Сан Чжо тут же отвесил поклон под прямым углом и искренне произнес:
— Спасибо вам.
Матушка Чжан: «…»
У этого ребенка случайно не проблемы с головой?
Войдя на кухню, Сан Чжо на мгновение замер от царившей там обстановки. Он-то думал, что хватит двух конфорок и одного котелка, но здесь было бесчисленное множество видов кухонной утвари, названия которой он даже не знал, не говоря уже об использовании.
Однако с полудня вчерашнего дня Сан Чжо съел лишь тарелку фруктов, он был голоден. Но идти к Матушке Чжан ему не хотелось. Смех и непринужденная беседа снаружи не имели к нему никакого отношения.
Начав искать информацию в телефоне, Сан Чжо погрузился в процесс с невероятным усердием: одновременно читал, учился и готовил…
Тем временем Матушка Чжан то и дело поглядывала на кухню и, наконец, не выдержав, спросила:
— Откуда только такого телохранителя наняли? Почему мне кажется, что у этого паренька с головой не в порядке?
Стоявший рядом телохранитель рассмеялся:
— Не слушайте его бред, стряпня Матушки Чжан — самая вкусная. — С этими словами он откусил кусочек паровой булочки с креветками и добавил: — Очень вкусно!
Матушка Чжан улыбнулась:
— Язык без костей!
Шэнь Шу ел ложку за ложкой, а наевшись, произнес:
— Сейчас еще рано, пять часов утра. Позже вы пойдете на смену, пусть следующая группа телохранителей придет пообедать.
Телохранители хором ответили:
— Есть!!!
Шэнь Шу бросил взгляд на кухню и сказал:
— Матушка Чжан, может, вы сходите проведать Сан Чжо?
Матушка Чжан поднялась со словами:
— Пойду взгляну.
Но не успели затихнуть ее слова, как кухня с оглушительным грохотом — бам! — в сопровождении клубов черного дыма мгновенно взлетела на воздух.
Все: «!!!»
Глава 10
Реакция у Сан Чжо была быстрой, бегал он тоже отлично. Заметив, что с кастрюлей творится что-то неладное, Сан Чжо тут же бросился прочь. Весь закопченный, с черным от сажи лицом, он кашлял, стоя в стороне и глядя на охваченную пламенем кухню.
Все остолбенели. Придя в себя, они сломя голову бросились кто куда: одни искали воду, другие хватали огнетушители. Толпа впопыхах гасила пожар, подняв такой шум, что переполошила стоявших снаружи часовых. Те мгновенно выхватили оружие и ворвались внутрь, решив, что кто-то прорвался на территорию.
У Сан Чжо сердце ухнуло в пятки. Он и сам не понимал, почему все вдруг загорелось и взорвалось, ведь он действовал строго по инструкции из телефона. Но сейчас было не до разбирательств, и Сан Чжо тоже бросился помогать тушить огонь.
Когда с пожаром было покончено и все собрались перевести дух, сверху донесся холодный голос Шэнь Сивана, поинтересовавшийся, весело ли им тут?
Все: «…»
Каждый застыл на месте, оцепенел, словно испуганный перепел, и даже говорить толком не мог:
— Четвёртый господин…
Опираясь левой рукой о перила, Шэнь Сиван стоял на втором этаже и прямо спросил:
— Кто взорвал кухню?
Взгляды всех обратились на Сан Чжо, и тот почувствовал себя как на иголках. С глухим стуком он рухнул на колени:
— Господин, это я по неосторожности…
Шэнь Сиван оборвал его:
— Что ты делал на кухне?
Голос Сан Чжо звучал напряженно:
— Готовил… еду…
— Матушка Чжан, — Шэнь Сиван перевел взгляд на окаменевшую Матушку Чжан, и выражение его лица было непонятным, то ли с проблеском усмешки, то ли без, — я ведь не ограничивал твои расходы на продукты?
У Матушки Чжан выступил холодный пот:
— Нет…
Шэнь Сиван снова заговорил:
— О чем ты думала, пуская телохранителя на кухню?
Матушка Чжан лишилась дар речи.
Сан Чжо тихо проговорил:
— Господин, это мне не нравилась еда Матушки Чжан, я настоял на своем…
Шэнь Сиван прищурился:
— Тебе разрешали говорить?
Сан Чжо честно ответил:
— Нет…
Шэнь Сиван усмехнулся:
— Вон отсюда, встать на колени.
— Слушаюсь, господин.
Сан Чжо поднялся, аккуратно отряхнул колени и вышел.
Шэнь Сиван: «.»
Шэнь Шу тревожно ждал, и лишь когда Шэнь Сиван назвал его имя, вышел вперед и склонил голову:
— Четвёртый господин, это я недосмотрел…
Шэнь Сиван бросил на него беглый взгляд.
Шэнь Шу тут же замолчал.
— Забери его, пусть пройдут повторную подготовку, — холодно бросил Шэнь Сиван. — Не научатся — пусть не возвращаются.
Шэнь Шу:
— Слушаюсь, Четвёртый господин.
Снаружи все еще стояла зима, ночью шел снег. Батареи в доме топили так долго, что Сан Чжо успел позабыть, как давно наступила зима. Колени опустились прямо на снег, сугроб под ними растаял, штаны промокли насквозь. После недавнего тепла холод пробирал до костей, и, перетерпев пару мгновений, Сан Чжо почувствовал, как все его тело замерзает и коченеет.
Тем не менее он продолжал стоять на коленях с прямой спиной, не смея пошевелиться. В памяти всплыло, как в детстве его точно так же заставляли стоять на коленях за невыполнение тренировочных заданий. Он пережил и куда худшие времена, так что для Сан Чжо это казалось пустяком.
Бросив взгляд на часы, он отметил, что скоро семь. Шэнь Сиван поднял глаза и увидел, как Матушка Чжан ставит на стол последнее блюдо и, нерешительно замирая, останавливается перед ним.
Уголки губ Шэнь Сивана дрогнули в подобии улыбки:
— Говори, что хотела.
— Господин, — вздохнула Матушка Чжан, — мне не нужна зарплата за этот месяц, пустите того ребенка внутрь.
Шэнь Сиван помрачнел и ничего не ответил.
Пересилив себя, Матушка Чжан продолжила:
— Господин, вам не кажется, что поведение этого паренька… ну точь-в-точь как у бездушной марионетки? У него же явные проблемы с психикой.
Шэнь Сиван налил себе чашку теплой воды:
— Это тебя не касается. Ступай.
Матушка Чжан умолкла.
Примерно через десять минут в комнату вошел Шэнь Ли и доложил:
— Четвёртый господин, господин Брук хочет навестить вас.
— Пусть приходит, пусть заглянет после обеда, — Шэнь Сиван покрутил в пальцах стакан с водой, на секунду замолк и добавил: — Позови Сан Чжо.
Шэнь Ли, разумеется, знал о происшествии первой половины дня, но расспрашивать не стал, а просто подчинился приказу Шэнь Сивана и привел парня.
Сан Чжо не сразу смог подняться: от долгого стояния на коленях ноги затекли и одеревенели. Переведя дыхание и немного придя в себя, он уперся руками в пол и с трудом встал, после чего спросил Шэнь Ли:
— Господин все еще сердится?
— Откуда мне знать, — поддерживая его, бесстрастно ответил Шэнь Ли. — Наверное, сердится? В конце концов, ты первый человек, которому удалось взорвать кухню.
«.» Сан Чжо не знал, что и сказать.
Внутри и снаружи царили два разных времени года. Снаружи бушевала зима, а в помещении стояла весна с ее комфортной и идеальной температурой.
Переступив порог, Сан Чжо не посмел опереться на Шэнь Ли и встал прямо перед Шэнь Сиваном, искренне произнеся:
— Господин, я осознал свою ошибку.
Шэнь Сиван никак не отреагировал на эти слова:
— Ступай переоденься и залечи раны.
Сан Чжо:
— Слушаюсь, господин.
Еду принес Шэнь Ли. Сан Чжо съел все до последней рисинки, а в конце даже облизал губы и сказал:
— Спасибо.
Шэнь Ли не выдержал:
— Ты что, не наелся? С каких это пор Четвёртый господин морит людей голодом?
— …Не то чтобы, — Сан Чжо сначала не хотел в этом признаваться, но, подумав, сообразил, что неизвестно, когда ему еще доведется поесть, и осторожно спросил: — Можно… положить еще капельку риса? Мне только рис, без блюд.
Шэнь Ли нахмурился:
— Разве ты не ел вчера?
— Господин дал еду, но я заподозрил, что он меня отравил, — честно признался Сан Чжо. — Господин рассердился, и я вчера вечером не посмел выйти на ужин.
Шэнь Ли: «.»
Ему так и хотелось бросить: поделом тебе! — но, встав на положение Сан Чжо, он понял, что такая осторожность была вполне оправданной. Переборов себя, Шэнь Ли промолчал, забрал пустую посуду и вышел.
Сан Чжо не знал, как расценивать реакцию Шэнь Ли. Он думал, что тот, пожалуй, принесет ему еще немного риса, но стоило задуматься, как он сам некогда выстрелил Шэнь Ли в плечо, — разве мог тот просто так проглотить эту обиду?
Прошло около трех минут раздумий, когда в дверь постучали. Шэнь Ли вернулся, принес еду и поставил на стол: рыбу на пару, хрустальные пельмени и креветки на пару. Но риса среди них не было.
Сан Чжо слегка опешил:
— Разве я не просил другое?
— Все верно, — бросил Шэнь Ли. — Ешь давай.
— …Понял.
Пообедав, Сан Чжо намазал раны мазью, после чего прямо в комнате сделал сто отжиманий, двести приседаний на пресс, пятьдесят серий подъемов ног… Передохнув немного, он отправился в душ. После ванных процедур Сан Чжо снова устроился за столом и принялся усердно переписывать вчерашнее задание, продолжая строчку за строчкой, пока к полудню не закончил все тысячу раз.
Взглянув на часы, он понял, что уже час дня.
Поразмыслив, Сан Чжо решил немного поспать. Ополоснувшись, переодевшись и развесив белье, он откинул одеяло и нырнул под него. Лежа на боку с закрытыми глазами, он протянул руку к животу, распустил повязку и снова разорвал затягивающуюся рану.
На лбу выступил холодный пот. Сан Чжо закусил губу, отвернувшись в сторону, чтобы не издать ни звука. Нащупав пальцами твердый предмет, он почувствовал, как камень свалился с души, после чего медленно убрал руку. Опустив рейнки глаз, прямо под одеялом он заново размотал бинты и аккуратно перевязал рану.
Окровавленный бинт полетел в мусорное ведро. Переведя дыхание и утирая пот, Сан Чжо зажмурился и свернулся калачиком под одеялом. Он страшно устал и нуждался в отдыхе. Лучше бы ему проспать до скончания веков или проснуться и обнаружить, что он все еще находится рядом со Старым господином Шаном — как же было бы прекрасно.
Но выспаться до пробуждения отдохнувшим ему не дали. В дверь постучал Шэнь Ли и передал, что его вызывает Четвёртый господин. Сан Чжо проснулся мгновенно, едва раздался первый стук.
У него был чуткий сон, а из-за прежней привычки всегда быть начеку Сан Чжо не мог от этого избавиться. Он тут же сел, откинул одеяло, быстро соскочил с кровати, отворил дверь и произнес:
— Здравствуйте.
Шэнь Ли замер с поднятой в воздухе рукой. Окинув Сан Чжо новым оценивающим взглядом, он с каждым мгновением все больше удивлялся тому, каким же тот был рядом со Старым господином Шаном.
— Четвёртый господин велел тебе идти, — произнес Шэнь Ли. — Господин Чжао и господин Брук тоже здесь.
Сан Чжо кивнул:
— Спасибо. Скажите, мне нужно надеть маску?
— Не нужно. Четвёртый господин сказал идти так.
Сан Чжо дал понять, что все понял.
В гостиной.
Трое сидели кружком и весело играли в карты. Когда Сан Чжо вошел, он машинально занял место позади Шэнь Сивана. Брук бросил на него небрежный взгляд, внезапно замер, а затем присмотрелся к нему еще раз.
Лицо парня покрывала густая россыпь красных пятен вперемешку с синяками и ссадинами, на тыльной сторонах открытых рук виднелись царапины, а шел он хромая, очевидно, повременив и колени тоже.
Брук приподнял бровь и протянул:
— А Ван-гэ заходит с козырей, бьет наотмашь.
Шэнь Сиван сбросил карты:
— Непослушание требует наказания. Брук, ты снова проиграл.
Брук улыбнулся, не придавая этому особого значения:
— Судя по этим красным пятнам, у него, кажется, аллергия. Ван-гэ, заставлять его страдать можно, но до смерти-то доводить людей нельзя. Слышал, аллергические симптомы со временем только усиливаются, в тяжелых случаях вообще может случиться анафилактический шок.
http://bllate.org/book/30945/3772454
Готово:
