— А-Юэ, запиши на его счёт: за повреждение оконной рамы — штраф пятьдесят лянов.
Инь Цзянъюэ посмотрел на разбитое окно и кивнул. За столько лет он уже привык выбивать долги, так что Жэнь Цинчжоу мог смело готовиться отрабатывать долг тяжёлым трудом.
＊
Суй И не понимал, завершилось ли это дело или ещё нет.
В конце концов, заставить Жэнь Цинчжоу изменить своё отношение — это не демонов истреблять, тут всё не так однозначно и понятно. Он не мог до конца угадать мысли противника, но, хорошенько подумав, решил: раз он сам теперь начеку, то при мастерстве Жэнь Цинчжоу тот вряд ли сможет устроить переполох.
Выходит, он преуспел?
Пролежав три дня в полном покое, Суй И уже почти оправился от ран. Обладая глубокой внутренней энергией, он исцелялся от ударов меча очень быстро. Тем временем Инь Цзянъюэ подключился к сбору долгов, так что Жэнь Цинчжоу только и оставалось, что спасаться бегством, закрывая голову руками, а Суй И остался в секте разбираться с текущими делами.
Но в ту же ночь он снова погрузился в сон.
Тот же мир, та же комната, знакомый экран и обрубленные то тут, то там иероглифы. Жестокая развязка вновь настигла его.
[...] Гунсунь Цзымэн — главная злодейка из подчинения главы культа Демонического Культа, одаренная прирожденной обольстительной красотой и непревзойденным умом. Как же она могла подумать, что её безупречно продуманный план будет раскрыт заранее? Неужели Хэ Цзяцзя солгала ей и назвала фальшивые сведения? Нет, Хэ Цзяцзя не лгал, просто Суй И оказался слишком хитер. Гунсунь Цзымэн не смирилась с тем, что добытая с помощью медовухи и чар возможность ускользнула от неё, и решила лично пожаловать в Секту Небесного Меча. Прикрываясь Хэ Цзяцзя, она три месяца пробыла в укрытии в роли шпионки и наконец на каком-то празднике по случаю дня рождения отравила всех членов Секты Небесного Меча. Банкет в честь дня рождения обернулся резней и полным истреблением секты. Глава Суй И был пронзён мечом насквозь в область горла, а четырёхлетний Лу Вэньюй поклялся отомстить за Учителя любой ценой и с этого момента вступил на путь мести!
Проснувшись, Суй И посмотрел на полумрачный угрюмый интерьер комнаты. Во сне он не стал читать критику читателей в адрес автора и не стал переживать из-за собственной участи. Он думал об одном человеке — Хэ Цзяцзя, своём младшем соученике, «второй мамочке» Секты Небесного Меча.
Если бы в секте объявился «предатель» и пришлось устраивать голосование среди всех членов, то, пожалуй, скорее проголосовали бы против него самого, чем против Хэ Цзяцзя. Как мог самый чуткий и нежный человек совершить нечто, вредящее родной секте? Правдив ли этот сюжет или в нём ошибка?
Знал ли он о привлечении внешних врагов?
Предал ли Хэ Цзяцзя Секту Небесного Меча?
＊
Судя по сценариям первых двух раз, он не мог пустить всё на самотёк. Но точно так же, как он не верил, что Жэнь Цинчжоу затаит обиду из-за поражения и решит убить его, Суй И не верил, что Хэ Цзяцзя связан с Демоническим Культом и предал секту. К этому вопросу следовало подойти со всей осторожностью, его нельзя было выносить на суд всеобщего внимания, чтобы Хэ Цзяцзя не пало несмываемое клеймо предателя.
Разумеется, всё это строилось на том предложении, что он сам не является предателем.
Тогда как же выяснить это незаметно для остальных?
Суй И поднялся, уселся на краю кровати и, подперев подбородок рукой, погрузился в раздумьях, но так и не придумал никакого плана вплоть до самого рассвета. Тяжело вздохнув, он подошёл к письменному столу, рассеянно подхватил стоявший на нём чайник и собрался выйти на улицу, чтобы заварить свежего чаю. Однако, бросив случайный взгляд на стол, он как раз заметил зажатое среди тетрадей письмо. Послание прислал отец Инь Цзянъюэ ещё вчера.
Ранее отец присылал письмо со словами, что мать Инь Цзянъюэ скучает по нему и хочет, чтобы сын вернулся домой проявить сыновнюю почтительность. Тогда Суй И согласился, но из-за того, что Инь Цзянъюэ упирался всеми силами и возвращаться отказывался, дело отложили. Теперь же клан Инь прислал новое послание, причём тайком, обойдя самого Инь Цзянъюэ, и доставил прямо к нему на стол. Вчера Суй И не успел его прочесть, а теперь открыл и наконец понял, в чём тут дело.
Суй И потёр подбородок и задумался:
— А ведь это шанс.
＊
Инь Цзянъюэ неожиданно почувствовал странный холод, пробежавший по спине, будто кто-то за его спиной строил козни. Но он и представить не мог, что эти козни плетет его самый любимый Учитель.
— А-Юэ, у меня к тебе одна просьба.
— М? Учитель, говорите смело, я сделаю всё, что в моих силах.
Ранним утром Суй И появился у окна Инь Цзянъюэ. Инь Цзянъюэ был хорошим учеником и ни за что не стал бы усложнять Учителю жизнь, но Суй И вдруг мягко улыбнулся ему и произнёс:
— Вот и славно. На самом деле дело несложное, просто тебе придётся временно потерпеть. Не бойся, А-Юэ, Учитель вовремя прибудет тебе на помощь. В конце концов, с твоим упрямым характером тебе вряд ли удастся быстро найти подходящую пару, а так хоть людей больше не станешь задерживать.
— ???
Инь Цзянъюэ даже не успел ничего ответить, как его упаковали и отправили домой на смотрины.
Глава 6
◎Демоница◎
Утреннее зрелище выдалось масштабным. Ученики Секты Небесного Меча с остолбеневшими лицами смотрели на то, как их могущественный глава закинул старшего брата Инь на плечо и забросил в свадебный паланкин.
— Учитель! —
Слушая гневный вопль Инь Цзянъюэ, Суй И потёр несуществующий пот со лба, повернулся и под предлогом возвращения Инь Цзянъюэ домой для смотрин развернул бурную деятельность. С самым благочестивым и серьёзным видом он заявил, что создание семьи и обретение собственного дела — важнейшие события в жизни человека, а раз старого мастера Хэ нет на месте, то он, будучи старшим, обязан позаботиться обо всех остальных. Суй И перевёл взгляд на Хэ Цзяцзя.
— Младший соученик Хэ душой и телом предан Небесным Мечам, ему положено жениться первым.
Хэ Цзяцзя склонил голову набок и застыл. Будучи «второй мамочкой» среди учеников секты, он действительно заслуживал того, чтобы о его личной жизни беспокоились. Остальные младшие соученики и соученицы дружно закивали.
Однако, не успел никто больше и слова сказать, как он смущённо и робко замялся:
— Смотрины — это излишне. Если честно, у меня уже есть возлюбленная.
А?! — Младшие братья и сестры тут же наперебой принялись расспрашивать его с любопытством на лицах!
Окруженный со всех сторон Хэ Цзяцзя стыдливо поведал свою историю любви. Точно так же, как и предполагал Суй И, Хэ Цзяцзя вовсе не сговаривался с Демоническим Культом за спиной сородичей и не предавал секту, а ухаживания Гунсунь Цзымэн выглядели чистой воды медовыми речами и приманкой.
Хэ Цзяцзя рассказал, что его избранницей стала Ван Яньфан, которая торгует тофу в городе Лочжоу у подножия горы. Он влюбился в неё с первого взгляда ещё в начале года, когда спускался с горы за закупками. Хэ Цзяцзя изливал душу плавно и подробно, и слушатели, привыкшие лишь к легендарным книгам с байками, услышав вдруг столь теплую и земную историю, в один миг прониклись мыслью, что в обыденности и простоте кроется истинная суть.
Суй И, возможно, из-за того, что ему был известен сюжет, слушал историю без малейшего умиления. Впрочем, куда вероятнее было то, что в делах сердечных он слыл непроходимым чурбаном.
Закончив рассказ, Хэ Цзяцзя снова стыдливо опустил голову. Суй И тут же подхватил разговор и велел ему пригласить девушку наверх, чтобы познакомиться лично, пообещав, если всё сложится удачно, самому благословить их брак.
— Э… Разве так можно? — с сомнением протянул Хэ Цзяцзя.
Суй И поднял взгляд:
— Неужели ты собрался встречаться с ней всю жизнь? Мутить воду и не жениться — это совсем не в стиле Секты Небесного Меча, где каждый отвечает за свои поступки. Вы оба испытываете друг к другу чувства, и если она согласна, лучше всего пожениться как можно скорее. Не переживай, у твоего старшего брата есть деньги.
http://bllate.org/book/33150/4068282
Готово:
