Пока Чи Юнь металась между двумя возможностями, не зная, как поступить, она обратилась к Юй Тин. Используя свои личные связи и ресурсы, Юй Тин помогла ей решить проблему с дефицитом сырья.
Где та грань, до которой ей следует возвращать этот долг? Чи Юнь прекрасно понимала всё про себя.
Она и подумать не могла, что помимо дел по работе и знакомства с Цзянхуа — городом, который для Юй Тин всё ещё оставался чужим, — им доведется затронуть даже семейные дела Корпорации Юаньсэнь.
Чи Юнь чувствовала себя немного неловко.
Впрочем, ей не впервой было оказываться в неловких ситуациях: сколь бы смущающим ни был момент, она умела держать лицо и отвечать достойно и учтиво.
Юй Тин больше ничего не говорила.
Выйдя из лифты наружу и ощутив порыв холодного ветра, Юй Тин, похоже, тоже сообразила, что заводить с Чи Юнь подобные разговоры было не совсем уместно, и умолкла.
По дороге обратно к жилому комплексу она тоже потеряла всякое желание болтать: всю дорогу опершись рукой о голову, она смотрела в окно.
— Госпожа Юй, это те ворота? — сделав несколько поворотов и прибыв на место, спросила Чи Юнь.
Юй Тин бросила взгляд в окно, бегло осмотрелась, опустила руку и машинально отстегнула ремень безопасности:
— Да, эти. Можете припарковаться прямо здесь у обочины, извините за беспокойство, госпожа Чи.
Чи Юнь припарковала машину у входа в жилой комплекс, отстегнула ремень и вышла проводить Юй Тин.
— Большое спасибо за гостеприимство, госпожа Чи, ужин был очень приятным. В следующий раз я вас приглашу, — улыбаясь, произнесла Юй Тин, стоя у дверцы автомобиля и словно забыв о только что смутившей их атмосферу беседе.
Чи Юнь подумала про себя, что если уж в следующий раз придется ужинать, то платить всё равно будет она.
Впрочем, об этом можно будет сказать и в момент расчета, сейчас спорить не стоило, и она лишь мягко ответила:
— Хорошо.
— Уже поздно, госпожа Чи, поезжайте домой отдыхать, спокойной ночи. И будьте аккуратнее за рулем. — Юй Тин уже дважды ездила в машине Чи Юнь, и у неё сложилось впечатление, будто эта женщина страсть как любит наперегонки со временем.
— Угу, вы тоже отдохните, госпожа Юй, тогда я поеду. — Чи Юнь повернулась, села обратно в машину, опустила стекло и помахала Юй Тин на прощание.
Юй Тин проводила взглядом уезжающую Чи Юнь, но стоило машине отъехать совсем недалеко, как за спиной её окликнули:
— Седьмая!
Доехав до самого конца дороги, Чи Юнь сообразила, что ей нужно развернуться.
Впереди простиралось прибрежное шоссе, и если ехать в объезд, пришлось бы снова проезжать мимо чайного ресторана. Сей пейзаж у моря был прекрасен, но маршрут предстоял долгий — пришлось бы сделать огромный круг, прежде чем вернуться в жилой комплекс Хуэйцзин.
Если она хотела добраться быстрее, было куда удобнее поехать по главной городской магистрали.
Чи Юнь тут же решила развернуться.
Проезжая мимо входа в жилой комплекс, где жила Юй Тин, она поддалась какому-то странному порыву и бросила туда взгляд.
Госпожа Юй всё ещё стояла у ворот и домой не спешила. Рядом с ней появился еще один человек, с которым они о чем-то оживленно беседовали.
Неужели... это её младшая сестра?
Но почему этот человек выглядит так... так похоже...
Своей наблюдательностью Чи Юнь гордилась больше всего на свете, и она была уверена, что не могла ошибиться.
Она нажала на тормоз, припарковала машину у обочины и включила аварийку. Затем вытащила коммуникатор и быстро принялась листать фотографии.
Последние несколько дней Чи Юнь усердно наверстывала упущенное, изучая документальные фильмы Ли Чжоу.
Порядок просмотра у неё был весьма необычным: она чередовала новые выпуски со старыми.
Досмотрев самый свежий эпизод, она, словно в какой-то игре на поиск отличий, принялась сопоставлять старые и новые серии.
Почему там появился еще один человек?
Документалки А-Ли — о птицах, о рыбах, о пустынях, о лесах... Кроме тех местных жителей, чье появление в кадре было неизбежно, там была только она сама.
От начала и до конца все кадры, требующие закадровых пояснений и демонстрации чего-либо, А-Ли выполняла в одиночку. Почему же в самом свежем выпуске какой-то дайвер погружался вместе с А-Ли? И даже появлялся с ней в одном кадре?
Кто она такая?
Желая выяснить личность этого человека, Чи Юнь подписалась на официальный микроблог студии Ли Чжоу и по ответам под записями вычислила аккаунт помощницы Ли Чжоу.
В блоге помощницы Чи Юнь наткнулась на целую серию фотографий.
Там было несколько человек, стоявших на палубе судна и позировавших с банками маринованной лапши из морской капусты в руках, а подпись гласила: Спасибо доктору Юй, вкуснейшая морская капуста — по банке на брата.
Открыв комментарии под постом, она увидела еще одну реплику от помощницы: Сестре Чжоу — две банки.
Что это значит?
Мало того что этот человек погружался вместе с А-Ли, так она еще и увивается за ней изо всех сил, да?
И прямо сейчас этот самый человек находился перед глазами Чи Юнь.
Она что, сестра госпожи Юй?
Шелковый узел
В порту Шачжоу Ли Чжоу припарковала машину прямо у причала, куда швартовались суда.
До прибытия корабля оставалось еще пятнадцать минут, и сидеть в салоне было скучно, так что Ли Чжоу просто вышла наружу и прислонилась к капоту.
Ветер подогнул край белой куртки, закинув подол назад. Изящные красивые ключицы Ли Чжоу и пропорциональные мягкие линии плеч и шеи обнажились в лунном свете, отдавшись на волю морского бриза.
Холода она не чувствовала.
Она была погружена в мысли.
Ли Чжоу думала о бывшей жене, которую видела десять минут назад, и о той женщине, с которой та так весело и непринужденно щебетала.
Какие у них отношения?
Стоило ей углубиться в раздумья, как она резко опомнилась: они ведь уже развелись, с кем ужинает бывшая жена — ей-то какое дело?
Морские волны с шумом бились о рифы, Ли Чжоу плотнее запахнула куртку, скрестила руки на груди и подняла взгляд вверх, на бледно-желтую луну.
Струящийся серебом лунный свет очертил её прекрасное лицо: высокий лоб, прямой нос, тонкие и алые губы, которые сейчас были плотно сжаты в ниточку.
Кожа у неё была мертвенно-бледной, как и взгляд. Резко взметнувшиеся вверх брови придавали этому удивительно красивому лицу выражение суровой холодности и отчужденности.
Вокруг неё, казалось, на несколько футов всё промерзло, и никто не осмеливался приблизиться.
Один за другим в голове возникали вопросы.
Куда они отправятся после ужина?
Поедут ли вместе домой?
К той женщине домой или в жилой комплекс Хуэйцзин?
Станут ли они заниматься подобным на глазах у её истинного тела?
...
Чем больше она думала об этом, тем сильнее разгорался огонь у неё в груди. В порыве гнева Ли Чжоу отозвала свое сознание, наблюдавшее через истинное тело. Вместе с этим и все следы её чар растворились без следа.
Раз уж они с Чи Юнь больше не связаны, нечего суетиться. Пусть проводит время с тем, с кем хочет, ей до этого дела нет.
— Сестра Чжоу. — Этот оклик и появившийся рядом силуэт заставили Ли Чжоу вернуться к реальности, и она перевела взгляд на грузовое судно, медленно приближающееся к причалу.
На борту, у самого леера, какая-то короткостриженая девчонка отчаянно махала ей рукой.
Ли Чжоу сделала пару шагов навстречу подплывающему кораблю, а затем повернулась и знаком велела портовым рабочим, отдыхавшим на каменных тумбах, готовиться к работе.
— Грузим товар, живее! — выкрикнул на диалекте бригадир, и с десяток ожидавших заработка портовых грузчиков тут же поднялись на ноги.
Морской пехотинец Чан Ци бросила канат, и рабочие на пирсе подхватили его, намертво закрепив на швартовой тумбе.
Трап соединил борт с берегом, и Чан Ци в два счета сбежала вниз, быстрым шагом направляясь к Ли Чжоу:
— Сестра Чжоу, пусть грузчики сами всё перетащат, а мы пока отойдем в сторону и сверим расходы на эту перевозку.
В руках она держала папку с документами, где лежали счета на оплату услуг капитана, а еще... кое-что другое.
Они отошли к основанию башенного крана, подальше от шумной суеты разгрузки.
— Вот расчет с капитаном, а это... видеоматериалы, оставшиеся с судна 0739 перед его крушением, и... список морских обитателей, лишившихся жизни за этот цикл промысла.
Счета были далеко не самым главным: прикрытый ими список убитых морских животных и архивные записи с затонувшего корабля Черная жемчужина 0739 стали причиной, по которой Чан Ци лично пустилась в этот путь, чтобы сопроводить груз.
Чан Ци была морским полицейским, но никто из работавших бок о бок с Ли Чжоу людей не знал её истинной личности. Для посторонних она была матросом, завербованным Ли Чжоу, а для своих — сотрудником, направленным ведомством для расследования деятельности нелегальной китобойной организации Китовый плёс.
Записи с камеры Черной жемчужины перед крушением были зашифрованы и открывались только с помощью специального серийного номера. Этот номер был только у Ли Чжоу.
Она сказала Чан Ци:
— Сначала я просмотрю всё сама, если найду что-то стоящее — сообщу тебе.
— Хорошо, — тихо отозвалась Чан Ци.
Ли Чжоу приняла счета и, опустив взгляд, поставила подпись. Возвращая деньги и бумаги обратно, она забрала лежавшие внизу списки и карту памяти.
Портовые рабочие вовсю трудились, разгружая товар и укладывая его в машины. Это было судно для промысла крабов: помимо принесенных капитаном по просьбе Ли Чжоу призрачных сетей и рыбьих костей, грузчики выгружали на плечах целые клетки с крабами.
Капитан корабля как раз обсуждал с закупщиками цену на морской деликатес. Улов из глубин океана: чем раньше доставишь покупателю, тем он свежее. Её призрачные сети, видимо, удастся выгрузить не раньше, чем закончат с крабами.
— Сколько голов на этот раз недосчитались? — Ли Чжоу снова перевела взгляд на Чан Ци и произнесла глухим голосом: — Мне нужны точные цифры.
— Всего 239 голов, — понизив голос, ответила Чан Ци. — В акваториях, где ведется учет, стало на 50 меньше синих китов, на 83 — кашалотов, на 47 — горбатых китов, на 59 — серых китов...
Чан Ци заметила, как взгляд Ли Чжоу становится всё холоднее, пока не превратился в два ледяных острия, устремленных прямо на неё. Гнев сестры Чжоу вызывала не она сама, а те цифры, что слетали с её губ — те проклятые браконьеры, что истребляли китов.
— Куда уходит вытопленный китовый жир? — помолчав и сжав зубы, осведомилась Ли Чжоу.
— На черный рынок, — ответила Чан Ци. — Его уже расфасовали по партиям и отправили в разные места, в основном используют для производства... смазочных материалов.
Ли Чжоу хранила молчание.
Конвенция Организации Объединенных Наций по морскому праву и Международная китобойная комиссия еще десять лет назад строго запретили убийство крупных морских млекопитающих, включая все 83 вида китов по всему миру, а также их ближайших сородичей — дельфинов.
И тем не менее находились банды безумцев, которые тайком выходили в море и с помощью китобойного оборудования истребляли этих созданий.
В прошлом году студия Ли Чжоу разоблачила китобойную шайку из семи человек.
Когда их обнаружили, они как раз убивали детеныша серого кита и его мать в старом китобойном порту в Тихом океане.
К моменту их прибытия браконьеры уже пронзили гарпунами малыша, лишив его возможности спастись, а мать-китиха металась в безумии.
Связавшись с морской полицией и взяв преступников под стражу, Ли Чжоу перепробовала множество способов, чтобы спасти усеянного ранами детеныша.
Но ранения пришлись на жизненно важные органы, и Ли Чжоу оказалась бессильна.
По иронии судьбы, спасшейся тогда матери-китихе Ли Чжоу присвоила номер, прикрепила трекер и внесла в антибраконьерскую систему. И вот сегодня она обнаружила её в этом самом списке убитых.
За те 70 миллионов лет, что киты населяют эту землю, пищевая цепь научила их противостоять хищникам океана, научила спасаться от смертельной опасности, вырываясь из пасти врага. Но ни одна стратегия не способна защитить их от китобойных снастей и оборудования, которые принесло в океан человечество.
http://bllate.org/book/33188/4073741
Готово:
