Линь Ян зажал сигарету между пальцами и опустил руку. Его взгляд скользнул за стекло панорамного окна — туда, где вдали раскинулся город Фэнчэн. Район Дунхэ всегда славился особой оживлённостью: утренние лучи косо падали на стеклянные фасады небоскрёбов и, отражаясь, рассыпались во все стороны.
Погода сегодня выдалась по-настоящему прекрасной. Безупречное лазурное небо усыпали облака, мягкие и пушистые, будто сахарная вата. Крошечный самолётик скользил вдоль горизонта, вписываясь в эту картину, словно написанную маслом.
— Дети капризничают, — ответил Линь Ян. — Проголодается — сама вернётся.
Лян Ию повернул голову. На лице его появилось выражение, редкое для него — серьёзное и сосредоточенное.
— Ян-гэ, ты правда так думаешь?
Узкие глаза Линь Яна прищурились. Он уставился вперёд, на один из ослепительных небоскрёбов, и молчал.
Лян Ию тоже посмотрел прямо перед собой:
— А вдруг на этот раз она действительно решила всерьёз?
— Невозможно, — Линь Ян прикусил фильтр сигареты, и в голосе его прозвучала полная уверенность. — Просто я в последнее время немного её игнорировал. Обиделась и ждёт, когда я пойду её утешать.
— Ты уж очень уверен в себе, — заметил Лян Ию, потушив сигарету в пепельнице и глубоко выдохнув, будто пытаясь избавиться от остатков табачного привкуса.
Линь Ян стряхнул пепел со своего костюма:
— Мои дела с ней тебя не касаются.
Лян Ию фыркнул:
— Кому охота думать о тебе?
В кабинете дым и молчание переплетались, создавая всё более туманную, размытую атмосферу.
—
Сухой лёд наполнил пространство густым белым туманом. Ся Ивань шагала сквозь него, медленно поднимаясь на сцену.
Речь она знала наизусть и совершенно не нервничала, спокойно принимая сотни взглядов, устремлённых на неё. Сперва она подошла к ректору и приняла из его рук почётный диплом. Когда он перебросил кисточку на другую сторону её квадратной шляпы, Ся Ивань, держа в руках тяжёлую пачку документов, развернулась. Прямо перед ней уже стоял фотограф, готовый запечатлеть момент. Она посмотрела в чёрный объектив с высокой светосилой и лёгкой улыбкой приподняла уголки губ.
Макияж был безупречен — ни слишком яркий, ни слишком бледный, идеально подчёркивал её прохладную, сдержанную красоту. Алый блеск на губах стал изюминкой, заставившей всех невольно замирать. Миндалевидные глаза слегка распахнулись…
После фотосессии настал черёд выступления Ся Ивань.
Она встала у края сцены. Несколько софитов ярко освещали её сверху, а лёгкий туман от сухого льда придавал всей сцене ореол сказочности. В квадратной шляпе, с кисточкой, покачивающейся у уха, Ся Ивань немного собралась с мыслями и заговорила.
Текст она написала сама. В нём не было пафосных или излишне сентиментальных фраз — лишь честный рассказ о том, как она планировала дипломный проект и дошла до победного конца.
Возможно, именно поэтому, когда она завершила речь, в глазах у неё защипало от слёз.
— На этом всё. Спасибо вам всем, — сказала она.
Сделав шаг вправо, Ся Ивань поклонилась — и тем, кого больше никогда не увидит, и той новой дороге, что начиналась прямо перед ней.
Её каштановые волосы были накручены в мягкие локоны и свободно ниспадали по спине. У ступенек её уже ждали несколько первокурсниц с букетом цветов.
Это было частью церемонии. Ся Ивань по-прежнему улыбалась, принимая пышный букет.
После вручения награды лучшим выпускникам началась основная часть церемонии — студенты по группам поднимались на сцену за своими дипломами.
Ся Ивань вернулась на своё место. Её одногруппницы ещё сидели на местах. Тан Бэй нахмурилась и, увидев, что Ся Ивань вернулась, нарочито отвернулась в сторону. Со стороны могло показаться, будто именно Ся Ивань отобрала у неё звание лучшей выпускницы.
Ся Ивань не обратила на это внимания. Достав телефон, она открыла поисковик и, несмотря на гул вокруг, приняла внезапное решение.
В завершение церемонии всех выпускников перевели на стадион. Под ясным небом с белоснежными облаками они сняли шляпы и, смеясь и крича, запустили их в воздух, отдавая дань уходящей юности и встречая собственное будущее.
Ся Ивань провела пальцами по краю шляпы — поверхность была слегка шершавой. Она легко подбросила её вверх. Шляпа описала пологую дугу и упала на траву.
Подойдя, Ся Ивань наклонилась, чтобы поднять её. В этот самый момент организаторы выпустили белых голубей. Птицы взмыли ввысь, устремляясь к свободе. В глазах Ся Ивань отразились их крылья, и на губах её снова заиграла улыбка.
С сегодняшнего дня она тоже свободна.
После церемонии Ся Ивань быстро собрала вещи в общежитии, выбросила почти всё и увезла с собой лишь несколько предметов в новую квартиру в районе Хэчжоу.
Дома она не стала отдыхать и сразу отправилась в парикмахерскую, которую нашла в поисковике.
Отзывы были отличные, но цены — немного выше среднего.
Ся Ивань не обратила на это внимания. Раз уж началась новая жизнь, то и внешность должна обновиться.
Парикмахер накинул на неё белый пеньюар. Ся Ивань смотрела в зеркало и услышала вопрос:
— Какой стрижки вы хотите?
Она задумалась. В салоне было шумно: гудели фены, звенели ножницы, раздавалась болтовня клиентов и мастеров.
Парикмахер был терпелив. Пока Ся Ивань размышляла, он играл ножницами, ожидая.
— Подстригите до плеч и покрасьте в чёрный, — наконец сказала она.
— Вы уверены? После такого много волос уйдёт, — парикмахер, явно любивший поболтать, старался уберечь её от поспешного решения. — Вам лучше идут светлые оттенки, они подчёркивают белизну кожи.
Но Ся Ивань лишь покачала головой. Её взгляд был прикован к отражению в зеркале — та девушка тоже улыбалась, окружённая уверенностью и ожиданием новой жизни.
— Нет, так будет некрасиво.
Автор добавляет:
Ивань: Другими словами, у меня и так волос — хоть отбавляй.
Чэньчэнь: Это просто возмутительно!
Незнакомая стрижка сочеталась с привычными чертами лица. Ся Ивань долго смотрела на своё отражение и наконец позволила себе облегчённую улыбку.
Длинные волосы ушли — вместе с ними исчез и груз, давивший на плечи.
Туман рассеялся. Взгляд Ся Ивань стал ясным, а путь вперёд — чётким.
По дороге домой она заметила, как в густеющих сумерках торговцы выставили на улицу лотки с фруктами. Аромат дыни привлёк её внимание.
— Дядя, сколько стоит дыня?
Она подошла ближе. Её тень от фонаря вытянулась вдоль тротуара.
Фермер добродушно улыбнулся:
— Семь юаней за большую коробку. Хотите? Многие девушки покупают мою дыню.
Ся Ивань кивнула:
— Две коробки, пожалуйста.
Дыня была её любимым фруктом — летним лакомством.
В её доме не было лифта. Она неторопливо поднималась по лестнице, и, когда добралась до своей двери, рубашка уже прилипла к телу от пота. В темноте она нащупала ключи и открыла замок.
Квартира была в беспорядке: за последние дни столько всего произошло, что она уехала в спешке и не успела прибраться. Измученная, Ся Ивань опустилась на диван, и усталость накрыла её волной.
Раньше, когда она жила в Тяньчэне, ради диплома и стажировки часто не находила времени даже поесть. Линь Ян редко бывал дома, и она питалась как придётся, из-за чего у неё развилась анемия.
Только она включила телевизор, как по экрану пошла модная новость:
— Сегодня бренд K.U представил коллекцию нового сезона, включающую девять осенних моделей.
Ся Ивань как раз наливала кипяток в стаканчик с острыми лапшой. Услышав это, она замерла, и вода чуть не перелилась через край.
На экране демонстрировали наряды — все они были созданы рукой Линь Яна.
Она вспомнила зиму, когда сидела в его тёплом кабинете, пытаясь придумать идею для диплома. Линь Ян в это время читал книгу за своим столом или, чаще, сидел рядом с ней на диване, водя карандашом по бумаге и воплощая свои романтичные замыслы.
Иногда, устав от шитья, она вставала и тихо подходила к нему, поджав ноги и молча наблюдая за его работой.
Линь Ян не любил, когда его отвлекали во время творчества. Ся Ивань отходила подальше, но так, чтобы всё ещё видеть его.
Там, у обогревателя, тёплый воздух щекотал её лицо, и щёки постепенно розовели. Вдруг Линь Ян прервал работу и посмотрел на неё.
— Что случилось?
Она покачала головой, румянец на лице стал ещё заметнее.
— Ничего. Просто смотрю.
Линь Ян отвёл взгляд. Ся Ивань испугалась, что помешала ему и вызвала раздражение. Но в следующее мгновение он встал с эскизом в руках и сел рядом с ней.
— Зачем так далеко? Ты вообще что-нибудь видишь? — Он раскрыл перед ней лист бумаги, и его замысел стал доступен каждому её взгляду. — Если есть идеи — говори. Не понимаешь чего-то — спрашивай.
Щёки Ся Ивань вспыхнули. Она и сама не знала, отчего: от тепла обогревателя или от близости этого мужчины.
Большинство нарядов этой коллекции родились именно в ту зиму, в те прекрасные дни.
Когда показ завершился, на экране появилась надпись:
【Дизайнер: Линь Ян】
Ся Ивань решительно и без колебаний взяла пульт и переключила канал.
Сердце не успокаивалось. Ей нужно было медленно, но верно отдаляться от всего, что напоминало о нём.
—
На следующий день Ся Ивань официально подписала контракт с мастерской M.
Там же она познакомилась с тем самым «помощником», о котором упоминала Чжао Цыцю.
Его звали Цянь Мо. Он учился на том же курсе и в той же специальности, что и Ся Ивань. После выпуска он с энтузиазмом отправился покорять Фэнчэн и каким-то образом попал под крыло Чжао Цыцю, которая и приняла его в M.
Надо признать, у этой Чжао-босян действительно талант управляться с женщинами.
После короткой беседы Ся Ивань передала Цянь Мо часть простых задач, не углубляясь в детали. По натуре она всегда держалась на расстоянии от незнакомцев.
Во время перерыва она взглянула на расписание на экране компьютера и увидела задачу на сегодняшний день:
【Надзор за съёмками журнала «Медея»】
Эту нелюбимую всеми работу, которую все пытались скинуть друг на друга, в итоге повесили на неё.
Ну что поделать — ведь до прихода Цянь Мо она была самой младшей в мастерской.
Ся Ивань снова вышла на улицу в самое пекло — полуденное солнце Фэнчэна жгло нещадно.
У журнала «Медея», одного из ведущих модных изданий страны, было отдельное здание для фотосессий.
Совпадение заключалось в том, что это здание стояло вплотную к штаб-квартире K.U.
Ся Ивань взглянула на карту и тихо вздохнула. Водитель такси услышал этот вздох и посмотрел на неё в зеркало заднего вида.
— Что случилось, малышка? Проблемы?
Этот неприятный голос вывел её из задумчивости. Она почувствовала на себе его взгляд и подняла глаза. В зеркале их взгляды встретились, и сердце её дрогнуло от страха.
Сразу вспомнились ужасные новости из интернета последних лет. Ся Ивань похолодела. До места оставалось ещё минут двадцать, и даже на эстакаде она чувствовала себя в ловушке.
— Нет, — холодно ответила она.
«Щёлк» — раздался звук.
Водитель левой рукой заблокировал двери:
— Не стесняйся. Можешь рассказать всё брату.
Его поведение стало ещё более откровенным и мерзким. Ся Ивань сжала в руке телефон.
Она не знала, кому звонить.
Первое, что пришло в голову — номер Линь Яна.
Но если она позвонит ему, не подумает ли он, что всё это — лишь попытка привлечь его внимание?
К несчастью, на съезде с эстакады образовалась пробка. Судя по всему, даже три светофора не помогут проехать быстрее.
Водитель остановил машину и тщательно поправил зеркало, чтобы лучше видеть Ся Ивань. Его взгляд стал ещё более наглым.
— О, пробка! Отлично, у нас есть время поговорить по душам.
Ся Ивань растерялась как никогда. Она чувствовала себя запертой в этой маленькой клетке. Тонированные стёкла и заблокированные двери превратили салон в настоящую тюрьму, из которой не выбраться.
http://bllate.org/book/5390/531825
Готово:
