Глава 8. Теплое общение и один объевшийся бедняга
Стоило только закончить уборку, как зазвонил дверной звонок.
Юэчжэн Цзяци открыл дверь — на пороге стоял самый настоящий брат-наседка.
— Брат, ты пришел! Ты пообедал? Если нет, давай поедим вместе? — Брат, как и старшекурсник Юэчжэн Цзялинь, вечно появлялся точно к обеденному часу.
— Еще нет, я так спешил к тебе. Тебе уже лучше, малыш Юй? — Увидев, что младший братишка улыбается ему, Оуян Юйсюань тут же потерял всякое спокойствие. Он думал лишь о том, что его братик — самый милый омега в Империи, и точка.
— Мне намного лучше, брату незачем волноваться. Садись скорее, поболтаем за едой. — У Нин Циюя отсутствовала привычка хранить молчание во время трапезы. Раньше, когда ему доводилось есть в одиночестве, он страстно желал, чтобы кто-нибудь составил ему компанию и поболтал с ним.
— О небеса, да чем это так вкусно пахнет?! — Оуян Юйсюань только сейчас ощутил невероятный аромат, витающий в воздухе.
— Я сегодня приболел, так что сварил лишь немного пельменей и суп, брату ведь не покажется это скудным? Завтра в обед приходи, я наготовлю целый стол угощений, чтобы встретить тебя. — Военная подготовка для него теперь была отменена, так что сбегать утром за продуктами и к полудню соорудить целый обед не составляло никакого труда.
— М-м-м, хорошо! Слушай, а эти пельмени просто пальчики оближешь. Малыш Юй, с каких пор ты так прекрасно готовишь? — Оуян Юйсюань подумал о том, что его младший братишка раньше никогда не подходил к плитой, а теперь обладает таким искусным кулинарным талантом. Наверное, после изгнания из семьи он упорно во всем разбирался сам.
— Когда господин Оуян выставил меня вон, мне жутко надоели эти питательные батончики, вот я и попробовал готовить сам. Я и сам не ожидал, что у меня будет получаться так вкусно. — Правду Нин Циюй, конечно же, не раскрыл, пришлось обойтись благородной ложью.
Услышав это, Оуян Юйсюань почувствовал себя еще более несчастным. Малыш Юй даже перестал называть отца отцом — наверняка тот сам этого потребовал. До чего же бессердечный человек! Малыш Юй — его родной сын, неужели отец смог просто выбросить его на улицу лишь потому, что от него не было больше пользы?
За те несколько дней, что он провел в отлучке на задании, ни отец, ни второй родитель не обмолвились и словом о возвращении юноши домой. Наверняка они боялись, что он узнает об изгнании брата и устроит скандал в родовом поместье.
— Малыш Юй, живя один, заботься о себе. Если что-то понадобится, обязательно говори брату. — Пусть Оуян Юйсюань и кипел от гнева из-за изгнания Нин Циюя, пока что он не обладал достаточной силой, чтобы защитить малыша Юя. Ему еще предстояло вырасти и набрать такую мощь, чтобы в семье Оуян ему было дозволено делать всё, что заблагорассудится.
— Брату не о чем беспокоиться, сейчас я живу очень хорошо, даже лучше, чем раньше.
И то верно: жить ему теперь приходилось куда лучше прежнего. Раньше оригинал вечно ходил полуголодным и терпел презрение со стороны семьи. Даже собственный второй родитель люто ненавидел его, никчемного сына-омегу, так что о какой хорошей жизни могла идти речь?
Нин Циюй испытывал легкие угрызения совести за то, что занял чужое место и живет в этом мире вместо прежнего владельца тела. Но повернуть время вспять уже не получалось, оставалось лишь молиться, чтобы небеса позволили тому парню тоже переродиться где-нибудь и обрести счастливую жизнь.
Даже несмотря на слова Нин Циюя о том, что он прекрасно устроился, Оуян Юйсюань всё равно переживал.
— Малыш Юй, дай-ка мне свой персональный терминал.
Хотя Нин Циюй слегка растерялся, он послушно протянул устройство. Стоило Оуян Юйсюаню вернуть его обратно, как на счету тут же прибавилось еще десять миллионов имперских кредитов.
— Брат… у меня еще есть деньги, незачем… — Нин Циюй никак не ожидал, что этот старший брат окажется настолько богат: стоило ему протянуть руку, как на баланс упала круглая сумма.
— Это карманные деньги от брата, малыш Юй не смеет отказываться. Закончатся — снова попросишь у меня.
Оуян Юйсюань был старшим сыном в семье Оуян, к тому же обладал самым высоким потенциалом в их поколении, поэтому клан естественным образом выделял ему лучшие ресурсы. К тому же он уже с десяток лет служил в Военном департаменте, так что сбережений у него водилось немало.
Для Нин Циюя десять миллионов — огромная сумма, но для таких людей, как Оуян Юйсюань или Юэчжэн Цзяци, которых ценили семьи и которые обладали выдающимися способностями, это были лишь карманные расходы на мелкие покупки.
Карманные деньги у оригинала были только от Оуян Юйсюаня — Оуян Юн ни капли не ценил никчемного сына-омегу, куда уж там выделять ему какие-то средства. Даже тот маленький домик, в который переродился Нин Циюй, был куплен для него Оуян Юйсюанем. А те деньги, что хранились на его терминале, — это остатки прежних щедрых подачек старшего брата.
Услышав это, Нин Циюй освежил в памяти воспоминания прежнего владельца и понял, что Оуян Юйсюань действительно постоянно снабжал его имперскими кредитами. Опасаясь вызвать подозрения и осознавая, что собственных средств у него кот наплакал, он всё же принял доброту старшего брата, пообещав себе вернуть долг, как только разбогатеет.
— Ешьте.
Заметив, что оба брата за разговором забросили еду, Юэчжэн Цзяци нахмурился.
— Да-да, брат, давай доедим, а потом поговорим. — Услышав ледяной голос Юэчжэн Цзяци, Нин Циюй тут же подчинился.
Оуян Юйсюань быстро расправился со своей порцией и потрепал слегка набитый живот — он умял больше трехсот пельменей! А вот братец ел до обидного мало — всего пятнадцать штук.
— Малыш Юй, почему ты так мало ешь? Ты слишком худой, нужно питаться поплотнее.
— Брат, я и так сегодня съел очень много, намного больше, чем раньше. — Нин Циюй чувствовал себя ужасно беспомощным: каждый, кто видел, как он ест, считал своим долгом высказаться на этот счет.
Просто желудки у этих людей будущего были устроены так, что они заглатывали невероятное количество еды, отчего его собственные скромные порции казались какими-то крошечными.
К тому же с его хрупким, словно у цыпленка, телом переедание непременно вызвало бы проблемы со здоровьем. Ему совсем не улыбалось загреметь в лазарет из-за банального обжорства.
Услышав брата, Оуян Юйсюань больше не стал настаивать — в конце концов, раньше малыш Юй питался исключительно питательными батончиками. В те редкие разы, когда им доводилось трапезничать вместе, младший тоже ел совсем чуть-чуть.
— Пойдем, пойдем в гостиную, там и поболтаем. — Ему совсем не хотелось оставаться в столовой под ледяным взглядом Юэчжэн Цзяци.
Нин Циюй подумал, что брат заглянул к нему в гости такой редкостью, поэтому нужно уделить ему побольше внимания. А посуда подождет, он приберет всё, когда гость уйдет. С этими мыслями он послушно последовал за Оуян Юйсюанем в гостиную.
Видя, каким послушным и милым стал младший брат, Оуян Юйсюань загорелся желанием непременно вытащить его куда-нибудь в свет и хорошенько похвастаться. Во всем виноват этот отец! Как он мог изгнать из семьи такого прелестного братишку? Это просто непростительно! Оуян Юйсюань поклялся себе приложить еще больше усилий, чтобы как можно скорее прибрать бразды правления кланом к рукам, а уж тогда он вернет брата домой.
Заметив странную улыбку на лице Оуян Юйсюаня и то, что тот молчит, Нин Циюй невольно подумал, что этот старший брат ведет себя как-то жутковато.
Он не слишком хорошо знал Оуян Юйсюаня: хотя в его распоряжении и были воспоминания прежнего владельца тела, без личной инициативы копаться в них он не собирался, поэтому понятия не имел о прошлом своего родственника. Нин Циюй даже не догадывался, что сейчас в голове Оуян Юйсюаня бушует целый ураган диких фантазий.
— Малыш Юй, это Пространственное кольцо тебе. Сюда можно складывать любые вещи, а подарки, которые я тебе купил, уже лежат внутри.
Вообще-то это кольцо должны были вручить Нин Циюю еще три месяца назад, но Оуян Юйсюаня тогда отправили на экстренное задание, поэтому вещица добралась до адресата только теперь.
— Спасибо, брат! — Нин Циюй, который из-за отсутствия пространственного артефакта уже успел столкнуться с презрением окружающих, был искренне тронут столь щедрым подарком.
Он взял кольцо, надел на палец и мысленно отдал приказ открыть его. Перед глазами тут же возникло виртуальное помещение. Юноша не переставал удивляться чудесам технологий будущего — интересно, сколько же имперских кредитов стоит такое чудо?
Прежде Нин Циюй слышал, что за десять тысяч имперских кредитов можно купить лишь самое крошечное Пространственное кольцо размером с небольшой шкафчик. То же кольцо, что подарил Оуян Юйсюань, обладало вместимостью в десять кубических метров, и цена его была несравненно выше: без пятидесяти миллионов кредитов о такой покупке нечего было и думать.
Заглянув внутрь и обнаружив там целые горы полезных вещей, Нин Циюй растрогался еще сильнее. В кольце лежало ровно то, в чем он так сильно нуждался и чем мог пользоваться каждый день. Становилось очевидно, что этот брат действительно относился к нему со всей душой.
Проболтав с младшим братом больше двух часов, Оуян Юйсюань всё еще не хотел уходить. Но заметив, что братишка выглядит слегка утомленным, ему пришлось со вздохом раскланяться.
Услышав, что гость собирается уходить, Нин Циюй заглянул в кладовую и морозильную камеру, набрав целую гору приготовленной им самим еды, чтобы брат забрал ее с собой.
Поскольку эти припасы изначально предназначались для Юэчжэн Цзяци, а теперь он разом отдал почти половину, на душе у Нин Циюя скребли кошки — ведь он даже не посоветовался с Юэчжэн Цзяци.
Обычно Юэчжэн Цзяци возвращался с тренировок лишь к одиннадцати часам вечера, так что Нин Циюй решил подождать его в гостиной, чтобы во всем признаться.
Дождавшись окончания тренировки, Юэчжэн Цзяци вернулся и застал Нин Циюя спящим прямо на диване.
Подумав о том, что спать в гостиной вредно для здоровья, юноша подошел, подхватил Нин Циюя на руки и понес наверх.
Поднявшись в спальню, он аккуратно уложил парня на кровать, укрыл одеялом, погасил свет и бесшумно вышел.
Проснувшись на следующее утро, Нин Циюй с удивлением обнаружил, что заснул прямо внизу, но каким-то образом очутился в собственной постели. Стоило немного пораскинуть мозгами, как до него дошло: старшекурсник должно быть сам занес его наверх. От этой мысли щеки Нин Циюя мгновенно вспыхнули.
Взглянув на часы и увидев, что уже половина восьмого, он тут же вскочил, умылся и принялся за завтрак.
Заглянув на кухню, он обнаружил, что в пароварке уже вовсю варятся баоцзы. Разумеется, это старшекурсник, не найдя его вчера вечером внизу, позаботился о завтраке. При этой мысли Нин Циюй почувствовал себя виноватым — он ведь так и не предупредил его, что отдал половину припасов брату. Теперь-то старшекурсник наверняка заметил опустевшую наполовину морозилку.
В этот самый момент на кухню вошел Юэчжэн Цзяци.
— Старшекурсник, прости, пожалуйста, вчера я заснул на ходу. Вообще-то я хотел сказать тебе, что отдал половину приготовленной еды своему брату. Но ты не переживай, у меня же освободилось время от военной подготовки, у меня есть еще дней десять в запасе, я обязательно снова забью морозильную камеру до отказа!
Нин Циюй и впрямь чувствовал угрызения совести. Юэчжэн Цзяци приложил столько сил, помогая ему, а он без спросу взял и подарил половину общих запасов. Так поступать было некрасиво. Правда, вчера брат завалил его подарками, и он на волне эмоций совсем потерял голову, к тому же Оуян Юйсюань так аппетитно уплетал пельмени, что удержаться было трудно.
— Ничего страшного. — Для Юэчжэн Цзяци эта еда была приготовлена самим Нин Циюем, и тот был волен распоряжаться ею как угодно. Разумеется, он не собирался упрекать парня из-за такой мелочи, максимум — слегка поворчать про себя на этого Оуян Юйсюаня.
— Спасибо, старшекурсник! Слушай, не хочешь сегодня вместе сходить в супермаркет? — Нин Циюй незаметно для себя привык во всем полагаться на Юэчжэн Цзяци и звать его с собой. Те три дня совместной стряпки невероятно сблизили их.
— Мм.
Юэчжэн Цзяци как раз собирался отменить утренние тренировки. Нин Циюй планировал приготовить грандиозный обед для Оуян Юйсюаня, а резать мясо в одиночку было бы тяжело, так что Юэчжэн Цзяци еще вчера решил выступить у него на подхвате.
В супермаркете Нин Циюй развернулся вовсю. Сперва он набрал несколько сотен цзиней мяса — даже больше, чем в прошлый раз. Затем закинул в тележку несметное количество ингредиентов, о покупке которых мечтал уже давно: сегодня в полдень он намеревался продемонстрировать все свои кулинарные таланты.
Глядя на то, как увлеченно его спутник сгребает в тележку съестные припасы, Юэчжэн Цзяци решил зайти в отдел снеков и прикупить популярные у омег лакомства, после чего их поход по магазинам был завершен.
В этот раз за все продукты расплачивался Нин Циюй. Он проявил редкое упрямство: стоило Юэчжэн Цзяци попытаться внести деньги, как он пригрозил перевести ему те самые десять миллионов.
Для Нин Циюя Юэчжэн Цзяци был первым человеком, который отнесся к нему с такой добротой, поэтому он совершенно не хотел садиться ему на шею. В прошлый раз, когда платил старшекурсник, он еще мог оправдать себя тем, что еда в любом случае достанется ему. Но сейчас ситуация изменилась: он отдал половину чужих припасов своему брату, а значит, был обязан возместить убытки. К тому же Оуян Юйсюань перевел ему кругленькую сумму, так что расплатиться за всё не составляло никакого труда.
Как только доставка из супермаркета прибыла на место, Нин Циюй немедленно встал к плите.
Мясо, разумеется, взял на себя Юэчжэн Цзяци — он безукоризненно выполнял любые указания по нарезке.
Щедро плеснув масла в глубокий вок, Нин Циюй дождался, пока оно раскалится, и принялся жарить мясные ребрышки. Сегодня предстояло наготовить много еды, к тому же жарка во фритюре шла быстро, так что можно было сделать побольше порций. Затем последовало восемь мясных блюд, один суп, а напоследок — острая рыба в маринаде. На этом подготовка к обеду была полностью завершена, оставалось лишь дожидаться прихода Оуян Юйсюаня.
Оуян Юйсюань, помня обещание братишки накормить его роскошным обедом, пораньше закончил армейские тренировки и явился прямиком в апартаменты Нин Циюя. Стоило переступить порог, как в нос ударил такой густой и аппетитный аромат мяса, что у него мгновенно потекли слюнки.
Как же потрясающе готовит его братишка! Тот, кто возьмет его в мужья, сможет всю жизнь наслаждаться изысканной едой. При этой мысли Оуян Юйсюань ощутил легкое раздражение: такой талантливый и замечательный младший брат стал жертвой слепцов из собственной семьи! Он обязательно заставит их пожалеть о принятом решении изгнать юношу.
— Брат, ты пришел! Как раз вовремя, всё готово. — Несмотря на изобилие блюд, сам Нин Циюй вовсе не чувствовал себя уставшим.
Обед выдался на славу: десять блюд и один суп, причем каждое выглядело потрясающе и источало умопомрачительный аромат.
Оуян Юйсюань набил живот до отказа, а вот Юэчжэн Цзяци продемонстрировал железную выдержку, съев ровно столько же, сколько обычно. А вот Нин Циюю пришлось туго. Глядя, с каким аппетитом брат уплетает мясо, он и сам не заметил, как разыгрался аппетит. Налегая на еду, он незаметно для себя переел, так что в животе появилась тяжесть. Прошло всего несколько минут после того, как он отложил палочки, как в убираемом им на кухне помещении раздался тихий стон.
Услышав слабый голос, Юэчжэн Цзяци и Оуян Юйсюань тут же вбежали на кухню.
— Малыш Юй, что случилось? — Увидев, что младший брат зажал живот, а его миловидное личико сморщилось от боли, Оуян Юйсюань закрутился волчком.
— Старший брат, все в порядке… Просто я немного переел, желудок разболелся. Поводи меня кругами, и всё пройдет.
Нин Циюй чувствовал себя невероятно смущенным. Он ведь уже один раз доводил себя до боли в животе перееданием, и вот на тебе — наступил на те же грабли! И ладно бы в одиночестве, так ведь на сей раз у него имелись целых два зрителя. Какой позор!
Выслушав его, Оуян Юйсюань немедленно подхватил брата под руку и принялся наматывать с ним круги по гостиной. Убедившись, что боли стихли, он усадил юношу на диван отдыхать.
— Малыш Юй, у тебя слабое здоровье и низкий иммунитет, впредь будь осторожнее, больше нельзя допускать подобного. — Видя, как покраснел от смущения Нин Циюй, Оуян Юйсюань, будучи любящим братом, решил больше не сыпать соль на рану.
Побыв с Нин Циюем еще немного, Оуян Юйсюань откланялся. В конце концов, он находился здесь по приказу Военного департамента для проведения учебных сборов у новобранцев. И хотя командование предоставило им огромные привилегии, прямые обязанности никто не отменял.
Проводив брата, Нин Циюй не захотел подниматься наверх для дневного сна и прилег прямо на большой диван в гостиной, планируя немного подремать перед тем, как снова приняться за стряпню.
Убедившись, что внизу всё стихло, Юэчжэн Цзяци спустился и обнаружил, что Нин Циюй снова спит. За последние дни ему почему-то постоянно доводилось заставать парня в таком виде.
Будить его он не стал, а просто опустился на соседний диван. Так и сидели: один спал, а второй присматривал за ним.
Если бы это зрелище довелось лицезреть Юэчжэн Цзялиню, его челюсть отвисла бы до самого пола — его собственный старший брат сидит и вот так просто пялится на омегу!
http://bllate.org/book/32343/3946562
Готово:
