Видя, что возражений нет, Чэн Цянь без церемоний устроилась на стуле, вытянув свои длинные ноги, и заказала такой же «Голубой Гавайский», как у Сяо Цици. Она уютно устроилась у барной стойки и завела с подругой разговор.
— Почему ты тогда ушла, даже не сказав ни слова? — пожаловалась Чэн Цянь. — Я так долго искала тебя, пыталась хоть что-то узнать.
— Просто уезжала в спешке, — объяснила Сяо Цици, — и не хотела вас беспокоить.
— Это же совсем не по-дружески! Все очень переживали за тебя, — с теплотой спросила Чэн Цянь.
— Со мной всё в порядке. По крайней мере, сейчас — в полном порядке, — ответила Сяо Цици, проводя пальцами по холодному бокалу. Длинные ресницы отбрасывали тень, и она произнесла эти слова ровно, без тени эмоций.
— Ладно, лишь бы тебе самой было хорошо, — сказала Чэн Цянь, подняв голову и переведя взгляд на Ло Ло и Янь Цзычэн. — Соседки по комнате?
Сяо Цици кивнула.
Чэн Цянь тут же вскочила и вежливо протянула руку:
— Позвольте ещё раз представиться. Меня зовут Чэн Цянь. Я была соседкой Сяо Цици по комнате в старших классах и её лучшей подругой.
— Очень приятно, очень приятно! — отозвалась Янь Цзычэн. Несмотря на опьянение, она ещё могла отличить знакомых от чужих.
Ло Ло сначала не шелохнулась.
Когда Чэн Цянь пожала руку Янь Цзычэн, она перевела взгляд на Ло Ло.
Та неохотно протянула ладонь:
— Здравствуйте.
— У Ван Се отличный вкус — раз выбрал такую красивую девушку, — улыбнулась Чэн Цянь, глядя на Ло Ло своими выразительными миндалевидными глазами с искренним восхищением.
Неловкость, которую до этого чувствовала Ло Ло, заметно рассеялась, и она заговорила:
— Не ожидала, что вы окажетесь подругой Цици.
— Да уж, мы с ней как небо и земля, — засмеялась Чэн Цянь, обнимая Сяо Цици за плечи с явной нежностью. — Но все три года старшей школы провели неразлучно.
Сяо Цици не отстранилась, лишь слегка пожала плечами, будто смиряясь с неизбежным.
— Кстати, Чэн Цянь, как ты здесь оказалась? — спросила Сяо Цици. Обычно Чэн Цянь либо уже на вечеринке, либо только что вышла из одной и спешит на следующую.
Как и следовало ожидать, Чэн Цянь пожала плечами:
— Ну, приехала в Наньчэн недавно — решила познакомиться с новыми людьми.
Под «людьми» она, разумеется, подразумевала тех, чьё положение в обществе было далеко не скромным.
Сяо Цици не испытывала к ним интереса и уже собиралась вернуться к своему коктейлю, как вдруг услышала:
— Не хочешь познакомиться, Цици?
— Нет, не пойду, — тихо ответила Сяо Цици.
— Да ладно тебе! — Чэн Цянь наклонилась и прошептала ей на ухо: — Там же Лао Хань и ещё трое-четверо. Тебе хотя бы стоит подойти и поздороваться.
Лао Хань тоже был одноклассником Сяо Цици. С тех пор как закончился выпускной экзамен, она даже на выпускную вечеринку не пришла. Услышав это, она на мгновение почувствовала лёгкое волнение.
Но всё же сказала:
— Лучше не буду.
Она всегда уставала от светских обязательств в этом кругу.
Чэн Цянь не стала настаивать и осталась с ней у барной стойки, попивая коктейль и переписываясь по телефону с кем-то.
Через некоторое время к ним подошли ещё несколько человек.
Сяо Цици подняла глаза — и замерла. Это были Лао Хань и его компания, которые уже улыбались ей и махали руками.
— Раз тебе не нравится общаться с теми людьми, давай соберёмся просто мы, — заботливо сказала Чэн Цянь.
*
Чэн Цянь заказала просторный кабинет на втором этаже у окна и с энтузиазмом потянула Сяо Цици туда.
Ло Ло, хоть и стремилась расширить круг знакомств, понимала, что вмешиваться в личную встречу друзей было бы неуместно. Она сказала Сяо Цици, что уходит, и, подхватив пьяную Янь Цзычэн, направилась обратно в общежитие.
— Не задерживайся слишком поздно, — напомнила она.
— Хорошо, — кивнула Сяо Цици.
Ло Ло ещё раз бросила на Чэн Цянь сложный взгляд. Та прищурившись обнимала Сяо Цици — всё выглядело совершенно нормально, без малейших подозрительных ноток. Ло Ло пришлось проглотить слова, которые собиралась сказать.
— До свидания, Цици. Пиши в любое время, — сказала она и, поддерживая Янь Цзычэн, вызвала такси и уехала.
В кабинете собралось человек пять-шесть. Чэн Цянь на этот раз не поскупилась и сразу заказала просторный кабинет с несколькими бутылками красного вина. Кондиционер мягко дул, а тёплый свет мерцал на стенах.
Лао Хань и остальные расспрашивали Сяо Цици о её жизни. Услышав про университет К, все были поражены.
— Университет К? Да это же унизительно! — Лао Хань не мог поверить своим ушам.
В старшей школе Сяо Цици была отличницей, постоянно входила в пятёрку лучших учеников всего города. На университет Ф ей хватило бы с избытком, а теперь она оказалась в каком-то захолустном вузе третьего сорта.
Значит, слухи правдивы — семья Сяо действительно пришла в упадок.
— Где бы ни учиться, главное — учиться, — легко ответила Сяо Цици. — К тому же мне нравится атмосфера в университете К. Все там… довольно самобытные и доброжелательные.
— Как можно учиться среди этой бездарной толпы? Нет, тебе срочно нужно переводиться, — стал уговаривать Лао Хань. — У твоей мамы ведь ещё остались связи. С таким баллом и её поддержкой…
— Лао Хань, — Чэн Цянь потушила сигарету и с лёгким презрением усмехнулась, — ты же знаешь, какой упрямый у неё характер.
— Я считаю, что мама права, и слушаюсь её, — Сяо Цици взглянула на Чэн Цянь и слегка нахмурилась.
— Прости, не следовало говорить плохо о твоей маме, но… — Чэн Цянь сидела рядом с Сяо Цици и повернулась к ней. — В этом вопросе она действительно не подумала о твоём будущем.
Сяо Цици продолжала хмуриться:
— Мне и правда сейчас хорошо. Вы слишком много думаете. Правда, не переживайте.
Её черты лица были мягкие, брови естественно изогнуты, губы слегка приподняты, но в этот момент выражение лица стало чуть более напряжённым.
Сяо Цици вдруг пожалела, что пришла.
Она сознательно ушла из этого круга, чтобы распрощаться с прошлым.
— Ладно, хватит об этом, — вмешался Лао Хань, стараясь сгладить ситуацию. — Мы так давно не виделись — давайте говорить только о приятном.
Чэн Цянь недовольно скривила губы, но не возразила и налила себе бокал красного вина.
— Цици, ты слышала, что на днях в Наньчэне снова вспыхнуло противостояние между двумя кланами «золотой молодёжи»? — начал Лао Хань. — Ух, какое зрелище!
— Да уж, — подхватил другой одноклассник. — В Ханчжоу всё так скучно: либо гулянки, либо учебные планы. Просто задыхаюсь от скуки.
Лао Хань и остальные стали рассказывать Сяо Цици городские сплетни, постепенно поднимая настроение.
Сяо Цици обычно мало интересовалась подобными новостями и знала лишь в общих чертах, что в Наньчэне действительно существовали два враждующих клана «золотой молодёжи».
Один состоял из избалованных богатеньких бездельников, полностью зависящих от родителей и не имеющих никаких целей в жизни. Типичные представители — студенты студенческого совета их университета К. Другой клан — это элита, воспитанная с детства в духе дисциплины и амбиций. Внешне они вежливы и культурны, но на самом деле смотрят на всех свысока. Кстати, Янь Юйфан тоже принадлежал к этому клану.
Хотя обе стороны презирали друг друга, границы между ними были чёткими, и серьёзных конфликтов не возникало. Одни называли других «ядовитыми опухолями», те в ответ — «отбросами».
Но в последние дни столкновения становились всё чаще.
— В их клане появился некий Сяо Жань, приехал из Пекина. Даже высокопоставленные чиновники Наньчэна не осмеливаются с ним связываться. Его группа теперь ходит с высоко поднятой головой, — Лао Хань, как всегда, с удовольствием рассказывал такие истории. — Хорошо ещё, что у нас есть Янь Юйфан, который может его сдержать. Иначе нам пришлось бы совсем туго.
— Семья Янь, хоть и не занимается политикой, является гигантом в электронной промышленности, — с неожиданным интересом добавила Чэн Цянь. — Говорят, сам он невероятно талантлив.
Сяо Цици, слушая, как они расхваливают Янь Юйфана, чуть не поперхнулась вином.
В детстве он так плохо играл в видеоигры, что это оставило у неё неизгладимое впечатление. Поэтому, услышав о его нынешних достижениях, она почувствовала лёгкое головокружение.
— Цици, ты нас слушаешь? — спросил Лао Хань, заметив, что она задумалась.
— Всё в порядке, — покачала головой Сяо Цици. — Просто кажется немного преувеличенным.
— Я тоже так думаю, — вмешался одноклассник. — Как и про этого Сяо Жаня из соседнего дома — разве они могут быть настолько могущественными, чтобы держать всё в своих руках?
Они ещё немного посокрушались, как раньше в Ханчжоу все были важными персонами, а теперь в Наньчэне приходится ходить с поджатыми хвостами и смотреть людям в рот.
Сяо Цици откинулась на диван и начала клевать носом от скуки.
В этот момент дверь кабинета внезапно распахнулась, и внутрь ввалилось человек пятнадцать.
Тот, кто шёл впереди, увидев Чэн Цянь, приподнял бровь:
— Чэн Цянь, вы тут тайком собираетесь? Это же совсем неуважительно ко мне.
Сяо Цици подняла глаза — и у неё закололо в висках.
«Как же так, — подумала она, — почему они все сюда пришли?»
*
Пятнадцать человек без церемоний ворвались в кабинет и заняли все свободные места, включая те, что были рядом с Сяо Цици.
— Так ты та самая героиня того крупного инцидента в Ханчжоу? — спросил один из них, прищурившись.
От него несло алкоголем и табачным дымом, и Сяо Цици, не выдержав, чуть отстранилась в сторону Чэн Цянь.
— Тянь Шао, Цици не любит вспоминать об этом. Давай оставим это, — вмешалась Чэн Цянь.
— Почему не вспоминать? Она же героически пожертвовала собой ради народа! Её имя должно жить вечно! — без стеснения заявил Тянь Шао.
Заметив, что лицо Сяо Цици побледнело, он усмехнулся:
— Ладно, не буду. Но выпить за знакомство — это же нормально?
— Я ухожу! — Сяо Цици резко вскочила, схватила сумочку и направилась к выходу.
Но её тут же схватили за руку.
— Не порти настроение!
Она обернулась и увидела, как Тянь Шао, оскалив зубы, с вызовом поднял подбородок:
— Я давно хотел с тобой подружиться, но твои родители слишком строго тебя охраняли. А теперь — самое время.
Он встал и, наклонившись к ней, спросил:
— Подумаешь?
На лице Тянь Шао даже появилось нечто вроде просьбы.
— Извините, мне нужно возвращаться в общежитие, — ответила Сяо Цици.
— Ха, — Тянь Шао фыркнул, и вся его притворная вежливость исчезла. Он кивнул своим друзьям, и те тут же плотно перекрыли дверь. — А если я не позволю тебе уйти?
Его тон стал высокомерным и властным, не терпящим возражений.
Сяо Цици опустила глаза на край стола, будто пытаясь собраться с мыслями и найти способ выбраться.
Тянь Шао смотрел на неё сверху вниз. Она выглядела такой послушной, с невероятно белой кожей, хрупкими руками и тонкими лодыжками. Особенно её лицо — с выражением сдерживаемого гнева — задело его за живое.
Он однажды видел Сяо Цици на званом вечере высшего общества. Она тогда играла на пианино — спокойная, нежная, и одного её вида было достаточно, чтобы почувствовать умиротворение.
Но когда он попытался подойти и заговорить, один взгляд отца Сяо заставил его отступить.
— Тянь Шао, хватит, — Чэн Цянь подошла и взяла Сяо Цици за руку.
— Цици редко выходит в свет и не привыкла к таким компаниям. Отпусти её, пожалуйста, — добавил Лао Хань и другие друзья.
— А если я скажу «нет»? — Тянь Шао уселся на диван, положив руки на подлокотники и прищурившись. — Отец Сяо был широко известен, и мы все так или иначе получали от него поддержку. Теперь, когда с ним случилась беда, разве не наш долг заботиться о его дочери?
Сяо Цици крепко сжала край одежды Чэн Цянь левой рукой.
Она изо всех сил сдерживала себя, но ей очень хотелось швырнуть что-нибудь прямо в лицо этому человеку.
С детства она была тихой и послушной, любимой всеми старшими. Но теперь она поняла: её прежняя кротость и покладистость были возможны только потому, что отец Сяо защищал её от всего зла мира. Его пухлое тело служило ей надёжным зонтом. А теперь, когда этот зонт исчез, она оказалась совершенно беззащитной.
Она пыталась заглушить боль с помощью работы и других отговорок, даже сознательно ушла из того круга, чтобы ни о чём не думать. Но правда оставалась правдой. Эмоции, накопленные за два-три месяца, наконец хлынули через край, одна волна сменяла другую.
http://bllate.org/book/2371/260552
Готово:
