Фусан растерянно почесал затылок и обернулся. Увидев позади Гу Хуачэна, он слегка опешил:
— Учитель, доброе утро!
Гу Хуачэн кивнул:
— Где няня Я?
Цзюйнян молча указала в сторону кухни. Гу Хуачэн снова кивнул и направился туда.
— Кто же всё-таки эта няня Я? — не удержался Фусан, глядя вслед учителю.
Цзюйнян нахмурилась. Раньше ей даже приходило в голову, не была ли эта няня их самой основательницей секты. Но потом она вспомнила слова старухи. Гу Хуачэн познакомился с ней в Бэйху уже после смерти их предка. Неужели она как-то связана с той женщиной, что умерла? Однако, вспомнив, как няня Я вцепилась ей в запястье с такой яростью, Цзюйнян поняла — вряд ли.
Личность этой женщины и впрямь окутана тайной. Цзюйнян покачала головой: если разгадать не получается, не стоит ломать над этим голову.
— Фусан, Цзюйнян, идите есть! — вскоре раздался голос няни Я, и она вышла из кухни с большим плетёным подносом.
Оба с недоверием уставились на поднос:
— Еда?
— Что? — нахмурилась няня Я.
— Ничего, — Фусан натянуто улыбнулся, но улыбка вышла скорее похожей на гримасу боли.
За столом так и не появился Гу Хуачэн. Цзюйнян не выдержала:
— Бабушка, а где учитель?
— Ешьте своё и не лезьте не в своё дело. Цзюйнян, помой после еды посуду, — бросила няня Я, поставила поднос на стол и ушла.
Цзюйнян покорно кивнула и сняла покрывавшую поднос ткань. Взглянув внутрь, она застыла.
— Что случилось? — спросил Фусан.
Цзюйнян резко сдернула ткань. На подносе лежали какие-то сероватые клубни — похожие то ли на таро, то ли на ямс, то ли на батат.
— Что это? — спросила она у Фусана.
— Откуда мне знать! — Фусан схватил один клубень, но тот оказался горячим, и он принялся перекидывать его с руки на руку, причитая: — Ай-ай! Как же горячо!
Цзюйнян оглядела стол. Кроме подноса больше ничего не было.
— Э-э, старший брат по школе… — неуверенно окликнула она Фусана.
Тот всё ещё перекатывал клубень в руках и мельком взглянул на неё:
— Что? Ты так бледна… Неужели рано встала? Ладно, после завтрака я сам всё уберу…
Он осёкся, заметив, что выражение лица Цзюйнян стало ещё мрачнее.
— Как ты сюда попал? — неожиданно спросила она.
Фусан только начал очищать клубень и от неожиданности выронил его на пол.
Он уставился на Цзюйнян и помахал рукой перед её глазами:
— Неужели тебя одолел злой дух?
Цзюйнян проигнорировала его и продолжила, словно разговаривая сама с собой:
— Ты всё это время шёл за нами?
— Сестрёнка, не пугай меня! Что с тобой? — воскликнул Фусан, но в следующий миг резко вскрикнул от боли.
— А-а! — закричала Цзюйнян, вцепившись ему в руку и тыча пальцем за его спину: — Она в обмороке! Быстро помоги!
Фусан наконец понял, что за ним кто-то стоит. Сначала он облегчённо выдохнул, но, разглядев девушку, снова напрягся.
Перед ними лежала та самая Цзяннюй, которую они встречали в Мочэне!
Фусан поднял её на руки и странно посмотрел на Цзюйнян.
Та почувствовала себя неловко под его взглядом и сердито сверкнула глазами:
— На что ты смотришь?
— Цзяннюй явно твоих лет, но весит куда больше, — нахмурился Фусан. — Признайся честно, сестрёнка: ты ведь с самого начала была рада идти с нами, да?
Цзюйнян замерла, глядя на девушку. Та и правда была её возраста, но каким же мужеством она обладала, чтобы пройти за их повозкой такой путь! От Мочэна до Бэйху они добирались больше десяти дней — как ей удалось всё это время следовать за ними?
Фусан отнёс Цзяннюй в комнату Цзюйнян и пошёл за лекарем. Тот осмотрел девушку и сказал, что она просто измотана — нужно хорошенько отдохнуть.
Цзюйнян хотела сначала сообщить об этом Гу Хуачэну, но до того, как Цзяннюй пришла в себя, учителя так и не нашли.
Когда Цзяннюй открыла глаза, Фусан сидел у кровати и жевал клубень. Его громкое глотание заставило её вздрогнуть. Она подняла глаза и уставилась на клубень в его руке.
— Хочешь? — осторожно спросил Фусан.
Едва он протянул руку, Цзяннюй рванулась вперёд, вырвала клубень и стала жадно есть.
— Эй, не глотай так быстро! Я же не отберу! — закричал Фусан, испугавшись, что она поперхнётся.
Не успел он додумать эту мысль, как Цзяннюй уже хлопала себя по груди, явно задыхаясь.
— Воды! Где вода? — Фусан метнулся по комнате в поисках кувшина.
В этот момент Цзюйнян вошла с тазом воды. Увидев происходящее, она слегка нахмурилась:
— Что случилось, старший брат по школе?
— Она подавилась! Быстрее, сестрёнка, воды! — запаниковал Фусан.
Цзюйнян на миг замерла, потом всё поняла и кивнула. Она вышла и вскоре вернулась с кружкой воды. Цзяннюй уже немного пришла в себя и снова принялась грызть клубень.
— Девушка, выпей сначала воды, — сказала Цзюйнян, поставила кружку на низенький столик и попыталась забрать у неё клубень.
Цзяннюй резко оттолкнула её.
— Сестрёнка! — Фусан подскочил и подхватил Цзюйнян, потом разозлился на Цзяннюй: — Ты что за манеры?! Мы кормим тебя, поим, а ты ещё и толкаешь мою сестру?!
— Старший брат по школе… — Цзюйнян потянула его за рукав и предостерегающе взглянула на Цзяннюй.
Та замерла, перестала жевать, уставилась в пол и покусала губу. Её глаза наполнились слезами.
Фусан дернул Цзюйнян за рукав и прошептал:
— Сестрёнка, я ведь просто так сказал… Неужели она сейчас заплачет?
— Не думаю… — тоже нахмурилась Цзюйнян, осторожно наблюдая за девушкой.
Цзяннюй глубоко вдохнула, схватила кружку и жадно выпила всю воду. Потом вытерла рот тыльной стороной ладони и посмотрела на них:
— Почему вы замолчали?
Её звонкий голос и жалобное личико вызывали искреннее сочувствие.
Цзюйнян незаметно ущипнула Фусана.
— Ай! — вскрикнул тот. — За что опять?
— Это ради твоего же блага, старший брат по школе. Помни: над страстью висит острый клинок! — многозначительно сказала Цзюйнян.
Фусан скривился:
— Да разве такая малышка может меня соблазнить? А вот ты… Только что глаз не сводила с неё… Ай!
Цзюйнян убрала ногу и улыбнулась Цзяннюй:
— У меня всё тот же вопрос: как ты здесь оказалась?
— Ноги мои — мои. Куда хочу, туда и иду. Или мне теперь перед каждым шагом отчитываться перед тобой? Кто ты мне такая?
Дерзкая девчонка. Цзюйнян и Фусан переглянулись и вдвоём приблизились к ней с улыбками.
Цзяннюй инстинктивно сжалась и сердито уставилась на них:
— Вы чего? Ещё ближе подойдёте — закричу!
— Кричи! — весело отозвалась Цзюйнян. — Даже если будешь орать до хрипоты, никто не придёт тебя спасать!
Сказав это, она сама не выдержала и расхохоталась.
— Да что с тобой такое?! — возмутился Фусан.
— Ничего, просто вспомнился один анекдот, — с трудом выдавила Цзюйнян, пытаясь успокоиться.
Фусан посмотрел то на неё, то на растерянную Цзяннюй и махнул рукой:
— Всё, хватит! Сестрёнка, ты вообще способна серьёзно заниматься делом? Может, перестанешь уже смеяться?
— Ладно, ладно, старший брат по школе, не злись. Больше не буду, — пообещала Цзюйнян, но, увидев его раздражённое лицо, снова захихикала.
— Ты всё ещё смеёшься?!
Цзюйнян увидела, как Фусан вскочил на ноги, и поспешила замахать руками:
— Нет-нет, больше не смеюсь!
— Вы… разыгрываете меня? — тихо спросила Цзяннюй, чувствуя себя забытой.
Оба тут же повернулись к ней и хором:
— Как ты сюда попала? Просто шла за нами всё это время?
Цзяннюй, ошеломлённая их синхронностью, сначала кивнула, потом покачала головой.
— Так да или нет? — Цзюйнян вздохнула, глядя на её опущенные глаза. Девушка напоминала щенка, который всеми силами пытается угодить, но боится, что его отвергнут. Это вызывало жалость и раздражение одновременно.
— Я… вы… — Цзяннюй закусила губу и опустила голову.
— Старший брат по школе, я больше не могу! — Цзюйнян схватилась за волосы и уселась на табурет у двери. — Задавай ты сам вопросы.
— Как так?! — возмутился Фусан, подойдя к ней. — Ты просто бросаешь всё?!
— А кто дал ей серебро в Мочэне? Кто принёс её сюда, когда она упала в обморок? Разве тебе трудно задать один вопрос? — парировала Цзюйнян, отмахиваясь.
— Слушай, сестрёнка, с тех пор как мы приехали в Бэйху, ты ведёшь себя странно! Признавайся, что ты скрываешь? — Фусан пристально посмотрел на неё.
Цзюйнян отвела взгляд, явно нервничая:
— О чём ты? Разве мы не должны выяснить, зачем Цзяннюй здесь?
— Если она смогла дойти сюда сама, рано или поздно всё расскажет. А вот ты, сестрёнка…
— Что со мной? — Цзюйнян бросила на него сердитый взгляд.
— Господин Гу!
— Какой ещё господин Гу?! Говори нормально! — Фусан ущипнул её.
— Ай! Ты что, дурак? Разве я могу так называть?.. Учитель?.. — Цзюйнян резко обернулась и увидела за спиной Гу Хуачэна. Она натянуто улыбнулась: — Учитель, доброе утро!
Фусан тоже обернулся и заморгал:
— Ой, учитель, доброе утро!
Гу Хуачэн кивнул и перевёл взгляд на Цзяннюй.
Та слезла с кровати, стояла неловко, но через мгновение вдруг опустилась на колени. Слёзы навернулись на глаза, и она с трепетом произнесла:
— Господин Гу, Цзяннюй желает следовать за вами и служить вам.
— Ой! — Фусан невольно втянул воздух сквозь зубы.
Цзюйнян тут же бросила на него сердитый взгляд. Фусан поспешил замахать руками:
— Ничего, ничего! Просто язык прикусил.
— Вот и славно, — фыркнула Цзюйнян и закатила глаза.
Фусан потянул её за рукав и кивнул в сторону Гу Хуачэна, давая понять: сейчас не время шутить. Цзюйнян кивнула и тоже уставилась на учителя.
Гу Хуачэн с интересом потер подбородок и спросил:
— Ты та самая девушка из Мочэна?
— Именно я, господин, — прошептала Цзяннюй, всё ещё стоя на коленях и ещё ниже склонив голову. Голос её дрожал всё сильнее.
http://bllate.org/book/3168/347858
Готово:
