Процессия подошла к дверям гостиницы «Лу Мин» и как раз остановила носилки. Чжу Цзюньхао поспешно отпрянула в сторону и тайком выглянула из-за угла.
Несколько изящных девушек расстелили плотный персидский ковёр алого цвета прямо от входа по серым плитам до самых дверей постоялого двора. Два могучих воина Восточного департамента выхватили мечи и, задирая носы, грозно прокричали:
— Прочь с дороги! Наш главный инспектор сегодня остановится здесь!
Так вот он — тот самый босс, которого она так долго искала! Неудивительно, что устраивает такие пышные выходки. Чжу Цзюньхао слегка поднялась на цыпочки, стараясь разглядеть сквозь многослойные прозрачные занавеси силуэт внутри носилок, но черты лица не различались ни на йоту. Интересно, как же выглядит этот злодей?
— Я — Фэн Юньъе. У меня есть некоторые связи с вашим главным инспектором. Передайте ему, — спокойно произнёс Фэн Юньъе, и его глаза на миг блеснули.
Два воина переглянулись. Один из них быстро подбежал к носилкам и что-то тихо прошептал. Изнутри последовало согласие, и воин тут же вернулся с довольной улыбкой на лице.
В следующее мгновение лёгкие шелковые завесы раздвинулись, и наружу ступила нога в роскошных парчовых туфлях с золотой вышивкой и загнутыми носками. За ней последовал чёрный кафтан фэйюйфу с золотой строчкой, на котором серебряными нитями были вышиты причудливые узоры, напоминающие то ли рыб, то ли змей. Ткань переливалась, словно звёздная река в ночи. На голове красовался чёрный шёлковый головной убор с тонкой тёмной окантовкой. Весь этот роскошный наряд был поразительно эффектен, но всё же уступал красоте самого владельца.
Его брови были чуть приподняты, взгляд — томный и нежный, будто весенний ветерок, дующий сквозь десять ли цветущих садов. Если бы судить только по глазам, Чжу Цзюньхао решила бы, что перед ней добрый человек: такой ясный и мягкий взор никак не может принадлежать злодею. Однако губы немедленно разрушали эту иллюзию — тонкие, бледные, сейчас плотно сжатые, они источали жестокость и холод, делая всю фигуру недоступной для посторонних.
Как там говорят? Только красивый антагонист — настоящий антагонист; некрасивый — просто монстр.
Теперь она понимала, почему некоторые люди влюбляются в злодеев. Сама она едва не почувствовала желание родить ребёнка от этого босса… Жаль, что он евнух. Хоть и босс, а всё равно не получится.
Цзи Сюй, даже не взглянув на Чжу Цзюньхао, которая тихо пряталась у двери, решительно направился к Фэн Юньъе.
Фэн Юньъе слегка нахмурился, явно озадаченный. Чжу Цзюньхао про себя пробормотала: «Как странно… Главный герой и босс встречаются так внезапно?»
— Ладно, раз это ты, оставайся. Только не создавай мне хлопот, — холодно бросил Цзи Сюй, мельком осмотрев Фэн Юньъе.
От этого голоса Чжу Цзюньхао чуть не расхохоталась. Он был таким тонким и пищащим, точно у утки! Выходит, этим самым голоском босс всё время отчитывал подчинённых?
Фэн Юньъе слегка замер, затем указал на Чжу Цзюньхао и тихо сказал:
— Главный инспектор, это одна благородная дева, с которой я познакомился в пути. Ей негде остановиться. Разрешите ей остаться здесь?
«Ну хоть немного совести у тебя осталось», — подумала Чжу Цзюньхао. Цзи Сюй бегло взглянул на неё, и она тут же радушно помахала ему рукой:
— Здравствуйте, главный инспектор!
☆
Глава двенадцатая: Ты посмел ударить меня
Цзи Сюй едва заметно кивнул, давая молчаливое согласие. Чжу Цзюньхао тут же открыла системное меню и обратилась к Зелёному морскому камню:
— Придумай скорее способ приблизиться к нему! Он выглядит очень грозным!
Зелёный морской камень покачал головой:
— Да нет, он не выглядит грозным.
У Чжу Цзюньхао мелькнула надежда: неужели босс на самом деле добрый внутри, несмотря на суровую внешность? Но тут Зелёный морской камень хихикнул:
— Он не выглядит грозным — он реально грозный! Хи-хи-хи-хи-хи!
«Ха-ха…» — мысленно ответила Чжу Цзюньхао. Если бы злоба могла материализоваться, Зелёный морской камень уже давно парил бы где-то за пределами Млечного Пути.
Цзи Сюй, отмахнувшись рукавом, направился прямо к лестнице, за ним последовали воины. Лишь красивые девушки, носившие носилки, остались ждать у входа.
Чжу Цзюньхао потрогала карман — всего две медяшки. Даже чтобы подкупить одного воина и попасть к Цзи Сюю, не хватит. Как же ей теперь сблизиться с этим богатым главным инспектором и начать путь к успеху?
В этот момент вдалеке мелькнула знакомая маленькая фигурка. Гоушэн, одетый в шёлковый кафтан с чёрно-красной вышивкой, расспрашивал кого-то у входа в гостиницу.
Чжу Цзюньхао обрадовалась и закричала:
— Малыш, сюда! Тётушка здесь!
Её возглас привлёк не только Гоушэна, но и Фэн Юньъе, который слегка вздрогнул. Если бы она сейчас обернулась, то увидела бы на его лице странное выражение — смесь улыбки и слёз.
Гоушэн, завидев её, слегка отвёл взгляд, но тут же подбежал и, как резинка, вцепился в рукав Чжу Цзюньхао:
— Гу-гу, я вернулся.
Чжу Цзюньхао погладила его по голове — мальчик, кажется, ещё больше похудел. Она обеспокоенно нахмурилась:
— Скажи тётушке, били тебя? Кормили?
Гоушэн покачал головой, явно не желая об этом говорить. Он окинул взглядом роскошную свиту у входа и удивлённо спросил:
— Кто это? Я не помню, чтобы в городе Тайкан водились такие особы.
Чтобы сохранить у него здоровое мировоззрение, нельзя было показывать, что она в восторге от евнуха. Она слегка кашлянула и серьёзно сказала:
— Это один злой евнух из столицы. Настоящий злодей. Когда вырастешь, никогда не бери с него пример.
Гоушэн мельком взглянул на Фэн Юньъе, который как раз изучал балку над входом, и задумчиво кивнул:
— Богатые пируют, а бедные голодают до смерти.
Чжу Цзюньхао согласно кивнула. Такой роскошный приём — явно коррупционер! Но Фэн Юньъе вдруг рассмеялся — искренне, весело, почти до слёз.
— Ахахахаха! «Богатые пируют»!.. Не могу больше! — хохотал он, держась за живот.
Гоушэн холодно уставился на него:
— Смеёшься? Хочешь умереть?
Снова начинается! Чжу Цзюньхао поспешно оттащила Гоушэна назад. Эти двое — заклятые враги, стоит им встретиться, как начинают драться без причины.
— Хватит! — сказала она. — Гоушэн, пойдём, тётушка угостит тебя чем-нибудь вкусненьким. Сегодня мы останемся в этой гостинице, но будь осторожен: здесь живёт главный инспектор Восточного департамента. Не вздумай его злить!
Она взяла мальчика за руку. Было бы неплохо провести время с малышом.
Гоушэн на миг замер, потом удивлённо посмотрел на Фэн Юньъе и спросил:
— Кто здесь живёт? Ты уже всё знаешь?
«Знаю что?» — мелькнуло в голове у Чжу Цзюньхао. Она слегка щёлкнула Гоушэна по носу:
— Что я знаю? Эти воины Восточного департамента — все злые, а их главный инспектор — настоящий демон. Ни в коем случае не разговаривай с ними — они едят уши маленьких детей!
Она говорила убедительно. Такие сказки годятся для детей, но взрослые в них не поверят.
Гоушэн опустил брови, на миг задумался, потом широко раскрыл глаза от изумления. Чжу Цзюньхао внимательно посмотрела на него.
Фэн Юньъе наконец успокоился и снова уставился на балку. Гоушэн не собирался давать ему покоя. Он закатал рукава, подпрыгнул и со всей силы врезал кулаком в идеальный подбородок Фэн Юньъе. Движение было молниеносным. Фэн Юньъе вскрикнул от боли и машинально ответил ударом ладони.
Это была катастрофа! Чжу Цзюньхао бросилась между ними, но было поздно — мощный удар, наполненный внутренней энергией, пришёлся ей прямо в живот. Она отлетела на несколько шагов назад. К счастью, последние дни она усиленно тренировалась, иначе бы внутренности вывернуло наизнанку.
— Ты… ты не только бьёшь детей, но и женщин?! — простонала она, сжимая живот.
Боль не уменьшалась. А ведь живот — самое уязвимое место женщины! От такого удара можно и детородную функцию потерять!
Фэн Юньъе отступил на шаг, явно не ожидая, что она примет удар на себя.
— Не будь такой безрассудной, — тихо сказал он, прищурив глаза. — Он… справился бы с моим ударом.
Гоушэн бросил на него холодный взгляд, затем подошёл к дрожащей Чжу Цзюньхао. Он тоже не ожидал, что кто-то окажется настолько… глупым.
— Убирайся, — прошипел мальчик, голос его всё ещё звучал по-детски, но в нём чувствовалась решимость. — Если ещё раз тебя увижу, не пощажу.
Чжу Цзюньхао растрогалась. Она сделала несколько глубоких вдохов и сказала:
— Хватит ссориться! Вы оба уже большие, неужели не можете вести себя прилично? Гоушэн, извинись перед старшим братом. Нельзя просто так бить людей!
В современном мире такой ребёнок считался бы хулиганом уровня «мой папа — Лига Справедливости».
Гоушэн холодно посмотрел на неё и саркастически усмехнулся:
— Извиниться? Я заберу у него жизнь.
Только что был послушным, и вдруг снова превратился в демона. Чжу Цзюньхао нахмурилась и перевела взгляд с одного на другого. Фэн Юньъе стоял, держась за подбородок, с видом обиженной невесты. Гоушэн же смотрел куда-то вдаль, будто ему было всё равно.
Похоже, с этим мальчишкой нужно применять более жёсткие методы. Видимо, воспитание через доброту и терпение не работает. Чжу Цзюньхао присела на корточки и поманила его пальцем:
— Гоушэн, иди сюда.
Мальчик на миг замер, потом подошёл и остановился перед ней. Его чёрные ресницы опустились, губы плотно сжаты, на щеках едва заметны ямочки. Но даже такая миловидность не могла скрыть истинную сущность — маленького демона.
Чжу Цзюньхао засучила рукава и, не говоря ни слова, перехватила его за талию, после чего со всей силы шлёпнула по округлой попке:
— Будешь ещё бить людей?
Попка оказалась приятно упругой, но физическое наказание — крайняя мера. Читатели, не повторяйте этого дома!
Гоушэн медленно, будто робот, повернул голову и уставился на неё. Его глаза расширились от шока:
— Ты… посмела ударить меня?
«А что, разве нельзя?» — подумала она, нахмурилась и добавила ещё несколько шлепков:
— А что, разве нельзя? Тебе больно? А Фэн-гэгэ разве не больно?
Объяснить разумом, тронуть чувствами.
— Ты… посмела ударить меня, — сквозь зубы процедил Гоушэн.
Чжу Цзюньхао ещё раз шлёпнула его и отпустила:
— Ну и что? Если бы ты не устраивал драк, я бы тебя не била!
Гоушэн крепко стиснул губы, бросил ледяной взгляд на притворяющегося равнодушным Фэн Юньъе и на серьёзную Чжу Цзюньхао, сжал кулаки и выбежал из гостиницы.
Чжу Цзюньхао бросилась за ним, но Фэн Юньъе остановил её, взяв за руку:
— Пусть идёт. Таких надоедливых детей редко встретишь.
Его слова вызвали у неё раздражение. Такое отношение ничем не отличается от тех, кто бросает домашних животных. А ведь Гоушэн — человек, а не игрушка! У детей гораздо более ранимая душа, им нужно особое внимание и забота.
— Отпусти, — твёрдо сказала она. — Он мой младший брат. Раз я его взяла под опеку, никогда не брошу.
Фэн Юньъе поднял ресницы, и в его взгляде мелькнула тень:
— Не ходи. Он… вечером сам вернётся.
Чжу Цзюньхао метнула на него быстрый взгляд, резко вырвала руку, поправила помятую юбку и направилась наверх.
В последний момент их взгляды встретились: один — полный невысказанных слов, другой — холодный и отстранённый.
#
Ночью.
Тёплая вода с плавающими лепестками цветов помогла смыть усталость многодневного пути. Чжу Цзюньхао подняла руку и внимательно осмотрела её.
Эта рука была совсем не похожа на её прежнюю — загорелую, сильную от походов и велопрогулок. Теперь она стала тонкой, белоснежной, идеально подходящей к отражению в воде: лицо, словно выточенное из нефрита, с алыми губами, белоснежными зубами и нежными чертами, соответствующими её возрасту.
Главному герою повезло с женщинами: рядом с ним всегда столько красавиц! Есть и недосягаемая, чистая, как снег, Бянь Усюэ, и соблазнительная Си Минчунь, и даже она — несчастная Чжу Цзюньхао. А ведь это лишь те, кто значим в сюжете. Сколько ещё девушек томятся в тени, храня верность герою и обречённо проживая жизнь в одиночестве!
Автор оригинала дал главной героине Ди Цю лишь несколько сцен с пресными любовными переживаниями, зато Си Минчунь и Минчунь получили массу эротических сцен. Поэтому фигура Ди Цю в этом мире оказалась весьма пышной — гораздо более пышной, чем у неё в прошлой жизни.
Чжу Цзюньхао незаметно потыкала пальцем в мягкую грудь. Эластичность и текстура были просто великолепны. С такой внешностью зачем ей соревноваться с другими девушками за одного мужчину?
— Что ты делаешь? — раздался тихий голос Гоушэна.
http://bllate.org/book/9504/862781
Готово:
