Он подошел на два шага ближе и действительно увидел на листе бумаги размашисто выведенную надпись: Место регистрации на Собрание Улинь. Взглянув на количество записавшихся, он невольно присвистнул: всего один человек, да и имя у него Чжун Мэйвань — судя по звучанию, он явно заявился сюда просто ради забавы.
Сун Линьжань даже подумал, что если впишет здесь свое имя, то станет серьезным кандидатом на пост Лидера Союза Боевых Искусств, а если заявится Хэ Ань, то он и вовсе гарантированно получит эту должность.
Мужчина средних лет, завидев их группу, просиял. Он тут же вскочил и с огромным энтузиазмом заговорил: Юные мастера, вы пришли регистрироваться? Поверьте, место Лидера Союза Боевых Искусств должно достаться именно вам!
Сун Линьжань: Благодарю за приглашение, но нет.
Мужчина: ...
Дядя отвернулся и перевел исполненный надежды взгляд на Хэ Аня и троих его спутников. Он принялся нахваливать их легкую походку и выдающуюся Внутреннюю энергию, уверяя, что они наверняка искусные мастера. Хэ Ань и остальные наемники были крайне тронуты, но все же отказались.
Дядя был в полном отчаянии: Если вы не собираетесь регистрироваться, то зачем вообще приехали на Гору Лушань?
Сун Линьжань: Мы вообще-то приехали посмотреть на Собрание Улинь, набраться опыта. Почему никто не регистрируется? Разве никто не хочет стать Лидером Союза Боевых Искусств?
Дядя снова оживился: Конечно, не хотят!
Сун Линьжань: ...
Кажется, тут что-то не так?
Дядя принялся без умолку жаловаться на свою горькую долю.
Оказалось, что после того, как несколько лет назад воцарился мир, все только начинало восстанавливаться. Многие крупные школы понесли большие потери в ходе войн, и все эти годы лишь пытались обустроить собственное хозяйство. К тому же, проклятая Демоническая секта была уничтожена в ходе облавы еще десяток лет назад, поэтому в Цзянху царило полное спокойствие, и не было никаких великих дел, требующих решения Лидера Союза.
Даже если и возникали конфликты, то это были пустяки вроде: Твоя секта заняла гору нашей школы под огород, молодые ученики одной секты подрались с другой из-за юношеского задора, или какой-то сорванец из чужой секты соблазнил нашу драгоценную младшую сестру. Быть миротворцем в таких делах — занятие не из почетных.
Мало того, Лидер Союза Боевых Искусств еще и должен был тратить собственные деньги на текущие расходы, помогать тем сектам, что буквально голодали, и по первому зоу прилетать, чтобы разгребать бардак. В общем, покоя не было круглый год, и эта должность превратила некогда зажиточного человека в бедняка.
А ведь еще нужно было платить за проведение самого Собрания Улинь из своего кармана, что лишь усугубляло бедственное положение.
Сун Линьжаня внезапно осенило: Позвольте спросить, кто вы такой и где живете?
Дядя с печальным видом ответил: Это я и есть.
Сун Линьжань опешил и снова спросил: А этот Чжун Мэйвань...
Глава союза: Тоже я.
Сун Линьжань: ...
Ну дела, выходит, кроме самого главы союза, никто не зарегистрировался!
Сун Линьжань принял серьезный вид: Скажу так, глава союза Чжун, у меня есть идея, которая, возможно, привлечет больше желающих.
Глава союза Чжун засомневался, ведь Собрание проводилось уже несколько раз, а количество участников всегда было ничтожным.
Сун Линьжань: У меня есть деньги.
Глава союза Чжун: Какая блестящая идея!
Хэ Ань тоже с этим согласился — их отряд наемников приехал именно по этой причине, все было донельзя прагматично.
Изначально Сун Линьжань планировал использовать Собрание Улинь для продвижения Цзянху Сяобао, собирая материал о мастерах и репортажи с места событий — проще говоря, хотел попиариться на чужой славе. Теперь же он изменил планы: если с помощью газеты он в один миг сделает Собрание Улинь популярным, то завоюет отличную репутацию — иными словами, создаст шумиху.
Так Сун Линьжань с Хэ Анем и остальными пока остановились в поместье главы союза Чжун.
Когда он передал главе союза несколько лянов серебра в качестве арендной платы, тот прослезился: Это первые деньги, которые я заработал с тех пор, как стал главой!
Сун Линьжань по-доброму посоветовал ему: Вы могли бы прибраться в еще нескольких комнатах и сдавать их людям, когда начнется Собрание Улинь.
В конце концов, он когда-то был зажиточным человеком, и, хотя поместье пустовало, комнат там было немало — можно было использовать их с толком.
Подумав об этом, Сун Линьжань вдруг воодушевился и тут же велел Хэ Аню выкупить лавки и постоялые дворы вокруг места проведения Собрания, а если не выйдет — то хотя бы пустующие комнаты в домах обычных жителей. Когда Собрание начнется, можно будет организовать целый комплекс услуг: от ночлега до развлечений.
Главной темой первого выпуска Цзянху Сяобао должно было стать именно это Собрание Улинь.
Два дня Сун Линьжань не давал покоя главе союза Чжун, выпытывая подробности для материалов. Он планировал составить Список великих мастеров Цзянху на основе списка финалистов предыдущего Собрания.
Глава союза Чжун возразил: В прошлый раз участвовало всего пятеро.
Сун Линьжань: Значит, первое место точно будет твоим.
Глава союза Чжун: Отличный список!
Однако сухой перечень имен не привлек бы читателей. Сун Линьжань, мастерски владеющий искусством преувеличения, решил снабдить каждого мастера из списка потрясающей, невероятной историей — такой, что любую можно было бы отдельно рассказывать на выступлениях. Этого хватило бы на целую страницу.
Сун Линьжань: Старший брат, не хочешь взять себе сценический псевдоним? Все равно никто не знает, что тебя зовут Чжун Лайвань.
Глава союза Чжун: Я Чжун Мэйвань. Я не меняю ни фамилию, ни имя. Родители дали мне это имя, потому что хотели, чтобы у меня всегда было еды и вещей вдоволь.
Сун Линьжань одобрил такое прекрасное пожелание: Как насчет Чжун Улян? Верховный мастер Улинь Чжун Улян.
Глава союза Чжун: Отличное имя! Звучит величественно!
Вторым в списке был прославленный в Цзянху старый мастер Ма Чжэньтянь. Он был главой союза на прошлом Собрании, славился добротой и был настолько богат, что его карьера не разорила его окончательно. Многие прочили его на пост снова, но, поскольку ему было под девяносто, во время поединка с главой союза Чжун он сразу признал поражение, опасаясь, что в пылу схватки его старые кости рассыплются.
Глава союза Чжун: Хотя мастер Ма уже в преклонном возрасте, он все еще бодр и выглядит лет на пятьдесят-шестьдесят.
Сун Линьжань старательно строчил в блокноте: Второе место, вечно молодой Ма Чжэньтянь.
Глава союза Чжун: ...
Третьим был юноша по имени Ци Симин. Он не блистал другими талантами, зато владел искусством Цингун в совершенстве: появлялся и исчезал, как призрак. Четвертым был коренастый парень с огромной силой, Лу Дашань — раньше о нем в Цзянху никто не слышал, так что его можно было считать темной лошадкой.
Когда Ци Симин сражался с Лу Дашанем, он весь бой летал вокруг, используя Цингун, так что Лу Дашань не смог нанести ни одного удара и в конце концов просто свалился от усталости.
Сун Линьжань тут же придумал: Тогда назовем их Ци Симин, чьи шаги не оставляют следов, и Лу Дашань, способный вырвать гору.
http://bllate.org/book/31518/3845859
Готово:
