Всё же, покидая место, Сяо Юньнинь села в карету Е Шэня. Свиток с документом на владение недвижимостью, который тайком принесла Юаньго, лежал у неё в рукаве, и девушка лихорадочно соображала, как уговорить Е Шэня принять его.
Однако вскоре она махнула на это рукой: ведь в документе уже значилось имя даоса Уе. Хоть не бери — всё равно его. Теперь она думала лишь о том, как лучше вручить ему бумагу.
Сделать это сейчас или подождать?
Лучше всего — после обеда, когда он сядет в карету, незаметно сунуть свиток и тут же убежать, чтобы у него не осталось ни единого шанса передумать.
Сяо Юньнинь вообразила, как Е Шэнь, увидев документ, остолбенеет от изумления, и не удержалась — фыркнула от смеха.
Этот смешок привлёк внимание Е Шэня, и он с удивлением взглянул на неё.
Но девушка была погружена в свои фантазии: прикрыв рот ладошкой, будто котёнок, укравший рыбу, она тихонько хихикала, так что даже плечики её дрожали от смеха.
Е Шэнь незаметно отвёл взгляд.
Что за мысли сейчас в голове у этой девчонки? Отчего вдруг засмеялась, как сумасшедшая? Совсем непонятно.
Он собрался прикрыть глаза и немного отдохнуть. Прошлой ночью почти не спал — то, что требовал император, там не оказалось, и теперь предстояло возвращаться во дворец, где государь наверняка вновь разразится гневом.
Хотя гнев, конечно, не на него, но всё равно придётся тратить силы, чтобы уладить дело.
Едва он закрыл глаза, карета внезапно подскочила.
Снаружи раздалось испуганное ржанье коней. Е Шэнь почувствовал, что происходит что-то неладное, и в ту же секунду Сяо Юньнинь, отброшенная резким толчком, со всей силы врезалась в него.
От удара Е Шэнь потерял равновесие и инстинктивно схватил девушку, перекатившись в сторону, чтобы смягчить падение — так хоть найдётся точка опоры.
Бах! Его плечо больно ударилось о стенку кареты, и он невольно застонал от тупой боли.
К счастью, карета дернулась лишь раз и сразу остановилась: Цзяньинь, резко натянув поводья, сумел усмирить испугавшихся коней.
Но сам он уже весь в холодном поту и, обернувшись, крикнул:
— Пятый господин, с вами всё в порядке?
Сяо Юньнинь от неожиданности даже не успела вскрикнуть — была совершенно ошеломлена. Лишь услышав голос Цзяньиня, она пришла в себя и поняла, что лежит прямо на Е Шэне.
Девушка поспешно попыталась встать, но карета вновь рванула вперёд.
Она вскрикнула, тело её метнуло вперёд, и в этот миг из окна влетела стрела, со звоном вонзившись в стенку кареты.
Е Шэнь в последний момент снова схватил её, спасая от ранения.
Снаружи раздавались яростные крики Цзяньиня, на улице поднялся переполох, разнёсся визг испуганных людей, и сердце Сяо Юньнинь готово было выскочить из груди.
Что происходит?!
Она растерялась, но Е Шэнь нахмурился не из-за нападения — его тревожило совсем другое. Девушка всё ещё лежала на нём, и эта чрезмерная близость, незнакомое ощущение чужого присутствия, сладковатый аромат, исходящий от её мягкого тела, заставляли его слабеть.
Е Шэнь впервые оказался так близко к девушке. Конечно, в обычных обстоятельствах это не имело бы значения, но сейчас он с ужасом осознал, что его рука, будто сама по себе, ещё сильнее сжала её талию — и всё это в полном сознании.
— Безопасно, — произнёс он хрипло.
Карета вскоре остановилась.
Цзяньинь соскочил с козел и откинул занавеску, чтобы проверить состояние господина.
Е Шэнь, услышав шорох, тут же отпустил девушку и посадил её рядом с собой.
Цзяньинь увидел только мрачного господина и перепуганную Сяо Юньнинь. Внутри кареты торчала стрела с оперением, но никто не пострадал.
Убедившись в этом, Цзяньинь глубоко выдохнул, но лицо его оставалось мрачным, как туча. Он уже собрался что-то сказать, но один холодный взгляд Е Шэня заставил его замолчать.
«Девушка из рода Сяо здесь — не время говорить».
— Господин, на улице небезопасно. Лучше вернёмся, — несмотря ни на что, Цзяньинь всё же рискнул посоветовать.
— Девушка! — Юаньго, примчавшись с задней кареты, бросилась к ним с плачем.
Сяо Юньнинь наконец пришла в себя и повернулась к Е Шэню. Она всё ещё не могла осознать, что произошло.
Кто напал на них? Но разве можно так открыто нападать в Чанъани, да ещё днём? И зачем вообще? Их ведь не за что трогать!
Е Шэнь понял, что девушка уже начала строить догадки. Объяснять сейчас было нельзя, и он лишь сказал:
— Сегодня не получится пойти на пир. Возвращайтесь домой.
— Даос… — Сяо Юньнинь нахмурилась, но Е Шэнь не дал ей договорить:
— Цзяньинь, отвези госпожу Сяо обратно в её карету.
В этот миг он снова стал тем холодным незнакомцем, каким был при их первой встрече.
Сяо Юньнинь почувствовала необъяснимую боль в груди — тоску, которую не могла выразить словами.
Его поведение ясно давало понять: это его дело, и она здесь ни при чём. Значит, нападение было направлено именно на него!
Но он не желал объяснять причину.
И вправду — они ведь почти чужие. Кроме имён, между ними нет ничего общего. Как можно рассказывать постороннему о своих тайнах?
Сяо Юньнинь горько улыбнулась — настолько вымученно, что только сама знала, как ей тяжело.
Тем не менее она вынула из рукава свёрнутый документ и протянула его Е Шэню:
— Даос, это для вас. Вы спасли мне жизнь — я не знаю, как вас отблагодарить!
Свиток был аккуратно сложен. Е Шэнь не сразу понял, что это, но после короткого колебания принял.
Увидев, что он взял, Сяо Юньнинь, словно подхлёстнутая неведомым порывом, быстро добавила:
— Я упоминала вам об одном старшем брате. Он тоже хочет поблагодарить вас за помощь и устроить пир в вашу честь. Если будете свободны — дайте знать. Назначим день и встретимся снова.
Е Шэнь как раз собирался развернуть документ, но, услышав слова о «старшем брате», замер. В следующее мгновение девушка уже прыгнула из кареты и исчезла из виду.
Он сжал свиток в руке так, что на бумаге проступили складки.
«Старший брат» хочет устроить пир в его честь?!
Е Шэнь всегда умел выхватывать главное. Сразу же подумал о Хоу Минъу, и его взгляд потемнел.
Каким правом Хоу Минъу устраивает благодарственный пир от её имени?!
Цзяньинь, убедившись, что девушка уехала, тут же заговорил тихо:
— Пятый господин, наши люди уже преследуют нападавших. Неизвестно, чьи они, но осмелиться напасть прямо в Чанъани…
Е Шэнь вернулся к более насущным делам и холодно бросил:
— Проверь, что напугало коней.
Он развернул подарок Сяо Юньнинь — и застыл.
Документ на владение недвижимостью?
Внимательно прочитав, он увидел, что это тот самый участок с усадьбой на северной окраине, о котором они недавно говорили. Он думал, что девушка хочет использовать его для духовных практик. А внизу, под подписью, чётко было выведено: «Уе».
Е Шэнь был поражён.
Цзяньинь тем временем уже сел на козлы и собрался везти его обратно во дворец. Нападавшие, увидев, что за каретой следует охрана, наверняка не осмелятся появиться снова, но всё же безопаснее вернуться.
По дороге Е Шэнь спрятал документ и с невозмутимым видом отправился к императору.
Государь, не получив желаемого, вновь впал в ярость. Все в Цяньцингуне дрожали, как осенние цикады, только Е Шэнь вышел оттуда с таким же спокойным лицом, как и вошёл.
Цзяньинь ждал его у беломраморной лестницы и тут же последовал за ним.
— В Храм Чистого Ветра, — приказал Е Шэнь.
— А? — Цзяньинь удивился. — Пятый господин, зачем вам снова ехать туда? Те люди…
— Ничего страшного. Мышь и есть мышь — в открытую меня не убьют, а в тени у них и подавно не хватит смелости.
— Но зачем вам сейчас ехать в Храм Чистого Ветра?
Цзяньинь хотел было уговорить, но Е Шэнь уже отвернулся, демонстрируя ледяную отстранённость. Что оставалось слуге и телохранителю? Только следовать за этим непредсказуемым господином, даже если придётся положить за него жизнь.
Пока Е Шэнь вновь покидал дворец, Сяо Юньнинь уже вернулась во временные покои второго дома рода Сяо. Она бросилась на кровать, прижала подушку к груди и, закатившись вглубь, уткнулась лбом в стену. В душе было тоскливо, но она не могла чётко сказать, почему.
Она прекрасно понимала: между ней и даосом нет настоящей близости. Он — человек духовный, добрый по природе, помогал ей из жалости. Но всё равно ей было больно от его холодности. Неужели она ведёт себя эгоистично?
Юаньго, глядя на неё, не понимала, о чём думает хозяйка, но не выдержала и спросила:
— Девушка, зачем вы подарили даосу усадьбу? Ведь он монах… Неужели вы…
Она запнулась, не договорив.
Сяо Юньнинь резко села на кровати.
— Ты что несёшь! — резко оборвала она.
Юаньго испугалась:
— Простите, девушка! Я просто боюсь, что вы… Даос ведь монах, хоть и красив и спас вас, но это неподходящее чувство!
— Ещё одно слово — и я правда рассержусь! — Сяо Юньнинь вспыхнула и сердито уставилась на служанку.
Как она может питать такие чувства к даосу? Это было бы кощунством! Настоящим кощунством!
Юаньго, увидев её искреннее негодование, послушно замолчала. Внимательно разглядев лицо хозяйки, она наконец перевела дух: видимо, она слишком много себе вообразила. Девушка просто хотела отблагодарить, просто подарок выглядел слишком… двусмысленно.
Успокоившись, Юаньго пошла готовить еду, а Сяо Юньнинь снова зарылась в подушку и задумчиво кусала губу.
—
Во Дворце Старшей принцессы пир продолжался далеко за полдень — ведь приглашение было не просто так.
Наследная принцесса Хуэйцзин всю дорогу следовала за матерью и, когда та специально познакомила её с Ли Цинчжи, не переставала улыбаться.
Госпожа Ли изначально пришла с определёнными намерениями. Сегодня она ясно почувствовала, насколько тепло Старшая принцесса к ней относится, и как специально представляла ей дочь. Значит, действительно хочет породниться.
Последнее время муж доставлял ей одни неприятности, и она даже не возвращалась в родительский дом. Сегодня же специально приехала из дома родителей, чтобы привезти сына, и теперь наконец увидела желаемое. Она почувствовала облегчение и удовлетворение.
Когда пир подошёл к концу, Старшая принцесса при всех пригласила госпожу Ли в гости, и та так обрадовалась, что глаза её превратились в щёлочки.
Все гости поняли, что между семьями назревает помолвка, и вскоре после окончания пира слухи о скором союзе рода Ли и Дворца Старшей принцессы разнеслись по Чанъани.
Младшие члены второго дома рода Сяо принесли эту весть домой. Сяо Аньнинь, рассказывая бабушке, приукрасила события и в конце заявила:
— Из-за Сяо Юньнинь мы сегодня полдня сидели в углу! Наследная принцесса Хуэйцзин специально хотела её унизить, но та спряталась, а нам пришлось терпеть это! Бабушка, она настоящая несчастливая звезда!
Старшая госпожа Сяо незаметно вцепилась ногтями в подлокотник кресла и велела всем внукам удалиться.
Она и без слов понимала: завтра весь Чанъань будет смеяться над Сяо Юньнинь — и над всем их вторым домом, осмелившимся явиться на пир во Дворец Старшей принцессы.
Разве это не всё равно что самим подставить щёку для удара?!
— Вредительница! — ударила она по подлокотнику и выругалась.
Слуги молчали, зная, кого она имеет в виду.
— С сегодняшнего дня запретите ей выходить из дома! Пусть не позорит нас! — приказала старуха, закрыв глаза.
Выгнать её нельзя — приютили, так и терпеть. Но она найдёт способ с ней расправиться. Как только уляжется шум, отправит девчонку в монастырь или даосский храм — пусть там сама решает свою судьбу!
Одна сирота с приданым всё равно не сможет ничего изменить!
Уже на следующий день Чанъань вновь загудел, и Сяо Юньнинь снова оказалась в центре внимания. Люди не знали, жалеть ли её или завидовать удаче Ли Цинчжи.
Слухи о помолвке рода Ли и Дворца Старшей принцессы быстро достигли Храма Чистого Ветра. Е Шэнь как раз завершил обед с матерью. Услышав новость, старая госпожа Е открыто выразила недовольство:
— Видно, у неё большие планы! Совсем совесть потеряла! — Она, не сдержавшись, швырнула чашку на пол. — Я больше не могу её контролировать!
Е Шэнь, держа в руках чашку чая, даже не поднял глаз. Никто не заметил, как в его взгляде на миг мелькнул ледяной холод.
http://bllate.org/book/3835/408275
Готово:
