Залившаяся наводящим тоску предчувствием душа Ли Икая уже ждала звонка, когда на телефон от Zoe пришел номер Юань Чжима.
Пообедав и воспользовавшись тем, что время перерыва еще не вышло, Ли Икай отыскал свободную переговорную и набрал его.
Гудки шли всего пару раз, после чего вызов приняли.
Все тот же приглушенный, чуть хрипловатый голос:
— Алло? Здравствуйте.
— Здравствуй, — негромко произвел Ли Икай.
Тон на том конце самую малость повысился, Юань Чжим казался приятно удивленным:
— Директор Ли? Вы что-то хотели?
— Да. Скажи, помимо портфолио, которое ты отправлял в компанию тогда, у тебя ведь должны быть и другие личные работы? Сможешь собрать их все и скинуть мне?
— Конечно! — тут же отозвался Юань Чжим. Он отложил в сторону графический планшет и, ухватившись за мышку, принялся кликать и искать файлы. — В каком стиле вы хотите посмотреть? У меня работ довольно много.
Ли Икай на мгновение замер:
— Эм... граффити, или, может быть, в фэшн-стиле.
Юань Чжим догадался, что ему, судя по всему, подворачивается подработка, однако сама постановка вопроса показалась ему немного странной:
— Так в фэшн или в граффити? Или это граффити-стайл в моде?
Ли Икай чуть было не запутался в этих дебрях:
— Неважно, подойдут оба направления.
— Без проблем. — Юань Чжим знал меру и понимал, когда стоит остановиться, но все же не удержался: — Это какой-то новый проект?
В стеклянную дверь уже заглядывали люди, возвращавшиеся после обеда. Здесь, в коридоре, было шумно, и Ли Икаю пришлось слегка прижать телефон к уху, прежде чем ответить:
— Есть одно дело. Мой знакомый занимается декорациями для кино и сериалов, ему требуется художник-граффитист. Рисовать придется прямо на капитальных стенах, стиль нужен мощный и выразительный. Тебе интересна такая тема?
— Конечно! — с готовностью откликнулся Юань Чжим, едва ли не сгораючи от нетерпения. — Я раньше баловался росписью стен.
— Ох, — голос Ли Икаева остался совершенно невозмутимым. — Ну и отлично.
Юань Чжим не преминул уточнить:
— А что насчет фэшн-стиля? Есть и другие проекты?
А парень сообразительный...
Ли Икай глубоко вздохнул и ответил уклончиво:
— Эм, в основном речь идет о граффити. Если появятся другие возможности, я с тобой свяжусь.
— Хорошо, спасибо вам, директор Ли, — вежливо произвел Юань Чжим.
Ли Икай выждал секунду, чувствуя легкое раздражение:
— Ну тогда приведешь все в порядок... и скинешь мне на почту.
— Ах да! — Юань Чжим наконец вспомнил. — Я в прошлый раз отсканировал код, хотел добавить вас в друзья, но как раз в этот момент вклинился звонок, и в итоге все сбилось. Дико извиняюсь.
Уголки губ Ли Икая чуть заметно приподнялись.
Затем он услышал, как Юань Чжим говорит:
— Давайте я добавлю вас снова? По этому номеру телефона можно найти профиль?
Ли Икай среагировал почти рефлексивно:
— Можно.
Но ответив, он достал телефон и взглянул на экран — тот был черным. Это рабочий аппарат.
Ладно, сойдет.
Они быстро и вежливо попрощались и завершили вызов.
Юань Чжим тут же вбил номер телефона в строку поиска WeChat. На экране высветилась аватарка — абстрактный рисунок в синих тонах.
Неужели он так быстро сменил аватарку?
Подумалось Юань Чжиму: неужели из-за того инцидента, когда он заступился за него, у директора Ли испортилось впечатление о Ван Даци, и теперь он больше не хочет ставить его рисунок на заставку?..
Поразмыслив над этим, он решил, что слишком много о себе возомнил, да и к тому же не было никаких гарантий, что прежняя аватарка и впрямь принадлежала кисти Ван Даци.
Поэтому, сделав глоток кофе, он переключился на дела и принялся рыться в папках в поисках рисунков...
Ли Икай тем временем получил запрос в друзья от пользователя по имени Звезда Завтрашнего Дня.
На аватарке Юань Чжима красовалась надпись: художникам нужно стараться еще больше, выполненная забавным, чудаковатым шрифтом. Неизвестно, принадлежала ли эта каллиграфия его собственной руке.
Из-за этого имени и аватарки Ли Икай невольно улыбнулся про себя.
После короткого приветствия прошло семнадцать минут, и собеседник прислал архив.
Ли Икай кликнул по нему и мгновенно перестал улыбаться.
Внутри папки обнаружилось пятьдесят восемь вложенных директорий с самыми безумными названиями: тут были и латиница, и иероглифы, и какая-то абракадабра, и дикие смеси китайского с английским, пересыпанные кракозябрами.
Что касается форматов — попадались jpg, pdf, png и даже почему-то MP4!
Стоило открыть видео, как выяснилось, что Юань Чжим проявил заботу и приложил запись собственных художеств на стене: растрепанные кудри измазаны краской, одежда и руки выглядят просто ужасно, а сам он как раз размазывает по стене черно-синие разводы...
По мере просмотра Ли Икай не выдержал: он принимался переименовывать каждый файл один за другим, скрупулезно приводя в порядок форматы и стили.
Однако по мере того, как он открывал картинку за картинкой, тревога законченного перфекциониста в нем стала незаметно утихать.
Юань Чжим на этот раз не хвастался: его работы простирались далеко за рамки того скудного портфолио и двух полотен с выставки.
Среди них обнаружились и дикие, ничем не сдерживаемые граффити, и модные иллюстрации, играющие с перспективой и геометрией, и кое-что еще — судя по всему, те самые крошечные авторские элементы, которые он то тут, то там впсал в серии своих картин.
Вспомнив ту красную пружину — которую, пожалуй, стоило бы назвать Вива, — Ли Икай снова почувствовал, как уголки его губ ползут вверх.
Быть может, вполне возможно, а точнее...
Если за ним приглядывать, Юань Чжим вполне мог бы вписаться в проект Хунда.
Но Ли Икай впервые за долгое время почти не осмеливался доверять собственному суждению.
Поразмыслив, он переслал этот заново подписанный архивный файл Цинь Сяоэню, креативному директору группы KL.
Ли Икай: Взгляни на эти работы, что думаешь?
Десять минут спустя.
Shawn: Рисует неплохо.
Ли Икай терпеть не мог эту манеру Цинь Сяоэня — пока не пнешь, слова не вытянешь.
Ли Икай: Но?
Shawn: Но для дизайна, по-моему, не очень подходит. Это ты его собеседовал? Мне кажется, с таким бунтарским стилем человеку лучше заниматься чистым искусством, а в дизайне ему будет тесновато. Да и перестроить мышление под наши реалии он вряд ли сможет.
Пальцы Ли Икая постучали по клавиатуре. Здравый смысл и интуиция провели несколько сражений, в конце концов он стер набранное и лишь спустя какое-то время ответил: Понял.
Цинь Сяоэнь больше ничего не спрашивал. Именно поэтому, несмотря на свой возраст и солидный стаж, превосходивший личный багаж Ли Икая, он предпочитал занимать на ступеньку более низкую должность креативщика именно в команде Ли Икая.
Словно обладая третьим глазом, Чжоу Син написал ровно в тот момент, когда Ли Икай застыл, тупо глядя в экран монитора.
Серебристый смартфон коротко звякнул: Директор Ли, вы еще не забыли, что задолжали мне художника-граффитиста? Уделите минутку в своем плотном графике, перешлите мне его работы, дайте взглянуть.
Ли Икай поднял руку и с тяжелым сердцем ответил: Помню. Я скину тебе его работы и контакт в WeChat с рабочего аккаунта, связывайся сам.
Чжоу Син прислал стикер с яркой радугой на фоне ясного неба.
Настроение самого Ли Икая было далеко не столь безоблачным.
Сяо Юань, не верь ему
В середине недели Юань Чжим прислал в WeChat сообщение — суть сводилась к тому, что он уже влился в проект Чжоу Сина, выражал за это благодарность и обещал при случае угостить директора Ли обедом.
Ли Икай предельно официально отписался в духе не стоит беспокоиться и, отправив ответ, тут же выкинул это из головы.
Причина была банальна: он катастрофически тонул в работе.
Собеседования, которые Zoe организовывала дальше, по-прежнему не приносили результата, но у Ли Икая уже имелся запасной план.
Он согласился с предложением Фэн Синя одолжить старого Лю — правда, не на проект Хунда, а чтобы тот подхватил текущие дела самого Цинь Сяоэня. Предварительная концепция там уже была полностью готова, оставалось лишь рутинное исполнение, с которым старый Лю справлялся играючи.
Благодаря этому у Цинь Сяоэня высвобождалось время, и они могли вдвоем с Ли Икаем толкнуть вперед дело с Хунда.
— Правда, старый Лю, кажется, немного недоволен, — обмолвился за обедом Цинь Сяоэнь.
Если уж Цинь Сяоэнь счел нужным упомянуть об этом вскользь, значит, дело явно не ограничивалось «небольшим недовольством».
Ли Икай отложил телефон и зачерпнул ложку говядины с рисом:
— Ничего страшного.
Проглотив еду, он добавил:
— Обидится так обидится. Если сейчас тянуть его сюда через силу, дальше всем станет только хуже.
Цинь Сяоэнь кивнул и продолжил:
— Когда у Дацяо освободится график, затащим и его. На тендер мы тогда наверняка пройдем, но даже после победы иллюстраторов все равно будет не хватать.
Одной рукой держа ложку, Ли Икай другой снова схватил телефон и быстренько перевел Сунь Шаньшань сообщение: Скинь большой Лю и остальным денег на кофе и полдник, расходы за мой счет.
Даже не поднимая головы, он произнес:
— Продолжу собеседования, поищу еще.
— И правда задачка не из легких, — отозвался Цинь Сяоэнь.
Ли Икай уткнулся в тарелку и больше ничего не говорил.
Сложно было найти не только иллюстраторов — сам проект представлял собой сплошную головную боль.
Не успели оглянуться, как наступила пятница. Отдел планирования подготовил маркетинговое исследование, команда Цинь Сяоэня собрала отечественные и зарубежные кейсы, но стоило всему коллективу усесться в переговорной, как стало очевидно: зацепиться абсолютно не за что.
С одной стороны, такой торговый центр, как Хунда, выглядел устаревшим, но в то же время коренные жители Цзинхая питали к нему самые нежные чувства, и стоило сделать концепцию слишком радикальной, как здание мгновенно растеряло бы всю свою самобытность.
С другой же стороны, ударяться в чистую ностальгию означало отстать от жизни и напрочь перечеркнуть светлые чаяния клиента омолодить бренд.
— Как ни крути, а если брать саму суть этого здания, — планировщица JOJO ткнула пальцем в фотографию белого прямоугольного параллелепипеда торгового центра Хунда, — то оно со всех сторон выглядит архаично. Вон в других ТЦ архитектура изначально кричит о собственной индивидуальности.
— Но тогда бюджет разлетится в пух и прах, да и перестраивать здания — не наша специализация, — возразил кто-то другой.
Цинь Сяоэнь, вперив взгляд в экран, заметил:
— На самом деле можно обойтись декоративными изменениями, но это снимет лишь симптомы, а не саму болезнь.
— На бренд это никак не повлияет, сплошная показуха, — констатировал Ли Икай.
Цинь Сяоэнь кивнул, и присутствующие вновь погрузились в унылое состояние неопределенности и хаотичные споры.
Не видя никаких перспектив, Ли Икай закатал рукава рубашки и вместе с JOJO принялся заново прочесывать отчет по исследованию, пытаясь выстроить логику с нуля.
В этот момент тишину разорвал громкий хлопок двери. Рука с мышкой у Ли Икая невольно дрогнула.
Подняв глаза, он увидел, как из соседней переговорной вылетает Дацяо. На ходу выкрикивая ругательства, он широким, исполненным ярости шагом направился к выходу.
Сунь Шаньшань выскочила следом, растерянно переминаясь с ноги на ногу.
Ли Икай бросил на них взгляд, продолжил было обсуждать детали с JOJO, но, разобравшись с этим вопросом, все же толкнул дверь и вышел наружу.
— Шеф... — Сунь Шаньшань отошла с ним на маленькую террасу.
— Я краем уха слышал пару дней назад, но что конкретно стряслось сегодня? — спросил Ли Икай.
Сунь Шаньшань никогда ничего не утаивала от него:
— Дацяо со старым Лю снова закупились взаимными претензиями. Во вторник они утвердили общее направление, и тогда старый Лю ничего не сказал. А сегодня, когда принесли готовые макеты, мы глянули — его эскизы вообще в другую сторону уходят! В итоге его работа никак не стыкуется с тем, что сделал Дацяо. Ну они и начали выяснять отношения, а потом закусились окончательно...
http://bllate.org/book/35026/4323057
Готово:
