань Чао проснулся и спросил:
— Куда ты собрался?
— У меня дела. Скажи, что хочешь поесть — я сейчас закажу, чтобы тебе привезли к обеду. Внизу есть баскетбольная площадка, можешь пойти поиграть, если станет скучно.
— Ты точно скажи, куда идёшь? — допытывался Тань Чао.
Гао Сывэй промолчал.
— Ты разве не на свидание? — не унимался Тань Чао.
— Не задавай лишних вопросов, — ответил Гао Сывэй.
— Ну скажи прямо — на свидание! В чём проблема? Я никому не проболтаюсь, — заверил Тань Чао, но тут же добавил: — Но если ты из-за свидания бросишь меня одного дома, я обязательно всем расскажу.
Гао Сывэй спросил:
— И чего ты хочешь?
— Так скажи уже, куда ты идёшь?
— С коллегами на пикник, — ответил Гао Сывэй и тут же спросил в ответ: — И что в этом такого?
— То есть ты просто гуляешь? — уточнил Тань Чао. — Тогда можешь взять меня с собой?
— Нет.
— Значит, всё-таки на свидание.
— Детям нечего вмешиваться во взрослые дела.
— Ага, и ещё будут «неприличные сцены для несовершеннолетних».
Раньше Гао Сывэй видел Тань Чао всего пару раз и не запомнил его как особенно разговорчивого. Юй Жохань говорила, что он бунтарь, но Гао Сывэй не ожидал, что тот окажется настолько надоедливым.
Они долго спорили, и в конце концов Гао Сывэй, поняв, что опаздывает, согласился взять Тань Чао с собой. По дороге мальчик почти не разговаривал, и они ехали в молчании. Когда они добрались до места, коллеги уже начали готовить барбекю.
Тань Чао принюхался к аппетитному запаху жареного мяса и почувствовал, что проголодался.
— Ты пришёл! — радостно поздоровалась Сун Синьюэ с Гао Сывэем.
— Прошу прощения, вышло небольшое недоразумение, — ответил он.
— Ничего страшного, вы как раз вовремя, только начали, — сказала Сун Синьюэ и заметила Тань Чао. — А это кто?
— Юй Жохань попросила присмотреть за ним, — пояснил Гао Сывэй.
— О! Значит, это сын Юй Жохань? — подумала Сун Синьюэ. Почему ребёнок Юй Жохань оказался под опекой Гао Сывэя? Разве у него нет других мест, куда можно пойти в выходные? Но Тань Чао был красив: в пятнадцать лет он уже выглядел настоящим юношей. Другие девушки-коллеги тут же окружили его.
Гао Сывэй отошёл помогать с готовкой, оставив Тань Чао на попечение женщин. В их присутствии мальчик стал необычайно молчаливым, и такой образ случайно идеально соответствовал представлениям девушек о загадочном красавце-молчуна. Их симпатия к нему только усилилась, и они начали засыпать его вопросами:
— Как тебя зовут?
— Тань Чао.
— Сколько тебе лет?
— Пятнадцать.
— Ты родственник Юй Жохань?
— Она моя мама.
Тань Чао произнёс эти слова совершенно спокойно, но реакция девушек была словно гром среди ясного неба: кто-то онемел, кто-то замер на месте, будто окаменев.
Что он сказал? Юй Жохань — его мама?
Сегодняшняя компания состояла из сотрудников, которые устроились примерно в одно время со Сун Синьюэ, все были молоды и не имели большого жизненного опыта. Они мало что знали о старых историях компании.
Все слышали легенды о Юй Жохань — женщине, которая крутила романы направо и налево. Слухи о том, как она содержала молодых актёров, никогда не прекращались, но никто из них так и не сумел «закрепиться» рядом с ней.
http://bllate.org/book/11303/1010505
Готово:
