Вернувшись домой сразу после окончания рабочего дня, Чэнь Шуи отправила Тан Чао сообщение: «Вышли мне часы».
Тан Чао, однако, вдруг изменила своё обычное поведение и стала упорно отказываться от подарка.
Теперь она уже не осмеливалась его принимать.
Старый Ван явно считал, что она его обманула, и с тех пор при каждой встрече смотрел на неё с недовольством. Возможно, это было лишь её субъективное ощущение, но ей всё чаще казалось, что даже руководство стало относиться к ней с лёгким неодобрением.
Работа Тан Чао хоть и не в государственной компании, но всё же в одной из пятисот крупнейших корпораций страны. Устроиться сюда ей удалось скорее по счастливой случайности: как раз в тот момент уволилась девушка с её должности, и требовалась срочная замена, поэтому Тан Чао сразу же утвердили. Позже она сама понимала, что её профессиональные навыки оставляют желать лучшего, но благодаря близким отношениям со Старым Ваном и умению льстить начальству на работе она держалась вполне уверенно.
Если бы она потеряла эту работу, с её уровнем вряд ли удалось бы найти что-то подобное. Тан Чао очень боялась потерять расположение руководства, поэтому теперь ни за что не осмеливалась принять часы от Чэнь Шуи. Даже если бы она тайком получила их домой, всегда оставался риск, что Старый Ван всё равно узнает. Сейчас она как раз пыталась объяснить ему, что вообще не брала эти часы. А если он вдруг узнает, что она всё-таки их приняла, то сколько ни оправдывайся — всё будет бесполезно. Ради одних часов рисковать такой работой — просто безумие.
Но Чэнь Шуи не собиралась сдаваться. Она явно настаивала, чтобы Тан Чао всё-таки приняла подарок.
— Я купила их специально для тебя. Если ты откажешься — это же пустая трата, — написала она.
У Тан Чао внутри всё сжалось от досады. Всё из-за этого идиота Чэнь Шуи! Зачем она вообще выложила это в соцсети? Если бы не тот пост, она спокойно приняла бы подарок. А теперь даже ругать Чэнь Шуи не смела — приходилось глотать обиду и сохранять вежливую улыбку.
Сдерживая раздражение, Тан Чао написала в WeChat:
— Ничего страшного, я ценю твоё внимание. Такие дорогие часы лучше оставь себе.
Чэнь Шуи, конечно, прекрасно понимала, в чём дело. Раз Тан Чао так с ней поступила, она не собиралась прощать ей так легко. На самом деле она и не собиралась дарить эти часы.
— Ты что, злишься на меня? Иначе зачем отказываешься от подарка? — написала она и добавила смайлик со слезами.
— Нет-нет, я совсем не злюсь, — ответила Тан Чао.
— Тогда почему не хочешь принять?
— Правда-правда, просто жалею тебя! У меня нет никаких других мыслей. Если ты думаешь, что у меня к тебе претензии, я буду в полном отчаянии. Давай так: я угощаю тебя ужином! Как насчёт стейк-хауса в центре?
Она думала, что Чэнь Шуи откажется, но та тут же ответила:
— Тогда давай позовём всех! Пойдём вместе.
Тан Чао: «……».
Она начала подозревать, что Чэнь Шуи делает это нарочно.
Если собирать всю компанию, счёт за ужин легко перевалит за тысячу. Получается, она не только отказывается от часов, но ещё и вынуждена компенсировать их стоимость ужином! Тан Чао чуть не взорвалась от злости.
Но она и не подозревала, что на этом всё не закончится.
* * *
В понедельник утром Чэнь Шуи взяла два часа отгула, чтобы пройти второй этап собеседования в Ханчжоуском трасте.
На этот раз интервью проводилось по видеосвязи, и её сразу спрашивали несколько руководителей. Чэнь Шуи хорошо подготовилась, поэтому волновалась не слишком сильно.
У лифта отдела благосостояния Ханчжоуского траста
— Подожди меня, Су Яоци! Подожди!
Сюэ Нянь, увидев, как двери лифта вот-вот закроются, громко крикнула.
В последний момент она успела в него проскочить.
Увидев в лифте Су Яоци с договором в руках, Сюэ Нянь спросила:
— Су Цзунь, едете на подписание контракта?
Су Яоци сдержанно ответил:
— Да.
Сюэ Нянь тут же нахмурилась:
— Опять подписываете? У вас что, бесконечный поток клиентов?
Су Яоци был человеком скромным, но его результаты говорили сами за себя. В первый же месяц он лично инвестировал десять миллионов юаней и привлёк клиентов ещё на пятьдесят миллионов.
Это был годовой план других сотрудников — и он выполнил его за месяц.
При этом сам он считал это совершенно нормальным. Неужели это не раздражает?
— А сколько на этот раз? — не унималась Сюэ Нянь.
— Немного.
— «Немного» — это сколько?
Этот одноклеточный организм продолжал лезть на рожон.
— Восемь миллионов.
Сюэ Нянь: «……»
Это её месячный план! И он называет это «немного»? Похоже, у него серьёзные проблемы с восприятием цифр.
А теперь она вспомнила про себя: уже середина месяца, а у неё до сих пор ни одного клиента. К концу месяца её точно загонят в «чёрную комнату» за невыполнение плана.
Сравнивая себя с Су Яоци, она всё больше убеждалась, что он просто невыносим.
Не желая больше говорить на эту тему — боялась умереть от зависти, — она перевела разговор:
— Сегодня к нам приходит на собеседование потрясающе красивая девушка из банка. Говорят, в компании теперь строгие правила: на собеседование допускаются только «чистые» кандидаты — никаких P2P-платформ или мелких частных компаний. Только сотрудники банков или трастов.
Сказав это, Сюэ Нянь гордо выпрямила спину.
Только здесь она чувствовала, что превосходит Су Яоци.
Су Яоци окончил магистратуру за границей, и это была его первая работа. Ему пришлось пройти шесть месяцев стажировки без оклада, прежде чем его официально приняли. А Сюэ Нянь проработала в банке шесть лет и была именно тем специалистом, которого искал траст, поэтому её сразу взяли на постоянный контракт.
Кстати, с Ханчжоуским трастом у неё была своя история. Два года назад руководитель отдела Шу Дэмин пытался её переманить, но она тогда прямо сказала: «Я никогда не уйду из банка, больше не звоните». Однако всего через два года она сама подала резюме в Ханчжоуский траст. И самое забавное — собеседовал её тот самый Шу Цзунь, которого она так резко отшила два года назад.
Хотя Сюэ Нянь и имела определённую клиентскую базу из банка, конверсия у неё была крайне низкой: клиенты государственных банков оказались слишком консервативными и неохотно шли на сотрудничество с трастом. Первые полгода она почти не заключала сделок, и только благодаря тому, что Шу Цзунь передал ей часть своих клиентов, она еле-еле прошла аттестацию.
Шу Цзунь тогда даже пошутил, что у неё слабая воля. «Если бы ты не ушла из банка, — сказал он, — мне было бы гораздо легче».
Услышав слова Сюэ Нянь, Су Яоци лишь ответил:
— О, неплохо.
Ему почему-то в голову пришла Чэнь Шуи.
Неужели это она?
Сюэ Нянь не удержалась и спросила:
— Ты же ходил в банк Ханци по делам. Ты её не видел?
Она мельком взглянула на девушку, пришедшую на собеседование, и сразу поняла: та действительно очень красива — тихая, спокойная красота.
— Разве все, кто ходит в банк, видят всех сотрудников? — ответил Су Яоци вопросом на вопрос.
Сюэ Нянь покачала головой:
— Ну, не всех, конечно. Просто подумала, что у тебя был хороший шанс её увидеть.
— Приехали, — произнёс Су Яоци, как только двери лифта открылись.
— Эх, наш Су Цзунь такой холодный, даже красоток не замечает. При таком темпе я скоро начну сомневаться в твоей ориентации, — пробормотала Сюэ Нянь себе под нос и направилась в сторону столовой — проголодалась.
Разница между отстающим и отличником заметна везде — и в школе, и на работе.
* * *
Вернувшись из Ханчжоуского траста, Чэнь Шуи получила сообщение от Цзя Цзяцзя:
— Зайди к Ли Минжэню.
Цзя Цзяцзя тихо предупредила её:
— Будь там поосторожнее с речью. У Ли Минжэня сегодня плохое настроение. В пятницу ты была на внешней активности, и ему пришлось самому проводить обучение новых сотрудников. Он ведь вообще не готовился, так что просто пробубнил что-то вслух. Обычно-то с этим никто не церемонится, но на этот раз, не знаю, повезло ему или нет — как раз в этот момент приехал проверять филиал глава отдела благосостояния. Увидев, как халатно в Цзянбэе относятся к обучению новичков, он пришёл в ярость и устроил нагоняй даже управляющему Вану. А ведь изначально Ли Минжэнь хотел свалить всю вину на тебя, но ты умудрилась уйти от ответственности. Теперь всё это висит на нём, и он, конечно, злится на тебя. Так что будь осторожна — если начнёт придираться, немного потерпи.
Чэнь Шуи подумала, что Ли Минжэнь сам виноват: плохо подготовился к работе — и ещё смеет злиться на других? Наверное, у него мозги забиты дерьмом.
Ей казалось, что глава отдела благосостояния должен чаще наведываться сюда — пусть почаще видит настоящее лицо Ли Минжэня. Лучше бы тот вообще уволился — всё равно он лишь вредит банку.
Но вслух она этого не сказала, а лишь вздохнула, как и Цзя Цзяцзя:
— Жаль.
Только вот её улыбка была ещё шире, чем у подруги, из-за чего вздох прозвучал особенно фальшиво.
Цзя Цзяцзя тут же шлёпнула её по руке, но, попав по кости, сама же и вскрикнула от боли.
Чэнь Шуи тоже было больно — кость-то соединена с мясом.
Она обиженно посмотрела на Цзя Цзяцзя.
Та не смягчилась:
— Смотри у меня, не перегибай палку. А то ещё сильнее въедется в тебя Ли Минжэнь.
Чэнь Шуи подумала, что это самая приятная новость за весь день, и ей стало совсем не до обид. Что такое немного притвориться? Она же настоящая интригантка из второстепенных ролей — настоящим актрисам стоило бы поблагодарить судьбу, что Чэнь Шуи не пошла в кино.
Поэтому она заверила Цзя Цзяцзя:
— Поняла.
Более того, она даже собиралась преподнести Ли Минжэню особый подарок — в знак благодарности за многолетнюю «заботу».
Она уже примерно понимала, о чём тот собирается с ней говорить.
Чэнь Шуи хитро прищурилась и, наклонившись к уху подруги, прошептала:
— Цзяцзя, найди госпожу Чжан и скажи ей, что Ли Минжэнь хочет с ней поговорить.
После этого она вошла в кабинет Ли Минжэня. Тот даже не стал соблюдать обычную вежливость и сразу же набросился:
— Почему все твои результаты с пятницы ты зачислила операционному отделу?
Из-за Чэнь Шуи Ли Минжэнь получил нагоняй. Он и так был недоволен ею, а теперь ещё и хотел перевесить на себя всех клиентов, которых она привлекла в пятницу, чтобы наказать её за то, что из-за неё он попал в неловкое положение. Но она, к его удивлению, передала все результаты операционному отделу. А поскольку операционный и розничный отделы — разные системы, у него не было полномочий перенести эти результаты себе.
Он остался ни с чем.
Это ещё и показывало, что Чэнь Шуи совершенно не считается с ним как с руководителем. Она предпочла отдать свои результаты операционному отделу, а не оставить в розничном. Всем в здании было известно, что у него с Чжан Цяо давняя вражда, а Чэнь Шуи нарочно передала ей результаты — это прямой удар по его лицу! Наверняка другие отделы уже смеются за его спиной, мол, не может даже подчинённых контролировать.
Он решил преподать Чэнь Шуи урок — если сейчас не прижать её, она совсем забудет, кто здесь начальник.
— Ты должна помнить, что работаешь в отделе розничных продаж, а не в операционном! — рявкнул он.
Чэнь Шуи мягко объяснила:
— У операционного отдела не хватает результатов, а я уже выполнила свой план, поэтому передала им всё, что заработала в пятницу. Потом они вернут нам эти результаты. Мы часто сотрудничаем, так что взаимопомощь — это хорошо.
Ли Минжэнь напомнил ей:
— Раз уж что-то попало к Чжан Цяо, думаешь, она вернёт? Ты что, совсем глупая? Ты же отдала свои результаты операционному отделу даром!
Он всегда плохо относился к Чжан Цяо и ни за что не хотел, чтобы результаты розничного отдела достались операционному.
http://bllate.org/book/7235/682583
Готово:
