Но раз уж Пэй Цзинъе сам заговорил об этом, Янь Чу не мог просто промолчать и задал вопрос: — Каким человеком является господин Сяо?
Говоря это, Янь Чу слегка перевел взгляд вверх и посмотрел на Пэй Цзинъе, но к своему удивлению заметил, что напускная холодность на лице того немного уменьшилась.
Но стоило Пэй Цзинъе, судя по всему, заметить его взгляд, как исчезнувший было ледяной выраженьице вновь появилось на его лице.
— Он очень скучный человек, — ответил Пэй Цзинъе.
Скучный? Едва ли.
Подумал про себя Янь Чу.
— Наверное, он был прекрасным человеком.
Холодность в голосе Пэй Цзинъе немного улетучилась: — Тоже нет. Он безумно любил моду, но характер у него был не из лучших.
Услышав это, Янь Чу подбирал слова: — Можете рассказать мне, каким он был человеком?
Услышав это, ледяной взгляд Пэй Цзинъе упал на Янь Чу. Янь Чу постарался подавить подступающий к сердцу дискомфорт, сделал вид, что ему всё равно, и изо всех сил постарался взять свои эмоции под контроль.
Пэй Цзинъе окинул Янь Чу взглядом с ног до головы и, заметив, что тот держится из последних сил, произнес: — Не спрашивай о том, о чем не следует.
Как только эти слова стихли, он увидел, что собеседник опустил глаза.
Пэй Цзинъе легко постучал кончиками пальцев по бокалу с вином и, видя, что Янь Чу затих, мысленно вернулся к тому моменту в баре.
Тогда практически все были уверены, что этот человек пришел, чтобы соблазнить его. Сяо Луфэн ушел и оставил его здесь, и всегда находились те, кто хотел воспользоваться моментом. К тому же Сяо Луфэн принадлежал к их кругу, а в том кругу держались вместе, поэтому вполне естественно, что все вокруг преисполнились отвращения к Янь Чу.
Поначалу он думал точно так же, но стоило ему понаблюдать за Янь Чу хотя бы минуту, как эта мысль испарилась.
Сан Хаохао действовала очень быстро: пока остальные еще не успели опомниться, она напрямую схватила Янь Чу и со злобы попыталась сорвать с него маску притворства, однако к всеобщему удивлению никакого притворства у Янь Чу не было.
Тогда он видел взгляд Янь Чу: испуг, тревогу, но Янь Чу подавил любое сопротивление и позволил Сан Хаохао зажать лицо так, что оно покраснело.
В тот момент Янь Чу вел себя тихо и спокойно. Даже оставшись наедине с ним, он не выказал никаких лишних эмоций; даже когда все потоки злобы обрушились на него, он не выглядел обиженным и не бросил на него ни единого взгляда с просьбой о помощи.
Молчаливый Янь Чу был полнейшей противоположностью Сяо Луфэну по характеру.
В тот миг не только он, но и все в отдельной кабинке поняли, что Янь Чу оказался здесь вовсе не нарочно. Но что с того? Само его лицо было первородным грехом.
Он слишком сильно походил на Сяо Луфэна.
В тот вечер из-за этой небольшой вставки с Янь Чу атмосфера в кабинке стояла довольно мрачная, а когда они позже оттуда выбрались, то отправились в другой бар.
Он выпил пару бокалов, и только тогда обстановка немного разрядилась. Тогда кто-то из малознакомых людей предложил ему: раз уж выпал шанс встретить кого-то настолько похожего, почему бы не запереть его в клетке, словно золотую птичку?
В то время их отношения с Сяо Луфэном были у всех на слуху.На самом деле, ни он, ни Сяо Луфэн не испытывали друг к другу особых чувств. Они просто выросли вместе, и с самого детства он знал, что ему суждено вступить в брак с кем-то из семьи Сяо. В той семье было лишь трое сыновей: старший, одаренный и смышленый, был предназначен для наследования семейного дела; второй, слабого здоровья, с малых лет жил за границей; оставался лишь третий — Сяо Луфэн.
Так вышло, что Сяо Луфэн был его ровесником.
Все в их кругу по умолчанию считали, что они будут вместе, да и сам он, как и Сяо Луфэн, придерживался того же мнения.
Однако год назад всё изменилось.
У Сяо Луфэна появился любимый человек — тот, с кем у него находились общие темы для разговоров.
Сяо Луфэн был дизайнером, а тот человек — закройщиком. Любую идею Сяо Луфэна, какой бы сложной и причудливой она ни была, партнер мог воплотить в жизнь. Со временем они осознали, что нашли друг в друге родственные души, и так у них завязался роман. Они встречались больше года, пока два месяца назад об этом не узнали в семье Сяо.
Сяо Луфэн начал бороться с семьей, и итогом стало то, что он вместе со своим закройщиком улетел за границу.
Мало кто знал подробности этой истории, но все были в курсе, что его бросили.
В тот день, возможно, из-за выпитого вина, а может, под влиянием слухов, ходивших в их кругу, и того чувства, что возникло у него при первом же взгляде на Янь Чу — когда кто-то упомянул о золотой клетке, он не стал ни отказываться, ни соглашаться, а лишь велел разузнать всё о Янь Чу.
Выйдя из бара, он как раз увидел сообщение от ассистента. Прочитав его, он минуту задумчиво молчал, а затем распорядился подготовить контракт и, взяв бумаги, отправился на поиски Янь Чу.
Если говорить начистоту, он и сам не мог объяснить, почему обратил внимание на такого человека. Ему просто показалось, что этот парень очень чистый и... очень мягкий.Это не была показная, вымученная нежность — она словно исходила из самой глубины его души, совершенно не вписываясь в атмосферу бара.
Такие люди нынче редкость, и он действительно невольно обратил на него внимание.
Денег ему было не жалко, содержать такого человека не составляло труда, вот он и взял его под свое крыло.
Этот человек оказался таким же нежным, каким показался при первой встрече, заставляя его время от времени вспоминать о нем и приходить сюда, чтобы немного передохнуть.
Мысли Пэй Цзинъе на этом прервались. Он разглядывал сидевшего перед ним человека с опущенным взором и слегка нахмурил брови.
Его пальцы мерно постукивали по стеклу бокала.
Неизвестно, казалось ли ему, но по сравнению с тем временем в Янь Чу произошли перемены.
Он стал немного...
Янь Чу заметил, что Пэй Цзинъе отвел от него взгляд. Подумав немного, он подошел к нему со спины и положил руки на плечи Пэй Цзинъе.
Он никогда не учился массажу, но когда-то этим занималась Янь Жо, а он, наблюдая за ней, перенял кое-какие азы.
Его пальцы плавно, не слишком сильно, но и не слабо, разминали плечи Пэй Цзинъе. Тот не стал возражать, лишь прикрыл глаза.
Увидев это, Янь Чу продолжил свои движения, погрузившись в воспоминания месячной давности.
Когда он увидел Пэй Цзинъе во второй раз, он почувствовал, что этот человек, которого все называли любимцем небес, на самом деле невероятно устал.
Такое же напряжение, такая же невозможность расслабиться — это роднило их, хотя, казалось, груз подавленности, лежащий на Пэй Цзинъе, был куда тяжелее.
http://bllate.org/book/34668/4279188
Готово:
