Оставайся в машине.
Бросив эту фразу, Дин Шиян спокойно вышел, закрыл дверцу и направился прямо к Дицзану.
В чем дело? — Дин Шиян встал перед Дицзаном, положив правую руку на кобуру табельного оружия. Внутри него бушевал территориальный инстинкт часового.
Однако этот рослый мрачный часовой проигнорировал его жест и уставился прямо на армейский грузовик, стоявший позади.
Сидевший внутри машины Цзян Лю почувствовал, как у него в груди тревожно всколыхнулось сердце.
Шиян сделал шаг вперед, загораживая Дицзану обзор.
Жажда убийства вспыхнула, словно пламя, а удушающий феромон часового распространился густым дымом, отчего Цзян Лю стало трудно дышать. Эмоции остальных часовых в грузовике за его спиной мгновенно накалились до предела.
Шиян! — громко крикнул Цзян Лю и выскочил из машины.
В тот миг, когда Дицзан заметил его, его глаза широко раскрылись от изумления. Секунду спустя его взгляд упал на погоны проводника на форме Цзян Лю, и пламя в его глазах погасло, словно на него выплеснули ушат ледяной воды.
Внутри находится мой личный проводник. У вас ко мне какие-то вопросы? — в голосе Дин Шияна прозвучали нотки гордости.
Нет, — Дицзан опустил голову, успокоившись, поднял упавший в стороне рюкзак и молча повернулся, собираясь уходить.
Почему-то эта на вид такая мощная спина показалась Цзян Лю похожей на брошенного матерью ребенка — потерянного, беспомощного, одиноко бреда прочь.
Опомнившись, Цзян Лю понял, что уже выпрыгнул из машины, бросился вперед и на глазах у всех ухватил Дицзана за рукав.
Все, включая Цзян Лю, замерли. Дицзан тупо уставился на руку, державшую его за рукав, а затем вопросительно перевел взгляд на Цзян Лю.
Куда ты собрался?
Дицзан немного помедлил, а затем выдавил:
В лагерь.
Садись в машину! — тоном, не терпящим возражений, скомандовал Цзян Лю, хотя сам не ожидал от себя такого: хрупкий проводник, смеющий отдавать приказы могущественному часовому.
И Дицзан, и Шиян застыли на месте.
Садись! Поедем вместе! — настойчиво повторил Цзян Лю, мысленно уже готовясь в следующую секунду применить ментальное внушение.
Подумав немного, Дицзан опустил голову и молча подчинился приказу Цзян Лю.
Шиян растерянно простоял с минуту, после чего сноровисто убрал оружие и подбежал к Цзян Лю.
Несвязанные часовые очень опасны для тебя, — с тревожной ноткой в голосе шепнул Шиян.
Цзян Лю бросил на него взгляд и слабо улыбнулся:
Ничего страшного, я могу о себе позаботиться.
С этими словами он развернулся и нырнул в салон автомобиля. Оглядевшись по сторонам, Шиян ничего не смог поделать и последовал за ним, усевшись рядом с Цзян Лю.
Дицзан молча открыл переднюю дверь и занял место на пассажирском сиденье.
В столь странном составе водитель вновь завел двигатель и направился в сторону лагеря.
В тесном внедорожнике ревность Дин Шияна и мрачность Дицзана давили на Цзян Лю так сильно, что он едва мог дышать. И все же он чувствовал странную, невольную радость. Он упорно списывал это чувство на предстоящую встречу с Ли Сюанем, который был для него словно единственный родной человек на свете.
Дицзан, как Ли Сюань? — перегнувшись через спинку сиденья, спросил Цзян Лю, глядя на затылок Дицзана.
Дицзан на мгновение умолк, будто обдумывая ответ, а затем произнес:
Болен.
Ли Сюань болен? — Цзян Лю чуть не подпрыгнул на месте.
Это из-за переутомления? Нагрузка по гармонизации в районе Хэйцзинь очень велика, — не удержался сидевший рядом Шиян, вклинившись в их разговор.
Он всегда работал на износ, — не поворачивая головы, ответил Дицзан. После твоего ухода к нему больше никто не приходил.
Выходит, всё то время, пока его не было, вплоть до перемирия три дня назад, Ли Сюань в одиночку тянул эту лямку? Цзян Лю с болью в сердце вспомнил осунувшееся лицо Ли Сюаня.
Но в последние дни он был очень рад, — неожиданно добавил Дицзан.
Почему? — удивленно спросил Цзян Лю. В этот момент впереди стали проступать очертания лагеря.
Спроси у Ли Сюаня, — коротко оборвал разговор Дицзан.
Машина ненадолго остановилась у КПП, а затем покатила к небольшому зданию общежития проводников.
Ли Сюань, Ли Сюань... Цзян Лю в предвкушении ждал, сдерживая порыв выпустить духовные щупальца — он хотел сделать Ли Сюаню сюрприз.
Автомобиль остановился у входа, и на балкон второго этажа вышла худощавая фигура.
Ли Сюань! — позвал Цзян Лю. Ли Сюань удивленно обернулся, и на мгновение Цзян Лю увидел на его лице потрясение, какого еще никогда не замечал.
Цзян Лю раскинул руки, распахнул Духовную сферу и послал вперед волну радости от долгожданной встречи, предвкушая ответное изумление Ли Сюаня.
Цзян Лю, Цзян Лю! — Ли Сюань бросился к лестнице и под звук шагов вновь появился в дверях, подбежав и заключая Цзян Лю в объятия. — Ты вернулся? Как ты вернулся?
Тощие кости Ли Сюаня вызвали у Цзян Лю тайную жалость.
Зачем ты вообще вернулся? Тебе следовало отправиться в Башню, какого черта тебя принесло в это гиблое место? — срывающимся голосом произнес Ли Сюань.
Не мог оставить тебя, не мог отпустить, — Цзян Лю отстранился и с улыбкой посмотрел на слезинки в уголках глаз Ли Сюаня. От его ответа капля сорвалась с ресниц, но Ли Сюань тут же отвернулся и украдкой смахнул ее.
Правда, я думал, что они тебя не отпустят. Как тебе удалось... — тут Ли Сюань заметил стоявшего позади Цзян Лю Дин Шияна, а затем разглядел и Дицзана в отдалении, переводя взгляд с погон Цзян Лю на погоны Шияна.
А? — Ли Сюань опешил, а потом с легким удивлением посмотрел на Цзян Лю. — Я знаю, что вы вместе лежали в госпитале, но чтобы так быстро...
Нет! — выпалил Цзян Лю. — Это просто фиктивная связь, он придумал ее, чтобы меня выпустили в военный округ, я не собираюсь с ним объединяться.
Сказав это, Цзян Лю только теперь осознал, насколько жестокими эти слова были для Дин Шияна — его эмпатия мгновенно уловила волну горькой печали. В то же время издалека повеяло смутным, непонятным дуновением, и Цзян Лю поспешно добавил:
Я вообще ни с кем не планирую Слияние, я не хочу связывать себя узами.
А... — Ли Сюань молча считывал внешности и эмоции всех присутствующих, мысленно думая о том, что эта молодежь затевает нечто грандиозное.
В этот момент Дин Шиян сделал шаг вперед и отдал Ли Сюаню воинское приветствие:
Доктор, я заместитель командира передового отряда Дин Шиян. Большое спасибо за заботу, которую вы проявляли обо мне ранее.
Ох, — кивнул Ли Сюань. — Старый Пэн часто упоминал тебя, ты молодой и талантливый. Впрочем, ты только что оправился от тяжелой болезни, казармы часовых находятся на западе, ступай туда и отдохни.
Дин Шиян хотел было что-то добавить, но Ли Сюань уже мягко подтолкнул Цзян Лю к лестнице.
Цзян Лю! — вдруг окликнул его неожиданный голос, заставив всех обернуться. Цзян Лю увидел Дицзана.
Но Дицзан растерянно замер, не зная, что сказать.
Не дав Цзян Лю опомниться, Ли Сюань торопливо погнал его наверх, оставив тех двоих стоять во дворе с ошеломленным видом.
Ну, рассказывай, что у вас тут стряхлоь? — Ли Сюань затащил Цзян Лю в свою комнату, усадил на кровать и крепко взял за руку, не переставая оглядывать его с ног до головы.
Цзян Лю чувствовал себя очень уютно. Простая обстановка комнаты Ли Сюаня создавала иллюзию возвращения домой. Улыбаясь, он пересказал всё, что произошло после госпитализации, правда, намеренно сгладив тему настойчивых ухаживаний Дин Шияна и свою необъяснимую тоску по Дицзану.
Разговаривая, он украдкой разглядывал Ли Сюаня: тот стал еще хуже, чем перед его отъездом, дыхание было неровным, а слегка покрасневшие щеки и горячие кончики пальцев выдавали легкую лихорадку. Под белым халатом угадывалась пижама — судя по всему, он все это время не вылезал из постели.
Цзян Лю не удержался и крепче сжал руку Ли Сюаня:
Я больше никуда не уйду. Останусь здесь, с тобой.
Цзян Лю заметил, как в глазах Ли Сюаня блеснули слезы.
Дурачок, — шмыгнул носом Ли Сюань и тут же сквозь слезы улыбнулся. — Впрочем, неважно. Возможно, война скоро закончится. Насколько мне известно, на фронте дела идут неплохо, Сицзюэ, похоже, уже на пределе, трехдневное перемирие было предложено ими впервые с начала боевых действий, так что, возможно, всё это наконец завершится.
Война скоро закончится? — изумленно переспросил Цзян Лю.
Тогда мы вместе вернемся на материк, я подыщу тебе хорошего человека и выдам замуж.
К чему эти шутки? — застигнутый врасплох Цзян Лю густо покраснел.
Нам, проводникам, рано или поздно придется выйти замуж — это пойдет на пользу и тебе, и часовому. Вместо того чтобы позволить Башне навязывать тебе кого попало, лучше самой присмотреть кого-нибудь и подать заявку. По правде говоря, Сяо Дин — неплохой парень, интеллигентный, с мягким характером. Его отец — университетский профессор, а мать — музыкант.
Ничего подобного, — поспешно перебил Ли Сюань Цзян Лю. Переведя взгляд на подоконник, он заметил там несколько мелких диких яблочек, которые ярко алели под лучами солнца. — Это что такое?
Ли Сюань с улыбкой встал, взял парочку и понес к умывальнику в комнате, чтобы сполоснуть. Вернувшись, он сунул Цзян Лю в руку самое спелое и красное.
Эта черная деревяшка принесла.
Цзян Лю озадаченно уставился на алый фрукт:
Зачем он тебе их дал?
Он ходил за ними в горы, — прищурившись, улыбнулся Ли Сюань. — Заметив, что в последние дни мне нездоровится, он, должно быть, решил, что раз я питаюсь пайком часовых, мне не хватает витаминов. Без лишних слов приносил из леса фрукты и швырял мне, наверное, чтобы восполнить дефицит, хотя мне хватило бы и витаминных таблеток.
Цзян Лю молча глядел на красный, покрытый капельками воды плод в своей руке. Он никак не ожидал, что этот немой и угрюмый тип способен на такую заботу.
Впрочем, я и сам не думал, что он на такое способен. Только сейчас понял, что в нем тоже есть что-то человеческое. Старый Пэн вечно мне про него рассказывает: с тех пор как он попал в армию, он так и не смог принять гармонизацию, ты знал об этом?
Цзян Лю покачал головой. Он впервые слышал о прошлом Дицзана.
Все проводники боятся его, некоторые курсанты падали в обморок, стоило им приблизиться, так что в конце концов он просто запретил проводникам подходить к себе. Часовой, не принимающий гармонизацию, в любой момент может сорваться в безумие, его нельзя отправлять на передовую, поэтому его определили в снайперы действовать в одиночку. Старый Пэн говорит, что на самом деле его боевой потенциал колоссален.
А... а как же его родители? — спросил Цзян Лю.
Никто не знает его происхождения. Три года назад его вытащили из груды тел на поле боя, одежда на нем была в клочья. Две недели он проспал в полевом госпитале, а проснувшись, ничего не помнил. Идти ему было некуда, вот он и подался в армию. Сначала у него даже имени не было — из-за темной кожи и молчаливости он выглядел как призрак, поэтому сослуживцы сперва звали его Яньван. Позже решили, что это плохая примета, и переименовали в Дицзан — странное прозвище, к тому же ему было всё равно. Но раз уж ты сможешь его гармонизировать, он наверняка чувствует себя счастливым. Когда он отправил тебя подальше, он слонялся вокруг меня день через день — полагаю, тосковал по тебе, потерянный и не знающий, что делать.
Слушая это, Цзян Лю не сводил глаз с яблока в руке.
Скажи честно, кто из них тебе нравится?
Цзян Лю опешил и поднял голову на Ли Сюаня.
Кто?
Из этих двоих — кого ты хотел бы видеть своим часовым?
Лицо Цзян Лю вновь пыхнуло жаром.
А Ли Сюань смеялся, не отставая:
Уж заварил ты кашу с этими двумя крутыми парнями. Если будешь и дальше так тянуть, неизвестно, чем все это кончится.
Цзян Лю не успел ответить, как с улицы донесся шум. Выглянув в окно, Ли Сюань хмыкнул:
Ого, драка. И правда быстро.
Цзян Лю в панике бросился на балкон и увидел, как внизу от глухого удара чьих-то ног массивное тело Дин Шияна отлетело прочь.
http://bllate.org/book/30870/3763915
Готово:
