Они сидели лицом к лицу, их взгляды сталкивались прямо в воздухе, и лица друг друга полностью отражались в зрачках.
Только в этот момент Сун Нянь смог как следует разглядеть мужчину.
— Т-ты…
Его зрачки мгновенно сузились от потрясения, на лице застыло крайнее изумление, и он даже заикался.
— Кто я?
Ли Яньчуань холодно усмехнулся, уголки его губ изогнулись в насмешливой улыбке, и он смотрел сверху вниз.
— Сун Нянь, а сам как думаешь? — задал он риторический вопрос, чуть приоткрыв тонкие губы.
Стоило ему внезапно назвать его по имени и фамилии, как это прозвучало точно как вызов по Книге жизни и смерти владыки подземного мира, заставив Сун Няня испуганно вздрогнуть.
Как вышло, что этот человек — Ли Яньчуань!
Сбежать со свадьбы прямо к объекту своего побега — такое совпадение просто пугало до смерти.
Сун Нянь едва не плакал. Сидя на корточках в крайне неловком положении, он вмиг растерялся: он не знал, как себя вести и что вообще ответить.
И как это объяснять? Дескать, извините, я тут с собственной свадьбы сбегаю, огромное спасибо, что помогли мне разогнать тех людей, а теперь благодарю покорно, я побежал дальше?
Если он это ляпнет, то наверняка тут же закончит свою жизнь с проломленной головой прямо посреди улицы!
Лихорадочно соображая, Сун Нянь лихорадочно принялся искать выход из положения.
На его лице появилась неловкая, но вежливая улыбка, и он уже собирался сморозить какую-то чушь, как вдруг, случайно встретившись взглядом с выдающимся лицом мужчины, остолбенел.
Подставив лицо мягким лучам утреннего солнца, он наконец-то смог хорошенько разглядеть внешность Ли Яньчуаня.
У Ли Яньчуаня были брови мечом и звёздчатые глаза — черты лица правильные, суровые и жесткие, линии подбородка и скул — резкие и четкие, а тонкие прямые губы плотно сжаты в одну линию.
Его черные, глубокие зрачки казались бездонным океаном, скрывающим любые эмоции, а испытующий взгляд неизменно заволакивала ледяная дымка — отчужденная и холодная.
Рука, покоящаяся на спинке кресла, казалась на солнце бледноватой, и сквозь кожу смутно проступали вздувшиеся бледно-зелёные вены; в сочетании с наручными часами и безупречно сшитым костюмом это выдавало в нем зрелого и солидного человека.
Окружающая его ледяная аура неприступности причудливо смешивалась с неповторимым очарованием зрелого мужчины.
Даже сидя в инвалидном кресле, он сохранял невольное величие и властную осанку, не выказывая ни малейшей уязвимости.
Уставившись на лицо Ли Яньчуаня, Сун Нянь на мгновение сглотнул слюну, проявив полную слабость духа.
Вот влип. Перед побегом со свадьбы он почему-то совсем не подумал, что жених окажется таким красавцем.
К тому же, если память ему не изменяла, Ли Яньчуаню было двадцать девять лет — как раз на шесть лет старше его самого.
Красив — ладно уж, но даже разница в возрасте просто идеальная.
Зрелый, солидный, полностью в его вкусе — просто редчайший идеальный тип.
В ту же секунду Сун Нянь засмотрелся, в упор вперив взгляд в мужчину, и добрую половину дня не произносил ни слова.
— Что, всё еще не придумал отговорку?
Лишь когда раздался холодный голос Ли Яньчуаня, он пришел в себя.
— С чего бы, я прекрасно знаю, кто ты.
Сун Нянь смущенно поскрёб щеку и опустил голову, изображая легкое смущение.
Затем, набравшись храбрости, он с самым серьезным видом взял мужчину за руку и поднес ее к самому лицу.
— Ты…
— Мой муж.
Его глаза сияли, взгляд излучал решимость, а слова звучали звонко, четко и страстно.
Глаза напротив ярко блестели, словно в них отражались искрящиеся звезды — да так ослепительно, что у любого рябило в глазах.
К черту побег со свадьбы! С таким красавчиком-мужем, доставшимся даром, кто вообще станет убегать!
Как говорится в поговорке: умри под цветущей пионией — и то не жалко. Прожив новую жизнь, жениться на мужчине своей мечты — оно стоило того, даже если всё закончится трагедией.
Хе-хе.
Посмотрев на собственную руку, которую крепко вцепились чужие пальцы, а затем на глупую, ничего не стоящую улыбку на лице парня, и вспомнив только что брошенное слово муж, Ли Яньчуань невольно нахмурился.
И что за представление устроил этот Сун Нянь?
Уж не по приказу ли Ли Вэньгуана он сейчас же пытается сократить дистанцию, чтобы усыпить его бдительность?
При одной мысли о вчерашней провокации Ли Вэньгуана лицо Ли Яньчуаня мгновенно потемнело.
С мрачным видом он выдернул руку и, не говоря ни слова, развернул инвалидное кресло, собираясь уехать.
— Эй, муж, ты куда?
Увидев это, Сун Нянь торопливо вскочил на ноги, собираясь броситься за ним.
Вот только из-за того, что он просидел на корточках слишком долго, циркуляция крови нарушилась, обе ноги онемели, и казалось, будто они больше ему не принадлежат.
Стоило ему сделать шаг, как непослушные ноги заплелись — левая зацепилась за правую, — и Сун Нянь, потеряв равновесие, кубарем полетел вперед.
— Ой-ой…
Уже мысленно готовясь со всего маху грохнуться на землю, он вдруг рухнул прямо в чьи-то крепкие объятия.
Услышав позади возню, Ли Яньчуань, уже было собравшийся уезжать, замер. Он никак не ожидал, что стоило ему повернуться, чтобы проверить в чем дело, как этот наглец сам бросится ему на шею.
Если бы он вовремя не затормозил кресло, они оба наверняка завалились бы на пол.
— Ц…
Сун Нянь шумно втянул воздух и, схватившись за голову, медленно приподнялся, с удивлением обнаружив, что завалился прямо на Ли Яньчуаня.
Опираясь обеими руками о подлокотники кресла и уперевшись коленями в сиденье, если смотреть со спины, он выглядел так, будто уселся верхом на коленях у мужчины.
Позиции поменялись: теперь сверху оказался Сун Нянь, а снизу — Ли Яньчуань.Он слегка опустил голову и только теперь заметил, что в этот момент они находились невероятно близко друг к другу.
Настолько близко, что их кончики носов, казалось, соприкасались, а кожа ощущала едва уловимое касание и тепло.
Можно было даже почувствовать, как у сидящего напротив человека в одно мгновение участилось и стало тяжелым дыхание.
Несмотря на столь тесный контакт, безупречные черты лица мужчины по-прежнему были великолепны, и от его красоты Сун Нянь невольно снова сглотнул слюну.
Ли Яньчуань же впервые рассматривал СунНяня с такого близкого расстояния.
Раньше он видел его лишь на паспортных фотографий в досье и никогда с ним не контактировал.
Его кадык дернулся, словно он хотел что-то сказать, но в конце концов проглотил слова обратно.
Стоило признать, что у Сун Няня была выдающаяся внешность: он принадлежал к типу изящных и светлокожих парней, а его кожа была настолько белой, что, казалось, стоило лишь чуть сильнее надавить, и на ней останутся красные следы.
Правильные и миловидные черты лица, глаза с опущенными угольками, круглые и яркие, вечно влажные, будто подёрнутые дымкой тумана, делали его на редкость невинным и послушным.
Если бы он захотел, то, пожалуй, стоило бы лишь немного поадаптировать капризы, чтобы с помощью одного этого взгляда покорить сердца всех вокруг.
Неудивительно, что этот малый Ли Вэньгуан имел с ним дела.
При этой мысли взгляд Ли Яньчуаня слегка помрачнел.
— Простите, у меня нога затекла.
Они смотрели друг другу в глаза, и какое-то время никто не решался заговорить первым, пока Сун Нянь с виноватым видом не нарушил молчание, тихо объяснив происходящее.
Он поджал губы, из-за чего и без того пухлая ложбинка на верхней губе стала еще заметнее, а яркий глянец помады делал их похожими на желе.
Это невольно вызывало подсознательное, дурное желание стереть эту помаду.
Неважно каким способом и какой частью тела.
— ...Встань.
Ли Яньчуань крепко сжал тонкие губы и отдал приказ хриплым голосом.
— Извините, м-можете позволить мне еще немного прийти в себя? Ноги всё еще не чувствую QAQ.
Сун Нянь едва не плакал, сам того не замечая, смягчая голос и начиная умолять.
Хотя он сузил голос неосознанно, такой тон звучал донельзя кокетливо.
Ли Яньчуань нахмурился, ничего не ответив.
Но в то же время не стал выражать отказ словами.
Услышав это, Сун Нянь автоматически расценил такое поведение как молчаливое согласие и невольно одарил его сияющей улыбкой:
— Спасибо!
Его уголки рта приподнялись, ресницы изогнулись. Стоя против света, он ловил лучи солнца, струившиеся из окна за его спиной и разбивавшиеся на мелкие осколки, которые осыпались на его волосы и щеки, словно живые эльфы, очерчивая его мягкие черты лица.
Перед такой теплой и лучезарной улыбкой померкло бы даже ясное солнце.
У него действительно имелись и привлекательная внешность, и средства.
Ли Яньчуань опустил взгляд, думая про себя.
Переждав немного, чувствительность в ногах вернулась, и Сун Нянь осторожно пошевелил ими, собираясь подняться.
Но ровно в ту секунду, когда он захотел слезть, дверь комнаты вдруг снова с силой распахнулась и с громким стуком ударилась о стену.
Вошедший выглядел крайне встревоженным: придерживаясь за дверной косяк, он тяжело и громко дышал и, еще не успев перевести дух, поспешно закричал:
— Дело плохó, Яньчуань, там эти из семьи Сун говорят, что Сун Нянь —
— ...Сбежал.
Не успел он договорить, как, отчетливо разглядев обстановку в комнате, этот человек явно остолбенел.
Кто говорил, что СунНянь сбежал? Разве он не здесь?
Судя по положению вошедшего, в этот момент Сун Нянь сидел верхом на Ли Яньчуане, уперевшись обеими руками по бокам и наклонив голову, глядя на мужчину в инвалидном кресле.
Эта поза была чистейшим прижатием к стене.
Хотя нет, пожалуй, это следовало назвать прижатием к инвалидному креслу?
— Приветик... ?
Воздух внезапно погрузился в странное молчание. Сун Нянь смутно почувствовал, что должен что-то сказать, молча поднял руку и неуверенно поприветствовал вошедшего.
Тот замер с полусловом на губах, окинул Сун Няня оценивающим взглядом, а затем перевел его на Ли Яньчуаня.
— Эм-м, я, кажется, не вовремя?
— ...Ци Цзэ.
Услышав это, Ли Яньчуань почувствовал легкую боль в висках. Он резким движением оттолкнул сидевшего впереди Сун Няня и развернул инвалидное кресло к двери.
— В чем дело?
— Хэй, да ни в чем. Сказали ведь, что Сун Нянь сбежал, кто бы мог подумать, что он прибежал к тебе.
Мужчина по имени Ци Цзэ махнул рукой и с забавной усмешкой, скрестив руки на груди, прислонился к дверному косяку.
Насколько ему было известно, этому браку его друга принудительно навязали, и он также знал, что молодой господин семьи Сун, с которым заключался этот союз, — фрукт еще тот, да и с Ли Вэньгуаном у него было давнее прошлое.
Поэтому, узнав новость о побеге Сун Няня со свадьбы и ошибочно полагая, что тот намеренно хочет поставить Ли Яньчуаня в неловкое положение, он со всех ног примчался рассказать об этом, чтобы тот успел заблаговременно подготовиться.
Кто бы мог подумать, что этот побег со свадьбы приведет Сун Няня прямиком в комнату отдыха Ли Яньчуаня?
Приди он чуть позже, друг что, подвергся бы насильственному поцелую со стороны этого парня?
Побег со свадьбы?
Неудивительно, что за ним только что гнались телохранители, и он от испуга бросился куда глаза глядят, вбежав именно сюда.
Услышав это, Ли Яньчуань слегка приподнял брови, и его равнодушный взгляд, в котором невозможно было прочитать ни радости, ни гнева, лениво скользнул по стоявшему рядом Сун Няню.
http://bllate.org/book/32867/4023023
Готово:
