Ужин не был испорчен этим маленьким эпизодом: гости продолжали чокаться бокалами, болтали, и разошлись уже за полночь. Ци Жуши толком не запомнила ничьих имён, а уж лица и вовсе не узнала бы — она с самого детства страдала лёгкой формой прозопагнозии. Зато Лань Цинъюнь чувствовал себя как рыба в воде. Поскольку многие из собравшихся были его бывшими преподавателями или сокурсниками, за один этот вечер десятилетний разрыв во времени словно испарился, и все они общались так непринуждённо, будто виделись каждый день.
Поскольку банкет давался в честь Лань Цинъюня и Ци Жуши, все вышли проводить их до самого выхода и настояли, чтобы они шли первыми. У дверей ресторана Лань Цинъюнь снова со всеми попрощался и поблагодарил за вечер. Выпив немало вина, он шёл слегка неуверенной походкой, но привычно закинул обе руки на плечи Ци Жуши, направляясь к стоявшему неподалёку жилому комплексу Фэнхэ.
Ци Жуши и в самом деле подумывала сбросить его руки: подобные вольности казались ей слишком близкими и оттого неприятными. Однако уже через мгновение она поняла, что тревожилась напрасно — Лань Цинъюнь сам отстранился и пошёл как ни в чём не бывало.
И правда, пили-то красное вино, с чего бы ему пьянеть до такой степени, чтобы ноги не держали? Ишь как разыгрался, чего ему в Пейзажной студии Хэндянь сериалы не снимать! Ци Жуши почувствовала лёгкое раздражение, и в голове у неё внезапно мелькнула мысль: интересно, что бы подумал Сюй Сыюань, увидь она эту сцену?
Вернувшись домой, Лань Цинъюнь продолжал разбирать какие-то свои дела в гостиной.
Ци Жуши ушла в гостевую спальню. Из-за разницы во времени, а также потому, что алкоголь всегда действовал на неё бодряще, сейчас, посреди ночи, она чувствовала себя даже свежее, чем раньше. Настолько свежее, что могла спокойно обо всём подумать...
Впрочем, пожалуй, не стоит. Столько мыслей в голове, чем больше пытаешься разобраться, тем сильнее всё запутывается. Ци Жуши встала, приняла душ и решила лечь спать. Но не успела она выключить свет, как на экране телефона всплыло уведомление из WeChat.
Она открыла приложение и увидела запрос на добавление в друзья: «X запрашивает добавление в друзья».
А внизу — всего два слова: «Добавь меня».
Глава 3. Это она
Прячась в толпе и глядя на удаляющуюся спину Ци Жуши, Сюй Сыюань не могла понять, что она испытывает: удивление, шок или горькую надежду, смешанную с гневом.
Ци Жуши ушла без прощания и отсутствовала целых десять лет. Десять долгих лет она искала её! В кино и сериалах найти человека — плевое дело, но в реальной жизни, если кто-то твёрдо решил оборвать с тобой все связи, отыскать этого человека сложнее, чем достать луну с неба. Особенно такую, как Ци Жуши: внешне холодная и непреклонная, но до слёз мягкая и безотказная в душе; единственный ребёнок в семье, с деспотичной матерью и никудышным отцом. В студенческие годы она особо не утруждала себя поиском друзей. Если ей вздумается исчезнуть, она способна в один миг раствориться, словно растворяются в небытии, спрятавшись в таком уголке, где её никто не сыщет, и свернуться клубочком, как брошенный бета-крольчонок.
Последние сведения, которые удалось добыть Сюй Сыюань о Ци Жуши, сводились к тому, что она в спешке вышла замуж за старшекурсника из соседнего вуза и уехала в страну D. Все эти десять лет Сюй Сыюань то предавалась меланхолии, то кипела от злости, едва не теряя надежду когда-нибудь её отыскать.
И вот этот сбежавший бельчонок исчез так внезапно — и вернулся... тоже столь внезапно. Да вдобавок ко всему превратился в госпожу Лань. Как же славно она устроилась!
— Секретарь Сюй, с вашей рукой всё в порядке? — голос Чэн Цюньфэя вывел Сюй Сыюань из задумчивости.
— Всё хорошо. Прошу прощения, не удержала бокал, неуклюже получилось. — Казалось, за всё время работы в качестве самой доверенной и правой руки Чэн Цюньфэя она впервые выглядела перед ним растерянной. — Ваша машина уже подъезжает.
Не успел голос Сюй Сыюань затихть, как автомобиль плавно затормозил прямо перед ними. Она открыла для Чэн Цюньфэя дверь заднего сиденья, сама села на переднее пассажирское и уточнила:
— Председатель Чэн, завтра утром у вас раннее совещание, мы поедем ночевать в квартиру возле офиса?
— Можно и так. — Чэн Цюньфэй заметил странность в поведении Сюй Сыюань. С чего бы целому бокалу хорошего красного вина вдруг ни с того ни с сего разлететься на куски? Ему отчётливо показалось, будто секунду назад Сюй Сыюань изо всех сил сжимала ножку бокала, из-за чего тот и лопнул. Но раз Сюй Сыюань не горела желанием откровенничать, он не считал себя обязанным или нуждающимся допытываться до личных дел подчиненных, да и в эмоциональной поддержке она не нуждалась — лишь бы это не сказывалось на работе.
Сюй Сыюань была его ставленницей. С тех пор как Чэн Цюньфэй пришёл в компанию сверху и занял руководящую должность, она неизменно следовала за ним в качестве помощницы. Куда бы его ни переводили на ротацию по различным отделам компании, он всегда персонально забирал её с собой. Те два года, пока шла подготовка к выходу компании на биржу, когда Чэн Цюньфэй работал секретарём председателя совета директоров, а Сюй Сыюань — начальником секретариата, они провели бессчётное количество часов за сверхурочной работой, ночными дежурствами и выпивкой. Благодаря её неоценимому вкладу Чэн Цюньфэй смог без сучка и задоринки перенять бразды правления у отца, провести ребрендинг и вывести компанию на биржу, постепенно превратив её в бесспорного лидера отрасли.
Слухи о том, что Сюй Сыюань продвинулась по службе благодаря интимной связи с шефом, в компании не утихали никогда. Чэн Цюньфэй не только не пресекал их, но одно время и сам всерьёз полагал, что влюбился в эту девушку. Решительная, умная, чувствующая меру и умеющая подстраиваться под обстоятельства, она вдобавок обладала очевидным преимуществом в виде яркой внешности — у неё действительно были и данные, и основания претендовать на роль его жены.
Однако позже Чэн Цюньфэй постепенно понял, что столь истовые старания и упорство Сюй Сыюань преследуют какую-то конкретную цель или связаны с каким-то конкретным человеком. И в одном он был уверен точно: этим человеком был не он сам.
На любовном фронте Чэн Цюньфэй не принадлежал к тем мужчинам, для которых свет клином сошёлся на ком-то одном. Коли богиня любви не отвечает взаимностью, принцу тоже не стоит навязываться. Как помощница Сюй Сыюань была безупречна, и то, что они остались лишь деловыми партнёрами и соратниками по бизнесу, возможно, даже к лучшему.
Машина подъехала к жилому комплексу Шэнси неподалёку от Технологической компании Цюньфэй. Сюй Сыюань вышла из салона и открыла дверь для Чэн Цюньфэя:
— Председатель Чэн, хорошего вечера. Завтрашнее совещание начнётся ровно в восемь, я приеду в офис пораньше для подготовки, а водитель заберет вас внизу в семь сорок пять.
Чэн Цюньфэй махнул рукой и, не оглядываясь, направился прямо в Шэнси. Проводив его взглядом до дверей жилого комплекса, Сюй Сыюань вернулась в машину и попросила водителя отвезти её в соседний комплекс. Компания приобрела несколько квартир неподалёку специально для проживания топ-менеджеров в будние дни. Правда, квартира Чэн Цюньфэя находилась в элитном Шэнси с самыми высокими ценами за квадратный метр, в то время как остальным сотрудникам достался чуть более бюджетный Шэнъи.
Выпитое вечером красное вино подействовало на Сюй Сыюань не сильнее лимонада, а вот Ци Жуши была единственной причиной, из-за которой она сейчас выглядела слегка захмелевшей. Изначально Чэн Цюньфэй поручил ей завязать побольше полезных знакомств с руководителями и ведущими специалистами этого университета ради будущих совместных проектов в сфере науки и бизнеса.
Однако с того самого момента, как Ци Жуши появилась в дверях отдельного кабинета, мысли Сюй Сыюань полностью спутались. За весь ужин она не добавила в WeChat ни единого человека, лишь кое-как насобирала несколько визиток. Это шло вразрез со всеми её привычными методами работы, но ей было абсолютно наплевать.
Сюй Сыюань хотела лишь одного — схватить Ци Жуши за руку и потребовать ответа: почему она сбежала без прощания и умотала бог знает куда с другим? Почему за десять лет не подала ни единой весточки? И почему теперь снова так неожиданно объявилась перед ней? Сюй Сыюань жгуче желала спросить Ци Жуши: есть ли у неё вообще сердце?!
Но слова застряли в горле, словно рыбная кость, и вымолвить она ничего не могла. Время было неподходящее, да и обстановка тоже. Всё, что ей оставалось — это пригвоздить девушку взглядом, жадно впитывая в себя каждый миг, словно за этот единственный вечер надеясь восполнить десятилетнюю разлуку и продолжить их историю с того самого дня, когда они так и не сказали друг другу до свидания. Произнести ей хотелось вовсе не дежурное сегодняшнее рад видеть, а то самое невысказанное накануне выпуска десятилетней давности: «Не уходи, пожалуйста...» — если бы только она умела предвидеть будущее и знала, что этот бельчонок решит сбежать.
Она не хотела, чтобы они разлетелись, словно осенние листья под ветром.
Всё, чего она жаждала — это чтобы Ци Жуши стала её рассветами и закатами.
Но этот бельчонок весь вечер избегал её: не заговаривала и даже не смотрела в её сторону. Неужели она всё ещё считает себя маленьким ребёнком, который думает, что если спрятать голову, никто её не заметит? А эта привычка кусать губы при волнении, когда помада смазывается по зубам — боже, до чего же нелепо! И эта дежурная вежливая улыбка для каждого встречного: на самом деле в ней не было ни капли искренности. Сюй Сыюань была почти уверена, что та не запомнила ни одного лица и ни единого имени.
В её голове снова и снова проносились воспоминания о сегодняшнем вечере. На автопилоте поднявшись в квартиру, она переобулась, приняла душ и легла в постель. Она даже забыла включить свет — в комнату пробивался лишь неоновый блеск световых шоу с фасадов высоток напротив, в деловом центре города.
Прошло десять лет. Начав с самых низов, Сюй Сыюань продиралась сквозь тернии буквально на коленях, чтобы шаг за шагом подняться как можно выше. Слухи о том, что она пробилась в люди благодаря Чэн Цюньфэю, не умолкали ни на секунду, но разве волновало её чужое мнение? Ею двигала лишь одержимость разбогатеть и обрести власть, ведь только так можно было быстрее разыскать ту, кого она искала — ту проклятую девчонку, которая сбежала от неё, не сказав ни слова.
Сюй Сыюань достала телефон и вбила в поисковую строку WeChat комбинацию цифр — номер телефона, въевшийся в память настолько, что стёрся бы разве что вместе с мозгом. Пальцы слегка дрожали от страха перед тем, что на экране снова высветится «Пользователь не существует», как это уже случалось тысячу раз прежде.
Но на этот раз система неожиданно пропустила её дальше.
Выскочила подсказка с ником «Жуши», и хотя на аватарке красовалась лишь спина, Сюй Сыюань с первого же взгляда безошибочно узнала своего сбежавшего бельчонка.
Ха! Использовать собственное имя в качестве никнейма в WeChat и собственное фото на аватарке — какая наивность! Эта проклятая девчонка открыта для всего мира, но от неё самой забаррикадировалась наглухо и без остатка. Сюй Сыюань сейчас сама не понимала, чего в ней больше — горькой обиды или ярости.
В поле приветствия она вбила всего два слова: «Добавь меня».
Если Ци Жуши не добавит её сегодня же вечером, Сюй Сыюань клялась, что завтра на рассвете будет стоять у неё под окнами. К чёрту утреннее совещание в компании — какой смысл работать, если человека, которого ты ищешь, даже поймать за руку нельзя.
На этот раз она ни за что не позволит Ци Жуши ускользнуть или спрятаться в тени. Абсолютно исключено.
К счастью, спустя десять минут в её мессенджере появилось окно диалога с «Жуши».
Глава 4. Три года
Ци Жуши никак не ожидала, что первым человеком, которого она добавит в контакты после регистрации нового аккаунта в WeChat, окажется Сюй Сыюань. Судьба ли это? Глубже задумываться об этом она не смела. К счастью, в тот вечер Сюй Сыюань ограничилась лишь дежурными любезностями, и Ци Жуши предпочла сыграть в страуса, делая вид, будто ничего особенного не произошло.
В последние дни Лань Цинъюнь поручил ей пообвыкнуться в Технологическом университете Синчэн, поэтому она без лишних раздумий отправилась в отдел кадров, официально оформилась на работу и подписала контракт.
Затем она заглянула в управление по отечественному сотрудничеству и познакомилась с руководством — своим непосредственным начальником, новым главой управления Мо И. Выходец из сферы естественных наук, он сочетал в себе таланты учёного и управленца. Этот молодой руководитель был всего на пару лет старше Ци Жуши, но производил впечатление человека на редкость солидного и рассудительного. И дело было вовсе не в показной старомодности — просто он казался гораздо более зрелым и надёжным, чем его ровесники. На самом деле Мо И был очень красив: соболиные брови, выразительные глаза, высокий прямой нос, а когда он улыбался, на щеке даже проступала ямочка. Впрочем, обычно он ходил с совершенно непроницаемым выражением лица.
http://bllate.org/book/37127/4623395
Готово:
