Услышав это, Юань Ихань ещё ярче засияла самодовольством и надменностью. Она мимоходом обошла Цэнь Цинхэ и обратилась к Шан Шаочэну:
— Шаочэн, поиграем вместе — ты же покажешь мне, как надо.
Цэнь Цинхэ тут же юркнула к соседнему бильярдному столу и незаметно подмигнула Чэнь Босяню. Тот вернулся и бросил ей многозначительный взгляд: «Почему не осадишь её?»
Цинхэ краем глаза показала в сторону Юань Ихань, давая понять: «Да разве я смею?»
Чэнь Босянь тут же закатил глаза — мол, «А чего бояться?»
Между ними установилось молчаливое, но насыщенное пониманием общение: они всё передавали друг другу взглядами, будто глаза умели говорить.
Бай Бин с самого начала была уверена, что между Цэнь Цинхэ и Шан Шаочэном что-то есть, поэтому ей было совершенно всё равно, как близко Цинхэ общается с Чэнь Босянем. Более того, она с удовольствием ловила любую возможность для сплетен — чем не развлечение?
Тем временем Юань Ихань добилась своего: «по заслугам» вытеснив Цэнь Цинхэ, она осталась наедине с Шан Шаочэном. Однако тот не стал обучать её игре, держа руку на руке. В лучшем случае он лишь стоял рядом и коротко бросал:
— Бей синий шар.
Юань Ихань послушно наклонилась, чтобы ударить по синему шару, но промахнулась. Повернув голову к нему, она жалобно взглянула из-под ресниц, слегка надула губы и тихо прошептала:
— Не получается...
Шан Шаочэн взял кий, обошёл её и встал напротив. Одним точным ударом он загнал синий шар в лузу — и заодно отправил туда же красный.
Юань Ихань тут же превратилась в восторженную поклонницу и невольно улыбнулась:
— Какой ты молодец!
Шан Шаочэн всё это время сохранял бесстрастное выражение лица — ни улыбки, ни лишнего слова. Юань Ихань сама того не заметив, превратилась в его помощницу: подавала шары и расставляла их на столе.
Так они провели в бильярдной около часа, пока Шан Шаочэн не произнёс первым:
— Пора идти.
— Куда дальше? — спросил Чэнь Босянь.
— Да куда угодно, — равнодушно ответил Шан Шаочэн.
Бай Бин потянула Цэнь Цинхэ за руку:
— Цинхэ, пойдём в караоке!
Цэнь Цинхэ ещё не успела ответить, как Чэнь Босянь уже одобрил предложение и принялся уговаривать Шан Шаочэна. Тот вновь ограничился тем же:
— Да куда угодно.
«Куда угодно» означало согласие. Компания вышла из бильярдной и неспешно двинулась по торговому району в поисках караоке-клуба.
Пройдя не больше пятидесяти метров, они увидели впереди ярко освещённый развлекательный комплекс. Пятеро разделились на две группы: Шан Шаочэн и Юань Ихань шли впереди, а Цэнь Цинхэ, Бай Бин и Чэнь Босянь — чуть позади.
Войдя в развлекательный центр, Шан Шаочэн направился к стойке регистрации, чтобы забронировать комнату. Цэнь Цинхэ и Бай Бин стояли в холле и разговаривали, когда вдруг Чэнь Босянь воскликнул:
— Сяо Чхао?!
Цэнь Цинхэ обернулась и увидела группу из десятка человек — мужчин и женщин, — выходивших из коридора слева.
Во главе шёл очень приметный мужчина: высокий, в чёрной футболке Givenchy с изображением бульдога, в чёрных повседневных брюках. Он был очень красив и держал за талию белокожую, ослепительно красивую женщину.
Услышав обращение, мужчина обернулся, узнал Чэнь Босяня и тут же улыбнулся, подходя ближе:
— Босянь!
Шан Шаочэн тоже повернулся от стойки регистрации и, что было редкостью, на лице его появилась тёплая, искренняя улыбка:
— Сяо Чхао.
На лице мужчины проступило искреннее удивление и радость:
— Шаочэн! Сколько же лет я тебя не видел! Когда вернулся?
Шан Шаочэн подошёл ближе и ответил с улыбкой:
— Недавно.
Мужчина хлопнул его по плечу — жестом старшего брата или наставника, но при этом заговорил с лёгкой хулиганской интонацией, приподняв бровь:
— Вернулся и даже не позвонил? Крылья выросли, что ли?
Шан Шаочэн лишь усмехнулся и скромно ответил:
— Где уж мне.
Цэнь Цинхэ не знала, кто этот человек, но впервые видела, как Шан Шаочэн улыбается перед кем-то так искренне и без тени холодной отстранённости.
Возможно, она слишком откровенно за ним наблюдала — мужчина быстро заметил её взгляд и с лёгкой усмешкой спросил:
— Это чья девушка?
Чэнь Босянь обнял Бай Бин за плечи и весело ответил:
— Сяо Чхао, это моя девушка, Бай Бин.
— Сяо Бай, поздоровайся с Сяо Чхао.
— Сяо Чхао, — послушно сказала Бай Бин.
Доу Чао кивнул и перевёл взгляд на Цэнь Цинхэ:
— А ты — девушка Шаочэна?
Цэнь Цинхэ поспешно замахала руками и покачала головой:
— Нет-нет! Я — ассистентка директора Шана.
Едва она произнесла это, как Юань Ихань подошла сзади, взяла Шан Шаочэна под руку и вежливо кивнула Доу Чао:
— Здравствуйте, меня зовут Юань Ихань.
Доу Чао слегка кивнул:
— Здравствуйте.
Он окинул взглядом всю компанию и сказал:
— Вы пришли на открытие нового магазина «Гуаньжэнь», верно? Это же не рабочая встреча — зачем Шаочэну брать с собой ассистентку?
Шан Шаочэн ответил спокойно:
— Мы хорошо общаемся и в неформальной обстановке. Просто друзья.
Это был первый раз, когда Цэнь Цинхэ слышала, как он так представляет её. Возможно, она слишком чувствительна, но ей чуть не стало до слёз обидно.
Доу Чао рассмеялся:
— Вот как! Значит, у тебя и девушка, и ассистентка — неужели справляешься?
Цэнь Цинхэ сразу поняла: этот человек выглядит дерзким и вульгарным, да и говорит без малейших церемоний. Если Чэнь Босянь — тот, кто радуется чужим скандалам, то Доу Чао — тот, кто сам их устраивает.
Он прекрасно знал, что девушка Шан Шаочэна здесь, но всё равно так сказал — видимо, считал Шаочэна своим человеком.
Шан Шаочэн, впрочем, не придал этому значения. Он лишь бросил взгляд за спину Доу Чао и спросил:
— Это ты встречаешь родственников жены?
Доу Чао улыбнулся:
— Её подруги приехали в Бинхай отдохнуть. Я обязан их принять.
Чэнь Босянь весело добавил:
— Жена всё так же красива, как и раньше.
Доу Чао приподнял бровь:
— Что значит «как и раньше»? Я, получается, стал хуже выглядеть?
Чэнь Босянь тут же с почтительным видом ответил:
— Наоборот! Ты стал ещё красивее — я чуть не испугался, узнав тебя.
Доу Чао рассмеялся и пригрозил ему кулаком:
— Всё врешь! Шаочэн последние годы был за границей — ладно, не звонил. А ты? Хайчэн ведь недалеко от Бинхая — почему пропал?
Чэнь Босянь ответил:
— Говорят, ты ввёл для жены «запрет на развлечения». Я подумал: зачем ехать в Бинхай, если всё равно делать нечего?
Услышав это, Доу Чао тут же занёс руку, будто собираясь ударить. Чэнь Босянь в панике спрятался за Бай Бин.
Вскоре красивая женщина подошла ближе. Шан Шаочэн и Чэнь Босянь вежливо поздоровались:
— Сестра.
Доу Чао сказал:
— Завтра увидимся в магазине. Сейчас я их провожу. Поговорим позже.
Попрощавшись с Доу Чао, компания последовала за официантом наверх. Дверь открылась — перед ними раскинулся роскошный караоке-зал площадью сорок–пятьдесят квадратных метров. Длинный полукруглый диван из натуральной кожи легко вмещал двадцать человек. Пространство делилось на две зоны, и на каждой стене висел огромный LED-экран. Очевидно, такой зал явно не рассчитан на пятерых — даже не говоря о расточительстве, это выглядело чересчур помпезно.
В такой огромной комнате, где бы ни сесть, всё равно чувствуешь себя потерянно. Цэнь Цинхэ вдруг с ностальгией вспомнила студенческие годы, когда вся компания ютилась в маленькой или средней караоке-кабинке — вот где была настоящая атмосфера!
Бай Бин усадила Цэнь Цинхэ рядом с собой, а Чэнь Босянь сел по другую сторону от Бай Бин. В полутора метрах от них устроились Шан Шаочэн и Юань Ихань.
Официант постучал и вошёл с фруктовой тарелкой и разными видами виски и вина. Чэнь Босянь предложил:
— Кто начнёт? Надо разогреть атмосферу.
Бай Бин, похоже, сегодня особенно нацелилась на Цэнь Цинхэ. Она тут же повернулась к ней:
— Цинхэ, что хочешь спеть?
Цэнь Цинхэ мягко улыбнулась:
— Вы начинайте, я ещё не переварила обед — надо передохнуть.
Чэнь Босянь, перегнувшись через Бай Бин, посмотрел на Цинхэ:
— Сестра Хэ, спой что-нибудь! Я ещё не слышал, как ты поёшь.
Цэнь Цинхэ машинально покачала головой:
— Вы пойте, я потом.
Чэнь Босянь обратился к Бай Бин:
— Тогда ты выбери песню.
Бай Бин встала и подошла к селектору. Цэнь Цинхэ краем глаза заметила, как Шан Шаочэн и Юань Ихань сидят вдвоём, и в душе почувствовала неловкость — будто ей здесь не место, будто она лишняя.
Она уставилась в фруктовую тарелку и выбрала кусочек арбуза, чтобы хоть как-то справиться с неловкостью.
Чэнь Босянь повернулся к Шан Шаочэну:
— Зачем вы так далеко сидите?
Юань Ихань молчала, лишь слегка улыбаясь. Шан Шаочэн, как обычно, оставался бесстрастным, но вдруг произнёс:
— Давайте во что-нибудь поиграем.
Чэнь Босянь тут же подхватил:
— Во что?
Шан Шаочэн кивнул на запечатанную колоду карт на столе:
— В карты.
Чэнь Босянь наклонился, взял колоду, быстро сорвал плёнку и спросил:
— Какую игру? Дурака, покер или «тысячу»?
Шан Шаочэн ответил:
— Да всё равно.
Чэнь Босянь посмотрел на Цэнь Цинхэ:
— Ты с нами?
Цэнь Цинхэ смущённо улыбнулась:
— Вы играйте, я посмотрю.
Чэнь Босянь возразил:
— Зачем смотреть? Играй вместе!
Цэнь Цинхэ сказала:
— Я, честно говоря, не умею. Все вокруг играют в дурака, а я так и не научилась. Знаю только одну игру — «пять-десять-король», как у нас дома.
Чэнь Босянь засмеялся:
— Тогда давай в твою! Объясни правила.
Цэнь Цинхэ кратко рассказала. Чэнь Босянь кивнул:
— Понял.
Он обернулся к Шан Шаочэну и Юань Ихань:
— Подходите сюда!
Они встали и подошли. Юань Ихань внутренне возмутилась: почему все должны подстраиваться под Цинхэ? Пока она думала об этом, Шан Шаочэн сел рядом с Чэнь Босянем и с лёгкой иронией произнёс:
— Если будем ещё немного с тобой водиться, не станем ли мы наполовину северянами?
Цэнь Цинхэ настороженно посмотрела на него:
— Ты всё такой же изысканный, совсем не «приземлился».
Чэнь Босянь засмеялся:
— Ты его отлично понимаешь.
Юань Ихань почувствовала, как внутри всё сжалось от досады.
Бай Бин уже выбрала песню — «Хундоу» Ван Фэй. Взяв микрофон, она села в стороне и сказала:
— Вы играйте, я буду фоном.
Остальные четверо собрались вокруг стола и начали раздавать карты. Чэнь Босянь спросил:
— Как играем? Ловим последнего или двух?
Цэнь Цинхэ уточнила:
— Один на один или парами?
Шан Шаочэн сказал:
— Каждый за себя. Проигравшие — последние двое.
Чэнь Босянь добавил:
— Третий пьёт бокал, а тот, кто остаётся с картами — два.
Юань Ихань, разбирая карты, нервно спросила:
— Я не совсем поняла правила. Если в конце остаётся три карты и одна — можно ли так сбросить?
Цэнь Цинхэ ответила:
— В последнем ходе можно. Может, сыграем пробную партию?
Шан Шаочэн, не поднимая глаз от карт, сухо бросил:
— Не играем ни за дом, ни за землю — зачем пробовать?
Цэнь Цинхэ сжала губы. Раз он так сказал, ей оставалось только молчать. Всё равно правила не поняла не она, а его девушка.
Тем временем зазвучала знакомая мелодия:
«Ещё не успели как следует почувствовать
Климат, в котором расцветают снежинки…
Мы дрожим вместе —
И тогда яснее понимаем, что такое нежность…»
На фоне нежного и слегка хрипловатого голоса Бай Бин Цэнь Цинхэ, только что разобрав карты, вдруг вскинула руки и захлопала:
— Отлично!
Бай Бин улыбнулась ей в ответ, благодарно принимая поддержку.
Чэнь Босянь тоже улыбнулся и добавил:
— Красиво поёшь.
Юань Ихань незаметно бросила на Цэнь Цинхэ злобный взгляд и про себя подумала: «Какая льстивая! Прямо захвалила Бай Бин до небес. А та дура — не замечает, как Чэнь Босянь всё ближе к Цинхэ подбирается. Ещё чуть-чуть — и они сойдутся. Вот тогда она и узнает, каково это — плакать».
Шан Шаочэн, казалось, был полностью погружён в изучение карт, но на самом деле замечал каждое движение Цэнь Цинхэ. Увидев, как она, держа карты в руках, хлопает и восхищается, он про себя назвал её льстивой. Но эти три слова он произнёс с лёгкой усмешкой.
http://bllate.org/book/2892/320435
Готово:
