Вэнь Люйчжу не оставалось иного выхода, кроме как позвонить Ляну Чаожаню.
Лян Чаожань, услышав, что ей требуется лишь помочь организовать встречу с заместителем мэра Чжаном, тут же согласился и пообещал немедленно связаться с отцом, чтобы тот посодействовал.
Вэнь Люйчжу почувствовала глубокую благодарность. За всё это время она обзвонила множество людей, повсюду встречая холодность и отказы, — лишь Лян Чаожань ответил с теплотой и сочувствием.
Правда, сумеет ли он действительно помочь?
Спустя некоторое время Лян Чаожань перезвонил. В его голосе звучала подавленность:
— Люйчжу, прости… Отец сказал, что не может вмешиваться в это дело. Не волнуйся, я продолжу убеждать его — пока не добьюсь успеха. Как только получится, сразу тебе сообщу. У меня ещё есть друзья, сейчас обзвоню их всех… Ты не переживай.
Вэнь Люйчжу поблагодарила Ляна Чаожаня и, положив трубку, долго сидела в оцепенении, глядя на экран телефона.
Вот оно — бессилие тех, у кого нет власти и связей. Когда наступает беда, никто не может помочь.
Срок, установленный противником, быстро истёк. Лю Чжэньбэя и Цинь Лин арестовали. Говорят, тётя Вэнь в ту же ночь слегла и попала в больницу.
Вэнь Люйчжу навестила её. Тётя ничего не сказала упрёчного, лишь, отвернувшись, беззвучно вытирала слёзы. Обычно такая ухоженная женщина за несколько дней постарела на годы — седины на голове стало гораздо больше.
— Тётушка, я ещё попробую наладить связи… Если совсем ничего не выйдет, отдам им всё… Обещаю, решение будет принято до начала судебного разбирательства, — с болью в голосе сказала Вэнь Люйчжу.
Это чувство, будто тебя медленно задавливают до смерти, было невыносимо!
— Люйчжу… Мы виноваты перед тобой… Перед вами всеми… Особенно перед Чжэньнанем… — тётя Вэнь рыдала, не в силах сдержать слёз.
Вэнь Люйчжу покачала головой:
— Нет, это мы виноваты перед вами. Мы — безродные, без связей, но с деньгами. Поэтому нас и превратили в марионеток в руках важных господ: дергай за ниточки — и делай с нами что хочешь, забирай всё, что пожелаешь… А потом — и вовсе уничтожь.
Выходя из палаты, Вэнь Люйчжу вытирала слёзы и наткнулась на двоюродного брата Эрбяо и троюродного брата Саньбяо.
Из разговора стало ясно: за эти дни никто из них тоже ничего не добился.
— Наглость какая! — процедил сквозь зубы Саньбяо.
В глазах Эрбяо мелькнула жестокость:
— Если дойдёт до крайности, пусть никто не надеется остаться в выигрыше!
— Эрбяо! — Вэнь Люйчжу встревожилась. Оглянувшись — в коридоре никого — она понизила голос: — Что ты задумал?
— На востоке провинции у меня есть один знакомый. Говорит, может познакомить с наёмником… Если совсем припечёт — уберём этого Чжао! — лицо Эрбяо исказилось злобой, взгляд стал ледяным.
Вэнь Люйчжу вздрогнула. Сердце заколотилось, и в глубине души даже мелькнуло что-то вроде возбуждения.
— Если совсем не останется выхода — так и сделаем! — решительно прошептал Саньбяо, сжав кулаки.
Вэнь Люйчжу сглотнула. Часть её действительно поддерживала эту идею, но, подумав о последствиях, она поспешила уговорить их:
— Не надо! Если что-то случится, нам всем несдобровать. Если уж придётся отдать им всё, то я хотя бы часть документов подделаю…
Даже если отдавать — всё равно оставлю себе козырь!
Следующие несколько дней Вэнь Люйчжу с Хуань Ин ходили по нужным ведомствам, пытаясь поймать кого-нибудь из чиновников «на выходе». Но безрезультатно.
На юге стояла жара. От постоянных хождений под палящим солнцем, пота и тревоги Вэнь Люйчжу быстро почернела и исхудала. Страдания эти были куда мучительнее, чем во времена скандала с Линь Цзяваном.
В тот день, когда их снова прогнали, не дав даже подойти, Вэнь Люйчжу с Хуань Ин вернулись в машину, чтобы охладиться в кондиционере. Тут раздался звонок с неизвестного номера.
— Это Яо Юэ. Уже несколько дней Лян Чаожань не ходит на работу — обходит всех друзей и однокурсников, умоляя помочь тебе. Он почти порвал отношения с семьёй! Ради всего святого, позвони ему и уговори прекратить это! Неужели ты хочешь, чтобы из-за твоих проблем он лишился карьеры, друзей и разорвал все связи с родными?
Яо Юэ вывалила всё это на одном дыхании. Вэнь Люйчжу, чуть не получившая тепловой удар от жары, сначала не сразу сообразила, о чём речь.
— Ладно, тогда уговори его сама, — наконец ответила она.
— Если бы я могла — давно бы уговорила! Что тебе нужно? Чего ты добиваешься? Неужели тебе так важно быть несчастной, что ты тащишь за собой и других? Ты слишком эгоистична! — взвилась Яо Юэ.
— А разве ты сама можешь удержать своего парня? — раздражённо бросила Вэнь Люйчжу. — Тогда не смей мне указывать!
На другом конце провода Яо Юэ в ярости готова была разорвать Вэнь Люйчжу на куски:
— Ты такая крутая — так найди себе парня и приказывай ему! Зачем пользоваться чужим мужчиной?!
Вэнь Люйчжу подумала о Се Бичэне. Он сейчас в Америке, да и всё равно ещё не её парень.
В такое позорное для неё время она не хотела звонить ему. Пусть лучше подождёт, пока всё уладится. Она не желала, чтобы он подумал: она вспомнила о нём только потому, что попала в беду.
Но, вспомнив о нём и о всех своих несчастьях последних дней, она почувствовала, как в груди подступает обида и боль.
Тишина на линии заставила сердце Яо Юэ забиться тревожно — она поняла, что перегнула палку.
— Прости… Просто мне самой тяжело… Чаожань ведь имеет блестящее будущее, он не может всё бросить ради этого…
— Мне плевать на твоё настроение, — буркнула Вэнь Люйчжу. — Ладно, я поговорю с ним. Хотя толку-то от него никакого!
И она бросила трубку.
Яо Юэ долго сжимала телефон в руке, кипя от злости, но не осмелилась ничего сказать Ляну Чаожаню. Вместо этого она набрала Чжу Чжу, чтобы пожаловаться подруге.
Проветрившись в машине, Вэнь Люйчжу наконец пришла в себя и, хмурясь, набрала номер Ляна Чаожаня.
Но звонок прервался после двух гудков. В следующее мгновение в окно постучали — за стеклом стоял сам Лян Чаожань, тревожно глядя внутрь.
Хуань Ин, увидев его, вежливо вышла из машины.
Лян Чаожань кивнул ей и сел на переднее пассажирское сиденье.
— Как ты меня нашёл? — удивилась Вэнь Люйчжу.
— Догадался, что ты, наверное, караулишь кого-то. Обошёл все ведомства по одному — и вот, нашёл… — Лян Чаожань попытался улыбнуться, но тут же с тревогой добавил: — Ты же совсем измучилась! Не волнуйся, я помогу тебе, обязательно помогу…
Вэнь Люйчжу посмотрела на него:
— Мне очень повезло, что я тебя знаю. И я искренне благодарна тебе за всё. Но в этом деле тебе лучше не участвовать.
— Кто-то наговорил тебе? — сразу понял Лян Чаожань.
Вэнь Люйчжу вздохнула:
— Я бесконечно благодарна тебе за всё, что ты делаешь. Но я не хочу, чтобы ты из-за меня потерял всё. Мне будет невыносимо от чувства вины. Сейчас мне и так тяжело — не хочу ещё и перед тобой виноватой быть.
— Но я хочу помочь! Это не зависит от того, прошу ли я тебя или нет. Ты не должна чувствовать вины и не думай лишнего — я делаю это по собственной воле, честно! — Лян Чаожань в волнении сжал её плечи, но тут же, будто обжёгшись, отпустил и робко взглянул на неё.
Вэнь Люйчжу не заметила его взгляда и продолжила:
— Именно потому, что ты действуешь добровольно, я и не хочу тебя подставлять. Если считаешь меня другом — не вмешивайся.
— Люйчжу… — Лян Чаожань покачал головой, не соглашаясь. — Я не могу допустить, чтобы ты так мучилась под палящим солнцем! Может, я и не смогу помочь, но обязательно постараюсь…
— Лян Чаожань! — голос Вэнь Люйчжу стал резким. — Я не хочу, чтобы ты из-за меня поругался со всеми и отдалился от семьи. Тогда ещё больше людей возненавидят меня! Ты хочешь, чтобы я несла на себе такой груз? Если правда хочешь помочь — поступай на службу, стремись вверх по карьерной лестнице. И тогда, когда сам станешь влиятельным, сможешь помочь мне без всяких просьб и унижений!
— Я поступлю… Но это так далеко… — глаза Ляна Чаожаня наполнились слезами. — Я примерно знаю, где сейчас заместитель мэра Чжан. Давай вместе подождём его… Проверим хотя бы!
Вэнь Люйчжу покачала головой:
— Не надо. Скажи мне адрес — я сама схожу.
Раньше она уже дежурила у дома заместителя мэра, но так и не увидела его. Потом просочились слухи, что Чжан скрывается.
Она прекрасно понимала: даже если найдёт его — помощи не дождётся. Но всё равно нужно попытаться.
— Люйчжу… — Лян Чаожань попытался уговорить её, но Вэнь Люйчжу перебила:
— Возвращайся домой. Иначе мы и дружить перестанем.
Лян Чаожань не двигался. Глядя на неё в таком состоянии, он не мог заставить себя уйти. В этот момент он горько сожалел, что в юности не пошёл по служебной лестнице. Если бы вошёл в систему, сейчас не стоял бы беспомощно, заставляя её мучиться и чувствовать вину.
Вэнь Люйчжу посмотрела на него, и в её глазах блеснули слёзы:
— Ты хочешь, чтобы я тебя умоляла?
Лян Чаожань словно получил удар током. Он потянулся, чтобы поддержать её за плечи, но рука дрогнула и медленно опустилась. Он молча вышел из машины и, не спеша, отошёл в сторону.
Как только он отошёл, Вэнь Люйчжу подала сигнал Хуань Ин, та вернулась в машину, и они уехали.
Вскоре на телефон пришло сообщение. Это был адрес от Ляна Чаожаня.
Вэнь Люйчжу, не раздумывая, развернула машину и направилась туда.
Место оказалось жилым — следы пребывания людей были явными. Вэнь Люйчжу с Хуань Ин начали дежурить.
Но два дня подряд — ни одного человека, похожего на заместителя мэра Чжана.
А тут ещё пришла беда — на этот раз с матерью Вэнь. Звонок от Вэнь Люйлюй, младшей сестры, сообщил ей обо всём.
Дома старались скрывать проблемы от Вэнь Чжияня и Вэнь Люйлюй, поэтому те ничего не знали. На этот раз Люйлюй случайно услышала разговор матери с четвёртой тётушкой, которая в сердцах проговорилась.
Оказалось, мать Вэнь часто брала отгулы, и теперь в школу пришло уведомление от управления образования: кто-то пожаловался, что она не отрабатывает положенное количество часов и нарушила закон о рождаемости (имея больше положенного детей). Её собирались лишить учительской лицензии.
— Кто-то хочет отобрать у нас бизнес — используют любые подлые методы, — сказала Вэнь Люйчжу, стараясь говорить легко. — Не волнуйся, сестрёнка, я всё улажу.
Вэнь Люйлюй и Вэнь Чжиянь были в Пекине. Она не хотела, чтобы они переживали и возвращались домой — ведь от этого всё равно ничего не изменится, только добавится ещё два тревожных человека.
Люйлюй поверила и, задав ещё несколько вопросов, успокоилась.
Положив трубку, Вэнь Люйчжу стиснула зубы — слёзы наконец хлынули из глаз. В этот момент зазвонил телефон снова: проблемы возникли с её компанией междугородних автобусных перевозок. Сказали, что с лицензией что-то не так, и перевозки приостанавливаются. На сколько — пока неизвестно.
Каждая новость была хуже предыдущей, и все они были предупреждением: прекрати сопротивляться, отдай компанию экспресс-доставки.
Вэнь Люйчжу закрыла глаза. Спустя долгое молчание она открыла их и связалась с Тань Тянем.
Они встретились в аэропорту. Первые слова Тань Тяня были:
— Наконец-то ты ко мне обратилась. Ты так похудела… И загорела.
— Жара, солнце — ничего не поделаешь, — ответила Вэнь Люйчжу, глядя на взлетающие самолёты.
Тань Тянь не стал развивать тему и перевёл разговор:
— Я знаю, зачем ты пришла… Я собираюсь жениться, но совершенно не хочу этого.
Вэнь Люйчжу посмотрела на него — какая связь между этими двумя вещами?
— Люйчжу… Был ли я хоть раз в твоих глазах? — Тань Тянь вдруг схватил её за плечи и притянул к себе.
Вэнь Люйчжу растерялась и покачала головой. Она не помнила его лица — только кудрявые волосы запомнила.
Тань Тянь горько усмехнулся — улыбка вышла хуже слёз.
http://bllate.org/book/2925/324188
Готово:
