Син Мояо пристально смотрел на неё: глаза её покраснели от слёз, щёки пылали румянцем, по лицу струились слёзы — она выглядела до крайности жалкой, но всё равно с испугом и настороженностью уставилась на него.
Он чуть прищурился, и в его взгляде мелькнуло нечто такое, чего Тун Лоси не могла понять.
Внезапно он снова навис над ней, диван громко заскрипел, и сердце Лоси забилось ещё быстрее от страха.
Син Мояо наклонился и впился зубами в то самое место на её груди, где уже остался след от его укуса. Лоси поморщилась от боли, но не посмела издать ни звука — боялась ещё больше разозлить его.
Жар его тела обжигал её, ощущение было настолько явным, что игнорировать его не получалось. Всё тело напряглось, она даже пошевелиться не смела.
Син Мояо отпустил её. Его глаза, тёмные и горячие, пристально впились в неё:
— В следующий раз, если увижу, что ты снова в чужой мужской одежде и провела ночь вне дома, я доделаю то, что не сделал сегодня! Будешь плакать и умолять меня — всё равно не поможет!
Тун Лоси поспешно закивала, не осмеливаясь медлить.
Син Мояо стиснул зубы. Он и сам удивлялся своей выдержке: даже сейчас, в таком состоянии, сумел подняться с неё. Глядя на её растрёпанную одежду и на то, как она, дрожа, свернулась в комок, он почувствовал, как сердце в груди застучало громче.
— Убирайся в свою комнату! И не показывайся мне сегодня на глаза!
Тун Лоси мгновенно вскочила с дивана и, не разбирая дороги, бросилась к себе в комнату. Она не осмеливалась оглянуться и не смела останавливаться — боялась, что за спиной вот-вот настигнет разъярённый зверь.
Её действительно напугали.
Син Мояо смотрел ей вслед. Его взгляд был глубоким и мерцающим, а на щеках проступил лёгкий румянец.
Цель воспитательного урока была достигнута, но он сам ощутил, насколько это было для него мучительно!
Всё тело натянулось, как струна. Он бросил взгляд вниз — на себя — и с глухим ругательством метнулся в свою комнату, запершись в ванной. Вскоре оттуда донёсся шум воды.
Тун Лоси забилась под одеяло, прижавшись к кровати. Казалось, каждая клеточка её кожи всё ещё помнила его жар и запах, отчего сердце трепетало в страхе.
Его властное заявление и дерзкие, откровенные действия заставляли её краснеть и замирать от смущения.
Как страшно… Сегодняшний Син Мояо был по-настоящему страшен…
Он действительно разозлился, но последствия его гнева она не осмеливалась принять на себя. Никогда больше она не посмеет раздражать этого зверя в человеческом обличье.
В ту ночь никто из них не спал: одна — от испуга и бешеного сердцебиения, другой — от жара и неутолённого желания.
На следующее утро Тун Лоси долго собиралась с духом в своей комнате, прежде чем выйти и приготовить завтрак, стараясь вести себя как обычно.
Но сегодня Син Мояо не ушёл, а сел за стол завтракать.
Она не смела поднять глаза на мужчину в халате, из-под которого виднелась обширная полоса загорелой кожи. Он выглядел расслабленным и ленивым. Лоси быстро доела и поспешила в его комнату, чтобы забрать грязную одежду из корзины.
Едва войдя, она почувствовала странный запах — какой-то роскошный и одновременно угнетающий. Она не могла точно определить, что именно её беспокоит, но щёки вдруг залились краской.
Повернувшись, чтобы уйти, она врезалась в мужчину, который незаметно появился за её спиной.
Как только их взгляды встретились, лицо Лоси вспыхнуло.
Син Мояо стоял, заложив руки в карманы халата, его высокая фигура небрежно прислонилась к косяку двери. Он с удовольствием наблюдал за её смущением — зрелище было поистине восхитительным.
— Стыдишься? — тихо спросил он.
Лицо Лоси побледнело, и ей стало ещё неловчее.
Син Мояо лукаво усмехнулся и медленно приблизился к ней. В этот миг она почувствовала тот самый запах, что ощущала в ванной.
Этот насыщенный мужской аромат, вдруг оказавшись так близко, заставил её зрачки дрогнуть, а по всему телу разлилась волна жара.
Син Мояо спокойно взглянул на неё и спросил:
— У тебя жар?
— Н-нет! — поспешно ответила она.
Он, конечно, знал, что у неё нет температуры — просто поддразнивал. Увидев её испуганную и серьёзную реакцию, он ещё больше развеселился.
Медленно наклонившись, он приблизил лицо к её уху и остановился в сантиметре от неё:
— Ты так покраснела… Неужели соблазняешь меня?
— Нет! — вырвалось у неё, и она отступила на шаг.
Син Мояо хищно улыбнулся:
— Лоси, ты боишься меня.
Она растерялась, глаза метались в поисках спасения. Чтобы скрыть страх, она не подумав выпалила:
— Нет! Просто от тебя плохо пахнет, поэтому я и отстранилась!
Выражение лица Син Мояо изменилось — взгляд стал ещё глубже и опаснее. Лоси тут же испугалась: «Что за глупость я наговорила? Неужели он сейчас опять разозлится?»
Но вместо гнева он вдруг усмехнулся:
— Ты знаешь, что это за запах?
Лоси растерянно покачала головой.
Тогда Син Мояо одарил её лисьей улыбкой, и в его глазах блеснула хитрость:
— Это запах мужского семени. Прошлой ночью прямо здесь, на этом месте, я…
Лоси мгновенно поняла, о чём он, и подпрыгнула от смущения. Она не знала, куда деваться от стыда, лицо пылало, а сердце колотилось, как у испуганного кролика.
Её реакция полностью его устроила — Син Мояо громко и весело рассмеялся.
Лоси стиснула губы и бросила на него сердитый взгляд, после чего опустила голову и поспешила убежать.
Син Мояо с улыбкой смотрел ей вслед.
«Малышка действительно испугалась. Надеюсь, теперь урок усвоит».
Он закрыл дверь и направился в душ — вчера действительно переборщил и заснул, даже не умывшись.
Тун Лоси швырнула его одежду в стиральную машину, мысленно ругая его, но щёки всё равно предательски пылали.
Когда Син Мояо вышел из ванной, свежий и безупречный, Лоси уже исчезла.
Он достал телефон и приказал проверить события той ночи. Вскоре узнал, что Ци Дун сейчас лежит в больнице с побоями, нанесёнными Син Цзыханем, и, похоже, является будущим сотрудником корпорации Синь.
Его глаза стали ледяными, а голос — жестоким:
— Уволить его из корпорации Синь. Сообщить всем компаниям в отрасли: кто осмелится его нанять, тот станет врагом корпорации Синь. И я хочу, чтобы он до конца жизни жил в муках!
Он почти сквозь зубы выдавил эти слова. Тот, кто посмел обидеть Тун Лоси, не останется безнаказанным.
Тун Лоси не могла сосредоточиться на занятиях — мысли снова и снова возвращались к прошлой ночи, к их жаркому столкновению. Казалось, на коже до сих пор ощущается его жар.
Ли Фэньфэнь заметила, что подруга рассеянна и смотрит в одну точку, совершенно отсутствуя в реальности.
Она помахала рукой перед её глазами — никакой реакции.
— Лоси! — вдруг крикнула она прямо в ухо.
Та вздрогнула и наконец сфокусировала взгляд.
— Что случилось? — спросила она хрипловато.
Ли Фэньфэнь прищурилась:
— Лоси, с тобой что-то не так! Ты ведёшь себя странно от макушки до кончиков пальцев ног!
В глазах Лоси мелькнула тревога, но она постаралась говорить спокойно:
— Ничего подобного… Мне кажется, всё в порядке.
— Фу, кто же из рассеянных замечает свою рассеянность? — фыркнула Фэньфэнь и таинственно приблизилась. — Слышала новость?
Лоси вопросительно посмотрела на неё.
Фэньфэнь наклонилась к её уху, прикрыв рот ладонью:
— Говорят, преподаватель Ци ушёл в отставку. Оказывается, его избили и положили в больницу.
Глаза Лоси слегка блеснули. Она вспомнила, как в ту ночь появился Син Цзыхань — наверное, это он избил Ци Дуна.
— Говорят, даже корпорация Синь его уволила, — добавила Фэньфэнь. — Представляешь, настолько серьёзно?
«Значит, это тоже приказ Син Цзыханя?» — подумала Лоси.
Фэньфэнь вздохнула и посмотрела на подругу:
— Лоси, тебе не жаль его?
«Жаль? Да мне чуть не досталось от этого мерзавца!» — мысленно фыркнула Лоси, но вслух лишь улыбнулась:
— Видимо, в нём было что-то достойное наказания. Люди сами выбирают свою судьбу.
Фэньфэнь широко раскрыла рот от удивления:
— Лоси, когда ты так улыбаешься и говоришь такие мудрые вещи… Ты просто красавица!
Лоси эффектно улыбнулась, и подруги расхохотались.
Когда Лоси на улице снова увидела Ван Сяо — школьную красавицу, которая шла, обнявшись с другими парнями, — ей стало неловко. В голове тут же всплыла та откровенная сцена в кабинете Син Мояо.
Видимо, из-за того, что она подглядывала, теперь не смела смотреть Ван Сяо в глаза.
Ван Сяо действительно ненавидела Тун Лоси: не только потому, что та отняла у неё лавры школьной королевы красоты, но и потому, что стала помощницей Син Мояо!
— Ты знаешь, Лоси? — прошептала Фэньфэнь. — Ван Сяо как-то пришла в кабинет Синь-цзуна и прямо там начала раздеваться, пытаясь соблазнить его! Но Синь-цзун оказался хитрее — в тот момент у него шло видеосовещание, и все её действия увидели другие участники!
Лоси изумлённо раскрыла рот — такого она не слышала.
— Откуда ты знаешь? — тихо спросила она.
— Ха-ха, среди участников совещания были руководители университета. Потом пошёл слух — теперь все в курсе.
Лоси представила себе эту ситуацию и посочувствовала Ван Сяо, но больше ничего не сказала. Ли Фэньфэнь же продолжала на ухо пересказывать все сплетни о том, как Ван Сяо якобы ведёт себя распущенно.
Внезапно кто-то преградил им путь. Даже Фэньфэнь сразу замолчала.
Лоси подняла глаза и увидела перед собой Ван Сяо — та стояла, скрестив руки на груди, с высокомерным и презрительным видом. Рядом с ней стояла давняя врагиня Лоси — Тун Кэсинь.
Ах да, забыла сказать: подобные собираются вместе. Эти двое, как говорится, душа в душу — даже парней делят!
— Что вам нужно? — холодно спросила Лоси, глядя на Ван Сяо.
Та была выше ростом и к тому же обута в шпильки-«ножки», так что визуально сразу подавляла Лоси.
Тогда Лоси перевела взгляд на Тун Кэсинь и увидела на её лице ту же надменность и презрение. В её воображении они превратились в двух петухов, гордо задравших головы, и ей невольно захотелось рассмеяться.
И она действительно рассмеялась.
— Чего ты ржёшь?! — визгливо крикнула Ван Сяо.
— Прости, в такой серьёзный момент мне не следовало смеяться. Может, давайте сотрём эту сцену из памяти и начнём заново? — вежливо предложила Лоси.
Их поза уже привлекла толпу зевак, и слова Лоси вызвали у студентов смех.
Ван Сяо и Тун Кэсинь почувствовали себя униженными и закричали на толпу:
— Чего ржёте?!
Потом Ван Сяо яростно уставилась на Лоси:
— Мерзкая девчонка! Не думай, что, притворяясь невинной, скроешь свою подлую сущность! Ты продаёшь эротические товары, чтобы соблазнять мужчин, а теперь ещё и зацепилась за наследника корпорации Синь? Ха! Да ты вообще понимаешь, кто ты такая? Тебе и в подмётки не годишься его невестой!
Говоря это, она тыкала пальцем в плечо Лоси — жест был вызывающим и раздражающим.
Лоси наконец поняла: Ван Сяо явилась сюда, чтобы отомстить за Тун Кэсинь, и, вероятно, сама её недолюбливает — вот и решили вместе устроить разборку.
Лоси улыбалась, не проявляя гнева, но в её глазах леденел холод.
Внезапно она протянула руку и легко сжала палец Ван Сяо:
— Ван Сяо, когда говоришь, лучше не делай таких неприятных движений.
Лицо Ван Сяо побледнело, глаза вылезли на лоб, всё тело перекосилось от боли.
— Отпусти! Отпусти! Больно! Больно! Кэсинь, помоги! — завизжала она.
Тун Кэсинь бросилась к ней и обняла подругу, сверля Лоси злобным взглядом:
— Тун Лоси, ты чёртова сука! Отпусти её!
Лоси фыркнула:
— Что я сделала? Я просто держу её палец. Не бью, не пинаю. Просто её жест мне не понравился.
Ли Фэньфэнь, стоя рядом, горячо подбадривала:
— Молодец, Лоси! Так держать! Проучи эту стерву!
— Сука! Отпусти! Больно! Отпусти, чёрт возьми! — неистово кричала Ван Сяо.
Лоси резко отпустила её, и обе девушки, потеряв равновесие на каблуках, пошатнулись и упали на землю.
Раздался смешок толпы и насмешливые перешёптывания.
— Если больше ничего, я пойду, — с лёгкой улыбкой сказала Лоси и сделала шаг мимо них. Но вдруг остановилась, будто что-то вспомнив.
— Ах да, — произнесла она, глядя на валяющихся на земле девушек. — Ван Сяо, ты сейчас спрашивала, достойна ли я Синь-шао? Честно говоря, и сама думаю, что нет. Но что поделать — семья Синь настаивает, чтобы я стала их будущей невесткой. Отказаться не получается.
Эти слова прозвучали невероятно дерзко.
Ван Сяо и Тун Кэсинь, всё ещё сидя на земле, с ненавистью смотрели на уходящую Лоси. Ван Сяо сжала кулаки:
— Ты ещё пожалеешь об этом, Тун Лоси!
Лоси лишь усмехнулась и пошла дальше.
В этот момент к ним подошёл охранник кампуса:
— Что здесь происходит?
— Она напала на нас! — завизжала Ван Сяо, указывая на Лоси. — Заставьте её извиниться!
Охранник посмотрел на Лоси, потом на двух растрёпанных девушек в грязи:
— Вы уверены?
— Да! — закричала Тун Кэсинь. — Она нас избила!
Лоси спокойно повернулась:
— Я просто попросила её не тыкать в меня пальцем. Больше ничего не делала.
— Врёшь! — взвизгнула Ван Сяо. — Ты специально сломала мне палец!
— Покажите, — сказал охранник.
Ван Сяо протянула руку. Палец был красным, но не сломан.
— Ничего серьёзного, — заключил охранник. — Думаю, вам стоит извиниться перед госпожой Тун.
— Что?! — в один голос воскликнули обе.
— Вы устроили скандал посреди кампуса, оскорбляли студентку и пытались её запугать. Если не извинитесь, вызову декана.
Ван Сяо побледнела. Она знала, что репутация в университете для неё — всё. Если дело дойдёт до декана, её могут отчислить.
Она с трудом поднялась, опираясь на Тун Кэсинь, и, скрежеща зубами, прошептала:
— Прости…
Лоси лишь кивнула и ушла, оставив их в позоре.
Позже, в кабинете Син Мояо, он сидел за столом, просматривая отчёт. Увидев имя Ци Дуна, его лицо исказилось от ярости.
— Сделай так, чтобы он больше никогда не смог работать в этой отрасли, — приказал он. — И пусть каждый день его жизни станет адом.
Его пальцы сжали край стола так, что побелели.
Никто не посмеет тронуть то, что принадлежит ему.
http://bllate.org/book/2618/286923
Готово:
