То, как Мо Сюньчжоу только что ответил тем людям, наполовину было контратакой, а наполовину — попыткой прощупать Ли Чжипэна.
Вот только результат оказался не слишком утешительным. И дело вовсе не в какой-то мелочи вроде того, что Ли Чжипэн не стал заступаться за него — у него и самого есть язык, он мог дать сдачи самостоятельно и в помощи Ли Чжипэна не нуждался.
Всё дело было в отношении Ли Чжипэна к человеку того же происхождения, что и он сам. В тот самый миг Ли Чжипэн подсознательно отступил назад, что ясно показывало: он вовсе не человек решительный и целеустремленный.
Пусть даже сказывалось то, что они еще недостаточно сблизились, здесь замешаны и особенности характера самого Ли Чжипэна. Для Мо Сюньчжоу, который подыскивал надежного партнера, это трудно было назвать хорошей новостью — в конце концов, то, чем он занимался, было необычным.
Близости нет, а выгода при этом огромна. Нет никакой гарантии, что после заключения союза Ли Чжипэн просто-напросто не продаст его. В конце концов, Ли Чжипэн сам происходит из знатного рода, и во многих ситуациях его руки связаны.
Что же до родственников прежнего владельца этого тела — если бы на них можно было положиться, то и семейное положение не скатилось бы до такого убогого состояния.
А поскольку знакомых у Мо Сюньчжоу сейчас было немного, Ли Чжипэн естественно попадал в сферу его размышлений: в конце концов, по сравнению с кланом Мо, клан Ли обладал куда большим весом.
Ли Чжипэн не догадывался, что Мо Сюньчжоу подумывает о сотрудничестве с ним. Потерзавшись какое-то время сомнениями внутри себя и молча вздохнув, глядя на Мо Сюньчжоу, он больше ничего не сказал.
Вскоре Мо Сюньчжоу отдохнул и снова поднялся, чтобы продолжить стрельбу из лука. Он вовсе не палил наугад лишь из-за того, что мишень находилась близко, а внимательно всматривался в яблочко, постепенно нащупывая верный подход.
Ли Чжипэн ушел неизвестно когда, и в конце концов на всей площадке для стрельбы из лука остались только Мо Сюньчжоу и Му Жунгуй.
Даже Му Жунгую приходилось прерываться на отдых, если он слишком долго натягивал тетиву. Его лук был тяжелым, и сил на него уходило куда больше, чем у Мо Сюньчжоу, однако отдыхал этот вояка реже.
Заметив, что Мо Сюньчжоу постреляет немного и тут же отправляется отдыхать, и проделав это уже несколько раз, Му Жунгуй внезапно перевел взгляд на него и, нахмурившись, произнес:
— Раньше мне казалось, что в тебе есть хоть какой-то стержень, почему же теперь, когда никто не насмехается, твои кости так размякли?
Поначалу, когда Мо Сюньчжоу отдыхал, Му Жунгуй думал, что тот просто не привык к нагрузкам. Но затем за один перерыв самого Му Жунгуя Мо Сюньчжоу успевал отдохнуть целых пять раз, и от такой частоты Му Жунгую сделалось тошно на это смотреть.
Услышав это, Мо Сюньчжоу странно посмотрел на Му Жунгуя и ответил:
— Я ведь не могу ради тренировок по стрельбе совершенно не заботиться о собственном теле.
— У каждого человека предел выносливости организма свой, прошу, не сравнивайте меня с собой, господин военный комендант Му, — вздохнул Мо Сюньчжоу. Неужели Му Жунгуй всерьез думал, что у него такая же богатырская конституция?
— Но если ты не пытаешься пробить физический предел, о каком прогрессе вообще может идти речь? И с таким-то подходом ты еще смеешь претендовать на звание кандидата в мужья принцессы, мечтаешь жениться на ней! — внезапно рассердился Му Жунгуй.
Мо Сюньчжоу:
— Разве то, что я не стремлюсь к совершенствованию, не идет вам на пользу, господин комендант?
— Если все кандидаты в мужья принцессы будут такими же, как ты, то даже если я стану супругом принцессы, чести мне это не прибавит, — глядя на Мо Сюньчжоу, с издевкой на губах произнес Му Жунгуй.
Победить равного по силе соперника и завоевать право стать зятем императора — куда приятнее, чем радоваться победе над толпой никчемных слабаков.
Ладно уж, раз уровень противника оказался столь низким, это действительно уронило планку самого Му Жунгуя. Но разве не Му Жунгуй первым заявился сюда, чтобы устроить избиение младенцев? — мысленно усмехнулся Мо Сюньчжоу.
— Как по вашему, мои навыки стрельбы из лука имеют хоть какие-то шансы превзойти ваши через три месяца? — с предельной искренностью обратился за советом к Му Жунгую Мо Сюньчжоу.
— Сам-то лицом не вышел, а аппетиты непомерные! Ты хоть знаешь, сколько лет я тренируюсь с этим луком? Я начал натягивать тетиву и стрелять с десяти лет, тебе до меня еще расти и расти, — презрительно хмыкнул Му Жунгуй.
— О, то есть если я буду усердно и упорно тренироваться, то спустя десяток с лишним лет тоже смогу достичь такого уровня? — Мо Сюньчжоу не только не расстроился, но и оживленно засиял глазами.
Му Жунгуй слегка опешил, никак не ожидая от Мо Сюньчжоу такого оптимизма.
— На отборочный тур отведено всего три месяца, никто не даст тебе целых десять лет на тренировки, — ответил Му Жунгуй.
А раз в распоряжении участников есть лишь три месяца, улучшить свои результаты они смогут лишь в крайне ограниченных пределах. По большому счету, все будет зависеть от навыков, заложенных кандидатами в мужья за предыдущие двадцать лет жизни.
Что же до Мо Сюньчжоу, у него и впрямь не было никаких особых навыков: иероглифы он кое-как различал, но писать сам еще толком не умел, а что касалось тела — так он только-только начал принуждать себя к тренировкам. Три месяца срок немалый, но и не слишком долгий, во всяком случае, превратить Мо Сюньчжоу в совершенно другого человека он точно не успеет.
— Честно говоря, я ведь даже принцессу в глаза не видел и понятия не имею, как она выглядит, так что даже если вылечу из отбора, горевать, пожалуй, буду меньше, чем можно вообразить, — немного поколебавшись, произнес Мо Сюньчжоу.
Он упражнялся в стрельбе вовсе не ради принцессы, а потому никаких жестких временных рамок для него не существовало.
— Принцесса... В общем, тебе нельзя расслабляться! Раз уж ты взялся за стрельбу, я буду стоять над душой и следить за тобой. Есть успехи — ладно, а нет прогресса, значит, это проявление неуважения к принцессе, — с этими словами Му Жунгуй вперил в Мо Сюньчжоу горящий, полный решимости взгляд своих тигриных глаз.
Мо Сюньчжоу кивнул и пообещал:
— Я обязательно буду изо всех сил стараться.
Раз уж прежний владелец этого тела сам подал заявку, нужно достойно доиграть эту партию до конца, сохранив бодрый настрой.
Му Жунгуй нахмурился, ему всё казалось, что Мо Сюньчжоу говорит слишком легкомысленно, и его слова будто бы совсем не давили на этого паренька.
Тем не менее, со стороны он отчетливо видел малейшие успехи Мо Сюньчжоу. Поначалу тот вообще мазал мимо мишени, но постепенно приноравливался к своему луку, и стрел, вонзающихся в цель, становилось всё больше. Впрочем, это, конечно, было немало связано с тем, что расстояние до мишени составляло всего один метр.
В очередной раз собираясь выпустить стрелу, Мо Сюньчжоу еще даже не успел натянуть лук, как подошел Янь Мин, ведя за собой какого-то человека:
— Молодой господин Мо, это инструктор Ян. Инструктор Ян в совершенстве владеет искусством стрельбы из лука, не пожелаете ли вы заниматься под его началом?
Мо Сюньчжоу опешил, а затем поспешно поприветствовал инструктора Яна поклоном:
— Инструктор Ян.
— Молодой господин Мо, — кивнул в ответ Янь Мин — нет, Ян Ган. На самом деле он и Янь Мин уже довольно долгое время тайком наблюдали за Мо Сюньчжоу. За какое бы дело ни брались люди, хуже всего — хвататься за него из сиюминутной прихоти и бросать на полпути. Увидав серьезный настрой Мо Сюньчжоу, Ян Ган и решил рискнуть.
В конце концов, даже если Мо Сюньчжоу не выдержит, страдать от этого будет не кто-то посторонний. Ну а если Мо Сюньчжоу действительно сумеет дойти до конца, Ян Ган обрадуется еще больше.
— Раз так, то впредь я буду всецело полагаться на инструктора Яня в составлении утреннего плана тренировок, а наставления в стрельбе из лука во второй половине дня доверю инструктору Яну, — обратился Мо Сюньчжоу к Янь Мину и Ян Гану.
Теперь уже опешил Янь Мин — он-то думал, что, начав учиться стрельбе из лука, Мо Сюньчжоу забросит утренний бег и целиком перейдет под опеку одного лишь Ян Гана.
Впрочем, в этом не было ничего страшного. Опомнившись, Янь Мин кивнул и дал свое согласие.
Как только Ян Ган приступил к обучению Мо Сюньчжоу стрельбе из лука, Янь Мин развернулся и ушел тренировать Ли Чжипэна.
Сначала они отбегали все утро, потом прозанимались стрельбой весь день. Поначалу Мо Сюньчжоу ничего особенного не чувствовал, но стоило ему проспать ночь без сновидений и проснуться на следующие сутки, как руки нестерпимо ныли и казались налитыми свинцом — поднять их не было никакой возможности. То же самое творилось с ногами и ступнями: они словно потеряли чувствительность, заставив Мо Сюньчжоу шумно втянуть воздух от боли.
Услышав возню, Лайфу толкнул дверь и вошел, неся таз с водой, а Лайси держал наготове комплект хуской одежды. Увидев скривившегося от боли Мо Сюньчжоу, они встревоженно произнесли:
— Молодой господин, вы и сегодня собираетесь на утреннюю пробежку и стрельбу?
— Пойду. Если мы сдадимся уже на второй день, на кого это будет похоже? Завтрак и рюкзак уже готовы? — проявив железную волю, Мо Сюньчжоу поднялся с постели и взял одежду.
— Завтрак для молодого господина уже собран, только... не слишком ли он прост? — с беспокойством в голосе осведомился Лайси.
Паровые пампушки, вареные яйца вкрутую, соленые утиные яйца, вяленое мясо и большая фляга с водой — всё это Мо Сюньчжоу велел приготовить лично.
— Такую снедь удобно носить с собой, и голод утоляет отменно. Я выдвигаюсь.
Взяв рюкзак с водой и едой, Мо Сюньчжоу еще до рассвета отправился на утреннюю пробежку вокруг загородной резиденции.
К моменту выхода Мо Сюньчжоу Янь Мин уже ждал на месте. Заметив его, Мо Сюньчжоу даже почувствовал неловкость:
— Инструктор, вообще-то вы могли бы заранее передать мне задания на второй день, не было нужды вставать так рано ради меня.
Подстраиваясь под режим Ли Чжипэна, инструктор Янь вполне мог бы поспать подольше.
Янь Мин невольно рассмеялся:
— Даже без тебя я обычно встаю в это время. У нас, инструкторов, заведено делать утреннюю разминку.
Ложась спать с наступлением темноты, они даже при раннем подъеме оставались полны сил.
Услышав это, Мо Сюньчжоу всё понял. Янь Мин продолжил:
— Утром у нас только пробежка, разумеется, не стоит слишком уж себя истязать. Через несколько дней ты должен привыкнуть, постарайся вернуться к обеду, а после полудня отправляйся на тренировочное поле. Хоть я и не умею стрелять из лука, но владею кое-какими приемами рукопашного боя, могу передать их тебе.
— Большое спасибо, инструктор Янь, тогда я побежал.
Мо Сюньчжоу вдруг поймал себя на мысли, что с нетерпением ждет дневных занятий.
Когда Мо Сюньчжоу завершил круг, возможно, потому что инструктор знал, что он захватил с собой воду и еду, Янь Мин сегодня не стал оставлять ему подсоленную воду у главных ворот. Мо Сюньчжоу тоже не стал задерживаться: по дороге он уже перекусил и попил, а не увидав Янь Мина у входа, просто промчался мимо.
Мо Сюньчжоу и не подозревал, что вскоре после его ухода у ворот вновь появилась фигура Янь Мина, а вместе с ним и Ян Ган.
Проводив взглядом удаляющуюся спину Мо Сюньчжоу, Ян Ган сказал Янь Мину:
— Похоже, паренек перспективный, весьма дисциплинированный.
Если никто не стоит над душой, то даже при желании сфилонить этого никто не заметит. Из-за такого упущения у многих запал быстро иссякает, и на дальнейшую борьбу уже не хватает сил.
— Посмотрим, на сколько его хватит, по одному-двум дням выводов не сделаешь, — ответил Янь Мин. И хотя он произнес это вслух, уголки его губ едва заметно приподнялись, явно выдавая довольство успехами Мо Сюньчжоу.
Особенно на фоне остальных юных господ: многие из них в это время еще нежились в постелях. Взять хотя бы Ли Чжипэна — тот даже и не думал просыпаться.
Неизвестно когда забрезчил рассвет. Сегодня Мо Сюньчжоу бежалось куда легче и свободнее, чем вчера.
Внезапно взгляд Мо Сюньчжоу зацепился за что-то впереди, шаг его невольно замедлился, и он удивленно пробормотал:
— Да тут целая деревня.
Прямо перед ним раскинулась самая настоящая деревня, и судя по всему, немаленькая.
Конечно, это место находилось возле императорской загородной резиденции в столичном уезде, и поблизости располагалось немало поместий высокопоставленной знати. Вот только те усадьбы не вызывали у Мо Сюньчжоу такого живого интереса, как деревня: в деревню он мог заглянуть запросто, а вот в чужие поместья его бы никто не пустил.
Добежав оба круга, Мо Сюньчжоу справился с заданием чуть быстрее, чем накануне. Вернувшись и отобедав, он отправился прямо к лекару:
— Лекарь, нельзя ли мне сделать массаж? У меня ужасно ломит поясницу и болит всё тело.
Ощупав пульс Мо Сюньчжоу, лекарь изрек:
— Молодой господин раньше никогда не подвергал свое тело столь тяжелым физическим нагрузкам, так что это нормальное явление. Как только организм привыкнет, станет намного легче.
Закончив осмотр, лекарь велел крепкому молодому ученику хорошенько размять тело Мо Сюньчжоу, так что кости у того хрустели на все лады.
После сеанса массажа вся накопившаяся усталость в теле Мо Сюньчжоу испарилась бесследно, и во второй половине дня он бодрячком отправился на тренировочную площадку.
Прошло еще несколько дней, и тело Мо Сюньчжоу полностью адаптировалось. Каждое утро у него оставалось время не только на то, чтобы прогуляться вокруг резиденции, но и на то, чтобы по вечерам исписать параграф-другой бумаги, совершенствуя свой почерк.
И вот однажды утром, воспользовавшись тем, что Лайси куда-то отлучился, Лайфу тихонько обратился к Мо Сюньчжоу:
— Молодой господин, я выяснил, почему молодой господин Ли решил заключить с вами союз.
— Выкладывай, — Мо Сюньчжоу достал из кармана условленную плату и протянул ее слуге.
Глаза Лайфу так и замерцали вслед за серебряным обломком в руке хозяина, он сглотнул слюну и зачастил:
— Причина, по которой молодой господин Ли вовсе не горит желанием участвовать в отборе в мужья принцессы, кроется не в том, что он не хочет... Он просто не смеет...
Когда Лайфу закончил пересказывать добытые сведения, лицо Мо Сюньчжоу слегка помрачнело. Отдав плату Лайфу, он отпустил того, и слуга радостно упорхнул.
Мо Сюньчжоу тяжело вздохнул. Последние несколько дней Ли Чжипэн держался с ним заметно холоднее, но сам он не мог заявиться к нему напрямую с расспросами. Ладно, отбросим это, пожалуй, лучше пойти на утреннюю пробежку.
http://bllate.org/book/32455/3961823
Готово:
