Глава 2. Сначала оденься, а потом разговаривай!
—
После тяжелого похмелья, усугубленного действием снадобья, голова мужчины была тяжелой, а мысли – путаными. Вдобавок он получил сильный пинок в самое чувствительное место, отчего его черные брови, словно выписанные тушью искусным мастером, болезненно сошлись у переносицы.
Он медленно выпрямился, опираясь на руки, и только тогда увидел виновника своего падения. Маленький гер, закутавшись в одеяло так плотно, что стал похож на куколку шелкопряда, забился в самый дальний угол кровати.
Когда их взгляды встретились, Цзян Байлянь замер, глядя на эти строгие, холодные глаза, которые с нескрываемым изумлением сверлили его в ответ. Он лишь глупо приоткрыл рот, не в силах вымолвить ни слова.
Некоторое время в комнате царила тишина. Наконец Нин Муянь осторожно протянул к нему руку. Его длинные пальцы слегка подрагивали, и, увидев это, Байлянь внезапно очнулся.
«Он… он что, собирается меня ударить?!»
Байлянь резко дернулся, пытаясь уклониться от прикосновения: *Бух!*
Он не учел, что слишком туго замотался в одеяло. Одно неловкое движение – и он кубарем скатился с края кровати прямо на пол.
Несмотря на мягкое одеяло, удар вышел болезненным. Но именно эта острая боль окончательно протрезвила его: это не сон.
Оказавшись на полу, Байлянь увидел свои вещи, беспорядочно разбросанные по комнате. Его простая нижняя одежда и верхний халат перемешались с богатыми одеждами мужчины.
Щеки обожгло стыдом. Юноша торопливо высунул руки из кокона и подгреб к себе свою одежду, попутно отбросив чужие вещи обратно на кровать.
Мужчина на постели как раз хотел наклониться, чтобы проверить, не сильно ли расшибся Байлянь, но стоило ему высунуть голову, как в лицо ему прилетела охапка штанов и рубах.
Пока Байлянь под одеялом в панике натягивал одежду, в его голове бушевал вихрь мыслей. Он же был призраком! Как он мог внезапно очутиться в одной постели со своим не слишком-то близким мужем?!
Осмотревшись по сторонам и снова взглянув на прекрасного, как небожитель, мужчину, Байлянь осознал: эта обстановка…
Это же тот самый день в его юности, когда он впервые встретил Нин Муяня!
Не успел он до конца осознать случившееся, как его слух уловил торопливые шаги в длинном коридоре снаружи. Послышались приглушенные крики:
— Ищите быстрее! Если не найдем молодого господина Нина, нам всем не сносить головы!
Сердце Байляня пропустило удар. В прошлой жизни всё случилось именно так: под предлогом поисков Нин Муяня люди ворвались в комнату и застали их на месте. С этого момента его судьба изменилась бесповоротно.
Вспомнив прошлое, он почувствовал, как сердце сжалось, а во рту стало горько. Тот путь был слишком тяжелым. Богатство и почет – лишь красивая картинка для посторонних, а истинную горечь знал лишь тот, кто прошел через это сам.
В это мгновение Байлянь твердо решил: он не повторит прежних ошибок.
Пока он лихорадочно соображал, где спрятаться, сверху раздался голос:
— Ты не ушибся?
Байляню было не до того, чтобы гадать, почему этот «случайный муж» внезапно проявляет такую заботу. Он вскочил с пола:
— Сюда идут!
Завязывая пояса на ходу, он метался взглядом по комнате в поисках укрытия. Шаги и шум за дверью становились всё ближе, и паника накрывала его с головой. Сейчас он сам был похож на соблазнителя, который боится ответственности за содеянное.
В перерывах между метаниями он мельком взглянул на Нин Муяня, сидевшего на краю кровати. Взгляд того был странным – так смотрят на сокровище, которое было потеряно много лет назад и внезапно нашлось. В этом взгляде была неуверенность и какая-то отчаянная надежда.
Байлянь едва не задохнулся от возмущения. Ему было недосуг разбираться в странных взглядах этого человека. Он обливался потом от страха, а этот господин сидел как ни в чем не бывало и даже не шевелился! Если их поймают, репутация будет погублена у обоих.
— Ты… ты не можешь одеться поприличнее?! — Байлянь глянул на его крепкий обнаженный торс, покраснел и разозлился. — Не боишься, что у людей глаза загноятся от такого зрелища?
Услышав это, Нин Муянь медленно опустил взгляд на свое нагое тело и нахмурился, словно о чем-то раздумывая. Спустя мгновение он всё же начал неторопливо облачаться.
— Твоя фамилия ведь Нин, верно? Слышишь, тебя ищут! Если нас застанут в таком виде – это конец! Придумай же что-нибудь!
Байлянь злился и нервничал, стараясь при этом делать вид, будто они незнакомы. Комната казалась пустой, словно из нее специально убрали всё, где можно было бы спрятаться. Слыша, как голоса приближаются, он закусил губу и решительно распахнул окно.
— Что ты задумал? — Нин Муянь, как раз надевавший верхнюю одежду, увидел, что маленький гер собирается прыгнуть в окно, и тут же поднялся с кровати.
Байлянь еще раз оглянулся на него. Рассыпанные по плечам волосы, статная фигура… Даже в таком хаосе молодой господин Нин сохранял благородную осанку аристократа.
Гер тряхнул головой, прогоняя наваждение. Он больше не был тем невежественным и наивным юношей, который пускал слюни на красивое лицо. Красотой сыт не будешь и в мороз не согреешься.
— Прошу господина не проговориться о случившемся. Это останется только между нами. Я обещаю, что не буду искать выгоды и не явлюсь к вам на порог, чтобы требовать признания.
Услышав, как отчаянно юноша пытается разорвать с ним связь, Нин Муянь помрачнел:
— Ты – честный гер из порядочной семьи. Раз такое случилось, я должен…
Байлянь грубо перебил его:
— Не нужно винить себя, господин. Считайте, что это я вами воспользовался!
Увидев, что мужчина не только не согласился, но и стал выглядеть еще мрачнее, Байлянь занервничал. Времени на споры не было. Раз «хорошие слова» не действуют, он решил сменить тактику и перешел к угрозам.
— Если ты кому-нибудь расскажешь, я…
Нин Муянь сделал шаг к нему, нависая тенью:
— Что ты?
Байлянь запнулся. Перед ним – влиятельный чиновник с блестящим будущим, а он – простой деревенский гер без связей. Чем он может угрожать? Подумав секунду, он решил притвориться грубияном:
— Я… я по всему городу раззвоню, что ты немощен в постели! Испорчу твою репутацию, и посмотрим, кто из знатных барышень или молодых господ тогда за тебя пойдет! Мне терять нечего, я человек простой!
Нин Муянь изменился в лице и едва не споткнулся о собственную одежду, лежавшую на полу. Пока он подбирал слова для ответа, Байлянь, ловкий как лисенок, уже вскарабкался на подоконник и выпрыгнул наружу.
Мужчина бросился к окну, сжимая в руках одежду, и отчаянно крикнул:
— Цзян Байлянь!
Но тот уже бежал прочь со всех ног. Байляню показалось, что вслед ему донеслось какое-то яростное рычание, но он не стал прислушиваться. Наверняка господин разозлился на его бесстыдные слова.
На душе было немного тревожно, но при мысли о горьких годах в поместье семьи Нин решимость вернулась. Лучше пусть господин его возненавидит и даже не думает «нести ответственность». Нет связи – нет проблем.
Добравшись до оживленной улицы, Байлянь наконец остановился, уперся руками в бока и перевел дух. Глядя на городскую суету, он почувствовал, как по лицу разливается радость.
Магазины открывались, торговцы зазывали покупателей – эти звуки казались ему самой прекрасной музыкой. Байлянь во все глаза смотрел на эту жизнь, от которой был отрезан столько лет.
Затем он поднял свои руки. Его руки, изможденные годами труда, не были гладкими, но это были живые, крепкие руки молодого человека.
Он пробыл призраком столько лет, не попал в загробный мир, не пил суп Мэн По*… Он не понимал, почему ему не давали переродиться, ведь он не был злодеем. Оказалось, небо сжалилось над ним и дало шанс всё исправить.
[*Суп Мэн По (Meng Po Tang) — это легендарный «суп забвения» в китайской мифологии, который душа должна выпить перед перерождением. Его подает старуха Мэн По на мосту Найхэ в подземном мире, чтобы душа забыла свою прошлую жизнь, радости и горести, прежде чем войти в новую.]
Только вот… Радость на его лице сменилась тенью. Почему, ну почему это случилось именно в тот день, когда он лишился невинности? Неужели небеса обеднели бы, верни они его всего на пару часов раньше!
Поникнув и ссутулившись, он побрел к выходу из города.
—
Примечание автора:
Нин Муянь: «Почему Сяо Цзян играет не по сценарию?!»
—
http://bllate.org/book/15039/1329132
Готово:
