Когда она вернулась, Бо Гу Хуай сказал, что всё понимает, и был к ней особенно нежен. Шэнь Юйань, разумеется, решила: он наконец-то уловил её истинный замысел.
В конце концов, между ними не было глубоких чувств — максимум, они считались обычными друзьями. А в недоразумениях между простыми друзьями разве стоит так упорно копаться?
Она ведь пошла к Цзи Ханю ради Бо Гу Хуая и пожертвовала целым годом своей жизни. Раньше она выделила ему крупную сумму на запуск бизнеса. Так разве странно, что Бо Гу Хуай теперь проявляет к ней доброту? Это же просто благодарность.
Шэнь Юйань принимала всё как должное — считала, что он лишь отдаёт ей долг. Какой смысл ей быть настороже? Бо Гу Хуай больше не обижался, понял, что она для него сделала, да и влюблён в неё он точно не был. Чего же опасаться?
В ближайшие дни ей достаточно лишь сохранять образ влюблённой в него женщины и следить, чтобы он не сошёл с ума и не убил кого-нибудь. Всё же просто!
Как только система проснётся и покажет, что Бо Гу Хуай осознал её беззаветную любовь и поверил в существование искренней, бескорыстной привязанности, она спокойно уйдёт из этого мира.
Шэнь Юйань ломала голову, но так и не могла представить, что Бо Гу Хуай влюбится в неё. Ей и в голову не приходило, что придётся остерегаться его — ведь из-за любви он способен на ужасные, извращённые поступки.
По сути, за эти дни Шэнь Юйань полностью расслабилась и начала воспринимать себя как стороннего наблюдателя в этом мире. Теперь ей было всё равно, чем занимается Бо Гу Хуай — она перестала волноваться так, как раньше, и стала похожа на беззаботную ленивицу.
А ведь Бо Гу Хуай настолько извращён, что готов сварить даже ленивицу. Не боится, что засолит себе желудок.
Система уловила мысли Шэнь Юйань и напомнила:
«Хозяйка, задание ещё не завершено. Напротив, сейчас оно стало сложнее, чем год назад. Революция не окончена — товарищу нужно прилагать ещё больше усилий».
Однако система тут же заметила приближающегося Бо Гу Хуая и почувствовала, как её цифровые данные покрылись ледяным потом — настолько он почернел. Поэтому она доброжелательно добавила:
«Впрочем, хозяйка, ты можешь отказаться. В худшем случае ты просто не получишь награду за этот мир, и задание передадут следующему исполнителю. Мы сразу отправимся в следующий мир».
— Отказаться? — возмутилась Шэнь Юйань и громко фыркнула. — Я столько сил вложила в этого неблагодарного! Пока не исправлю его, я, Шэнь Юйань из рода Ньюгол, не закрою глаза даже в могиле!
Система ответила: «Хозяйка, как тебе угодно. Но задание крайне трудное. Если сейчас не отвяжешься, позже столкнёшься с безумными и извращёнными событиями — не жалуйся потом на нас».
«К тому же, если из-за слишком тёмных и… э-э… жёстких сцен ты получишь психическую травму, за незавершённое задание тебе не положена компенсация на лечение».
Шэнь Юйань: «…» Действительно, жадный торговец.
«В общем, хозяйка, выбирай осторожно. В оригинальном сюжете Ши Си, белая луна, была заточена и после освобождения пять лет лечилась у психиатра, прежде чем постепенно восстановиться».
Система сделала последнюю попытку уговорить.
— В оригинальном сюжете Бо Гу Хуай ведь не тронул Ши Си? Кроме откровенных сцен, я справлюсь со всем, — сказала Шэнь Юйань, вечно безгранично уверенная в своём актёрском таланте.
Для неё, одержимой игрой, этот мир был не столько заданием, сколько сценарием — возможностью отточить мастерство. Сцены похищения и тьмы она ещё не играла. Почему бы не попробовать? Это же ценный опыт!
Заточенная Шэнь Юйань даже почувствовала лёгкое волнение.
Кхм-кхм, вернёмся к теме. Шэнь Юйань продолжила:
— Возможно, ты упустил какие-то детали. Перепроверь внимательно. Я никак не пойму: когда я уходила, всё объяснила Бо Гу Хуаю чётко и ясно. Неужели его учили читать и понимать текст учителя физкультуры? Как он до сих пор может думать, будто моё сердце не с ним? Быстро проверь именно тот период — год назад, когда я ушла.
Система немедленно приступила к работе.
Пока Шэнь Юйань разговаривала с системой, её лицо невольно стало рассеянным.
Внезапно она почувствовала, как ледяные пальцы сжали её подбородок и заставили повернуться к Бо Гу Хуаю.
— Так не хочешь меня видеть? — тихо спросил он, медленно проводя большим пальцем по её губам.
Шэнь Юйань мгновенно вошла в роль. Она моргнула, глядя на него с обожанием, в котором смешались страх и нежность.
Голос её дрожал от испуга, но она старалась говорить как можно мягче:
— Бо Гу Хуай, зачем ты запер меня? Я ведь не собиралась уходить. В эти дни я ни разу не думала сбежать. Моё сердце принадлежит только тебе… Как я могу тебя покинуть?
— Ты до сих пор меня обманываешь, — глаза Бо Гу Хуая потемнели, а вокруг него сгустилась тьма. Но почти сразу он снова изогнул губы в улыбке и нежно поправил несколько прядей у неё на лбу. — Но ничего страшного. Теперь ты уже никогда не сможешь уйти от меня.
Он поставил поднос с едой на стол рядом и спросил:
— Голодна? Давай поешь.
Бо Гу Хуай взял палочками кусочек свинины в кисло-сладком соусе и поднёс ко рту Шэнь Юйань.
У неё уже выработался рефлекс на всё, что он ей подаёт.
Внутри она лихорадочно подгоняла систему. Та наконец завершила поиск и ответила:
«Я не смог найти точных деталей, но, похоже, у Бо Гу Хуая появилась навязчивая идея: он считает, что ты по-настоящему любишь его только тогда, когда жаждешь его тела».
Шэнь Юйань нахмурилась:
— Что это значит? Нужно, чтобы я занялась с ним этим, и тогда задание завершится?
Система ответила:
«Вероятно, да. Но учитывая его подозрительность, тебе, возможно, придётся делать это много-много раз, пока он не поверит в твою любовь. И каждый раз ты должна будешь изображать, что тебе это доставляет удовольствие — только так можно вылечить его».
«Ах да, по нашим расчётам, если ты просто задашь телу механические параметры для выполнения акта, Бо Гу Хуай, скорее всего, заметит подвох, разозлится и совершит нечто ужасное и необратимое».
«Кроме того, советуем тебе лучше ослепнуть. Потому что после близости он убедится в правоте своей теории и станет ещё более фанатичным. Если он увидит, что ты бросила взгляд на другого мужчину, он может убить того парня и изнасиловать тебя до смерти».
Шэнь Юйань: «…»
Система: «Вышесказанное — научно обоснованный прогноз, основанный на текущем состоянии Бо Гу Хуая. Предоставляется исключительно для справки. Реальные события могут отличаться».
Шэнь Юйань многозначительно взглянула на Бо Гу Хуая.
Не суди о книге по обложке: кто бы мог подумать, что за этой безупречной внешностью, строгим костюмом и застёгнутой до самого верха рубашкой скрываются такие пошлые мысли.
Ни за что на свете она не станет заниматься с ним этим — даже ради роли! Разве актёрское мастерство требует таких жертв?
Неужели Бо Гу Хуай так испортился? Видимо, виновата она сама — за последний год недосмотрела.
В груди Шэнь Юйань вспыхнуло пламя решимости. Она обязательно научит Бо Гу Хуая, что такое истинная, чистая, духовная и святая любовь.
Она опустила глаза на кусочек свинины, который он поднёс ко рту, и вдруг её глаза наполнились слезами. Она с дрожью в голосе, полная искреннего волнения, прошептала:
— Бо Гу Хуай, это правда? Я не сплю? Ты… ты сам кормишь меня? Только что ты сказал, что не хочешь, чтобы я уходила, и хочешь, чтобы я всегда была рядом… Неужели это не сон? Бо Гу Хуай, скажи, с какого момента ты влюбился в меня? Мне так хочется это знать!
Бо Гу Хуай, держащий палочки с кусочком мяса, чуть заметно дёрнул уголком рта. Его безупречно вежливая маска на миг дрогнула, и он медленно, чётко произнёс:
— Когда я говорил, что люблю тебя?
Увидев его реакцию, Шэнь Юйань даже обрадовалась — это напоминало ей Бо Гу Хуая годичной давности, того, кто гнал её прочь.
Но лицо Бо Гу Хуая быстро вновь приняло спокойное, безупречное выражение. Он прищурился и внимательно изучил Шэнь Юйань.
Её тонкие запястья и лодыжки были скованы серебристыми цепями, которые при каждом движении издавали звонкий, мелодичный звук.
На шее тоже поблёскивала серебряная цепочка, обвивая её изящную шею. Бо Гу Хуай слегка усмехнулся — вот как должна выглядеть самая прекрасная цепь.
Его голос стал медленным, будто из преисподней:
— Шэнь Юйань, ты до сих пор не поняла своё место? Разве Ши Си, когда приходила к тебе, не объяснила последствия предательства?
Он поставил палочки на тарелку. В пустой, полумрачной комнате раздался резкий, звонкий стук, заставивший сердце сжаться.
Бо Гу Хуай поднял на неё бровь и мягко, будто давая выбор, спросил:
— Наша Юйань хочет остаться здесь или, как Ши Си, отправиться в психиатрическую лечебницу?
Он с интересом ждал, когда на её прекрасном лице появится страх.
Но девушка вдруг широко распахнула глаза, а щёки её слегка порозовели. Она тихо, с радостью прошептала:
— Я так счастлива! Ты относишься ко мне совсем иначе, чем к Ши Си.
Она чуть наклонилась вперёд, цепи звякнули, и она улыбнулась ему — ярко, нежно и прекрасно:
— Ты хочешь, чтобы я осталась здесь, правда?
Бо Гу Хуай на миг замер, глядя на неё, но тут же отвёл взгляд. Его голос стал ледяным:
— Не пытайся тянуть время. Делай выбор.
Шэнь Юйань слегка капризно склонила голову и ответила сладким, мягким голосом:
— Хорошо. Поцелуй меня — и я останусь.
Уголок глаза Бо Гу Хуая дёрнулся. Ведь у Шэнь Юйань нет выбора, а получается так, будто он умоляет её остаться.
Их позиции словно поменялись местами — теперь именно она держала его в руках.
Бо Гу Хуаю это не понравилось. В груди вдруг вспыхнула ярость.
Он резко схватил её за затылок и притянул к себе. Его взгляд задержался на её губах, и он тихо, опасно спросил:
— Думаешь, я не посмею?
— А-а! — Шэнь Юйань резко втянула воздух.
Только что Бо Гу Хуай, увлечённый эмоциями, рванул цепь — та впилась в её шею.
Больно.
Бо Гу Хуай немедленно отпустил её и стал поправлять цепочку на шее. Увидев красный след на её белоснежной коже, он нахмурился.
Его взгляд был прикован к этому месту, когда вдруг он сам почувствовал, как что-то сжало его шею. Шэнь Юйань обвила белой рукой его плечи и притянула к себе.
Она обняла его за шею, приблизила к себе и, глядя в глаза с обожанием и лёгкой игривостью, тихо дунула ему в ухо.
— Так тебе не причинишь мне боль, — прошептала она.
Ухо Бо Гу Хуая мгновенно покраснело. Шэнь Юйань усилила хватку и медленно притянула его ещё ближе.
Их лица почти соприкоснулись.
Бо Гу Хуай опустил глаза на её пухлые, слегка надутые губы. Его кадык дрогнул.
Когда тёплое дыхание Шэнь Юйань коснулось его носа, глаза Бо Гу Хуая потемнели. Он резко обхватил её талию и наклонился, чтобы поцеловать.
Их губы уже почти соприкоснулись — как вдруг раздалось громкое «Бле-е!».
Шэнь Юйань резко отвернулась и начала сухо рвать на пол.
— Бле-е! О-о! Бле-е-е!
Бо Гу Хуай замер. Он отпустил её талию, и в комнате повисла ледяная, зловещая тишина.
— Шэнь Юйань, что это значит? — холодно, сквозь зубы спросил он, и в его голосе звенел лёд.
Шэнь Юйань наконец перестала рвать. Она слабо перевела дыхание и безжизненно махнула рукой:
— Не знаю… В последнее время постоянно тошнит.
Она посмотрела на него с жалобной мольбой в глазах.
Бо Гу Хуай едва заметно усмехнулся — с горькой иронией.
— Ничего, — сказал он спокойно. — Поголодай несколько дней — и рвать будет нечем.
Он взял поднос и, не сказав ни слова, покинул подвал.
В последующие дни Бо Гу Хуай действительно не давал ей еды. Он заглядывал к ней лишь раз в сутки — глубокой ночью.
http://bllate.org/book/2667/291934
Готово:
