Когда Яник проснулся, голова всё ещё гудела, но слабость во всём теле заметно уменьшилась. Он попытался сконцентрировать магию в ладони и обнаружил, что ситуация стала намного лучше прежнего: некогда ничтожно малые крупицы магии постепенно восстанавливались. Судя по такой скорости, если в ближайшее время ему не придется никого исцелять, уже через полмесяца он должен будет достичь пика сил низшего жреца.
За эти дни он в полной мере прочувствовал всю истину крылатой фразы о том, что под низким навесом приходится и голову склонять. Те маги, пользуясь численным превосходством, заставили его покинуть мирный городок Джед и обрекли на жалкое существование в роли вьючной лошади и бесплатного целителя, а тот негодяй Азур и вовсе то и дело норовил сжить его со свету.
Яник, конечно, не обладал характером человека, с которым можно было делать всё что угодно, но нынешнее положение не позволяло ему открыто выражать недовольство. Он даже не жалел сил на лечение других магов, чтобы улучшить их мнение о себе, тем самым ослабить их связь с Азуром и спасти собственную жизнь. Однако, в конце концов, всё сводилось к нехватке собственной силы.
— Ты проснулся.
Хотя Яник всё ещё держал глаза закрытыми, сидевший напротив собеседник уже заметил перемену в его состоянии.
Тут же чей-то палец уперся ему в подбородок, заставляя запрокинуть голову, и Яник был вынужден открыть глаза.
— Полагаю, нарушать чужой сон — поступок, недостойный джентльмена, — произнес жрец, встречаясь взглядом с магом Крисом. Лицо его оставалось совершенно спокойным.
Маг наклонился совсем близко:
— Остальные ушли копать магическую руду, так что скоро они не вернутся.
— И что с того? — жрец попытался отстранить рукой пальцы, зажавшие его подбородок, но его запястье внезапно перехватили.
Яник замер. Чужие пальцы уже скользнули вдоль запястья, закатывая рукав вверх и обнажая далеко не самую крепкую руку жреца вместе с выжженным на ней знаком.
Не успел Яник отреагировать дальше, как собеседник отпустил его руку.
— Проверял твою личность.
— И этот жалкий повод дал вашей милости предлог домогаться жреца? — Яник приподнял бровь, сохраняя невозмутимый вид.
Ему всегда казалось, что в этом Крисе есть что-то странное. Будучи магом высокого ранга, он почему-то отирался среди группы низших магов. И хотя они находились в пещере, полной магической руды, и остальные маги потеряли от жадности рассудок, этот человек оставался совершенно равнодушным и вместо этого заводил с ним разговоры о пустяках.
Что еще важнее, отношение Криса к нему сильно отличалось от отношения остальных магов. Оставим в покое Азура — его радикальность и крайние взгляды разделяла значительная часть магов на этом континенте. Другие, такие как Афра и Лили, хоть и были намного мягче, всё же сохраняли долю настороженности: в конце концов, они принадлежали к разным лагерям.
Но Крис был другим. Яник то и дело ловил на себе его взгляды — в них сквозило какое-то праздное любопытство, словно за ним наблюдали из спортивного интереса.
Вдруг Крис произнес:
— Не хочешь со мной сотрудничать?
Яник опешил, не уловив хода его мыслей:
— Сотрудничать в чём?
— Я предоставляю тебе убежище, а ты восстанавливаешь для меня систему и принципы Светлой магии, включая демонстрацию заклинаний и их обсуждение.
— Ты хочешь изучать Светлую магию? — Яник изумился. — Светлая магия жрецов и Магия стихий магов — это две совершенно разные системы, они кажутся несовместимыми.
— Так говорят лишь те, кто никогда по-настоящему не изучал магию, — холодно бросил Крис. — Магия — это всего лишь магические элементы, они существуют по всему континенту. И Светлая магия, которую Понтификат вывел из озарения, ниспосланного светом, и четыре стихии природы магов — ветер, земля, вода и огонь — имеют один исток.
В сознании жреца словно распахнулось окно: то, что он так долго жаждал узнать, теперь обретало очертания благодаря этим словам. Разумеется, этот маг высокого ранга подходил на роль наставника, способного разрешить все его сомнения, куда лучше, чем та же Афра и остальные.
— Зачем тебе понадобилось подтверждать мою личность? — Яник перевел тему.
Крис ответил:
— До тебя они поймали еще одного жреца.
— И что потом? — спросил Яник.
— Потом он принялся орать ругательства и отказался сотрудничать, так что Азур привязал его к столбу и сжег заживо.
Яник замолчал.
— Так что по сравнению с ним ты кажешься весьма благоразумным, — добавил Крис.
— Благодарю за комплимент.
— Впрочем, теперь ты мой человек, так что можешь не строить кислые мин перед остальными.
— ...С каких это пор я стал твоим человеком?
Крис странно посмотрел на него:
— Разве я не говорил об этом, когда вытащил тебя из лап гарпии?
— ...Но проблема в том, что я вообще ни на что не соглашался!
Яник едва сдержал улыбку, которая так и норовила сойти с лица. Собравшись с духом, он произнес:
— У меня есть условие. Вместо той защиты, о которой ты говорил в рамках нашего обмена, давай заменим ее кое на что другое. Я тоже хочу понять все принципы Магии стихий, и кроме того, ты не должен отказывать мне, когда я буду спрашивать о магии. Иными словами, в вопросах обмена знаниями мы должны быть предельно откровенны друг с другом.
— Тебе не нужна моя защита? — Голос Криса оставался спокойным, хотя в нем угадывалось легкое удивление.
— Раз уж мы партнеры, ты ведь и так обеспечишь мне безопасность на время сотрудничества, не так ли, господин маг? — Жрец улыбнулся, и в глазах Криса эта улыбка показалась слегка лукавой.
— Я не хочу, чтобы кто-то знал о нашем сотрудничестве. Нам нужно заключить договор.
Это звучало разумно. Яник выпрямился:
— Каковы условия?
— Их два. Первое — ученический договор. Учитель обязан защищать ученика, но в то же время ученик не смеет предать учителя, и они делятся знаниями друг с другом.
— А второе?
— Мы равны. Мы клянемся в вечной верности друг другу, обязуемся не предавать и ничего не утаивать.
Жрец подумал, что звучит это как-то подозрительно, но углубляться в раздумья не стал:
— Других вариантов нет?
— Эти два — самые надежные. Временные договоры никуда не годятся, — невозмутимо ответил маг.
Яник призадумался:
— Если говорить об ученическом договоре, он пожизненный или аннулируется, как только ученик превзойдет учителя?
— Если способности ученика станут выше сил учителя, договор автоматически расторгнется.
Яник слегка нахмурился, заметив лазейку:
— Разве такой договор заключается не между магами или между жрецами? Если системы магии отличаются, то как определить, сильнее ученик учителя или нет?
Маг ответил с легким пренебрежением:
— Твое понимание магии слишком поверхностно. У самой магии нет разделения на профессии. Даже презираемая Понтификатом Темная магия берет свое начало из стихий, ведь стихии — это исток всего магического искусства.
Сердце Яника дрогнуло. Отбросив колкие замечания собеседника, он тут же подхватил мысль:
— Ты хочешь сказать, что сила человека зависит от того, насколько мощны магические элементы в его теле?
— Сила магических элементов — это лишь база. Не менее важен талант свободно и умело использовать магию, а также реакция в бою. Уровень тех же Азуров и прочих таков, что они не могут справиться даже с безмозглыми гарпиями — способны разве что в кустах заклинания огня по букашкам палить.
Букашки были самыми обычными и низшими насекомыми на континенте Олин, их можно было встретить повсюду в траве и лесах.
Жрец наконец понял: этот маг Крис практиковал всестороннюю и неизбирательную критику, не щадя ни врагов, ни союзников.
Тем не менее, познания и взгляды собеседника убедили его. Яник прекрасно понимал, что воспоминания доставшегося ему тела действительно пестрели поверхностными представлениями о магии — иначе он бы не скатился до столь жалкой участи. И пусть условия договора звучали сурово, для него нынешнего в этом было куда больше пользы, чем вреда.
У Яника было предчувствие, что знания, почерпнутые от этого человека, окажутся бесценными, даже если тот был магом, а не жрецом.
— Ладно, я выбираю первый договор.
Крис не стал терять ни секунды. Едва стихли его слова, как с губ сорвался непрерывный поток заклинаний. Низкий и распевный тон звучал таинственно; Яник изо всех сил напряг память, но смог запомнить лишь пару слов из чуждой ему магической системы, да и те оказались совершенно бесполезными — это лишь сильнее укрепило его в мысли о важности изучения магии. Будучи невезучим жрецом, он сталкивался не только с угрозой из лагеря магов, но и с преследованием со стороны собственных собратьев, оказавшись между двух огней.
Пока он предавался этим невеселым размышлениям, его руку крепко сжали.
— Повторяй за мной: именем богов клянусь, небесные светила призываю в свидетели, я, Эдуард Крис Сфлайт, заключаю с... Как тебя зовут?
Яник едва сдержал судорогу в уголке рта:
— Яник Хилл.
— ...с Яником Хиллом ученический договор. Отныне я буду защищать его именем учителя, а он не посмеет меня предать.
Яник немного перефразировал клятву и послушно повторил ее вслед за магом.
Золотистое сияние разделилось на два потока, которые обвились вокруг их соединенных рук, поднимаясь всё выше, пока не исчезли в межбровьях обоих. Яник почувствовал, как нечто легкое проскользнуло в его сознание и тут же растворилось без следа.
— Учитель, — как же приятно осознавать, что твоя жизнь в безопасности, — с легким сердцем сменил обращение Яник. — Мне любопытно: жрецов так много, почему ты выбрал именно меня?
Крис был магом высокого ранга и в магическом искусстве достиг немалых высот. Однако он не желал идти по стопам предшественников-Верховных магов и продолжать движение по проторенной дорожке Магии стихий. Он жаждал узнать больше, чтобы создавать и даже менять правила — а для этого требовалось глубоко понять магическую систему жрецов.
Таких знаний невозможно было почерпнуть из книг, поскольку теория в них была слишком оторвана от практики. Крис уже перечитал все доступные трактаты о Светлой магии, но у него оставалось слишком много вопросов, которые требовалось обсудить лицом к лицу со жрецом, ведь истина рождается только в практике.
Однако ни один из богатых знаниями и сильных жрецов никогда бы не стал сотрудничать с магом, а на слабых Крис даже смотреть не хотел. Перебрав все варианты, он остановился на этом: хоть тот и был слаб, по крайней мере, в отличие от остальных жрецов, не задирал нос к небу, умел оценивать обстановку и охотно шел на контакт. В будущем его потенциал явно не был ограничен малым, так что со всех точек зрения он казался неплохой кандидатурой.
Но Крис ленился вдаваться в долгие объяснения и просто бросил:
— Остальные мне не приглянулись.
Жрец приподнял бровь:
— Тогда не мог бы ты объяснить, что за второй договор ты мне предлагал? Мы равны, клянемся в вечной верности, не предаем друг друга и ничего не утаиваем. Что это было?
— О, это был договор спутников жизни.
Яник потерял дар речи.
Этот учитель вообще в своем уме?! Можно ли оформить возврат?!
http://bllate.org/book/32123/3921647
Готово:
