Закончив говорить, он на глазах у Сяо Муяня выудил из-под кровати свою кубышку. Каждый раз, когда после продажи готовой снеди Цзян Цзиньюнь возвращался из меняльной лавки, он обменивал разрозненные медные монеты на мелкие серебряные монетки. Теперь серебро уже покрывало дно сундучка неглубоким слоем. Он достал оттуда пятнадцать лянов мелкого серебра и протянул Сяо Муяню:
— Десять лянов — это чтобы вернуть тебе долг, старший брат Сяо, а оставшиеся пять пойдут на покупку вещей. Если останется — верну, если не хватит — доплатишь.
— Хорошо, — легко согласился Сяо Муянь и, протянув руку, принял серебро. — Время не раннее, тогда я пойду.
— Угу, потихоньку на дороге, — помахал на прощание рукой Цзян Цзиньюнь.
Проводив Сяо Муяня, двое младших из семьи Цзян тоже вернулись из дома Тетушки Цзян. Младшая сестрёнка ещё долго ходила кругом за Цзян Цзиньюнем и жалобно хныкала, пока он не пообещал, что в ближайшие дни никуда не пойдёт и останется дома, чтобы уделив всё внимание побыть с ней. Только тогда она радостно принялась делиться со всеми сушёным бататом, который принесла от Тетушки Цзян.
Хоть и говорилось, что он отлёживается дома из-за травмы, Цзян Цзиньюнь вовсе не мог сидеть без дела.
Больше полумесяца он уходил чуть свет и возвращался затемно, а по возвращении, едва закончив дела, падал без сил и засыпал. Теперь же, оставшись отдыхать дома, он обнаружил, что кругом грязь и беспорядок: сорняки выросли в полчеловека ростом, а куриные перья так и летают повсюду.
Такое стерпеть было невозможно.
Пусть жильё и убогое, но в нём должно быть чисто.
Он заставил брата и сестру полоть сорняки и подметать полы, а сам сигал там и гонял всех вокруг до седьмого пота, и лишь после изнуряющей работы сумел наконец навести в доме порядок.
провозившись так до самого полудня, он наконец всё закончил. Глядя на то, как дома всё упорядочено, чисто и аккуратно, Цзян Цзиньюнь почувствовал себя на душе легко.
Малыши тяжело трудились, так что за ужином он, разумеется, должен был приготовить что-нибудь вкусненькое, чтобы вознаградить их. Но вот в доме… Цзян Цзиньюнь бросил взгляд на двух кур, бродивших во дворе, и решил: сегодняшней добавкой к столу станут они!
Целыми днями только едят, а яиц не несут — зарублю-ка одну, сварю суп, чтобы подкрепить силы!
Выбрав сегодняшние ингредиенты, он снова заставил младшего брата разводить горячую воду, а сам принялся точить нож на курицу. В самый разгар этой жаркой суеты он увидел, что Сяо Муянь уже вернулся с большой корзиной за спиной, доверху набитой мясом и специями, которые просил купить Цзян Цзиньюнь.
Под восторженные возгласы удивления от трёх малышей, то и дело выкрикивавших «ух ты», Сяо Муянь молча вытаскивал из бамбукового короба вещи одну за другой и раскладывал их на столе. Закончив, он достал из-за пазухи два ляна серебра и протянул их Цзян Цзиньюню, который как раз ощипывал курицу:
— Всего ушло три ляна серебра, оставшиеся два возвращаю тебе.
— Подожди секунду, — Цзян Цзиньюнь отмыл мыльным деревом грязь с рук и вытер их полотенцем, прежде чем взять серебро.
— Спасибо за хлопоты, старший брат Сяо, — опустив голову, поблагодарил Цзян Цзиньюнь и ненароком заметил на руке Сяо Муяня следы ран, после чего машинально схватил его за запястье, чтобы рассмотреть получше: — Что это у тебя с руками?
Выставленная напоказ рука Сяо Муяня была слегка оцарапана и кровоточила, а на закатанном рукаве виднелось несколько синяков.
Цзян Цзиньюнь нахмурился:
— Как это ты так умудрился? Сюда обязательно нужно мазь нанести.
— Дичь была плохо связана, по дороге одна сбежала, вот пока ловил — нечаянно и поранился, — невозмутимо отдернул руку Сяо Муянь, опуская рукав, чтобы скрыть её. — Ничего страшного, пустяковая рана, через пару дней заживёт.
Цзян Цзиньюнь усомнился: неужели такой человек, как старший брат Сяо, который годами бродит по горам, мог упустить добычу? И ладно бы просто убежала, но разве можно ранить себя во время погони? Как такое возможно, он же не какой-нибудь неумеха вроде него самого!
Тут явно крылся подвох, и он подозрительно покосился на Сяо Муяня.
— Кхе, — Сяо Муянь прикрыл рот рукой, кашлянув, и неуклюже сменил тему: — Вы что, сегодня вечером курицу резать собрались?
— Ага, в будние дни все такие послушные, а сегодня во время уборки так сильно постарались, что нужно приготовить что-нибудь вкусненькое в награду, — видя, что Сяо Муянь не хочет распространяться, Цзян Цзиньюнь не стал настаивать и послушно последовал за сменой темы: — Как раз делать дома нечего, соберусь-ка я сварить суп из старой курицы, подкрепим всем силы.
— Свет что-то тускнеет, — Цзян Цзиньюнь поднял голову к небу, и его слова вновь свернули в сторону, словно бы случайно: — Кстати, старший брат Сяо сегодня вернулся поздновато. Наверное, в пути что-то задержало?
— Нет, тебя не было, так те люди яростно торговались, дичь продавалась плохо, вот и вернулся позже, — утешил его Сяо Муянь.
— Хе-хе, то-то же! Уж в чём-чём, а в умении торговаться мне равных нет. В следующий раз пойду с тобой, ручаюсь, ты ни капельки не прогадаешь, — Цзян Цзиньюнь сиял от гордости, успешно сбитый с толку и сам того не подозревая, и тут же с жаром пригласил: — Уже поздновато, может, поешь сегодня у нас?
Сяо Муянь посмотрел на его самодовольный, забавный вид, улыбнулся и покачал головой:
— Нет. Разве ты не собираешься завтра звать гостей? Вот тогда я и приду.
— Тоже верно. Завтра в полдень продемонстрирую вам мастерство шеф-повара Цзяна, — Цзян Цзиньюнь задрал подбородок, упершись руками в бока, и задрал нос к небу.
— Ладно, буду ждать, — ответил тот и отправился домой.
Тем временем Цзян Цзиньюнь живо разделался со старой курицей и поставил её тушиться. Поглядев на небо и прикинув, что до темноты ещё далеко, он велел Второму младшему брату сбегать к домам Тетушки и Третьего дяди и позвать их завтра в полдень на обед: — Только давай быстро туда и обратно, не вздумай шалить на дороге и задерживаться.
Цзян Цзиньюнь-младший закатил глаза на старшего брата и пробурчал:
— Я тебе не такой. Я же не маленький ребёнок.
— Да-да-да, ты уже большой, — смахнул тот для вида, похлопав второго брата по заду. — Беги давай, возвращайся поскорей к ужину.
— Хм, не буду с тобой разговаривать, — надул щеки Цзян Цзиньюнь-младший и, крутанувшись на месте, пустился бежать.
Сидевший позади Цзян Цзиньюнь покачал головой, приняв вид уставшего отцовского семейства: — Эх, дети растут, переходный возраст.
К счастью, Цзян Цзиньюнь-младший уже отбежал далеко, а не то, вздумай он узнать, какую чушь несет его собственный старший брат, пожалуй, от злости раздулся бы, как рыба-собака.
Закончив дразнить глупенького младшего брата, Цзян Цзиньюнь почувствовал себя превосходно. Напевая себе под нос песенку, он принялся за приготовление продуктов, которые помог принести старший брат Сяо. Сейчас стояла жара, да и никаких ледников не водилось, так что если оставить сырое мясо лежать до утра, оно бы обязательно протухло. Если же обработать его заранее сегодня, оно не испортится до завтра и к тому же лучше пропитается специями.
Кисло-сладкие свиные кишки, тушеная в соевом соусе свиная грудинка, тушеные свиные ножки, суп со свиным желудком и перцем, а в довершение ко всему — нашинкованная ассорти из привычной за последнее время тушеной снеди, да завтра еще обжарить зелень — наберется пяток блюд да супчик, чем не пир горой.
Мяса было не сказать чтобы много, зато тушеного вдоволь — на данный момент это была лучшая еда для приема гостей, которую только мог раздобыть Цзян Цзиньюнь.
Младшая сестрёнка, крутившаяся рядом из любопытства, и Третий младший брат, помогавший разводить огонь, уже пустили слюнки от предвкушения, и Цзян Цзиньюнь выдал обоим по кусочку мяса на пробу.
Младшая сестрёнка, медленно пережёвывая мясо во рту, сверкающими глазами уставилась на Цзян Цзиньюня:
— Старший брат, твоя стряпня становится всё вкуснее и вкуснее! Можно я попробую ещё один кусочек?
Третий младший брат Цзян Цзиньфэн в два счёта прожевал и проглотил свою порцию — он ел так быстро, что даже толком не распробовал вкус, но зато яростно закивал, поддакивая сестрёнке: — Очень вкусно! Хочу ещё!
Цзян Цзиньюнь с улыбкой потёр нос льстивой сестрёнки, с удовольствием принимая их похвалу, но польщенно отказался:
— Сегодня дам вам только попробовать на вкус, как бы ни было вкусно, придётся потерпеть. Подождём до завтра, когда будем есть вместе с Тетушкой и остальными, ладно?
Младшая сестрёнка бросила взгляд на те вкусности и огорчилась, что придётся ждать завтрашнего дня, но всё же послушно кивнула:
— Ладно-ладно, подождём до завтра и поедим вместе с дядями и тётями.
— Какая умница! — Цзян Цзиньюнь не удержался, подхватил сестрёнку на руки и чмокнул её в пухленькие за последнее время щёчки, щедро осыпая обещаниями: — Брат в будущем приготовит для вас еще много-много всего вкусного!
— Ух ты! — сестрёнка ни капли не усомнилась в щедрых обещаниях Цзян Цзиньюня и, подняв большой палец вверх, расхвалила его в ответ: — Старший брат, ты просто чудо!
Цзян Цзиньфэн ничего не сказал, но закивал с удвоенной силой.
Как раз в тот момент, когда трое брата и сестры погрузились в круговорот взаимных похвал, сбегавший с поручением Второй младший брат вернулся с помрачневшим лицом.
Цзян Цзиньюнь взглянул на него и подумал: ооо, у нашего тихони аж пар из ушей от злости идет.
— Чего это ты вернулся таким сердитым, аж дымишься? Кто тебя обидел?
— Никто меня не обижал, — угрюмо буркнул Цзян Цзиньюнь-младший.
— Тогда с чего тебя так рассердило? Расскажи брату, я помогу тебе отыграться.
Второй брат по-прежнему молчал, уединившись на маленькой скамеечке и сидя там с мрачным видом.
Видя, что Цзян Цзиньюнь-младший не желает говорить, Цзян Цзиньюнь со вздохом был вынужден начать с расспросов о результатах поездки:
— Что сказали Тетушка и Третий дядя? Придут завтра в полдень?
— Тетушка сказала, что они завтра обязательно придут, а Третий дядя… Третий дядя не придёт… потому что… — заикаясь, замялся Цзян Цзиньюнь-младший, словно не решаясь произнести вслух, но в конце концов не выдержал и выдавил: — Потому что тётушка сказала, что они не будут есть еду из нашего дома, и велела нам тоже перестать заглядываться на их добро.
— Ох… ладно, братец понял, — Цзян Цзиньюнь погладил младшего брата по собачьей макушке и утешил: — Спасибо, что сбегал, зря только обиду стерпел. В следующий раз я пойду сам. Хватит дуться, в твои годы злиться вредно — расти перестанешь. Давай-ка лучше ужинать!
Изначально он планировал созвать всех на обед: во-первых, чтобы искренне поблагодарить за недавнюю помощь, а во-вторых, поскольку ноги пока ещё болели, он хотел воспользоваться случаем, когда все соберутся, и сразу же отдать все накопившиеся долги. Кто бы мог подумать, что его жест сочтут за попытку поживиться за чужой счёт, да ещё и заставят второго брата утираться незаслуженными обидами.
Ладно, завтра он всё-таки сходит сам.
Глава 9
Ранним утром следующего года Цзян Цзиньюнь вытащил наружу всю домашнюю утварь и, обнаружив, что столов, стульев, мисок и палочек на всех не хватает, как раз раздумывал, у кого бы занять недостающее, как вдруг увидел Тетушку Цзян. Она несла корзину, полную посуды, а следом за ней шли старший и второй дворовые братья, тащившие столы и стулья.
Не успела она переступить порог, как раздался ее звучный голос:
— Слыхала я, что главный шеф-повар нашего дома сегодня решил показать класс, вот я и подумала прийти пораньше, чтобы хоть подглядеть пару секретов. Я вовремя успела?
— Не вовремя, старший брат всё приготовил ещё вчера вечером, я уже пробовала, очень вкусно! — не успел Цзян Цзиньюнь и слова сказать, как прильнувшая к нему младшая сестрёнка тут же опередила его.
— Ой ли, неужто так вкусно? — Тетушка Цзян опустила корзину и подхватила на руки послушную и милую девочку. — Дай-ка Тетушке Цзян попробовать хоть чуть-чуть, а?
— Ладно-ладно, братец сказал, как все придут, тогда и можно будет есть, — сестрёнка шумно сглотнула слюну и принялась загибать пальцы, показывая Тетушке Цзян: — Вчера старший брат дал мне попробовать всего лишь мизерную капельку, но это было тааак вкусно!
Цзян Цзиньюнь слушал детский лепет сестрёнки, пощекотал нос маленькой обжоры и с улыбкой пояснил Тетушке Цзян:
— В такую жару я боялся, что испортится, поэтому приготовил всё с вечера. Все блюда подобраны такие, что хорошо хранятся, а если сделать их заранее, они только лучше пропитаются вкусом.
— Ладно, раз у тебя всё схвачено, так тому и быть. Тогда мы бессовестно воспользуемся случаем и посидим за угощением!
Хоть она так и говорила, руки её без дела не сидели. Тетушка распорядилась, чтобы старший и второй племянники смотались туда-обратно пару раз и расставили столы и стулья, сама выгрузила принесенную из дома чистую посуду, а после принялась хлопотать на огороде — рвать овощи и мыть их.
В этой суете Цзян Цзиньюнь, хозяин дома, в конце концов не смог отвоевать себе никакой работы.
http://bllate.org/book/32030/3911177
Готово:
