Появление Редера, Лютьенса и Дёница на совещании вместе выглядело несколько неожиданно, но они вполне имели право участвовать в собраниях такого уровня. Однако появление Чжоу Тяньлэя вызвало у них немалое недоумение: хотя сейчас он был весьма известен в Германии, его ранг всё же не позволял присутствовать на подобных встречах. И хотя Редер, Лютьенс и Дёниц могли прийти со своими адъютантами, Чжоу Тяньлэй вовсе не был их адъютантом.
Лишь после того, как прозвучал голос Гитлера и все обернулись, ситуация прояснилась:
— Я знаю, что у некоторых из вас могут возникнуть вопросы о том, почему на это совещание пригласили какого-то майора. Гоут по моему собственному указанию был включен в состав участников по требованию военно-морского флота. Поскольку на встрече затронут вопрос британского ВМФ, флот напомнил мне, что присутствие командира низового звена поможет всем лучше разобраться в проблеме. Поэтому я лично санкционировал особое право Гоута на участие в этом совещании. Прошу всех садиться.
Как только все заняли свои места, дежурный офицер ставок тотчас расставил перед ними чашки с кофе. Военный адъютант раздвинул широкую тканевую портьеру на стене, обнажив висевшую за ней оперативно-тактическую карту. Несколько других адъютантов устроились за столами по четырём углам конференц-зала, готовясь фиксировать ход совещания.
Гитлер заговорил снова:
— Сегодняшнее совещание чрезвычайно важно. Мы обсудим здесь дальнейший план действий на западном фронте. Йодль, докладывайте.
Йодль подошел к карте, зажав в руке указку, и, указывая на неё, произвел доклад:
— Судя по текущей обстановке, наше наступление развивается весьма успешно. Группа армий А под командованием Рундштедта уже прорвала оборонительную линию французов у Седана, а танковая группа Клейста захватила Абвиль. Особо следует отметить, что генерал Гудериан в настоящее время вышел к Ла-Маншу. Он уже занял французский порт Булонь и сейчас наступает на Кале. Остальные бронетанковые соединения также вышли на рубеж канала Эйр. Мы уже оборвали связь между Британским экспедиционным корпусом, 1-й армией Франции и внутренними французскими силами. Вдобавок к этому, действуя во взаимодействии с группой армий B в Бельгии, мы в основном окружили их в районе канала Эйр.
Однако здесь я должен особо оговорить: 7-я танковая дивизия под командованием Роммеля и приданая ей часть Ваффен-СС при вклинении в оборону англо-французских войск столкнулись с наступлением британцев у Арраса. Благодаря грамотным действиям генерала Роммеля британские войска были разбиты, а собственные потери оказались минимальными. В своем докладе он указал, что в бою им встретились новые британские танки, которые не пробиваются нашими тридцатисемимиллиметровыми противотанковыми пушками. Для отражения британских танков ему пришлось задействовать восемьдесят восьмимиллиметровые зенитные орудия.
Исходя из этого, мы видим, что хотя Британский экспедиционный корпус и 1-я группа армий Франции отрезаны от тыловых районов Франции, они отчаянно ищут способы восстановить сообщение. Более того, учитывая обилие рек и болот на рубеже канала Эйр, эта местность малопригодна для маневренного использования наших бронетанковых соединений, основу которых составляют танки. Сейчас наши танковые соединения — это главная ударная сила для второго этапа решающего сражения с главными силами французской армии, и мы ни в коем случае не должны рисковать ими ради уничтожения той Британской экспедиционного корпуса и 1-й группы армий Франции, которые и так обречены на гибель, совершая бессмысленные жертвы.
Учитывая вышеизложенное, я считаю, что наши танковые соединения должны прекратить наступление, перейти к перегруппировке и выстроить линию обороны вдоль канала Эйр, чтобы воспрепятствовать новым авантюрам Британского экспедиционного корпуса и 1-й группы армий Франции наподобие аррасской. Вражеские оборонительные позиции следует атаковать силами пехотных соединений, продвигающихся позади наших бронетанковых клиньев. Хотя это, возможно, потребует несколько больше времени, цена уничтожения Британского экспедиционного корпуса и 1-й группы армий Франции снизится в разы. Фюрер, на этом мой доклад окончен.
С этими словами Йодль вернулся на свое место.
Чжоу Тяньлэй бросил взгляд на Гитлера и, заметив глубокую задумчивость на его лице, понял, что аргументы Йоделя возымели действие и фюрер взвешивает его соображения. Спустя мгновение Гитлер поднял голову и произвел реплику:
— Мы действительно не можем растрачивать мощь наших танковых соединений на этих окруженных англичан и французов из Британского экспедиционного корпуса и 1-й группы армий Франции, но использование одной лишь пехоты сопряжено с точно такими же огромными рисками. У кого-нибудь есть идеи получше?
— Мой уважаемый фюрер, позвольте моей авиации выполнить эту задачу! Без всякой возни с медлительной армейской пехотой моя авиация полностью уничтожит врага. Я ручаюсь, что за считанные дни от противника не останется и мокрого места!
Старые партийные волки из сухопутных сил переглянулись. Этот толстяк вечно норовил загрести чужие заслуги, и вот опять выскочка вылез вперёд. Что же теперь делать? Чжоу Тяньлэй страшно запереживал: если не остановить Геринга, исход этого совещания будет предрешён.
Геринг самодовольно оглядывал присутствующих, вид у него был такой, будто его люфтваффе уже победно завершили задачу. В этот момент Гитлер внезапно произнес:
— Редер, выскажите мнение вашего флота. Я ознакомился с представленным вами докладом, там есть весьма свежие мысли. Не могли бы вы изложить их здесь более подробно? К тому же, насколько я слышал, этот доклад составил наш имперский герой.
Лицо Геринга мгновенно залилось краской.
Дёниц толкнул Чжоу Тяньлэя локтем и тихо прошептал:
— Покажи себя с лучшей стороны.
Чжоу Тяньлэй поднялся, отдал присутствующим воинское приветствие, после чего направился к карте. Указав указкой на неё, он произнес:
— Обратите внимание на это место.
Все перевели взгляд: указка указывала на Дюнкерк. Йодль озадаченно спросил:
— Этот порт столь мал, что британцы смогут с ним сделать? Согласно нашей разведке, они сейчас усиливают портовые сооружения, но он всё равно слишком крошечный! Его хватит разве что для подвоза тылового снабжения.
— Эвакуироваться в Англию, — тон Чжоу Тяньлэя оставался совершенно спокойным.
— Эвакуироваться в Англию?! Ха-ха, это лучшая шутка из всех, что мне доводилось слышать! — расхохотался Геринг.
— Геринг, у нас здесь военное совещание, чему вы тут смеетесь? Или это не военный совет, а бродячий цирк? Если хотите что-то сказать, сначала дослушайте других, — недовольно оборвал его Гитлер.
Смех Геринга тут же умолк.
— Британцы удерживают морскую гегемонию уже несколько столетий, их образ мышления во многом отличается от нашего...
На лице Чжоу Тяньлэя отразилась тревога (и то верно: парень переживал не только за Германию, но и за собственный шкуру).
— Сейчас в нашем окружении находятся сотни тысяч британцев. Если мы уничтожим эту армию, на британской метрополии попросту не сыщется более боеспособных и закаленных частей, и они не смогут противостоять нашему вторжению на Британские острова. Поэтому англичане непременно попытаются их спасти. Куда они двинутся? Первый путь — попытаться прорваться на соединение с силами во внутренних районах Франции; вчера они уже испробовали этот вариант, но генерал Роммель разгромил их попытку. Остается второй путь — эвакуация из Дюнкерка.
— Но как они смогут эвакуироваться под нашим натиском? — задал вопрос Кейтель. — По вашему плану бронетанковые части останавливаются, и в атаку идет пехота. Если англичане возведут прочные оборонительные рубежи, сколько, по-вашему, у наших солдат найдется способов сломить их? Разве это не означает, что мы снова ввяжемся в позиционную окопную войну наподобие Первой мировой? Им достаточно пожертворовать частью арьергарда, чтобы прикрыть успешный отход главных сил. К тому времени, как армия захватит их позиции и выйдет к французскому побережью, там, кроме песка, морского прибоя и того, что британцы не успеют унести, пожалуй, ничего не останется.
— Моя авиация помешает им! — взревел Геринг.
— Авиация? К тому моменту я не уверен, что погода позволит самолетам вашей авиации подниматься в воздух. Но даже если и позволит — перед лицом мощного британского флота и авиации, с какой стати наша авиация гарантированно удержит британцев?
— Да допустим, всё, что вы говорите, правда! Но где англичане раздобудут столько судов для перевозки солдат?
— Суда? У них в Англии полно гражданских кораблей, британское военное ведомство вполне способно реквизировать их для переброски людей. Вы серьезно думаете, что они не найдут пароходов? — вступил в разговор Дёниц.
Заседание штаба Западного фронта (Часть 2)
Гитлер заговорил снова:
— Прекратите все споры! Если есть вопросы — сначала выслушайте план военно-морского флота из уст нашего имперского героя, а потом уже задавайте.
Отдав Гитлеру честь, Чжоу Тяньлэй обратился к генералам и маршалам за столом:
— Когда я учился в военном училище, у меня были друзья-соотечественники из Китая. Один из них, по имени Ван Сяньбо, рассказывал мне, что у Китая за плечами многотысячелетняя история войн. В ходе этих войн они накопили огромнейший боевой опыт. Он подарил мне книгу Искусство войны, написанную одним знаменитым китайским стратегом несколько тысяч лет назад, и помог перевести ее на немецкий язык. В ней упоминается, что перед началом войны необходимо проводить расчеты: чем больше расчетов, тем выше надежда на победу. Там же упоминаются традиционные китайские уловки, коих насчитывается ровно тридцать шесть. Мой план как раз и составлен на основе тридцати шести стратагем.
Во-первых, это стратагема «Открыто чинить деревянные мостки, втайне обойти по тропе Чанцан». Она означает, что внешне я делаю одно дело напоказ врагу, а на деле совершаю совершенно иные маневры. Я намерен втайне перебросить флот в контролируемые нами порты Франции и Нидерландов. Это и есть мое «тайное прохождение по тропе».
Однако если британский флот узнает о прибытии нашего флота во французские и нидерландские порты, они непременно захотят дать нам Ютландское морское сражение. Наш флот вовсе не боится их, но это нарушит совместные действия флота, авиации и армии по уничтожению Британского экспедиционного корпуса и 1-й группы армий Франции. Поэтому мне нужен подходящий способ пустить дезинформацию, чтобы британцы уверовали: мы атакуем их военно-морские базы в Скапа-Флоу и Исландии, пока их внимание приковано к Дюнкерку. Какова будет реакция их флота, если они получат эти сведения? Несомненно, они стянут основные силы в тот регион. Это и есть мои «деревянные мостки». А когда они осознают нашу истинную цель и попытаются перебросить эскадры обратно, наша армия, авиация и флот устроят им незабываемое поражение. Таков мой общий план.
— Звучит неплохо, но не могли бы вы изложить детали вашей задумки? — поинтересовался Йодль.
— Могу ли я выдвинуть здесь несколько требований?
— Говорите, — разрешил Гитлер.
— Первое. Поскольку в ходе этой операции задействовано множество сил, а обстановка на фронте может меняться со временем, мы, моряки, считаем необходимым обладать правом переброски тех сил, которые флот сочтет нужным задействовать. Наш флот должен получить высшее командование в этой операции, право отдавать приказы и передислоцировать соединения всех родов войск, а также право наказывать офицеров и солдат за неподчинение морскому командованию и неудовлетворительные боевые действия.
— Второе. Я требую на время этой кампании временно передать в подчинение нашему флоту смешанное авиационное соединение из состава люфтваффе.
Геринг смерил его таким взглядом, будто собирался взорваться, но, скосив глаза на молча сидевшего Гитлера, сдулся и буркнул:
— Разве что во временное пользование? Что ж, тогда я могу это рассмотреть.
— Третье. Если мы одержим победу в этой кампании, Франция станет нашей по-настоящему. Наш флот разработал еще два плана. Первый касается захвата золотого запаса Центрального банка Франции, а второй — того, как принудить Англию к капитуляции без проведения десантной операции на британской территории.
При упоминании первого плана в глазах Геринга заплясали бесчисленные искры. А когда Чжоу Тяньлэй озвучил второй план, глаза Гитлера и нескольких ветеранов армейского командования вспыхнули волчьим блеском — они выглядели точь-в-точь как стая голодных волкам.
— Но основой для реализации этих двух планов служит обязательное достижение наших стратегических целей в текущей кампании, иначе оба плана так и останутся отражением луны в воде: видны, да не потрогаешь.
Гитлер помолчал, погрузившись в раздумья, и вымолвил:
— Первое требование я санкционирую от имени Верховного главнокомандования и наделяю ваш флот соответствующими полномочиями. Эти права необходимы для разгрома врага.
Следом Геринг не преминул поспешно заявить:
— Ладно, я выделю одну авиадивизию в подчинение флоту на время операции. (Вся планета и так знает, что ты пошел на компромисс, позарившись на французское золото!)
Кейтель, видя, что Гитлер и Геринг уже высказались, да вдобавок соблазнившись перспективой победы над Англией, был вынужден выдать:
— Наши группы армий A и B будут беспрекословно подчиняться приказам флота.
Чжоу Тяньлэй ковал железо пока горячо:
— Фюрер! После победы над Францией флот надеется немедленно взять под свой контроль французский флот — я опасаюсь, что те побегут или примкнут к нашим врагам для сопротивления. Кроме того, мы хотим ввести в боевой состав флота несколько пехотных дивизий сухопутных войск и обучить их в качестве подразделений морской пехоты.
Более того, для противодействия нашему сильнейшему будущему противнику — ВМС Соединенных Штатов — я требую начать подготовку морской авиации. Мы уже захватили британский авианосец «Уорспайт», который сейчас ремонтируется в доке, а на стапелях дожидается «Граф Цеппелин». Флот рассчитывает на его скорейший спуск на воду и зачисление в боевой состав. Вдобавок, по данным разведки, у французского флота имеется действующий авианосец «Беарн», а на стапелях французских верфей строятся еще два. Таким образом, в скором времени наш флот будет располагать пятью авианосцами, поэтому мы настаиваем на скорейшем развертывании подготовки палубной авиации. Расходы на эти нужды флот планирует покрыть из французского золотого запаса.
Гитлер громко рассмеялся:
— А вы, оказывается, затеяли хитроумную комбинацию! Верховное главнокомандование удовлетворяет требования флота, коль скоро ваш план обеспечит победу над Францией и Англией. А теперь изложите в общих чертах детали — мне очень хочется услышать, как ты, Гоут, собираешься разбить французов и англичан с помощью таинственных китайских стратагем.
Остальные хором поддержали его:
— Мы тоже сгораем от нетерпения услышать план нашего флота!
— План нашего флота таков. Первое: мы подозреваем наличие высокопоставленных вражеских агентов и предателей внутри нашего Третьего рейха, продающих его интересы — некоторые из наших операций почему-то всегда становятся известны англичанам заранее, что не может не вызывать подозрений. Однако прямых улик для обвинения у нас пока нет. Поэтому я подготовил фальшивую информацию, которую намерен донести до сведения тех, кого мы подозреваем в шпионаже и предательстве. По реакции англичан мы сможем точно вычислить шпионов и предателей, а заодно проведем крупную дезинформационную операцию против противника. Наш флот сосредоточит силы в Норвегии, создавая видимость подготовки удара по британским базам, и одновременно исподволь подбросим дезинформацию противнику. В результате британцы стянут большую часть сил Флота метрополии на свои базы в ожидании нашего удара.
Второе: сразу после проведения маскировочной операции флот должен в строжайшем секрете сосредоточиться у побережья Франции и заблокировать Ла-Манш. Сухопутные войска и авиация обязаны тесно содействовать нашим действиям. Авиация должна гарантировать завоевание господства в воздухе в этом регионе для прикрытия развертывания нашего флота. Сухопутные силы должны безостановочно давить на Британский экспедиционный корпус и 1-ю группу армий Франции.
Третье: наша демонстративная операция не сможет продолжаться долго — англичане быстро поймут, что их обвели вокруг пальца, и попытаются перебросить эскадры и авиацию для прикрытия эвакуации Британского экспедиционного корпуса и 1-й группы армий Франции на британскую территорию, рассчитывая также нанести тяжелое поражение нашему флоту в генеральном сражении. Мы выберем подходящий момент и устроим англичанам засаду, но нам потребуется содействие авиации для завоевания господства в воздухе и подавления атак британского флота. Действуя грамотно, мы сумеем нанести тяжелый урон британскому флоту и авиации.
Четвертое: в ходе этой кампании мы должны захватить в плен как можно больше британцев — они послужат козырем на будущих переговорах с Лондоном. Посредством пропагандистской машины Геббельса, направленной на Англию, мы взбудоражим рядовых британских граждан и политиков, недовольных Черчиллем, и подтолкнем их к борьбе против него. Стоит Черчиллю пасть — и я полагаю, Англия подпишет с нами мирный договор.
По окончании оглашения столь масштабного плана все присутствующие застыли, словно пораженные параличащим заклинанием. План и вправду оказался грандиозным: он задействовал не только армию, флот и авиацию, но и глубоко вовлекал германские разведывательные и пропагандистские структуры.
Лишь спустя изрядное время Гитлер пришел в себя и произнес:
— Вы сказали, что среди нас есть шпионы и предатели — здесь-то таких нет?
Чжоу Тяньлэй ответил:
— Все присутствующие здесь — цвет нашей империи, они преданны ей до мозга костей, и никаких проблем быть не может. Иначе я бы не осмелился раскрывать здесь планы нашего флота.
Гитлер кивнул:
— Гоут, признаться, раньше мы недооценивали тебя и твой незаурядный полководческий талант. Чем ты займешься после окончания этой кампании?
— Докладываю: поскольку я принимал непосредственное участие в создании новых типов подводных лодок нашей империи и приобрел богатый боевой опыт в ходе Норвежской операции, я хотел бы свести эти новые субмарины в отдельный отряд под моим командованием. Уверен, это принесет огромную пользу имперскому флоту и нашему великодержавному курсу. Мы не будем заниматься исключительно атаками на британские торговые суда — наша цель будет состоять в противодействии ВМС Соединенных Штатов и любым морским силам, способным угрожать имперскому флоту (этот вопрос он предварительно обсудил с Дёницем, заручившись его одобрением, а теперь просто озвучил перед Гитлером).
Во второй половине совещания присутствующие не переставали расточать похвалы плану, представленному Чжоу Тяньлэем от лица флота, и единогласно утвердили его. Генералы и маршалы, обсуждая конкретные детали и ключевые аспекты реализации, принялись отдавать распоряжения подведомственным частям. Заседание затянулось далеко за полночь.
Дюнкерк, я иду (Часть 1)
Когда Чжоу Тяньлэй вместе с Редером и остальными покидали временную штаб-квартиру Западного фронта и направлялись к военно-морской базе, Редер заговорил:
— Гоут, судя по всему, мне действительно придется произвести тебя в капитаны цур зее. Ты снискал германскому флоту поистине великую славу — еще никогда наш флот не выглядел столь триумфально.
Дёниц, сохранявший хладнокровие, заметил:
— Победу мы еще не одержали. Мы понятия не имеем, как сложатся обстоятельства в дальнейшем, а сделать нам предстоит еще очень многое.
Лютьенс поддержал его:
— Дёниц прав, работы впереди непочатый край. Вернувшись на базу, мы должны тщательно проработать детали плана и отдать распоряжения на местах.
Вернувшись в Вильгельмсхафен, морские офицеры прошли в портовую штаб-квартиру и развернули морские карты. Редер спросил:
— Какие корабли мы можем задействовать прямо сейчас, и что из находящегося в море удастся вернуть?
— На данный момент мы можем привлечь линейные корабли и тяжелые крейсера «Гнейзенау», «Шарнхорст», «Адмирал Хиппер», «Лютцов», «Адмирал Шеер», «Блюхер» и другие, — доложил Лютьенс. — «Принц Ойген» сейчас проходит ходовые испытания и не сможет присоединиться к предстоящему бою. О, да захваченный Гоутом «Уорспайт» уже отремонтирован и тоже готов к бою, теперь он носит имя «Гамбург». Гоут, две новые подводные лодки вашей постройки возведены по вашему требованию с переброской средств из других статей бюджета, еще не получив санкции фюрера. Теперь-то вам придется их вернуть, так что в вашем соединении теперь насчитывается три субмарины. Грядущее сражение можно считать генеральным сражением с Флотом метрополии британского ВМФ. Поэтому в него мы должны бростит все легкие крейсера и бо́льшую часть эсминцев, а подводные силы также будут сосредоточены для совместного участия в решающей схватке.
Тем временем в Лондоне, в резиденции премьер-министра, Черчилль вглядывался в лежавший на письменном столе рапорт:
— Что?! Германский флот сосредоточивает силы в Норвегии? Чего они добиваются? Насколько достоверна эта информация?
— Сведения поступили по каналу главы военно-морской разведки Германии Канариса, однако ему известно лишь то, что немецкий флот стягивает силы именно туда...
http://bllate.org/book/34134/4202535
Готово:
