Если бы Учиха Мадара действительно существовал в этом мире, он непременно выглядел бы именно так.
— Мадара…
Вэйян Наи потянула его за рукав, и только тогда он отвёл взгляд и опустил глаза на неё.
— Поможем Какаши, хорошо?
Мадара до этого момента не произнёс ни слова. Лишь теперь, глядя на Вэйян Наи с её полной надежды улыбкой, он соизволил ответить:
— Кто такой Какаши?
— Это человек, которого я очень люблю.
Вэйян Наи говорила серьёзно, но тут же нахмурилась и сжала губы.
— Случилось столько всего… Я ничего не понимаю, всё так запутано. Поэтому я вам всё рассказываю — вы придумаете, что делать.
Она посмотрела на Мадару, затем перевела взгляд на Итачи и, наконец, на Нагато. Её лицо озарилось счастливой улыбкой.
— Вы все такие сильные и умнее меня. И теперь вы здесь.
Взгляд Итачи смягчился, а Нагато едва заметно приподнял уголки губ.
Мадара осмотрелся.
— Мы под землёй.
— Да.
Вэйян Наи кивнула.
— Зецу скоро вернётся. Итачи, давай заберём Саске? Его глаза ещё не зажили, он плохо видит и не может сам идти.
Итачи спокойно кивнул.
— Пойдём.
Он даже не спросил, что значит «глаза Саске ещё не зажили».
Поскольку Нагато не мог ходить, Итачи поддерживал его под руку, и поэтому Вэйян Наи шла рядом с Мадарой, весело подпрыгивая на ходу.
— Мадара, ты знаешь Саске? Это младший брат Итачи, тоже из клана Учиха.
Вэйян Наи старательно знакомила своего друга.
— И он очень похож на Дзиро! Когда я впервые увидела Саске, я подумала, что это Дзиро.
Мадара молча шагал вперёд, не отвечая. Он шёл быстро, почти как ветер, и Вэйян Наи с её короткими ножками еле поспевала за ним, держась за край его одежды, чтобы не отстать.
— Ах да, потом я больше не видела вас, — продолжала болтать Вэйян Наи, упорно пытаясь не отставать. — Я видела, как Хаширама стал Первым Хокаге Конохи. На скале даже высекли его портрет и портрет его брата — огромные! Говорят, что кланы Сенджу и Учиха потом помирились, и Мадара тоже присоединился к Конохе. Дзиро наверняка был бы так рад! Я раньше ходила с ним…
Мадара внезапно остановился. Вэйян Наи, не ожидая этого, врезалась в его доспехи и чуть не расплакалась от боли.
Мадара не обернулся.
— Дзиро умер до основания Конохи.
Вэйян Наи терла нос, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза, но, услышав эти слова, замерла. Её оживлённое лицо погрустнело, она опустила голову.
— Прости… Я не знала.
Она говорила тихо и виновато.
Мадара некоторое время смотрел на неё сверху вниз, затем взял её за воротник и поднял в воздух так, что их глаза оказались на одном уровне. В его взгляде сквозило высокомерие и лёгкое раздражение.
— Ты говоришь глупости.
Смерть Дзиро не имела к ней никакого отношения — за что она извиняется?
Вэйян Наи сжала его руку и с жалобным видом произнесла:
— Тогда не злись.
Мадара приподнял бровь.
— Злюсь?
— Да! Ты сейчас злишься. Всё время хмуришься и выглядишь ужасно страшно.
Вэйян Наи упрямо настаивала:
— Раньше, когда ты злился, ты всегда такой.
Значит, всё это время она болтала без умолку, пытаясь смягчить его гнев и вернуть ему спокойствие?
Мадара опустил её на землю.
— Мой гнев тебя не касается.
Вэйян Наи растерянно склонила голову.
Итачи и Нагато, стоявшие позади, молча наблюдали за происходящим. Взгляд Итачи оставался спокойным и проницательным.
В этот момент и Вэйян Наи, и Нагато одновременно почувствовали что-то и подняли глаза вверх.
— Это…
Нагато нахмурился.
— Это Зецу, белый Зецу. Он ушёл за едой для меня и Саске и теперь возвращается.
Вэйян Наи с беспокойством посмотрела вверх.
— Зецу странный — похож на непентес: половина чёрная, половина белая.
Нагато задумчиво произнёс:
— Даже находясь в «Акацуки», я так и не смог выяснить, кто он на самом деле.
— И ещё Учиха Обито, — Итачи обратился к Мадаре, его голос звучал ровно. — Зачем он выдавал себя за тебя?
Мадара презрительно фыркнул.
— Откуда мне знать.
— Этот Зецу…
Вэйян Наи колебалась.
— Их двое, и их сознания очень странные.
Все трое посмотрели на неё. Она нахмурилась, подбирая слова.
— Белый Зецу… я не понимаю. Там словно много-много людей. А чёрный Зецу — это только один человек.
Мадара медленно прищурился.
— О-о…
— Это человек по имени Даймёдзю Хагоромо.
Вэйян Наи растерянно посмотрела на них.
— Вы её знаете?
— Даймёдзю… — Нагато слегка удивился.
— Хагоромо? — Итачи нахмурился.
Мадара молчал.
— Да, — кивнула Вэйян Наи. — Её зовут именно так. Чёрный Зецу — это сознание этого человека. Я её не знаю. Я спросила Какашимару, и он тоже не знает, но сказал, что проверит в архивах. Нужно немного подождать.
— Под землёй ещё много белых Зецу. Всё слишком сложно. Я совсем не разбираюсь в этом мире и не могу помочь Какаши.
К тому времени они уже добрались до входа в пещеру. Мадара мгновенно уничтожил не успевшего среагировать белого Зецу и отбил летящие из пещеры кунаи.
— Саске.
Итачи назвал имя ещё до того, как Мадара сделал движение.
Через некоторое время из тёмного прохода раздались медленные шаги. Саске появился из глубины пещеры.
Его лицо было плотно забинтовано. Вэйян Наи тут же подбежала к нему и схватила за руку.
— Саске, я привела Итачи!
Саске позволил ей вести себя, сделал несколько шагов и повернул голову.
— Итачи?
Итачи стоял вдалеке и молча смотрел на него.
— Похоже, ты уже пересадил себе мои глаза.
— Верно, — ответил Саске. Вэйян Наи почувствовала, как он на мгновение сжал её руку, но лицо его оставалось спокойным. — Не ожидал, что ты вернёшься.
Итачи промолчал.
Вэйян Наи посмотрела на Саске — тот явно сдерживал какие-то чувства.
В этот момент Нагато, которого поддерживал Итачи, нахмурился.
— На тебе… всё ещё есть эта штука.
Мадара опустил руки, подошёл и положил ладонь на плечо Саске. Тот напрягся, но Вэйян Наи слегка потрясла его за руку, и он расслабился.
Из тела Саске, будто выдавленные наружу, начали вытекать белые сгустки, которые вскоре превратились в шесть фигур, идентичных белому Зецу. Мадара извлёк их из тела Саске.
Итачи прикрыл глаза, активируя Шаринган.
— Тэнсё!
Чёрное пламя мгновенно поглотило их.
Саске помолчал.
— Похоже, Обито использовал их для слежки.
— Что дальше? — Нагато посмотрел на Вэйян Наи. — Мы с Итачи и этот Мадара только что вернулись, ничего не знаем о текущей ситуации. Но раз нас воскресили с помощью «Оживления мёртвых», значит, у противника куда более масштабные планы.
— Подождите немного, — Вэйян Наи наклонила голову, будто прислушиваясь к чему-то. Через мгновение она снова подняла глаза на них. — Я только что сообщила Какашимару, что происходит здесь. Он сказал, что Какаши вернулся в Коноху. Обито объявил войну пяти Хокаге и начал Четвёртую мировую войну шиноби. Он хочет захватить Восьмихвостого и Девятихвостого из Наруто.
Она передавала слова, которые слышала через технику «Передачи мыслей» Ино.
— Он хочет воскресить Дзюби, стать его носителем, усилить свою силу глаз и осуществить план под названием «Лунный глаз».
Обычная техника «Передачи мыслей» не позволяла бы поддерживать такую связь на таком расстоянии, но Вэйян Наи была особенной. Поэтому, несмотря на то что она находилась в неизвестной пещере под землёй, она всё это время оставалась на связи с Какашимару и Какаши.
Какаши хотел выяснить, кто стоит за всем этим, и когда Вэйян Наи увезли сюда, она решила остаться — вдруг удастся что-то выяснить и помочь Какаши.
Какаши и Какашимару были против, но не могли её остановить. Ведь это был всего лишь сон — с ней точно ничего не случится. Поэтому, хоть и с неохотой, они позволили ей остаться.
— План «Лунный глаз» заключается в том, чтобы отразить глаза на Луне и наложить гигантский гендзюцу на весь мир.
Голос Вэйян Наи вдруг оборвался. Она моргала, как будто остолбенев от услышанного.
— Вэйян Наи?
Нагато посмотрел на неё.
Она очнулась, неловко втянула голову в плечи и виновато пробормотала:
— А-а… потом… все попадут в иллюзию. Мир объединится, исчезнут войны и раздоры… Все будут жить в мире… в этом гендзюцу.
Её голос становился всё тише и тише.
— Да ты что? — фыркнул Саске. — Кто вообще придумал такой нелепый и глупый план?
Мадара бросил на него неопределённый взгляд.
Вэйян Наи инстинктивно опустила голову — ей показалось, будто Саске ругает и её тоже. Но она уже раскаивалась и извинилась перед Какаши, поэтому, чтобы показать своё раскаяние, энергично закивала:
— Да! Этот план — полная чушь! Затаскивать всех в иллюзию, в сны… Только идиот такое придумать мог!
Мадара медленно перевёл на неё тяжёлый взгляд.
Итачи уловил ключевое слово и чуть приподнял уголки губ.
— Сон?
Вэйян Наи на мгновение застыла. Она никогда не умела врать.
— Я уже поняла, что неправильно поступила… Простите.
— Я втянула вас всех… в сон.
— Вы правы, я и правда идиотка.
— Но я хотела помочь Какаши и Наруто разобраться во всём этом, поэтому не развеяла сон.
Саске холодно усмехнулся и прислонился к стене.
— Так и думал.
После инцидента с Данзо он уже заподозрил нечто подобное, но не упоминал об этом из-за постоянного наблюдения Зецу.
Итачи тоже оставался невозмутимым — он, похоже, давно всё понял.
Нагато на миг удивился, но затем тихо рассмеялся, словно обретя покой.
— Вот оно что.
Мадара же чувствовал, как комок злости застрял у него в горле. Он был единственным, кого действительно ошеломило это признание. Но он не мог этого показать — слишком унизительно. Поэтому он скрестил руки на груди, сохраняя свой привычный холодный и надменный вид, и лишь коротко фыркнул.
Группа стремительно неслась сквозь лес, оставляя за собой лишь размытые следы.
— Даймёдзю Хагоромо, — голос Мадары, как всегда, звучал высокомерно, будто даже объяснение было для него унизительной уступкой, — женщина из древних времён. Она съела плод Божественного Древа и стала первым человеком, получившим чакру. Затем она в одиночку положила конец войнам. Шести Путей — её сын.
— Плод Божественного Древа?
Вэйян Наи, сидевшая у него на спине и обхватившая его за шею, любопытно выглянула вперёд.
— Вкусный?
Мадара не удостоил её ответом и продолжил прыжки вперёд.
— Шести Путей?
Нагато невольно приложил руку к своим глазам.
http://bllate.org/book/3346/368923
Готово:
