Рун Хуа прищурилась, глядя на Тёмного Мальчика и Собирателя Цветов: их лица потемнели, а в глазах уже вспыхнула решимость идти до конца.
«Собираются выдержать удар в лоб?» — с лёгкой насмешкой подумала она и разжала пальцы.
Свист!
Две стрелы сорвались с тетивы, рассекли воздух и устремились к противникам.
Лица Тёмного Мальчика и Собирателя Цветов мгновенно напряглись.
Бах!
Стрелы ударили в защитные артефакты, которые те успели поднять: Тёмный Мальчик выставил перед собой щит, а Собиратель Цветов метнул вверх платок. Тот закружился над его головой, окутывая его тонким сиянием — на вид хрупким и призрачным, но на деле непробиваемым.
Оба защитных артефакта принадлежали к восьмому рангу.
Платок Собирателя Цветов выглядел явно женственно, но сейчас никто не думал насмехаться: всё внимание было приковано к двум стрелам, от которых исходила леденящая душу угроза — одна пылала огнём, другая искрилась молниями.
Тело Рун Хуа слегка пошатнулось, и Цзюнь Линь тут же подхватил её, прижав к себе.
— Ничего со мной, — тихо сказала она, покачав головой, и, перевернув ладонь, бросила в рот пилюлю.
Она просто хотела испытать Красный Лотос Кармы и фиолетово-золотой гром. Раз уж подвернулись сразу двое — почему бы не применить обе силы сразу?
Её духовное сознание истощилось не только потому, что одновременное использование двух таких мощей пока было для неё слишком обременительным, но и потому, что ей пришлось с огромным трудом сжать эти силы в форму стрел.
Пилюля восстановления сознания — средство шестого ранга, чудодейственно исцеляющее повреждения духовного сознания, — была использована Рун Хуа лишь для восполнения усталости.
Увидь кто-нибудь такое, непременно обвинил бы её в расточительстве: ведь обычное истощение сознания легко восстанавливается простой медитацией — зачем же тратить столь ценную пилюлю?
Но Лэй Мин и другие демонические практики были слишком заняты наблюдением за Тёмным Мальчиком и Собирателем Цветов, чтобы вникать в детали. Хотя они и заметили, как Рун Хуа проглотила пилюлю, но не знали, какую именно.
Ие И, Цзюй Цзяо и Иньшань же вовсе не обращали на это внимания. Ведь их хозяйка — алхимик восьмого ранга, да ещё и владелица Хаотического Мира и Бессмертного Поместья Юнькань, где никогда не бывает недостатка в редких травах. Так что для неё пилюли — что для других хлеб.
Они тоже следили за тем, как Тёмный Мальчик и Собиратель Цветов сопротивляются стрелам.
— Это и есть те две силы, что дремлют в теле сестры и вызывают у нас тревогу? — Ие И почесал подбородок.
Цзюй Цзяо кивнула:
— Скорее всего, именно они.
Хотя договор господина и слуги не давал им такой же чёткой связи, как у Рун Хуа с Цзюнь Линем, они всё равно чувствовали, что внутри их хозяйки таится сила, способная уничтожить даже практика стадии преображения духа или великого достижения.
Цзюй Цзяо добавила:
— Однако, судя по всему, одновременное использование этих двух сил пока даётся хозяйке с трудом.
Они не могли не заметить её бледного лица.
— Вы о чём говорите? — Иньшань нахмурился. Ему было неприятно чувствовать себя исключённым из разговора, понятного только двоим.
Цзюй Цзяо взглянула на него и пояснила:
— Ие И и я по договору знаем, что в теле хозяйки скрываются две опасные силы.
Иньшань поднял подбородок:
— Это и есть тот огонь и молнии?
И пламя, и молнии источали ауру разрушения мира.
Особенно фиолетово-золотые молнии — в них чувствовалась величественная воля Небес.
Если он не ошибался, то огонь был Огненным Пламенем, а молнии — громом небесных испытаний. И при нынешнем уровне культивации Рун Хуа явно не могла раскрыть их полную мощь.
Ие И и Цзюй Цзяо одновременно кивнули.
Хрусь!
Тонкий звук заставил всех присутствующих — и демонических практиков, и троицу духовных зверей — мгновенно сжать зрачки.
Они уставились на защитные артефакты Тёмного Мальчика и Собирателя Цветов и увидели, как на них пошла первая трещина.
Лица обоих потемнели от напряжения. В глазах читалась тревога.
Все понимали: эти артефакты уже не удержат стрелы Рун Хуа.
И действительно, в следующее мгновение…
Хрусь-хрусь!
Трещины множились одна за другой, пока наконец оба защитных артефакта не рассыпались на мелкие осколки.
В тот же миг, как их артефакты восьмого ранга обратились в прах, Тёмный Мальчик и Собиратель Цветов лихорадочно выхватили из пространственных колец новые защитные предметы. Но те были гораздо слабее — лучший из них лишь шестого ранга. И потому разрушались всё быстрее и быстрее.
Глядя на осколки у своих ног, оба невольно переглянулись, и в глазах у каждого мелькнула боль утраты.
Они понимали: чтобы остановить стрелы Рун Хуа, придётся заплатить собственной кровью.
Но они не осмеливались принимать удар телом — ведь даже артефакты восьмого ранга не выдержали! Что уж говорить о плоти?
Ие И, Цзюй Цзяо и Иньшань переглянулись и невольно онемели. Хотя они и ожидали подобного исхода, в глазах всё равно вспыхнуло изумление.
Это же были артефакты восьмого ранга! А их не выдержала даже одна стрела их хозяйки! Невероятно…
Лэй Мин, Старик Змеиный Посох и «Чёрная Вдова» Цзяо также не могли скрыть шока. Они перевели взгляд на Рун Хуа.
На её бледном лице царило полное спокойствие, будто она заранее знала, чем всё закончится. Заметив их взгляды, она обернулась и слабо улыбнулась.
Эта улыбка явно несла угрозу.
Их раздражение мгновенно испарилось, словно проколотый воздушный шар.
Конечно, по виду Рун Хуа, она вряд ли сможет повторить такой выстрел. Но…
Лэй Мин, Старик Змеиный Посох и Цзяо переглянулись. Они не осмеливались рисковать.
К тому же рядом дремали три духовных зверя седьмого ранга. Хотя те и не нападали, все трое демонических практиков понимали: стоит им пошевелиться — и звери тут же ринутся в бой.
Изначально они думали, что эта операция пройдёт легко: захватить Рун Хуа, забрать её пространственный артефакт и неплохо заработать.
Ведь все знали: Рун Хуа — алхимик девятого ранга, дочь практика стадии великого достижения, прямой ученик второго старейшины Цинъюньского клана и его единственная ученица.
И от отца, и от наставника она пользуется явным фавором, а значит, в её арсенале наверняка полно ценных вещей.
К тому же, если хозяин погибает, духовный зверь не умирает, но получает тяжёлые травмы. А значит, можно попытаться заключить с ними новые договоры и получить мощных союзников даром.
Увы, они угадали начало, но не конец.
Да, «захват» действительно произошёл мгновенно… только захваченной оказалась не Рун Хуа, а они сами.
Лэй Мин и его спутники ощутили горький привкус во рту.
— Вы ещё там стоите?! — раздался одновременно разъярённый крик Тёмного Мальчика и Собирателя Цветов. — Идите сюда помогать!
Они уже не могли дольше сдерживать стрелы!
Лэй Мин с товарищами инстинктивно двинулись вперёд. Пусть демонические практики и не славятся честью, но сейчас они понимали: если погибнут эти двое, следующими на очереди окажутся они сами.
Но едва они пошевелились, как Ие И, Цзюй Цзяо и Иньшань тоже пришли в движение, усмехаясь и загораживая им путь.
Лэй Мин и другие внутренне вознегодовали. После того как они достигли стадии преображения духа, им давно не приходилось испытывать подобного унижения.
А теперь вновь переживали то, что помнили лишь из далёкого детства, когда были слабы.
Тёмный Мальчик и Собиратель Цветов, заметив краем глаза, что помощь не придёт, обменялись тяжёлым взглядом и с горечью подумали: «Сегодня, вероятно, и настанет наш конец».
Кто бы мог подумать, что обычная, почти спонтанная погоня приведёт к такой развязке?
Собиратель Цветов смотрел, как молниеносная стрела пронзает его последнюю защиту и вонзается прямо в сердце. Мощь молний мгновенно разрушила всё его тело, не оставив времени даже на боль.
Он улыбнулся.
За свою жизнь он высосал силы бесчисленных женщин-практиков, считая их лишь инструментами для собственного роста. А теперь погиб от руки той, кого презирал больше всех — женщины-практика. Неужели это и есть кармическая расплата?
Тёмный Мальчик продержался чуть дольше, но и он уже погрузился в воспоминания.
Он помнил, что когда-то был совсем другим — юношей с правильными чертами лица.
Его метод культивации был особенным: время от времени он возвращался в детский облик, становясь мальчиком лет семи-восьми.
У него была младшая сестра по клану — милая девушка. Их методы культивации различались, но, выросшие вместе, они знали все слабости друг друга.
Между ними зародилась юная любовь, и он, естественно, отдал ей своё сердце. Но она полюбила другого.
Его любовь была одержимой и безумной. Он убил того мужчину и заточил сестру.
Он думал, что со временем она простит его — ведь они выросли вместе, и он так хорошо к ней относился.
Но он забыл одну простую истину: ни одна женщина не простит убийцу своего возлюбленного и разрушителя своей судьбы.
И когда в последний раз он вернулся в детский облик, она его предала. Она не хотела убивать его, но желала, чтобы он страдал всю оставшуюся жизнь.
После этого она покончила с собой.
С тех пор Тёмный Мальчик возненавидел всех женщин. Если женщина не трогала его — он оставлял её в покое. Но если осмеливалась — он медленно выкачивал из неё всю кровь, заставляя умирать в муках…
Когда стрела вонзилась в него, он почувствовал, как его тело мгновенно обратилось в пепел.
Значит, правда, что перед смертью человек вспоминает всю свою жизнь… — подумал он, закрывая глаза. — Сестра… на пути колеса перерождений… можно ли нам больше не встречаться? В следующей жизни… пусть мы не узнаем друг друга и не сойдёмся вновь…
…
Рун Хуа, Цзюнь Линь и остальные смотрели, как тела Тёмного Мальчика и Собирателя Цветов, поражённые разными стрелами, превратились в пепел, не оставив после себя и следа.
Лэй Мин, Старик Змеиный Посох и «Чёрная Вдова» Цзяо похолодели от ужаса. Холодный пот мгновенно пропитал их спины.
Действительно страшно…
http://bllate.org/book/3060/337800
Готово:
