Пока Ся Цяньцянь, под руки с Ли Вэйвэй и Тянь Юэ, спускалась по лестнице и подходила к обочине, мимо лишь изредка проходили прохожие — они с любопытством тыкали пальцами в три роскошные машины, припаркованные у края дороги.
Из заднего сиденья автомобиля Цзянь Юя опустилось окно. Он бросил взгляд на троицу у тротуара и, обращаясь к Ли Вэйвэй и Тянь Юэ, произнёс:
— Позже мой водитель отвезёт вас домой. Садитесь в ту машину сзади.
— Правда? Огромное спасибо, Третий Молодой Господин!
— Третий Молодой Господин, — игриво подхватила Тянь Юэ, подмигнув Ся Цяньцянь, — если вы вдруг устанете от Цяньцянь, подумайте обо мне. Я не против быть запасным вариантом.
Ся Цяньцянь тут же ущипнула её за ухо и попрощалась:
— Глупышка! Осмелишься ещё копать под мою стену?
— Ай-ай! Не смею, не смею! — Тянь Юэ, зажав ухо, бросилась бежать к задней машине, будто за ней гналась сама смерть.
Ся Цяньцянь, наблюдая, как обе подружки уносятся прочь, словно у них подошвы намазаны маслом, невольно рассмеялась. Но когда она обернулась, чтобы сесть в машину, её взгляд случайно скользнул по лицу Цзянь Юя — и она вдруг заметила, что уголки его губ слегка приподнялись, будто он улыбнулся.
Однако уже в следующее мгновение на его лице снова воцарилось полное спокойствие.
Она и не подозревала, что каждое её движение источает необъяснимую прелесть, заставляя окружающих невольно улыбаться.
Ся Цяньцянь села в машину. После сегодняшнего ужина неловкость, которая до этого висела между ней и Цзянь Юем, словно испарилась.
Она тайком взглянула на него. Тот откинулся на сиденье, прикрыл глаза и тихо сказал:
— А Чэн, опусти шторку и скажи водителю ехать.
— Есть, — ответил А Чэн, нажав кнопку внутри салона. Перед Ся Цяньцянь тут же опустилась плотная рулонная шторка.
Щель между полотном и рамой была настолько узкой, что сквозь неё невозможно было ничего разглядеть.
Заднее сиденье мгновенно превратилось в замкнутое, тесное пространство.
Ся Цяньцянь перестала дышать — ей казалось, что каждый её вдох выдаст накопившееся напряжение.
— Как насчёт твоего решения? — внезапно спросил человек, который, как ей казалось, дремал.
Ся Цяньцянь выпрямилась и, неловко потирая шею, ответила:
— У меня нет возражений. Только одно условие: отправь меня учиться в Массачусетский технологический институт — этого достаточно. Не нужно этих пугающих пяти миллиардов в качестве компенсации при разводе.
— Пять миллиардов — это немного, — резко отрезал Цзянь Юй, повернувшись к ней. — Значит, действуем по договору.
— Хорошо, — прошептала Ся Цяньцянь, впиваясь ногтями в собственное бедро. В груди застряли слова, которые так и не смогли вырваться наружу.
На самом деле, если бы было можно, она вовсе не хотела бы разводиться с Цзянь Юем.
Когда она впервые услышала от него слово «развод», её сердце сжалось от боли.
Но та самая таблетка для контрацепции глубоко ранила её, заставив принять решение: в будущем они обязательно должны расстаться.
— Завтра мы пойдём примерять свадебные платья, — после долгого молчания произнёс Цзянь Юй.
Ся Цяньцянь встретилась с ним взглядом и кивнула.
Ей вдруг всё стало ясно: как только они поженятся и он официально станет наследником престола, их брак подойдёт к концу.
На следующий день, салон свадебных платьев в Нью-Йорке.
Салон был полностью забронирован, на двери висела табличка «Временно закрыто».
Цзянь Юй сидел в гостевой комнате для VIP-клиентов, листая модный журнал.
А Ся Цяньцянь в примерочной переодевалась при помощи нескольких сотрудниц.
Подготовкой свадьбы занималась лично императрица Юнь, но, к счастью, в выборе платья она не проявила чрезмерной строгости.
Сотрудницы с трудом помогли Ся Цяньцянь надеть свадебное платье. Оно было тяжёлым, а подол усыпан множеством жемчужин разного размера.
Платье было создано всемирно известным дизайнером Диной Джордан. У Джордан была причуда — каждый год она создавала всего один наряд. Поэтому знаменитости со всего мира выстраивались в очередь, чтобы заказать у неё одежду, а её творения ценились на вес золота.
Платье от мастера, конечно, отличалось безупречностью.
Учитывая хрупкое телосложение Ся Цяньцянь, линия талии была искусно приподнята на один сантиметр. Кроме того, фасон передней части гармонично сочетал западные и восточные мотивы, включая элементы китайского ципао.
Жемчужины, украшающие всё платье, делали его бесценным.
Ся Цяньцянь, стоя на пятнадцатисантиметровых каблуках перед зеркалом, с изумлением смотрела на своё отражение.
Лицо, нарисованное в стиле классической китайской красавицы, сияло чистотой и нежностью. В этот момент она выглядела как небесная дева, сошедшая с небес.
Сотрудницы, увидев её, не могли сдержать восхищения.
— Это платье будто выросло прямо на вас! — искренне воскликнула старшая портниха.
Ся Цяньцянь радостно улыбнулась:
— Если бы одежда действительно росла из тела, я бы стала духом-оборотнем!
— А духи-оборотни самые прекрасные! — засмеялись сотрудницы, окружая её и выводя из примерочной.
Гостевая комната была окружена зеркалами. Когда Ся Цяньцянь поднялась по ступеням и оказалась перед зеркалом, в отражении появились её образы под разными углами.
Теперь она могла легко оценить, как платье сидит на каждой части тела.
Можно было сказать одно: безупречно, как будто сшито специально для неё.
Цзянь Юй, до этого погружённый в журнал, чуть приподнял глаза — и больше не смог отвести взгляд.
Ся Цяньцянь, словно фея, кружилась перед зеркалами, пока наконец не остановилась и не посмотрела прямо на него.
Если бы не её глуповатая, наивная улыбка, её красота наверняка покорила бы сердца всех мужчин.
— Улыбка должна быть либо с шестью видимыми зубами, либо без единого. Всё, чему тебя учили в этикете, вылетело из головы? — вместо ожидаемых комплиментов Цзянь Юй сделал ей замечание.
Ся Цяньцянь надула губы и неохотно отозвалась:
— Знаю.
Цзянь Юй поманил её пальцем, давая понять, что хочет рассмотреть поближе.
Ся Цяньцянь послушно подошла, волоча за собой подол, и на лице её сияла радость.
Хотя оба прекрасно понимали, что этот брак — всего лишь эпизод в их жизни, они хотели отнестись к нему со всей серьёзностью.
Поэтому Ся Цяньцянь шла осторожно, боясь порвать даже ниточку на этом платье.
Цзянь Юй, прищурившись, внимательно осмотрел платье, но вдруг его взгляд стал острым, а лицо потемнело.
Что-то было не так с этим платьем.
— Ся Цяньцянь, повернись и подними попку, — внезапно бросил Цзянь Юй.
Ся Цяньцянь удивлённо ахнула.
— Поворачивайся и поднимай, быстро! — нетерпеливо приказал он.
Ся Цяньцянь, покраснев, повернулась спиной, думая, что он собирается её обнять.
Когда она неловко замялась, не решаясь приподнять ягодицы, большая ладонь Цзянь Юя уже легла ей на попку.
Она уже подумала, что он воспользуется моментом, но в следующее мгновение он взорвался гневом:
— Кто тут старшая? Как вы смеете подменить моё свадебное платье?!
От его крика весь салон пришёл в смятение.
Старшая портниха поспешно подбежала к Цзянь Юю, нервно складывая руки перед собой.
Она поклонилась:
— Третий Молодой Господин, платье было сшито строго по вашим указаниям. Мы бы никогда не осмелились подменить его!
— Мои указания? Ты способна угадать мои мысли, да? — Цзянь Юй бросил на неё ледяной взгляд, от которого у той по спине побежали мурашки.
Старшая портниха поспешно замотала головой:
— Нет, нет… Как я могу угадывать волю Третьего Молодого Господина?
Цзянь Юй без церемоний схватил край подола, будто это не предмет стоимостью в пятьдесят миллионов, а дешёвый ширпотреб.
Ся Цяньцянь всполошилась и схватила его за руку:
— Ваше Высочество, будьте осторожны! Это же очень дорого! Даже если это подделка, жемчуг-то настоящий!
Она посмотрела на Цзянь Юя, потом перевела взгляд на старшую портниху.
Та с благодарностью кивнула ей в ответ.
Но гнев Цзянь Юя не утих, а наоборот усилился.
— Ся Цяньцянь, ты — моя жена! Я не позволю, чтобы тебе причинили хоть малейшее унижение! Это подделка! Кто-то хочет, чтобы ты вышла за меня замуж в поддельном платье перед всем народом! Разве я могу допустить, чтобы тебя высмеяли? Разве я могу, увидев подвох, не защитить тебя? — Цзянь Юй запрокинул голову, сжал её плечо и притянул к себе, заставив склониться так, чтобы их глаза оказались на одном уровне.
Ся Цяньцянь долго не могла вымолвить ни слова.
Чувствовала ли она благодарность? Радость? Горечь?
В душе бурлило нечто невыразимое.
— Говори, в чём дело? — Цзянь Юй отпустил её и, потянув за руку, усадил рядом на диван.
Ся Цяньцянь тут же села, но сразу же подпрыгнула:
— Ай! Попку колет!
Несмотря на ледяную атмосферу в комнате, все невольно рассмеялись от её нелепого жеста.
Сотрудницы прикрыли рты ладонями, сдерживая смех.
Даже старшая портниха, стоявшая под градом упрёков, укусила губу, чтобы не расхохотаться.
Цзянь Юй, казалось, остался невозмутимым. Его лицо по-прежнему было мрачным, как дно котла.
— Вы, — спокойно, но с непререкаемым авторитетом произнёс он, — помогите Её Императорскому Высочеству снять эту подделку.
Сотрудницы тут же перестали улыбаться и, поднявшись по ступеням, подхватили Ся Цяньцянь.
В гостевой комнате остались только Цзянь Юй и старшая портниха.
— Подойди, — тихо, но ледяным тоном произнёс Цзянь Юй.
Старшая портниха поежилась и быстро шагнула к нему.
— Если не хочешь быть уволенной прямо сейчас, скажи правду, — Цзянь Юй чуть запрокинул голову, глядя на неё.
Та дрожащими ногами встала на одно колено, чтобы оказаться на уровне сидящего в инвалидном кресле.
— Это действительно было сделано по приказу из дворца. Сама Хань Шаньгун, доверенное лицо императрицы, лично пришла и велела нам изготовить копию. Сказала, что деньги не важны, главное — повторить стиль Дины Джордан. И строго наказала никому не рассказывать, особенно… вам… — закончив, она робко взглянула на Цзянь Юя.
Цзянь Юй сжал кулаки, почти скрутив журнал в плотный жгут.
На его лице не осталось и тени улыбки — только ледяная решимость.
— Все парадные наряды для королевской свадьбы шьёте вы? — после паузы спросил он, откинувшись на спинку кресла. Его голос вдруг стал спокойнее.
Старшая портниха вытерла пот со лба, решив, что, раз Третий Молодой Господин узнал, кто за этим стоит, он её простит.
— Да, все наряды для членов императорской семьи в этот день изготавливаются у нас по эскизам дизайнеров.
Цзянь Юй кивнул и бросил скомканный журнал к её ногам:
— Хорошо. Отработай сегодня — и уходи. Впредь тебе запрещено работать в индустрии моды.
Он произнёс это так спокойно, будто речь шла о чём-то совершенно обыденном.
Едва он закончил, как в комнату вошли двое стражников.
— Прошу следовать за нами, — сказали они старшей портнихе.
Та в изумлении замотала головой:
— Но ведь вы только что сказали, что если я расскажу правду, меня не уволят!
А Чэн сделал шаг вперёд и вежливо улыбнулся:
— Похоже, вы неправильно поняли слова Третьего Молодого Господина. Он сказал: «Если не хочешь быть уволенной прямо сейчас, скажи правду». Он имел в виду только тот момент. С тех пор прошло уже несколько минут, и он не давал обещаний на будущее.
— Вы… — старшая портниха не ожидала, что Третий Молодой Господин будет играть с ней в словесные игры. Она ведь не знала его характера — для него даже пылинка в глазу была неприемлема!
Но это была её карьера! Если её отстранят от моды навсегда, чем она займётся?
— Нет, Ваше Высочество, дайте мне ещё один шанс! Это моя глупость, моя вина…
Но сколько бы она ни умоляла, Цзянь Юй оставался непреклонен.
В этот момент журнал, который он только что смял, сам раскрылся на одной из страниц. Там чётко было напечатано: «Работы всемирно известного дизайнера Дины Джордан отличаются неповторимым стилем».
Именно увидев эту страницу, Цзянь Юй и распознал подделку.
Нельзя не признать: императрица Юнь приложила немало усилий, чтобы устроить ему ловушку.
http://bllate.org/book/3925/415151
Готово:
