День 5-й 21:28
С успехом закончив раскрашивать пёстрого кролика, Бубу удовлетворённо подул на бумагу, отдал детский сотовый телефон Сун Жаню, а сам побежал в ванную мыть руки. Увидя, что трон опустел/соперник покинул трон, Бу Доудоу не стал медлить ни секунды – он стремительно втиснул своё крупное тело в объятья Сун Жаня и свернулся в большой и пышущий жаром меховой комок.
– Го… Господин Хэ, – взяв мобильный телефон, Сун Жань начал заикаться с первого же слова. – Как тебе спалось?
Хэ Чжиюань открыл занавески на окнах, позволяя утреннему солнечному свету хлынуть в комнату. Ему открылся вид на двор с аккуратно подстриженной лужайкой и кустарников в полном цвету; бегущая по ограде белка остановилась на полпути и повернула голову в сторону окна.
Мужчина был в отличном настроении.
– Я спал очень хорошо. А ты?
Сун Жань потрепал кошачьи уши.
– Я... тоже очень хорошо спал.
Просто ночью кое-что произошло – ты мне приснился. Хотя это был только расплывчатый силуэт со спины… даже просто смотреть на твою спину было невыносимо.
Сун Жань не осмелился сказать это вслух, но его сердце так сильно трепетало, что, качнув кадыком вверх и вниз, он непроизвольно сглотнул, издавая отчётливый звук. Услышав его, Хэ Чжиюань тихо рассмеялся:
– Похоже, тебе снилось что-то вкусненькое?
– Э-э-э… Мне снился… краб.
Сун Жань сказал первое, что пришло ему в голову.
Хэ Чжиюань:
– Ты любишь есть крабов?
– М-м-м.
На самом деле это не было ложью. У Сун Жаня был специфический вкус – ему нравились морепродукты в панцире.
Затем Хэ Чжиюань спросил:
– Каких больше любишь: китайских мохнаторуких или камчатских крабов?
– Ни тех, ни других, предпочитаю обычных крабов-плавунцов, – ответил Сун Жань. – Мясо мохнаторукого краба слишком жирное и скользкое, мне такое не нравится.
В любом случае, у него не часто появлялась возможность съесть его.
Каждую осень в сезон крабов повсюду на рынке появлялись ценники «100 юаней за цзинь*», которые пугали Сун Жаня и заставляли его отступать от прилавка на десять шагов. Простому художнику, который зарабатывал всего три-четыре тысячи в месяц, с трудом хватало денег на простую еду. Что уж говорить о таких деликатесах, как крабы… Самое большее, что он мог позволить себе – просто смотреть на них.
(* Цзинь – мера веса, примерно равная 500 грамм)
Хэ Чжиюань запомнил его предпочтения, а затем предложил:
– В торговом центре Хешэнхуэй недавно открылось новое заведение, где подают крабов. Когда я вернусь, то выкрою день, чтобы сводить тебя туда.
– А? – Сун Жань был приятно удивлён. – Нет, нет, как я могу заставлять тебя тратить деньги на меня? Это уже слишком.
Хэ Чжиюань был совершенно не против потратиться на него, кроме того полноценный обед в крабовом ресторане обошёлся бы ему всего лишь в тысячу с лишним юаней, что не было для него значительной тратой. Так что Хэ Чжиюань парой предложений быстро подтвердил эту договоренность, не дав Сун Жаню даже шанса отказаться во второй раз. Только он собирался спросить, что ещё нравится парню, как в трубке послышался топот тапочек по полу, за которым раздался мягкий голос Бубу:
– Гэгэ, я помыл два яблока, одно большое и одно маленькое. Ты хочешь то, что в левой руке или в правой?
Немного подумав, Сун Жань ответил:
– То, что в правой.
Бубу захихикал.
– В правой маленькое, а в левой большое. Гэгэ, ты такой невезучий. Попробуй ещё раз!
Поэтому Сун Жань снова попробовал угадать:
– Тогда то, что в левой.
– Ты угадал, так что держи! – Бубу радостно добавил. – Гэгэ съест большое, а Бубу – маленькое. Так будет правильно!
После этого Хэ Чжиюань услышал, как хрустит надкушенное яблоко, сначала приглушённо, а затем звук стал намного чётче, как будто кто-то нарочно приблизился к динамику, хвастаясь, каким хрустящими и сладким был фрукт.
– Папочка, ты это слышал? – радостным голосом сказал Бубу. – Мы с гэгэ едим яблоки. Тебя нет дома, значит, тебе ничего не достанется!
Я отсутствую всего несколько дней, а ты уже научился дразнить меня?
Хэ Чжиюань подумал, что это даже забавно. Сун Жаню тоже было весело, но он всё же протянул руку и ткнул пальцем в щёчку Бубу:
– Не обижай папу
– Хорошо...
Бубу кивнул, откусил ещё один большой кусок яблока, а затем заёрзал своей маленькой попкой, желая потеснить рэгдолла с императорского трона. Разгневанный император Бу Доудоу обнажил свои острые когти и вонзил их в пижамные штаны Сун Жаня с недовольным мяуканьем. В конце концов кот проиграл этот неравный бой в разных весовых категориях, и Бубу своим задом спихнул его в кучу подушек.
Когда на часах пробило девять пятьдесят, Бубу и Бу Доудоу уже помирились и вместе играли на ковре, перекатывая друг другу шарик с колокольчиком внутри, отчего весь дом был наполнен переливчатым звоном.
Расстелив на столе лист бумаги для рисования, Сун Жань начал болтать с господином Хэ на новую тему – о своей профессии.
Основываясь на своём жизненном опыте, Хэ Чжиюань предположил, что этот молодой человек, который превосходно ухаживает за детьми и рисует, работает учителем рисования в начальной школе.
Быстро набросав эскиз рисунка у себя в голове, Сун Жань с улыбкой опроверг это:
– Было бы хорошо, если бы у меня была такая стабильная работа, но, к сожалению, её нет. Я иллюстратор, рисую иллюстрации к детским книгам сказок. Мой доход не слишком стабильный – иногда его хватает, иногда нет. Думаю, меня с трудом можно назвать фрилансером.
– Это звучит так согревающе и интересно, – Хэ Чжиюань спросил. – А почему ты вообще решил этим заниматься?
Кончик кисти Сун Жаня остановился, когда он начал вспоминать вслух:
– В моей семье было много младших братьев и сестер. Много детей – это не только весело, но и хлопотно тоже. Им нравилось рассматривать книжки с картинками, но у наших родителей не было денег, чтобы покупать их в большом количестве, поэтому дома было всего несколько книг, которые читались по очереди, а те бедняжки, кто не мог дождаться книги, даже дрались за них. Как самый старший в семье, я мог самостоятельно ходить в книжный магазин, поэтому начал копировать новые книжки с картинками. Малыши садились вокруг меня, я рисовал, а они читали вслух. Со временем я заметил, что у меня есть некоторый талант в этой области, так что я просто сделал это своей профессией.
На самом деле этот жизненный опыт был очень горьким и далеко не таким приятным, каким мог показаться по словам Сун Жаня, но спустя долгое время тот нашёл в нём свои положительные стороны и относился к нему, как к обычной семейной истории.
Представив Сун Жаня, окружённого группой малышей, Хэ Чжиюань подумал, что эта картина выглядит настолько естественной и правильной, словно этот молодой человек был рождён, чтобы быть частью живой и весёлой толпы детей.
Любопытство мужчины возросло, и он продолжил спрашивать:
– А потом где ты учился рисовать? В городской художественной академии?
– Я…
Сун Жань застыл, не зная, как ему ответить.
Городская художественная академия?
Этот высочайший храм искусства для него всегда был недосягаемым.
Сун Жань закончил только неполную среднюю школу, его базовые навыки живописи были слабыми, а багаж теоретических знаний близился к нулю. Бесценное для приютских детей умение рисовать ничего не стоило в профессиональной среде. Первые два года своей карьеры он провёл в окружении группы художников с академическим образованием, и его работы часто отвергались.
Сейчас ситуация немного улучшилась. В большинстве случаев его работы говорили сами за себя, но в определённых ситуациях отсутствие образования по прежнему оставалось невосполнимым недостатком. Помимо отсутствия родителей, это было одной из немногих причин, по которым он чувствовал себя неполноценным.
Рядом с редакцией находилась средняя школа, и каждый раз, когда Сун Жань отправлялся сдавать свою работу и видел проходящих мимо подростков в школьной форме, что смеялись и болтали друг с другом, он не мог не завидовать им.
– Я... я не закончил художественную академию и формально не учился рисовать, – Сун Жань был немного взволнован. – Я брал несколько уроков у одного старого художника, но в основном я самоучка.
По телефону Хэ Чжиюань не смог уловить тонкие изменения в его эмоциях и просто предположил, что Сун Жань, найдя занятие, которое ему интересно, помимо освоения основной специальности, выделил время для изучения живописи. Так что мужчина в нескольких фразах похвалил его за смелость.
Парень сухо улыбнулся и ответил:
– Спасибо, я старался.
Но он чувствовал накатывающую волнами слабость и больше не мог продолжать рисовать, поэтому ему пришлось отложить кисть в сторону.
Боясь, что продолжая копаться в его тёмном прошлом господин Хэ задаст вопросы, на которые он не сможет ответить, молодой человек поспешно перевёл тему разговора на него самого, спросив:
– А что насчёт тебя? Ты можешь создать такого робота, как mini Q, так что, по крайней мере, у тебя должна быть... хм-м-м… степень магистра, верно?
Он упомянул степень, которая в его представлении являлась наиболее высокой.
Хэ Чжиюань улыбнулся.
– Почти. У меня докторская степень в области искусственного интеллекта.
– Э-э-э, это… Это удивительно!
Я о таком даже не слышал.
Неловко выразив своё восхищение, Сун Жань умолк. Теперь он чувствовал себя ещё более подавленным.
Между мной и господином Хэ действительно огромная пропасть.
Заметив, что разговор на тему карьеры идёт не слишком гладко, Хэ Чжиюань предложил:
– Давай поговорим о чём-нибудь другом? Например, что вы с Бубу планируете делать в выходные? Чем собираетесь заняться завтра?
– Конечно! – Сун Жань оживился. – Я хочу сводить Бубу в «Долину радости»*. Можно?
(* «Долина радости» – сеть парков развлечений)
Хэ Чжиюань с лёгкостью согласился.
Прошло уже много времени с тех пор, как он водил Бубу в парк развлечений. Поскольку Сун Жань был готов взять на себя все родительские обязанности и сопровождать Бубу, чтобы тот радостно играл целый день, его отец, естественно, не стал возражать.
– Подожди немного, я куплю вам билеты.
Сун Жань поспешно сказал:
– В этом нет необходимости, Линь Хуэй уже купила билеты.
– Линь Хуэй?
Хэ Чжиюань неосознанно нахмурился.
– Ну, в качестве компенсации за вчерашнюю ошибку, она купила нам билеты, – объяснил Сун Жань. – Ты не против, если завтра она пойдёт с нами?
На лице Хэ Чжиюаня промелькнула тень недовольства. Эта новость заставила его невольно почувствовать дискомфорт.
Честно говоря, он был против.
Дело не в том, что Хэ Чжиюань злился или предвзято относился к Линь Хуэй. В его возрасте он перестал был настолько мелочным, чтобы придираться к юной девушке, которая только начинает взрослую жизнь; на самом деле его заботило лишь собственное отсутствие.
Сун Жань ведёт Бубу в парк развлечений. Если им обязательно нужен третий человек для сопровождения, то, совершенно очевидно, что это должен быть я. Я отец Бубу и друг Сун Жаня, так что было бы правильным, если бы они пошли со мной.
Намерения Линь Хуэй «компенсировать ошибку» сами по себе были благими, но они порождали раздражающее чувство посягательства на его «территорию».
Ещё больше его раздражало то, что он находился далеко за океаном и не мог быть в двух местах одновременно. Хэ Чжиюань прекрасно понимал, что потерянную «территорию» невозможно вернуть.
– Господин Хэ? – Сун Жань несколько раз подряд окликнул его, а затем с надеждой в голосе спросил. – Я прослежу за безопасностью Бубу и не позволю ему кататься на опасных аттракционах. Линь Хуэй также поможет мне присмотреть за ним. Можно?
Хэ Чжиюань неохотно выдавил:
– Конечно, идите повеселитесь. Не забудь сделать много фото.
В конце беседы он почувствовал, что его степень участия в происходящем недостаточно велика, поэтому напоследок дал родительское наставление:
– Сам тоже не ходи на слишком опасные аттракционы, особенно на башню свободного падения и американские горки. Оборудование уже не новое, так что вероятность несчастного случая довольно высока. Завтра утром я попрошу сотрудников компании прислать машину, чтобы отвезти вас. После обеда возвращайся с Бубу домой пораньше и первым делом позвони мне. Всё запомнил?
Сун Жань молча держал в руке сотовый телефон, чувствуя прилив тепла в сердце.
Возвращайся домой пораньше и первым делом позвони мне…
Такие слова парень раньше слышал только в телесериалах. Он полагал, что это просто актёрские реплики, и что в жизни никто не выражает своё беспокойство таким образом, однако Хэ Чжиюань повторил их слово в слово.
Это было очень трогательно.
Сун Жань кивнул и пообещал:
– Господин Хэ, я вернусь домой пораньше.
http://bllate.org/book/13825/1220197
