— … — Цинь Сяо Бэй прекрасно понимала, о чём думает Цинь Цин, но предпочла сохранить молчание. Ей нравилось решать всё легко и быстро, но мама с Сяо Бао упрямо превращали простые дела в головоломки. Ах!
— Бээр, ты правда не хочешь вернуться и жить со мной и Сяо Бао? — осторожно спросила Цинь Цин.
— Ты собираешься быть с ним? — Цинь Сяо Бэй посмотрела на мать и с трудом сдержала дрожь в голосе.
— Я ещё не решила. Но твой план совершенно не сработал: он просто не верит, что Сяо Бао — чужой ребёнок, — сказала Цинь Цин и потянулась к дочери, чтобы взять её за руку, однако та отвела ладонь и избежала прикосновения.
— Именно поэтому я ни в коем случае не должна раскрываться! Он не должен узнать о моём существовании!
— Бээр, даже если я не стану с ним, он всё равно остаётся твоим родным отцом. Этот факт не изменить. Не можешь ли ты хотя бы попытаться принять его? — Цинь Цин никак не могла понять, почему одно лишь упоминание Фан Дунчэна вызывает у дочери такую бурную реакцию.
— И что с того?! — Цинь Сяо Бэй вскочила с дивана, глаза её горели. — Мама, разве он теперь важнее меня и Сяо Бао?
— Нет! Всегда и при любых обстоятельствах ты и Сяо Бао — самые дорогие мне люди на свете, — поспешила успокоить дочь Цинь Цин. — Я больше не стану так говорить. Не злись, Бээр. Если не хочешь признавать его — не признавай. Мама уважает твоё решение.
— Мама, мы с Сяо Бао не хотим тебя потерять! — Цинь Сяо Бэй вдруг бросилась к матери и крепко обвила её шею руками.
— Бээр, мама всегда будет с вами, — сказала Цинь Цин, не задумываясь, и решила, что дочь требует от неё выбора между ней с Сяо Бао и Фан Дунчэном. Она крепко прижала девочку к себе, и в её глазах мелькнула тревога.
Убедившись, что манипуляция достигла цели, Бээр отпустила мать, снова приняла величественную и изящную осанку благовоспитанной юной леди и уселась на диван:
— Как ты собираешься поступить с Ду Сяосяо? Сейчас твоё положение крайне непрочно — всё больше людей метят в тебя.
— Мама устроит приём в особняке семьи Цинь и соберёт всех этих чудовищ и демонов вместе, чтобы дать им шанс проявить себя, — сказала Цинь Цин, размышляя о своём плане, и уголки её губ тронула расчётливая улыбка.
— Если понадобится помощь, сообщи в любой момент. Теперь у нас нет разницы во времени, и многое стало гораздо удобнее делать, — сказала Цинь Сяо Бэй, успокоившись, поскольку знала, что мать уже что-то задумала, и готова была оставаться в тени, обеспечивая техническую поддержку.
— Ну конечно! Моя Бээр самая способная! — Цинь Цин с силой чмокнула дочь в щёку.
Цинь Сяо Бэй слегка поморщилась — ей было неприятно, но она промолчала. Почувствовав, что может позволить себе больше, Цинь Цин тут же поцеловала дочь и в другую щёку. Увидев, как это серьёзное личико едва скрывает раздражение, но всё же сохраняет вежливую сдержанность, она вдруг почувствовала злорадное удовольствие — будто издевается над маленьким Фан Дунчэном.
«Ох! — подумала она. — Я становлюсь всё менее и менее достойной звания матери».
— Бээр, если тебе грозит опасность, сразу обращайся за помощью к персоналу отеля. Они тебе помогут, — на прощание с тревогой напомнила Цинь Цин.
— Я знаю. Этот отель принадлежит ему, — спокойно ответила Цинь Сяо Бэй. — Я не допущу, чтобы мне угрожала опасность.
— Ты знаешь, что это… и всё равно… — Цинь Цин виновато посмотрела на дочь.
— Самое опасное место — самое безопасное, — солидно ответила Цинь Сяо Бэй.
— Ладно, это действительно так, — вздохнула Цинь Цин, чувствуя себя побеждённой — и не столько дочерью, сколько генами Фан Дунчэна.
Едва она вышла из отеля, как раздался звонок от Фан Дунчэна. Цинь Цин взглянула на экран и неспешно ответила:
— Что случилось?
— Где ты сейчас?
— По дороге обратно в Чэнъюй. Примерно через пятнадцать минут буду на месте, — сказала она, шагая по улице.
— Где именно? Я заеду за тобой, — холодно произнёс Фан Дунчэн.
— Не нужно, я сама… — начала Цинь Цин, но Фан Дунчэн перебил:
— Адрес!
Цинь Цин оглянулась и увидела неподалёку кондитерскую. Она назвала место — и он тут же положил трубку.
«Фу! Какой невоспитанный человек!» — мысленно возмутилась она, направляясь к лавке.
Хозяйка, завидев Цинь Цин, тут же вышла ей навстречу:
— Девушка, давно вас не видела!
— Дайте, пожалуйста, два молочных пирожка, — улыбнулась Цинь Цин.
— Сию минуту! — хозяйка проворно упаковала заказ и протянула ей.
Цинь Цин взяла пирожки и потянулась за кошельком, но женщина остановила её:
— Вы забыли? В прошлый раз господин Лев оставил у меня сто юаней и просил держать их на случай, если вы снова зайдёте за сладостями.
Цинь Цин вспомнила — и смущённо улыбнулась.
— Честно говоря, я не должна была брать деньги у господина Ля, — продолжала хозяйка. — Мой магазинчик тогда едва уцелел благодаря ему. На такой золотой улице мелкому торговцу и места-то нет! А он, добрый человек, услышал, что нас хотят снести, лично нашёл связи, помог с ремонтом фасада, вложил и силы, и средства. Мы даже не знаем, как отблагодарить его. Он сказал, что у него есть подруга, которая обожает мои молочные пирожки, но уехала за границу. Боялся, что когда она вернётся, моей лавочки уже не будет, и не сможет купить любимое лакомство. Вот и помог. В тот день я увидела вас с ним вместе — и сразу поняла: вы и есть та самая подруга! Господин Лев — человек с большим сердцем. Вам повезло!
— Вот оно как… — Цинь Цин растрогалась. Без слов хозяйки она бы и не узнала, сколько Лев Сыюань для неё сделал.
Хозяйка хотела добавить ещё пару добрых слов в его защиту, но тут подъехала машина Фан Дунчэна. Цинь Цин попрощалась и села в автомобиль.
Фан Дунчэн заметил пакет в её руках:
— Обед не понравился?
— Нет, просто гуляла мимо и зашла купить пару пирожков, — ответила Цинь Цин, не желая признаваться, что была в отеле «Юйду» навестить Бээр, и поспешила сменить тему: — Совещание закончилось?
— Да. Поехали домой. Мне нужно с тобой кое-что обсудить.
— Это о Бай Лу? — Цинь Цин попыталась угадать по выражению его лица.
— Ты уже знаешь? — Фан Дунчэн взглянул на неё.
— Да, — кивнула она. — Но объяснять не нужно.
— Госпожа Фан так великодушна… Это потому, что ты мне доверяешь? Или потому, что тебе вообще всё равно, с кем я? Ты спокойно принимаешь любые слухи обо мне и других женщинах? — с досадой спросил он.
— Слухи? Какие слухи? — Цинь Цин насторожилась: похоже, они говорят о разных вещах.
— Ты не знаешь? — Фан Дунчэн прищурился и сразу всё понял. — Чэнь Мэн тебе сказал?
— Чэнь Мэн ничего не говорил. Я сама догадалась, — Цинь Цин не хотела втягивать его в разговор.
— Ты защищаешь своих подчинённых больше, чем своего мужа. Госпожа Фан, тебе не страшно, что я ревнуюю? — Фан Дунчэн понял, что Чэнь Мэн что-то проговорился, и теперь Цинь Цин знает, что за всем этим стоит Бай Лу. Но видеть, как она защищает Чэнь Мэна, ему было неприятно.
— Ты ещё способен ревновать? — Цинь Цин лёгко рассмеялась, явно не веря.
— С самого утра, как ты сказала, что едешь встречаться с Лян Ци, я ревнуюю, — честно признался он.
— Сам виноват, глупо думать! — Хотя из-за Бай Лу у неё в душе остался осадок, признание Фан Дунчэна вызвало у неё лёгкое тщеславное удовольствие.
— Да, глупо. Я ведь верю, что госпожа Фан — не та женщина, что легко меняет одного мужчину на другого. Но всё равно мне неприятно видеть, как ты общаешься с другими мужчинами. А вот ты совершенно равнодушна к женщинам, которые метят в меня. Это заставляет меня чувствовать себя неожиданно унижённым.
Цинь Цин подумала, что Фан Дунчэн именно так и действует — ловко находит слабые места и умело пользуется ими, заставляя тебя саму добровольно попасть в его ловушку.
Вот и сейчас: он так откровенно и без стеснения говорит ей комплименты, совсем не похожий на того холодного, отстранённого и сдержанного Фан Дунчэна, каким он обычно бывает. Женщина с меньшей выдержкой, услышав такие признания, наверняка уже бросилась бы ему на шею от восторга.
— Так о каких именно слухах ты говорил? — сделала вид, что не слышала его признания, Цинь Цин и перевела разговор.
— Посмотри в топ новостей, — с лёгкой обидой взглянул на неё Фан Дунчэн.
Цинь Цин чуть не выронила телефон. Она глубоко вдохнула и решила полностью игнорировать его, сосредоточившись на интернете.
Но что это за чушь?!
На фотографиях — она и Фан Дунчэн выходят сегодня утром из больницы. Из-за ракурса её лицо размыто, а его — чётко видно. Снимки показывают, как он вытаскивает её из больницы и усаживает в машину. А журналисты, будто слепые, написали:
«Страстная пара: президент Фан и звезда Бай Лу тайно посетили больницу».
«Президент Фан заботливо вёл Бай Лу за руку и помогал сесть в машину. Подозревают беременность: неужели Бай Лу ушла в тень на год из-за скорого материнства и замужества в богатую семью?»
— Да что за бред! Полное искажение фактов! — возмутилась Цинь Цин. — Кто этот идиот такое придумал? Неужели Бай Лу? Но если бы это сделала она, то сама бы себя угробила!
— Не совсем искажение. «Страстная пара» — это правда, просто они перепутали объект, — сказал Фан Дунчэн, видя её гнев, и наконец почувствовал себя нужным.
— И тебе ещё смешно?! — Цинь Цин была в унынии. Она и Бай Лу, кроме того, что обе женщины, больше ничего общего не имеют! Даже если с расстояния не разглядеть лицо, она же на шесть-семь сантиметров выше Бай Лу! Как можно такое перепутать?
— Раньше не было настроения, но, увидев тебя, сразу стало веселее, — улыбнулся он.
— Просто беда какая-то, — вздохнула Цинь Цин. С самого возвращения её будто преследует проклятие по имени Бай Лу.
— Как хочешь поступить? — спросил Фан Дунчэн, заметив её раздражение и став серьёзным.
— Так скажи: уничтожить Бай Лу немедленно или сначала немного поиграть с ней, как кошка с пойманной мышью, а потом уже прикончить? — Цинь Цин намеренно подчеркнула слово «прикончить», проверяя его.
— Делай, как считаешь нужным, — ответил Фан Дунчэн, не попавшись на крючок, и пристально посмотрел на неё.
«Лиса! Думаешь, я не смогу её уничтожить?»
— Тогда пока поиграем. Без неё, устраивающей время от времени развлечения, жизнь станет скучной, — снисходительно произнесла Цинь Цин.
— Как пожелает госпожа Фан, — игриво ответил Фан Дунчэн, делая вид, что полностью подчиняется её воле. Цинь Цин лишь презрительно фыркнула.
Всё это время он так и не собирался рассказывать ей подробности о картине и Бай Лу!
До самого дома они больше не разговаривали.
Машина въехала во двор особняка семьи Цинь и остановилась. Едва Фан Дунчэн вышел, как раздался звонок. Он взглянул на экран — лицо его потемнело. Цинь Цин тоже посмотрела: на дисплее мигало имя «Бай Лу». Она цокнула языком и, не говоря ни слова, обошла его и пошла искать Сяо Бао.
Фан Дунчэн, увидев, что она уходит, просто отклонил вызов.
http://bllate.org/book/3437/377018
Готово:
