Будучи новичком, только что вошедшим в индустрию, быстрее всего заявить о себе можно с помощью пронзительной песни, которая затронет сердца зрителей. Оказавшись в звукозаписывающей студии, Ван-гэ перебросился парами слов с звукорежиссером и обратился к нему:
— Спой что-нибудь на свой выбор, в чём силен, посмотрим, каков твой тембр.
Бай Цзуй кивнул и надел наушники. Подумав немного и отыскав в памяти воспоминания прежнего владельца тела, он с ходу запел:
— Ты пламя, ты ветер, ты дьявол, ткущий сети...
Звукорежиссер молча снял наушники, бросил взгляд на самозабвенно поющего Бай Цзуя, повернулся к Ван-гэ и произнес:
— Из него получится ведущий ночного радиоэфира, но петь он не умеет.
Ван-гэ закрыл уши руками и тяжело кивнул.
Бай Цзуй вышел из студии. Четкого представления о своем пении у него не было — он просто подражал воспоминаниям прежнего владельца. В тех воспоминаниях, когда он пел, окружающие неизменно бурно аплодировали.
— Ван-гэ, как я спел?
Ван-гэ взглянул на него, лишь чиркнуть крест-накрест слово «пение» в своем блокноте ручкой:
— Компания достала тебе рекламу цветных линз, скоро поедем на прослушивание.
GorGeous — известный на всю страну косметический бренд с огромными объемами продаж. Как раз готовилась к выпуску новая линейка цветных линз, и несколько представителей компании собирались отбирать подходящего амбассадора.
Прибыв на место, Бай Цзуй обнаружил, что претендентов собралось немало. У всех глаза были скрыты цветными линзами, и при первом же взгляде рябило в глазах от пестрых красок.
Ван-гэ тоже нашел эту картину впечатляющей и с улыбкой произвел:
— Настоящее буйство красок, не иначе. Тебе придется выделиться на их фоне, чувствуешь давление?
Бай Цзуй ответил прямо:
— Все выглядят примерно одинаково, на самом деле у меня всего один соперник.
Ван-гэ усмехнулся от серьезного тона Бай Цзуя, но, приглядевшись, понял, что эти парни и вправду на одно лицо.
Проходивший мимо мужчина услышал слова Бай Цзуя и тут же набросился на него с нападками:
— Повтори-ка, что ты сейчас сказал!
Бай Цзуй поморщился от его резкого голоса, а Ван-гэ мысленно выругался и поспешил сгладить углы, натягивая улыбку:
— Ошибочка вышла, сплошное недоразумение...
— Недоразумение? — мужчина изогнул брови, густо подведенные подводкой. Он ткнул пальцем в Бай Цзуя и повысил голос, привлекая всеобщее внимание: — Он только что высмеял нас за то, что мы все на одно лицо. Разве это не намек на то, что мы все делали пластику? Это же клевета!
В шоу-бизнесе полно тех, кто прибегал к пластическим операциям, но больше всего на свете люди здесь боятся, когда им указывают на это. Услышав слова мужчины, окружающие тут же устремили на Бай Цзуя враждебные взгляды.
— Мелкота, а смеет языком трепать. Нынче новички совсем жизни не нюхали.
— Что-то не припомню этого типа. Наверное, агент привел его просто для массовки.
Бай Цзуй остался с совершенно бесстрастным выражением лица, а вот стоявший рядом Ван-гэ занервничал. Ему совсем не улыбалось, чтобы о Бай Цзуе с самого начала пошла дурная слава в кругах шоу-бизнеса, и он шагнул вперед, надеясь урезонить мужчину.
Тот с силой оттолкнул Ван-гэ:
— Вали отсюда! Треросортный агент, а возомнил, будто чего-то стоит.
Ван-гэ потерял равновесие и чуть не рухнул на пол, но Бай Цзуй молниеносно протянул руку, вцепился ему в предплечье и отпустил лишь тогда, когда тот уверенно встал на ноги.
Бай Цзуй стоял, опустив глаза и молча. Мужчина видел лишь его темно-золотые зрачки под сенью ресниц. Задрав подбородок, тот победоносно бросил:
— Извиняйся.
Бай Цзуй подошел, наотмашь схватил мужчину за шиворот и впечатал в стену. Раздался глухой стук, и тот, еще не успев опомниться, почувствовал, как в голове помутилось.
Леденящий душу, совершенно спокойный голос Бай Цзуя раздался у него над ухом:
— Сейчас я артист, поэтому у тебя вообще есть шанс услышать мои слова.
После этого Бай Цзуй швырнул мужчину на пол и с силой пару раз пнул, причем места для ударов выбирал со знанием дела.
Ван-гэ окаменел от шока. Только теперь он по-настоящему осознал, что слова Бай Цзуя о том, что он был главарем шайки, вовсе не были шуткой. Остальные же присутствующие до смерти перепугались свирепого вида Бай Цзуя и не смели вмешиваться, благоразумно решив не лезть на рожон.
Мужчина уже почти терял сознание от боли. Когда Бай Цзуй присел перед ним на корточки, он прошипел со злобой:
— Я заявлю в полицию, тебе конец!
— Даже для заявления в полицию тебе потребуется медицинское освидетельствование травм. Врач очень внимательно осмотрит твою шею, бедра и руки на предмет ушибов мягких тканей, — Бай Цзуй схватил мужчину за волосы, приподнял его голову и прошептал прямо на ухо: — И в то же время внимательный врач непременно обнаружит на этих поврежденных участках шрамы, подозрительно напоминающие следы от игл.
Тело мужчины мгновенно окостенело. Он с неверием уставился на Бай Цзуя, охваченный таким ужасом, будто перед ним стояло какое-то чудище.
Бай Цзуй поднялся на ноги, и тут мужчина заметил, что золотистые глаза Бай Цзуя от рождения были именно такими, а когда он глянул на него холодным взглядом, от этого блеска слепило глаза, словно от полуденного солнца.
В этот момент на шум прибежала охрана. Увидев поднимающегося с пола мужчину, охранник сурово вопросил:
— Что здесь происходит? Драку устроили, да?
— Братец охранник, послушайте меня... — Ван-гэ, видя, что дело принимает все более серьезный оборот, попытался выступить с объяснениями.
— Ничего не происходит, просто словесная перепалка, — Бай Цзуй остановил его и бросил на мужчину многозначительный взгляд: — Я прав, друг мой?
Мужчина внутренне содрогнулся, столкнувшись с пронзительным взглядом и бровями Бай Цзуя, и поспешно спросил стоявшего рядом приятеля:
— У меня лицо повреждено?
— Нет.
Мужчина с облегчением выдохнул и обратился к охраннику:
— Всё в порядке, как он и сказал, просто немного повздорили.
— Смотрите у меня, еще раз начнете бузить — всех вон вышвырну!» — пригрозил охранник и удалился.
Бай Цзуй немало удивился, когда мужчина действительно вернулся на стул в ожидании прослушивания. Приподняв брови, он обронил:
— Хотя травмы и не тяжелые, но боли-то полно. Ты точно в порядке?
Мужчина зыркнул на Бай Цзуя:
— Меньше болтай! Я должен стать амбассадором бренда GorGeous, с чего бы мне тут раскисать!
Бай Цзуй:
— Ты переборщил с колесами, что ли? Снишься сам себе посреди бела дня.
Мужчина:
— ...
— Су-гэ, пора идти в комнату... — помощник бросил взгляд на Су Но, сидевшего в аппаратной перед монитором. На экране как раз транслировался Бай Цзуй — помощник даже специально навел справки после того, как Су Но заговорил о нем.
Ходят легенды, что у бога любви Купидона было два вида стрел: золотая стрела страсти и свинцовая стрела отторжения. Тот, кого ранила золотая стрела, забывал обо всем на свете и безумно влюблялся в первого встречного; тот же, в кого попадала свинцовая стрела, испытывал отвращение и отвергал первого, кого видел.
Что же это должно значить? Помощник с трудом верил своим глазам, глядя на экран: неужели Су-гэ с первого взгляда влюбился в этого парня по имени Бай Цзуй?
Су Но задумчиво поглаживал подбородок, уголки его губ тронула легкая улыбка. Он отмотал запись с камеры наблюдения на пару минут назад и, указав на человека со смартфоном в руке, велел:
— Сделай так, чтобы этот телефон оказался у меня.
— Он записал на видео, как Бай Цзуй распускает руки? — помощник сразу все понял, оценив любовь некоторых зевак устраивать шумиху из ничего.
Су Но потянулся и поднялся с кресла:
— Я ведь тоже член жюри, у меня есть полномочия аннулировать заявку любого участника. Я не хочу его видеть.
Помощник:
— Понял.
Началось прослушивание. Бай Цзуй то и дело пикировался с тем самым мужчиной, наблюдая, как один за другим уверенные в себе претенденты выходят из комнаты с поникшими лицами. Наконец дошла очередь до того самого задиры, который самоуверенно бросил напоследок:
— Место мое.
И под безмолвным взглядом Бай Цзуя хромая ввалился в комнату.
Не прошло и трех минут, как мужчину выставили вон — если быть точным, вынесли. Многие перевели испуганные взгляды на Бай Цзуя, решив, что это вчерашние побои довели парня до бессознательного состояния.
Даже Ван-гэ заволновался и зашептал:
— Теперь у нас крупные неприятности, этот парень наверняка так просто этого не оставит.
Бай Цзуй молчал. Когда мужчину выносили, он отчетливо заметил на его теле новые следы побоев. В глазах Бай Цзуя мелькнуло нечто глубокое, после чего он спокойно поднялся на ноги и приготовился войти.
— Пустите! Что вы творите?
Неподалеку раздался шум и крики. Бай Цзуй обернулся и увидел, как двое охранников волокут к выходу какого-то парня в кричащей молодежной одежде. Тот отчаянно сопротивлялся:
— Какого черта меня дисквалифицировали! Что я сделал?!
— Таково решение жюри.
Проводив взглядом уволакиваемого парня, Бай Цзуй чуть приподнял уголки губ, открыл дверь и шагнул внутрь.
Стоило ему перешагнуть порог, как комната погрузилась в абсолютную темноту. Кто-то затворил дверь за его спиной. В мертвой тишине и кромешной тьме были слышны лишь едва различимые звуки дыхания. Бай Цзуй не подал голоса, а лишь бесшумно двинулся вдоль стены.
— А? — в темноте внезапно раздался голос, причем источник звука находился в аккурат там, где он только что стоял.
Бай Цзуй затаил дыхание. Время шло, в груди начинало давить от нехватки воздуха, но в его глазах плескался нескрываемый, бьющий через край азарт. Во тьме оставался лишь один источник дыхания, и он с легкостью мог отследить траекторию движения своей добычи.
Наконец Бай Цзуй дождался удобного момента. Он нанес удар ногой — вложив в него всю силу, не заботясь о том, в кого именно угодит.
Однако его ногу тут же перехватили. На секунду Бай Цзую показалось, что дело дрянь: противник тоже оказался мастером драки, и в силе и технике он, старый вояка Бай Цзуй, неожиданно проиграл.
Оказавшись прижатым к полу, Бай Цзуй почувствовал себя скверно — горячее дыхание незнакомца опаляло ему щеку.
Слишком близко... Мысль едва успела промелькнуть в голове Бай Цзуя, как он ощутил мягкое, влажное прикосновение чужих губ. И прежде чем этот легкий поцелуй успел завершиться, наглец еще и игриво прикусил губу Бай Цзуя.
В этот момент резко вспыхнул свет, и Бай Цзуй в упор разглядел прижавшего его к полу мужчину. Четкие, объемные черты лица, мужественные и благородные черты, а на безупречной линии губ по-прежнему играла изящная, сдержанная улыбка.
Ничто в его облике не выдавало человека, который секунду назад совершил дерзкий поцелуй.
Ярость в сердце Бай Цзуя заметно улеглась:
— Ты кто?
— Меня зовут Су Но. Рад нашей встрече, — Су Но поднялся на ноги и протянул Бай Цзую руку.
— Успешный контакт с Целью покорения. Текущий уровень благосклонности Цели покорения: 10.
Су Но занимал второе место в рейтинге степени прохождения. Если Чу Лю отличался склонностью к интригам и расчету, то Су Но можно было назвать человеком исключительно приятным и легким в общении. Его главным оружием были сладкие речи: соблазняя кого-либо, он пускал в ход и смазливую внешность, и медовые словеса, и мало кто был способен разглядеть бездушие, скрывавшееся за слоями этого сахара.
Иногда Бай Цзую приходилось признавать: в делах сердечных люди порой говорят гораздо больше, чем делают. Поступки твои объект может и не заметить, но вот сказанные слова западают прямо в душу.
В своем мире Су Но был актером, искусно играющим глубоко чувствующих главных героев, и с помощью этого языка добивался любых целей.
Бай Цзуй смахнул протянутую руку Су Но и поднялся сам:
— Какую хрень ты тут устраиваешь?
Су Но:
— Тема бренда — буйство красок. Амбассадору в цветных линзах нужны не просто красивые глаза, важнейшую роль играет выражение, искра во взгляде. В обычных условиях в линзах любой выглядит ярко. Но чтобы оценить это непредвзято, мне было достаточно просто вздуть их разок и вызвать гнев. В ярости взгляд способен вспыхнуть совершенно иным сиянием.
Бай Цзуй холодно посмотрел на Су Но:
— То есть концепция прослушивания заключалась в том, чтобы знатно отхватить от тебя люлей?
Су Но склонил голову и улыбнулся, его мягкая улыбка излучала весеннее тепло:
— Но стоило мне увидеть, как твои золотые глаза даже в темноте сияют завораживающим светом светлячка, я сразу понял — это ты. Я официально приглашаю тебя стать амбассадором бренда GorGeous на правах представителя компании.
Хотя заветная роль была получена, Бай Цзуя не покидало смутное ощущение, что что-то здесь не так. Нахмурившись, он спросил:
— Всех тех бедолаг, что входили сюда до меня, ты проверял точно так же? На тебя еще не подали жалобы?
Су Но:
— Они понятия не имели, что это я. В конце концов, в темноте дела делаются куда проще.
Бай Цзуй:
— ...
http://bllate.org/book/34207/4213333
Готово:
