Е Цзюэмо метко швырнул леденец в мусорную корзину и хмуро бросил:
— Детская ерунда!
В палату вошёл Си Чэн. Он взглянул на Е Цзюэмо — того окутывали мрачные мысли, а резкие линии профиля казались высеченными изо льда, — затем перевёл взгляд на Лин Чжыханя, который сидел у окна и с наслаждением сосал леденец. Си Чэн наклонился и тихо прошептал Е Цзюэмо:
— Господин Е, госпожа Янь скоро приедет к вам.
Е Цзюэмо нахмурил изящные, как клинки, брови и плотно сжал тонкие губы в прямую линию.
Си Чэн служил Е Цзюэмо уже много лет, но до сих пор не мог похвастаться тем, что полностью понимает его характер. Тот был слишком замкнутым и сдержанным: если сам не скажет, никто не узнает, о чём он думает.
Однако Си Чэн смутно чувствовал, что в последнее время господин Е чем-то расстроен. Даже находясь в больнице, он упрямо продолжал работать — и, скорее всего, причина кроется именно в Янь Сихо.
Е Цзюэмо бросил на Си Чэна пронзительный взгляд, тёмный, как бездонное озеро:
— Это ты ей сказал?
Си Чэн поспешно замотал головой:
— Нет! Она сама позвонила, причём трижды подряд.
Е Цзюэмо холодно фыркнул. Его резко очерченное лицо не выдавало ни тени эмоций:
— Правда?
Разве она не внесла его снова в чёрный список? Отчего же вдруг стала звонить?
Си Чэн в душе гадал, каковы истинные чувства Е Цзюэмо: рад ли он, что Янь Сихо сама позвонила, или, напротив, раздражён?
— По голосу госпожи Янь было слышно, что она очень за вас переживает.
Глаза Е Цзюэмо потемнели ещё сильнее, а на губах мелькнула едва уловимая насмешливая усмешка. Если бы она действительно переживала, не стала бы игнорировать его звонки и вновь заносить в чёрный список!
Лин Чжыхань, всё ещё с леденцом во рту, поднялся с дивана и подошёл к Е Цзюэмо. Он произнёс с лёгкой издёвкой, хотя и пытался придать словам шутливый тон:
— Второй брат, по-моему, Янь Сихо опять попала в какую-то переделку и поэтому решила к тебе явиться.
Е Цзюэмо махнул рукой, отпуская Си Чэна, и глубоко посмотрел на Лин Чжыханя:
— На самом деле она не так уж плоха, как тебе кажется.
— Второй брат, мне всё равно, хороша она или нет. Я хочу лишь одного — твоего счастья. Янь Сихо тебе не пара. Поиграл — и хватит, не стоит воспринимать её всерьёз. Да и помимо того, что она уже была замужем, даже если бы не была, твоя семья всё равно никогда не приняла бы её. Вы с ней — из разных миров…
Е Цзюэмо многозначительно взглянул на Лин Чжыханя:
— Разве леденец не может заткнуть тебе рот?
— Второй брат…
— Ты, наверное, мама прислала следить за мной?
Лин Чжыхань: «…»
— Хочу пирожков пекарни Чжоу на южной окраине. Сходи купи.
Лин Чжыхань: «…» Чёрт возьми, он что, похож на посыльного? Ладно, раз уж второй брат — пациент, придётся обойти полгорода за этими проклятыми пирожками, которые он раньше терпеть не мог.
— Пусть Си Чэн сходит.
Е Цзюэмо невозмутимо шевельнул губами:
— Мне хочется именно тех, что купишь ты.
Лин Чжыхань: «…»
После его ухода в палате воцарилась тишина. Е Цзюэмо взглянул на капельницу и немного ускорил подачу раствора.
Прищурившись, он посмотрел в окно: на горизонте уже сгущались тяжёлые тучи — скоро польёт дождь.
— Си Чэн.
Си Чэн, стоявший у двери, немедленно вошёл:
— Прикажете, господин Е?
Е Цзюэмо слегка неловко кашлянул, прикрыв рот кулаком, и бросил на Си Чэна ледяной взгляд:
— Возьми зонт и подожди у входа в больницу.
Си Чэн нахмурился — он явно не поспевал за мыслями своего босса:
— Зачем?
Е Цзюэмо холодно уставился на него:
— Как ты думаешь?
Си Чэн в душе завыл: «Да откуда мне знать, зачем зонт у входа?!» Он уже собрался что-то сказать, как вдруг прогремел раскат грома. Всё сразу встало на свои места. Он натянуто улыбнулся:
— А-а, понял! Вы боитесь, что госпожа Янь промокнет под дождём! Сейчас же сбегаю!
Е Цзюэмо, наблюдая, как Си Чэн, зажав зонт, торопливо направляется к выходу, бесстрастно добавил:
— Не говори ей, что я велел тебе ждать внизу.
Си Чэн многозначительно кивнул:
— Конечно, конечно.
……
Си Чэн простоял у входа почти полчаса, прежде чем увидел, как Янь Сихо вышла из такси. Он тут же раскрыл большой чёрный зонт и побежал к ней.
Когда Янь Сихо выходила из дома, над городом сияло солнце, и она не взяла зонт. Увидев внезапный ливень, она уже собиралась рвануть к больнице бегом, как над головой неожиданно раскрылся зонт.
Увидев Си Чэна, она удивлённо распахнула глаза:
— Си-ассистент, вы здесь?!
Си Чэн не забыл наставления Е Цзюэмо, но, желая помочь им помириться и ускорить развитие их отношений, нарочито трогательно произнёс:
— Господин Е велел мне встретить вас. Боится, как бы вы не промокли под дождём. Он очень о вас заботится!
По сердцу Янь Сихо прошла тёплая волна. Она кивнула:
— Я поняла.
Пока они ехали на лифте на шестой этаж, Си Чэн не удержался и добавил:
— Госпожа Янь, господин Е внешне холоден и не любит говорить сладкие слова, чтобы порадовать девушку. Но если бы вы ему были безразличны, он никогда бы не допустил никакой связи с вами. Знаете, самые сдержанные и зрелые мужчины в любви тоже порой ведут себя по-детски.
Е Цзюэмо был человеком немногословным, не любил объяснять что-либо и отличался глубоким, непроницаемым характером. Даже Си Чэн, много лет работавший рядом с ним, не всегда мог угадать его мысли. Что уж говорить о Янь Сихо — девушке, пережившей предательство в прошлом, ранимой, осторожной, упрямой и склонной к сомнениям.
К тому же ей всего двадцать лет — возраст цветущей юности. А Е Цзюэмо старше её на семь лет. Говорят, каждые три года — это целая пропасть поколений, а у них разница почти в два таких промежутка. Им действительно нужно больше общаться и узнавать друг друга, иначе им будет трудно идти рука об руку в будущем.
Янь Сихо благодарно взглянула на Си Чэна и лёгкой улыбкой ответила:
— Спасибо, Си-ассистент. Я понимаю: чтобы сохранить отношения, оба должны быть готовы к изменениям. Я постараюсь.
Си Чэн встречал множество девушек разного склада. Он не мог сказать, что Янь Сихо — идеальная пара для господина Е, но в ней не было той самодовольной надменности, что часто встречается у знатных барышень. Она была мягкой, скромной и умела признавать ошибки.
Выйдя из лифта, Янь Сихо последовала за Си Чэном к палате. Тот постучал в дверь, дождался разрешения Е Цзюэмо и сказал ей:
— Проходите!
В тот миг, когда дверь открылась, сердце Янь Сихо подскочило к горлу.
Честно говоря, она была ужасно нервна.
Войдя внутрь, она увидела, как медсестра как раз вынимала иглу капельницы. Е Цзюэмо полулежал в кровати, в другой руке держа деловой смартфон.
Янь Сихо сделала несколько шагов вглубь палаты, но Е Цзюэмо, не поднимая глаз от экрана, даже не взглянул на неё.
Медсестра, закончив процедуру, вышла, слегка покраснев.
Янь Сихо, заметив смущение молодой медсестры, машинально бросила взгляд на Е Цзюэмо. Даже в простой больничной пижаме он оставался настолько ослепительно красив, что невозможно было отвести глаз.
Покидая палату, медсестра несколько раз оглянулась на Янь Сихо — её взгляд был полон ревности, будто та была соперницей.
«Этот мужчина и вправду чертовски обаятелен, — подумала Янь Сихо. — Даже обычная процедура с капельницей сводит медсестёр с ума».
В её душе невольно зародилось чувство превосходства: ведь этот потрясающе красивый и харизматичный мужчина — её парень!
На губах заиграла лёгкая улыбка, но вдруг она почувствовала на себе пронзительный, ледяной взгляд. Подняв ресницы, она встретилась глазами с Е Цзюэмо — его тёмные, узкие зрачки пронзали насквозь.
Сердце на миг замерло.
Лицо Е Цзюэмо оставалось бесстрастным, губы плотно сжаты, и весь его вид был настолько ледяным, что Янь Сихо забеспокоилась: он, наверное, всё ещё зол на неё.
Он посмотрел на неё всего несколько секунд, затем вновь опустил глаза на смартфон, демонстрируя полное безразличие.
Его холодное, отстранённое поведение заставило Янь Сихо волноваться ещё сильнее.
А вдруг Си Чэн встретил её по собственной инициативе, а не по приказу Е Цзюэмо?
Из-за болей в желудке Е Цзюэмо заметно похудел, черты лица стали ещё острее и выразительнее. Опущенные ресницы оказались гуще и длиннее, чем у многих девушек.
Он молчал. Янь Сихо постояла немного на месте, колеблясь, а затем решительно шагнула вперёд.
Си Чэн, тайком подглядывавший в окно палаты, увидев выражение лица Е Цзюэмо, мысленно усмехнулся: «Наш господин Е мастерски изображает холодность! В душе-то он ждал, когда девушка наконец придёт, а теперь делает вид, будто она для него — воздух…»
Е Цзюэмо, почувствовав чужой взгляд за окном, резко повернул голову. Си Чэн вздрогнул, потёр нос и поспешно удалился.
………………
Янь Сихо подошла к кровати и поставила термос с кашей на тумбочку. Осторожно взглянув на мужчину с ледяным лицом, она тихо сказала:
— Цзюэмо, я сварила кашу. Хочешь миску?
Е Цзюэмо будто не услышал её слов. Его взгляд по-прежнему был прикован к экрану смартфона, и он даже не удостоил её взгляда.
Янь Сихо, чувствуя себя полностью проигнорированной, крепко прикусила губу. Она нахмурилась, глядя на резкие, холодные линии его профиля. Увидев, что он не реагирует, она села на край кровати и мягко, чуть капризно произнесла:
— Цзюэмо…
Её тон заставил мужчину, смотревшего в телефон, слегка вздрогнуть.
Янь Сихо заметила эту едва уловимую реакцию и почувствовала облегчение: значит, он не считает её полностью невидимкой.
Она протянула свою нежную руку и накрыла ею его ладонь, сжимавшую телефон.
Он не отстранился.
Сердце Янь Сихо радостно ёкнуло.
Её тонкие пальцы аккуратно вытащили смартфон из его руки и отложили в сторону. Она смотрела на его красивое лицо с теплотой в глазах:
— Давай поговорим?
За окном дождь усилился, крупные капли барабанили по стеклу, размывая очертания мира за ним. В палате горел яркий белый свет, подчёркивая резкость черт его лица и глубину взгляда.
Когда он молчал, от него исходила ледяная, неприступная аура. Янь Сихо не могла понять, о чём он думает. Она никогда прежде не была так настойчива с мужчиной, и сейчас в её душе боролись тревога и робость.
Но она не могла просто уйти. Если они поссорились, кто-то должен сделать первый шаг к примирению.
— Ты злишься, потому что не мог дозвониться до меня?
Она осторожно вплела свои пальцы между его, пытаясь соединиться с ним. Но едва он услышал её слова, как резко отшвырнул её руку.
Без малейшего сочувствия.
Янь Сихо посмотрела на его лицо, омрачённое, словно буря. Она пояснила:
— Я не заносила тебя в чёрный список.
Е Цзюэмо поднял на неё тёмные, пронзительные глаза:
— И что дальше?
Его ледяной тон заставил её нос защипало, а глаза наполнились слезами:
— Кто-то не хочет, чтобы мы были вместе, и, пока меня не было, занёс тебя в чёрный список. Я узнала об этом только сегодня.
(На самом деле, кто постоянно нападает на неё? Конечно же, из-за него!)
Е Цзюэмо холодно фыркнул:
— То есть только сегодня ты вспомнила, что стоит позвонить мне? Или же, узнав, что я оказался в твоём чёрном списке, решила навестить меня?
http://bllate.org/book/2827/309389
Готово:
