— Это рисунок, — сказала Юнь Цзыгэ.
— Прекрасно! Я — музыка, так что вперёд! — воскликнула она и вместе с Юнь Цзыцянь вышла на сцену. Их появление тут же привлекло всеобщее внимание: выступление двух принцесс случалось крайне редко!
На сцене развернули длинный свиток. Юнь Цзыцянь встала перед бумагой, а Юнь Цзыгэ уселась и легко коснулась струн. В зал разлилась мелодия «Фея на картине»…
Вскоре музыка смолкла. Дворцовые слуги подняли рисунок Юнь Цзыцянь, чтобы все могли его увидеть, и зал взорвался восхищёнными возгласами.
Конечно, нашлись и те, кто не смотрел на сцену — это была Юнь Цзыфэн. Пока Юнь Цзыгэ и Юнь Цзыцянь выступали, на очереди остались только она и Юнь Цзыи. Но станет ли Юнь Цзыфэн спокойно выступать вместе с шестой принцессой? Ведь в её глазах именно Юнь Цзыи, Юнь Цзыхэн и их сторонники виновны в том, что её мать лишили должности, брат-наследник пал жертвой интриг, а сама она потеряла расположение отца! Юнь Цзыфэн точно не собиралась проявлять к ней любезность.
Юнь Цзыгэ и Юнь Цзыцянь получили награды и вернулись на свои места. Юнь Цзыфэн тут же вскочила:
— Шестая сестра! Я недавно освоила новую мелодию. Давай сегодня исполним её вместе?
Хотя вопрос прозвучал вежливо, в голосе не было и тени сомнения — это был приказ, замаскированный под просьбу.
Юнь Цзыи не ответила. Медленно поднявшись, она направилась к сцене, даже не переодевшись в танцевальный наряд, и, подойдя к Юнь Цзыфэн, сказала:
— Тогда прошу тебя, четвёртая сестра, сопровождать меня на цитре!
— Ты!.. — фыркнула Юнь Цзыфэн и села за инструмент.
Как только зазвучала музыка, Юнь Цзыи сразу поняла: эта мелодия совершенно не подходит для танца — она слишком быстрая! Ведь древние танцы всегда были плавными и размеренными. Неужели Юнь Цзыфэн решила её подставить?
Но Юнь Цзыи ничуть не испугалась. Раз уж пошло на быстрое — значит, будет быстрое! Неизвестно откуда в её руках появились два шёлковых шарфа, и она закружилась в танце под стремительные звуки цитры.
Увидев это, Юнь Цзыфэн тут же увеличила темп. Юнь Цзыи, услышав ускорение, мгновенно подстроилась. Но вдруг ритм резко сменился — мелодия стала медленной. Юнь Цзыи плавно завершила вращение и перешла к размеренным движениям.
Зрители были поражены: оказывается, танец может быть таким стремительным, а шарфы — такими завораживающе красивыми! В этот момент из ниоткуда прилетела стая бабочек и начала кружить вокруг Юнь Цзыи, следуя каждому её движению, будто сама фея бабочек сошла с небес!
Юнь Цзыфэн, увидев это, ещё больше ускорила игру — пальцы её так и мелькали над струнами, и она даже не заметила, как порезала их.
Но Юнь Цзыи не обращала внимания на то, какую мелодию выбирала соперница — она легко адаптировалась под любой ритм, мгновенно меняя движения. Всем было ясно: мастерство Юнь Цзыи в танце не имеет себе равных!
А в тени кто-то смотрел на неё, и в глазах его вспыхнуло изумление: «Во всём мире нет женщины, способной так очаровать!»
***
— Дзинь! — пронзительный звук оборвал мелодию. Все вышли из транса, вызванного танцем Юнь Цзыи, и недовольно посмотрели на Юнь Цзыфэн. Но из уважения к её статусу никто не осмелился ничего сказать.
Ближайший к ней человек вдруг воскликнул:
— Ваше высочество! Ваша рука!
Все перевели взгляд на её пальцы: одна из струн оборвалась, окрасившись кровью, а с пальцев Юнь Цзыфэн капала кровь!
Юнь Цзычэн тут же подскочил:
— Отец! Рука четвёртой сестры ранена! Прошу простить её!
Юнь Цзыфэн же не обратила на него внимания, а опустилась на колени:
— Дочь плохо играла и нарушила веселье отца. Прошу наказать меня!
Наложница Шуфэй, заметив, что император недоволен, поспешила вмешаться:
— Ваше величество, не гневайтесь! Ах, Хэфэн, что за глупости ты говоришь! Быстро позовите придворного лекаря!
Она сделала знак слугам, чтобы те помогли принцессе подняться.
В зале поднялась суматоха. Юнь Цзыи, увидев всё это, не стала продолжать танец — она резко взмахнула рукавом и вернулась на своё место, дыхание её оставалось ровным, будто ничего не случилось. Бабочки постепенно разлетелись…
Юнь Цзыфэн, увидев это, с притворным раскаянием произнесла:
— Прости меня, шестая сестра! Сегодня я повредила руку и не могу продолжать. Мы так и не выяснили, кто из нас лучше. Это моя вина. В другой раз обязательно устроим новый поединок!
Юй Синь, услышав это, возмутилась: «Да как она смеет! Госпожа явно победила, а та сама допустила ошибку и теперь говорит, будто ничья!» Она уже хотела возразить, но Юй Цзюэ остановила её, и та промолчала.
Многие думали так же, но никто не осмеливался вмешиваться в дворцовые интриги.
Наложница Шуфэй уже собиралась сгладить ситуацию, но Юнь Цзыи опередила её:
— Я всегда готова принять вызов! — сказала она и повернулась к императору: — Отец, я устала. Позвольте удалиться!
С этими словами она развернулась и направилась к выходу. «Ха! Чтобы унизить меня, она играла мелодию, превосходящую её силы, и теперь сама повредила руку! Скорее всего, она больше никогда не сможет играть на цитре! Сама виновата!» — подумала Юнь Цзыи.
В этот момент прибыл лекарь. Поклонившись императору, он осмотрел руку Юнь Цзыфэн и побледнел от ужаса.
Юнь Цзыи уже прошла половину пути, когда Юй Цзюэ и Юй Синь попрощались с Ли Цзюэси и поспешили за ней.
Внезапно снаружи раздался шум. Император нахмурился:
— Что за суета?
— Ваше величество, прибыла вторая принцесса! — доложил один из евнухов, кланяясь.
Вторая принцесса? Все вспомнили, что совсем недавно она вышла замуж. Многие тайком вздыхали: «Цветок попал в навоз!» Лишь немногие знали правду: жизнь Юнь Цзыжун, скорее всего, превратилась в кошмар.
Император ещё не успел ничего сказать, как в зал вошла Юнь Цзыжун и поклонилась:
— Дочь приветствует отца!
Все уставились на неё, но тут же перевели взгляд на лекаря. Тот, закончив перевязку, доложил императору:
— Ваше величество, рана принцессы перевязана. Несколько дней нельзя мочить руку, нужно мазать мазью — и всё заживёт. Однако…
— Однако что? — спросил император, не велев Юнь Цзыжун подниматься.
— Однако… принцесса, скорее всего, больше никогда не сможет играть на цитре!
Лекарь опустил голову, готовясь к гневу.
Император ещё не успел ответить, как Юнь Цзыфэн вскочила:
— Что?!
В её глазах читалось недоверие. «Как так? Как так?!» — Она посмотрела на Юнь Цзыи, но та стояла безучастно. Затем она оглядела присутствующих: одни смотрели с сочувствием, другие — с злорадством. Юнь Цзыфэн почувствовала, как кровь прилила к голове, и потеряла сознание!
Слуги едва успели подхватить её. Лекарь быстро осмотрел и доложил:
— Ваше величество! Принцесса просто слишком взволновалась!
— Уведите её в покои! — приказал император.
Пока Юнь Цзыфэн уносили, Юнь Цзыи снова пошла к выходу — лучше вернуться в Юньланьдянь, здесь ей было неуютно. Но Юнь Цзыжун не собиралась её отпускать.
С самого входа Юнь Цзыжун следила за Юнь Цзыи. Увидев, что та уходит, она забыла, что император ещё не разрешил ей встать, и крикнула:
— Юнь Цзыи, стой!
Все снова уставились на неё. Многие были потрясены: неужели это та самая вторая принцесса? На шее у неё виднелся след от удушья, лицо было опухшим — явно перенесла немало страданий!
Только Юнь Цзычэн понимающе усмехнулся: Юнь Цзыжун постоянно устраивала скандалы в доме Лу, а тот, будучи развратником и любителем множества жён, быстро наскучил её истериками и запер её. Узнав об этом, Юнь Цзычэн «добренько» выпустил её погулять. И вот результат! Ведь Юнь Цзыжун и Юнь Цзыи всегда были врагами, а после свадьбы ненависть стала ещё сильнее!
— Что тебе нужно? — нетерпеливо спросила Юнь Цзыи. «Опять эти дворцовые дрязги!»
— Посмотри на меня! Из-за тебя я так страдаю! Сегодня я при всех раскрою твоё истинное лицо! — голос Юнь Цзыжун дрожал от ненависти, черты лица исказились.
Все взгляды устремились на Юнь Цзыи. «Неужели принцесса Жуйя замешана в этом?» — мелькнуло в головах у гостей. Запахло скандалом!
— Цзыжун, замолчи! — резко оборвала её наложница Шуфэй. — Ты замужем, должна соблюдать приличия! Как ты смеешь устраивать здесь шум? Ведите вторую принцессу домой!
— Нет! Я не уйду! Сегодня я разоблачу лживую маску Юнь Цзыи! Это ты виновата! Из-за тебя я вышла за этого ничтожества Лу Цяньфэна и теперь живу в аду!
Юнь Цзыжун оттолкнула слуг, но те тут же схватили её снова.
Присутствующие смотрели на неё с отвращением: независимо от того, виновата ли Юнь Цзыи, репутация Юнь Цзыжун была окончательно испорчена. Но всем было любопытно: ведь её внезапная свадьба с недавно разжалованным распутником Лу Цяньфэном всегда казалась странной. Неужели за этим скрывалась интрига?
***
Юнь Цзыхэн с тревогой смотрел на сестру. Он знал: если Юнь Цзыи захочет, от Юнь Цзыжун не останется и следа — и без всяких грязных уловок! Но он также верил, что его сестра не станет опускаться до подлостей.
— Заткните ей рот! — приказала наложница Шуфэй. — Отведите принцессу домой, пусть лекарь осмотрит её раны!
Этот инцидент видели все четыре наложницы. Если Юнь Цзыжун сейчас выдаст правду о том дне, это станет позором императорского дома, и гнев императора обрушится на всех — особенно на неё, Шуфэй!
Но слова наложницы лишь усилили подозрения: «Неужели правда есть что-то скрытое?» — думали все, с нетерпением ожидая разоблачений. Однако один из слуг быстро сунул платок Юнь Цзыжун в рот.
Её держали крепко, и она могла только мычать. Юнь Цзыи, увидев это, поняла: если сейчас её уведут, по городу пойдут самые дикие слухи. Ей самой репутация безразлична, но раз Юнь Цзыжун сама лезет на рожон — нечего жалеть!
— Постойте! — Юнь Цзыи вернулась и подошла к Юнь Цзыжун. — Ты обвиняешь меня. Где доказательства?
Слуги отступили. Юнь Цзыжун вырвала платок и закричала:
— Доказательства?! Да они и не нужны! Это всё ты сделала! Всё ты!
http://bllate.org/book/2886/318664
Готово:
