Это был первый раз, когда Цзинь Янь заговорил о замужестве сестры при посторонних и старших! И впервые Юй Юэ осознала: хоть ей всего девять лет, её уже можно выдавать замуж. Через шесть лет — не больше — ей предстоит стать женой. Она перевела взгляд на госпожу Гао, сидевшую в одной комнате с отцом, и вдруг увидела в ней своё собственное будущее. Пятнадцать лет — и замуж! А потом… в постели с мужчиной… В современном мире за такое его бы посадили за решётку! Ведь пятнадцать по древнему счёту — это всего четырнадцать по современному. Мысль о том, что ей придётся выходить замуж и рожать детей в четырнадцать лет, вызывала ужас. Она никак не могла с этим смириться. Похоже, пора задуматься, как устроить так, чтобы выйти замуж не раньше двадцати пяти — а то и тридцати!
И ещё один вопрос не давал покоя: как один чайник может обслуживать сразу несколько чашек?
Маршал Гао был во всём первоклассным — кроме одного: он позволил своей младшей сестре дожить до двадцати пяти лет и всё ещё не выдать замуж! Упрямство Цзинь Яня привело его в полное замешательство, и он уткнулся в тарелку, старательно поедая тофу. Кстати, тофу и вправду оказался превосходным. Маршал зачерпнул ещё кусочек и съел его с такой яростью, будто это была плоть самого Цяньхэ.
В сердце каждого учёного живёт мечта о герое — так же, как в сердце каждого воина, за завесой презрения, таится тайное восхищение перед мудрецом. Наставник Гу, глядя на этого вежливого и учтивого маршала Гао, почувствовал родство душ. Маршал, поняв, что Цзинь Яня не переубедить, тут же сменил тактику: раз не удаётся договориться с сыном, надо завоевать наставника школы — а там и сын сам подтянется! Один искренне хотел завести знакомство, другой нашёл собеседника по душе — и к концу трапезы наставник Гу уже стал для маршала Гао старшим братом. Они так сдружились, будто были родными братьями, разделёнными судьбой на две жизни.
Юй Юэ больше не верила в легенду о том, что истинный учёный «не согнётся даже ради пяти доу риса»! Её отец едва лишь госпожа Гао строго взглянула на него — как тут же переменил тон. Смотрите-ка, маршал, какой у вас авторитет… Хм!
Цяньхэ, заметив, что появилась возможность, потянул Юй Юэ за руку и подмигнул. Дети незаметно вышли во двор и устроили тайный совет в углу.
— Сестрёнка, правда ли, что эта госпожа Гао станет нашей мачехой?
— Правда!
— Но разве отец не женился совсем недавно на Чжэньнян?
— Отпустил её!
— Женщины — как одежда! — воскликнул Цзинь Янь, и Юй Юэ удивилась: он ведь знает эту поговорку!
— Когда вырастешь, и ты сможешь менять их, братец! Мужчинам уж очень выгодно!
— В океане из тысячи рек я возьму лишь одну чашу воды! — серьёзно заявил Цзинь Янь.
— Так ты уже присмотрел себе кого-то? Готов опустить свою чашу? — Юй Юэ насмешливо посмотрела на него. Какой ещё серьёзный разговор у такого малыша?
— Сестра, что ты такое говоришь! — Цзинь Янь строго нахмурился. — Настоящий мужчина сначала добивается успеха, а уж потом создаёт семью!
Юй Юэ не верила, что он сможет этого добиться. Старая бабка рядом уже сгорала от нетерпения, ожидая правнуков и внуков!
— Не будем обо мне, — сказал Цзинь Янь. — Отец правда женится на этой госпоже Гао?
— Не знаю, хочет ли он сам, но точно знаю одно — ему не уйти. Слушай, брат, эта госпожа Гао — не простая женщина, она владеет боевыми искусствами!
Увидев, что Цзинь Янь всё ещё не понял, о чём речь, Юй Юэ сморщила носик:
— Это значит, что если госпожа Гао станет нашей мачехой, она запросто сможет приручить нас — и даже отца!
— Изобьёт нас?
— Не так просто отделаешься! Если не будешь слушаться, я переломаю вам шейки! — раздался голос позади них.
Госпожа Гао подошла и даже показала жестом, как это сделает!
Дети обернулись и смутились: их поймали за сплетнями за спиной! К счастью, госпожа Гао выглядела слишком утончённой и добродушной, а в глазах её играла насмешка, так что страх быстро прошёл. За спиной у неё стоял Фань Цяньхэ.
— Госпожа Гао! Отец!
— Госпожа Гао! Батюшка! — поправились они, вспомнив о вежливости.
— Юй Юэ, Цзинь Янь, — начал Цяньхэ, явно чувствуя себя загнанным в угол, — эта госпожа Гао… хотя она сказала… но… вы как? Согласны?
Такая высокопоставленная невеста — для кого угодно тяжёлое бремя. Юй Юэ сочувствовала растерянному отцу. Видимо, его действительно поймали в ловушку!
— Батюшка, ведь прошло меньше месяца с тех пор, как вы отпустили Чжэньнян! — недовольно напомнил Цзинь Янь.
— Уже почти полтора месяца… — честно ответил Цяньхэ.
Юй Юэ едва не рассмеялась, но тут госпожа Гао звонко захихикала:
— Объясни своим детям чётко: я выйду за тебя замуж, и ты только что дал согласие!
— Без воли родителей и свахи брак не заключается, а без них невеста считается наложницей. Я должен дождаться согласия дедушки! — неожиданно переменил позицию Цяньхэ.
— Забудь пока о других, скажи о себе!
Гао Вэньсюэ впервые почувствовала, что он сводит её с ума. «Неужели я тебе так не нравлюсь только потому, что постарела и не смогу родить тебе детей? Ты же не гнушаешься этими двумя привесками, а меня отвергаешь!»
— Мне лично всё равно, — сказал Цяньхэ. — Если уж так хочешь выйти замуж, то по нашим, фаньским, правилам, а не по гаоским!
— Какие у вас правила? Неужели первое — отдавать деньги своей матери?
— Я так говорил? — удивился Цяньхэ. Откуда она узнала про деньги для матери?
— Я ошиблась? Назови хоть два правила дома Фань, посмотрим, смогу ли я их соблюдать!
Правила дома Фань? Кажется, их и вовсе нет! Обычно все живут по общим родовым уставам. Цяньхэ прищурился и сказал:
— Первое правило: в доме и вне его главенствует мужчина!
— То есть мужчина зарабатывает деньги? — с интересом спросила Гао Вэньсюэ.
— Конечно, деньги зарабатывает мужчина! — твёрдо и серьёзно ответил Цяньхэ, даже не задумываясь о том, много ли он сам зарабатывает.
— Отлично! У нас в округе так и живут: деньги женщины — её собственные, деньги мужчины — на всю семью. Хорошо, пусть будет по-твоему!
Цяньхэ обрадованно улыбнулся, но госпожа Гао тут же добавила:
— Говорят, за год в деревне ты почти ничего не заработал. Как же мы будем жить?
— …
— У нас в доме Гао правила гибче: чей кулак крепче, чьи способности выше и кто больше зарабатывает — тот и главный!
— Тогда, может, и правда лучше искать себе пару по статусу? Дверь в дверь, двор в двор!
Цяньхэ прекрасно понимал, что в драке этой женщине не победить — даже маршалу не под силу! Кто знает, во что превратится его жизнь, если он женится на ней? Сплошные муки!
— Поздно! Ты уже кивнул и согласился на брак! — торжествующе заявила Гао Вэньсюэ. — Не волнуйся, я, выйдя замуж за Фаня, буду жить по вашим правилам. Честно говоря, мне нравятся правила дома Фань!
Её слова прозвучали так искренне, что ни Юй Юэ, ни Цзинь Янь не могли понять, шутит она или нет. Цяньхэ же выглядел совершенно подавленным.
§ 167. План Гао Чжаньпэна
Юй Юэ про себя ворчала: «Правила дома Фань? Да у нас и правил-то никаких нет!» Цзинь Янь же решил, что сегодня же вечером необходимо составить свод правил дома Фань и передать отцу для немедленного внедрения. Эта упрямая женщина, настаивающая на том, чтобы стать их мачехой, явно не из простых. Какая неудача! Неужели, раз уж нет родной матери, обязательно нужна мачеха?
Но дождь льёт, отец женится — ничего не поделаешь. Дети уже не впервые сталкивались с появлением мачехи, и, поняв, что положение безнадёжно, перестали тревожиться. А зачем волноваться, если это всё равно ничего не изменит? Хотя Юй Юэ и было любопытно, как госпоже Гао удалось уговорить отца, она не собиралась выспрашивать об этом. Может быть, позже представится случай.
Пятеро учеников рядом завидовали, восхищались и радовались — но без злобы! Получить в мачехи сестру маршала — событие, достойное праздника и выгодное для всего рода. Правда, у всех их родные матери ещё живы, так что смена матери не входила в планы. Но ведь мать их одноклассника — сестра маршала! Какое величие! Все пятеро гордились этим, совершенно не замечая мук Цзинь Яня.
Хуан Лаошань давно почуял неладное и улизнул на кухню, спрятавшись в укромном месте. Цяньбиню же некуда было деться, но он и не собирался прятаться — спокойно ел, пил и принимал гостей: двух учителей и юных сюйцаев. Маршал Гао всё это время незаметно наблюдал за Цяньбинем. Он не хотел отдавать сестру в дом Фань, но выбора не было. Теперь главное — поднять статус рода Фань. К счастью, Фани — крестьяне, зато у них есть талантливый ученик Цзинь Янь! Изучив Цяньхэ, маршал Гао сделал любопытное открытие: у Цяньхэ нет ни гроша, все деньги, видимо, в руках младшего брата. И этот младший брат держит старшего в железной узде. Это открытие очень понравилось маршалу: значит, в доме Фань есть человек с головой на плечах! Сам маршал не сможет постоянно присматривать за Цяньхэ, а взять его к себе в войска — значит навлечь гнев императорских цензоров. По плану Гао Чжаньпэна, Цяньхэ должен был пойти служить к другому маршалу, чтобы там заслужить награды и чины. Для этого нужен был надёжный человек, который не поддавался бы влиянию Цяньхэ и мог бы направлять его, чтобы тот как можно меньше глупостей наделал. И маршал выбрал Цяньбиня!
Выгодное решение вдвойне.
Чем внимательнее он присматривался, тем больше радовался: спокойный, умеет держать меру, человек с головой!
— Ты Фань Цяньбинь? — спросил он.
— Так точно, маршал Гао! — почтительно ответил Цяньбинь.
— Не надо стесняться, теперь мы одной семьи. У меня только одна сестра, избаловали её. Всё должно быть по её желанию. После свадьбы просмотри за ней в доме Фань.
— Если свадьба состоится, госпожа Гао станет старшей невесткой. Я и мои младшие сёстры будем уважать её, не позволим себе грубости.
Маршал одобрительно кивнул — разумные слова!
— У Цяньхэ нет денег, — констатировал он, не спрашивая.
— Ни единой монеты. Когда мы вышли из дома в поисках Юй Юэ и Цзинь Яня, дед дал деньги брату, но я, опасаясь, что он их расточит, взял всё себе, даже не сказав деду.
— Ты управляешь им? Он ведь старший брат, согласен ли он?
— Брат очень мягкий. Стоит объяснить дело толком — он всегда соглашается.
— Я имею в виду: когда ты что-то скажешь, он тебя слушает?
— Думаю, да. Не припомню, чтобы он мне не подчинялся.
— Он вообще никогда не нарушает правила, потому что никогда никому не отказывает. Стоит кому-то попросить — он тут же соглашается. Типичный добряк! Не знаю, как моей сестре с ним жить! — маршал задумчиво посмотрел вдаль.
— Я тоже за госпожу Гао волнуюсь. Брат иногда думает только о других, забывая о своей семье, — осторожно признался Цяньбинь, не зная, как ещё охарактеризовать единственный недостаток старшего брата.
— Значит, Цяньхэ должен идти в армию, чтобы заслужить положение. И ты пойдёшь с ним!
— Вы хотите сказать, побега не будет?
— Строго говоря, он и не солдат-беглец. Дед не хотел, чтобы его единственная внучка выходила замуж за простого офицера без рода и племени, едва умеющего читать. Он заставил отца выдать Цяньхэ увольнительную, но скрыл это от меня и сестры.
Цяньбинь облегчённо вздохнул: главное, не дезертир — тогда всё поправимо.
— Вы хотите, чтобы я был его оруженосцем?
— Оруженосец обязан подчиняться командиру. Я хочу, чтобы ты тоже стал младшим офицером…
— Но я не владею боевыми искусствами!
— Чем же тогда занимается ваш род Фань?
Сыновья дома Гао начинают тренировки, едва научившись ходить. Умение сражаться для них так же естественно, как ходьба. А эти два брата Фань не умеют ничего! План маршала рушился на глазах.
Фань Цяньбинь почесал затылок и улыбнулся:
— Землёй занимаемся!
Маршал махнул рукой, давая понять, чтобы Цяньбинь уходил подальше. Он глубоко вдохнул, чтобы справиться с головной болью. «Какой же дом выбрала моя сестра!» — подумал маршал, глядя на стену и мечтая удариться о неё несколько раз, чтобы хоть как-то облегчить боль.
http://bllate.org/book/3058/336958
Готово:
