В порту.
У грузчиков и лодочников в порту до конца смены оставалось время на одну чашку чая(п\п: примерно четверть часа).
Те, у кого не было работы, собрались вместе и обсуждали, в какой ларёк пойти на обед.
— Говорят, появилась новый ларёк с едой, готовят лепёшки невероятно вкусно. Может, попробуем?
— Я вчера видел, как лодочники их ели, запах был просто божественный.
— У лодочников зарплата высокая, а мы, грузчики, надрываемся за гроши. Эти лепёшки слишком дорогие, пять вэнь за штуку, я не могу себе позволить.
— Пять вэнь за одну... Я за день за паровые булочки и простую еду трачу меньше пяти вэнь.
— Даже не мечтайте. Лучше подумайте, сколько груза сегодня перетащим. Сейчас мало сельхозработ, грузчиков расплодилось, все рвутся на работу. Вчера я заработал на несколько вэнь меньше, чем обычно. Раньше, закончив здесь, я мог пойти на другую торговую лодку подработать. А сейчас на других судах уже полно грузчиков.
— Хватит жаловаться, берегите силы, чтобы больше мешков перетаскать — вот что важно.
— Силы-то небезграничны. Думаешь, все как Вэй Лэй и компания — силачи? Среди нас они зарабатывают больше всех.
Эти грузчики были крестьянами из нескольких деревень к югу от уездного города, все они работали в порту носильщиками.
Вэй Лэй тоже работал в порту. Он подружился с тремя рослыми парнями, работая там. Один был из его деревни, двое других — из соседних.
Вчетвером они были сильными и с огромным аппетитом. Чтобы сэкономить, обычно питались паровыми булочками и простой едой. Сегодня один предложил купить лепёшек — вчера он видел, как другие ели их, те лепёшки были сдобные, с ароматной пастой, так и хотелось попробовать.
Вэй Лэй не возражал. Каждый день он отдавал домой двадцать вэнь — столько, по его словам, составляла его зарплата, а излишки припрятывал. Так что у него, пожалуй, денег было даже больше, чем у остальных.
Когда Вэй Лэй и другие пришли, Вэй Чэн был занят по уши.
— Вэй Лэй, да это же Вэй Чэн! Оказывается, это он продаёт лепёшки! — Вэй Юли очень удивился, увидев Вэй Чэна за торговлей.
Вэй Лэй тоже увидел. Значит, бизнес Чэн-цзы — это продажа лепёшек. Судя по длинной очереди, дела шли неплохо.
— Вы знаете того, кто продаёт лепёшки? — спросил Ли Хэ, шедший с ними.
Вэй Юли сказал:
— Не просто знаем, мы из одной деревни!
— Ваш односельчанин молодец, с таким умением. Смотри, какая очередь, сколько же он продаёт за день. — У Пинлаю не мог скрыть зависти.
Увидев, как Вэй Чэн безостановочно работает, Вэй Лэй подошёл к нему, не слушая, о чём говорят остальные.
— Чэн-цзы, давай я помогу тебе заворачивать.
Вэй Чэн взглянул и сразу спросил:
— Лэй-цзы, как ты здесь оказался?
Вэй Лэй взял запасные щипцы и стал заворачивать лепёшки:
— Я в порту грузчиком, сейчас перерыв, пришёл поесть.
— Поесть? Я угощу тебя лепёшкой с яйцом, подожди немного.
Вэй Лэй поспешно сказал:
— Не надо, я сначала помогу тебе.
— Ладно, тогда собирай деньги, а я потом угощу тебя обедом.
Вэй Чэн и правда был слишком занят. Сегодня народу было ещё больше, чем вчера, все торопили, не было даже времени перевести дух. Иногда он не успевал следить, заплатили ему или нет. С помощью Вэй Лэя, который заворачивал лепёшки и собирал деньги, ему не приходилось одновременно готовить и отвлекаться на расчёты — это было утомительно.
Вэй Юли пришёл поздороваться, но Вэй Чэн был слишком занят, чтобы уделить ему внимание, и просто предложил им самим налить себе супа. Что касается лепёшек, пришлось встать в очередь — при стольких людях он не мог позволить им пройти без очереди.
Вэй Юли был тактичным человеком. Его отношения с Вэй Чэном ограничивались тем, что они односельчане, и он уже обрадовался, что тот предложил суп. Налив три порции, он пошёл в очередь. Ли Хэ взял промасленный пакет с благодарностью, а У Пин, стоя в очереди, пробормотал:
— Говорит, односельчанин, а даже без очереди пропустить не может.
Вэй Юли:
— Мы с Вэй Чэном не близки, а он ещё и супом угостил — уже хорошо.
У Пинлай:
— Разве суп не бесплатный при покупке лепёшки? Раз мы будем покупать лепёшки, разве не получим суп? Он просто тебя не уважает.
Вэй Юли был косноязычен. Ему не понравились слова У Пинлая, но он не хотел ссориться и промолчал. Зато Ли Хэ проявил здравомыслие:
— В котле супа немного, если бы мы ждали своей очереди, его бы точно не хватило. Твой односельчанин позволил нам налить заранее, это только благодаря тебе.
Когда они наливали суп, они слышали, как впереди стоящие ворчат, что супа стало на три порции меньше, тем, кто сзади, не достанется. Другие говорили, что хозяин молодец — землякам позволил суп налить заранее. А некоторые даже говорили, что хозяин явно действует в личных интересах.
Но Вэй Чэн парировал:
— Супом я угостил друзей. Разве я как хозяин, не могу угостить своих?
Те, у кого были возражения, не могли сказать «нет». В конце концов, суп принадлежал хозяину, поэтому для него было естественно угощать своих друзей.
А когда очередь дошла до Вэй Юли и его товарищей, супа уже не было, но Вэй Чэн положил в их лепёшки по яйцу, хотя они заказали без них.
Вэй Юли и Ли Хэ радостно поблагодарили — с яйцом стоило на вэнь дороже, так они сэкономили вэнь. У Пинлай тоже поблагодарил, но в душе думал: «За что благодарить? Ему итак следовало знакомым давать больше».
Вэй Лэй велел троим идти назад, а сам остался помогать.
Вэй Юли ушёл первым.
***
Лодочники закончили работу. Лу Дашань и другие поспешили к ларьку. За ними шла целая группа — вчера они пробовали у Лу Дашаня пасту и она им понравилась. Цена была немного высокой, но хотя бы в плавании можно было вкусно поесть.
Прохожие, видя, как они идут, думали, что происходит что-то интересное, и шли посмотреть.
Увидевшие думали, что они идут скандалить, не зная, что те спешат купить пасту и острое масло.
Группа Лу Дашаня шла так решительно, что некоторые клиенты Вэй Чэна подумали, будто они пришли устраивать ему неприятности, и многие разбежались.
Вэй Чэн:
— ...
Вэй Лэй подумал, что Чэн-цзы кого-то обидел, и с беспокойством сказал:
— Чэн-цзы, их много, нам вдвоем не справиться. Если начнётся драка, ищи возможность сбежать. Ларек бросай, деньги сначала спрячь.
Вэй Чэн:
— ...
После объяснений все поняли, что эти люди пришли не за дракой, а купить пасту и острое масло.
Парни из группы Лу Дашаня, поняв, что распугали клиентов ларька с лепёшками, смущённо извинились и сказали, что тоже купят лепёшек — раз другие разбежались, им как раз хватит.
Вэй Чэн закатил глаза и поручил Вэй Лэю продавать пасту и острое масло, сказав ему цены. Весы он одолжил у соседнего ларька, заплатив два вэнь за услугу.
Когда клиенты поняли, что это была ложная тревога, они снова встали в очередь за лепёшками. Некоторые ворчали, что они купили раньше них, а один уже почти дошёл до очереди, и теперь пришлось ждать заново.
Любопытные прохожие и люди, выходившие из закусочных, узнали, что здесь есть такой вкусный ларек с лепёшками, и желающие встали в длинную очередь.
Лепешки у Вэй Чэна распродались чуть больше чем за час. Сегодня он привез больше, чем вчера, но всё равно всё кончилось, и оставшиеся без покупки клиенты ушли недовольные и расстроенные.
Те лодочники купили более десяти цзинь пасты, что он привез, и пять цзинь острого масла. Вчера лишь несколько клиентов смогли купить немного.
— Хозяин, завтра не забудь привезти пасту на продажу, этого мало.
— ...
Когда клиенты разошлись, Вэй Чэн сделал оставшуюся лепёшку для Вэй Лэя.
Он же обещал угостить лепёшкой, как же мог всё продать?
Вэй Лэй не церемонился — они же братья, взял лепёшку и стал есть. Простояв у ларька и надышавшись ароматом, он давно хотел попробовать. Действительно вкусно.
— Чэн-цзы, твоё умение — настоящий сюрприз. — Ещё вкуснее, чем тот завтрак на свадьбе.
— Давай найдём где можно присесть.
Вэй Чэн попросил соседнего торговца присмотреть за тележкой, и тот поспешно согласился, потому что Вэй Чэн пообещал завтра угостить его лепёшкой.
Они пошли в закусочную с лапшой. Там подавали суп с лапшой, жареные блюда и кашу. Вэй Чэн предложил Вэй Лэю заказывать, а себе взял только холодный чай. Вэй Лэй заказал миску супа с лапшой — одной лепёшки ему было недостаточно.
Вэй Лэй:
— А ты почему только холодный чай пьёшь? Не голоден?
— Мой фулан приготовил обед, конечно я оставлю место, чтобы поесть дома. — В глазах Вэй Чэна читалось явное хвастовство: у него есть фулан, который готовит, разве уличная еда может сравниться с домашней?
Вэй Лэй:
— ...
Он подумал, что друг изменился после женитьбой. Стал менее замкнутым и неуклюжим, более энергичным, и говорил увереннее.
Ему тоже захотелось жениться — может, и он станет увереннее. Хотя он обычно молчалив и немногословен, и когда молчит, кажется спокойным и уверенным, но перед теми, кого выше по положению, теряется.
Они с Юань-цзы раньше беспокоились о средствах к существованию Чэн-цзы. Но теперь бизнес у Чэн-цзы идёт так хорошо, ещё и женился, жизнь наладилась. Наверное, им с Юань-цзы уже стоит подумать, как бы заработать денег на женитьбу.
Думая о семье и женитьбе, он понимал, что не сможет жить спокойно, пока не уйдёт из семьи.
— Лэй-цзы, сколько ты зарабатываешь в порту за день?
— Если есть работа, максимум сорок вэнь, обычно тридцать, а в плохие дни — чуть больше десяти. А что?
— Я думаю арендовать лавку. В тележке много инструментов, каждый день нужно таскать, поднимать, ещё разбираться с оплатой. Мне нужно нанять одного человека, хотел найти знакомого. У Юань-цзы дома много работы в поле, хочу предложить тебе, не хочешь прийти и помочь мне?
Вэй Чэн планировал арендовать лавку, расширить ассортимент еды. Сейчас бизнес шёл бойко, не было опасений, что еда не будет продаваться. В лавке был каменный навес, можно было натянуть тенты, расставить столы и стулья, не боясь ни солнца, ни дождя.
Он задумался об этом ещё и потому, что фулан хотел помогать ему торговать с тележки. У нее не было крыши, в полдень солнце палило нещадно. Если бы он один целый день стоял на солнце — ничего, но если бы его фулан обгорел, он бы не выдержал сердечной боли.
Вэй Лэй на мгновение задумался, затем сказал:
— Если ты считаешь, что я справлюсь, у меня нет проблем. — Где бы ни работать, уж лучше помогать Вэй Чэну.
— Хорошо, тогда договорились. Зарплата точно будет выше, чем у грузчика.
— Твой бизнес с едой приносит так много? — Выше прежней зарплаты — значит, не меньше пятидесяти вэнь в день? Это очень высокая ставка. Если бы он получал пятьдесят вэнь в день, жизнь стала бы гораздо комфортнее.
Вэй Лэй, пошутил:
— Не боишься, что нанимая меня, будешь работать в убыток?
Вэй Чэн ответил:
— Не волнуйся, твой брат никогда не ведёт убыточный бизнес.
— Приходи помогать завтра утром, завтрак и обед я предоставлю, оплата пятьдесят вэнь в день. После полудня в основном работы уже не будет. — Он предполагал, что лепёшки распродадутся к полудню.
Вэй Лэй:
— ...
Пятьдесят вэнь зарплаты! Он уже думал, как будет усердно трудиться каждый день, стараясь делать больше, а оказалось, работать всего-то полдня.
Неужели Чэн-цзы назначил такую высокую зарплату только из-за их братских отношений?
Когда он начал работать, то понял: зарплата у Чэн-цзы и правда высокая, но и выручка большая.
Дома.
Вэй Чэн спешил домой на обед, ещё нужно было приготовить то, что просил управляющий Ван.
Чжоу Юань, узнав, что все лепёшки проданы, и держа в руках кошелёк с деньгами, чувствовал себя не в своей тарелке.
Если бы каждый день продавать так много, за месяц набежало бы несколько десятков лянов?
Разве серебро всегда было так легко заработать?
На душе у него было неспокойно.
Вэй Чэн:
— Что случилось? Выражение лица такое напряжённое.
Чжоу Юань:
— Я думаю, не слишком ли легко даются эти деньги? На душе неспокойно.
Вэй Чэн рассмеялся:
— Как это может быть лёгко? Каждый день встаёшь затемно, трудишься целый день, чтобы заработать один лян серебра — разве это много?
Такая скорость заработка, возможно, шокировала древних людей, но для него, привыкшего много зарабатывать , она была медленной, и он считал её недостаточной.
— Мало?! — Требования его мужа были слишком высоки! Один лян в день, тридцать лянов в месяц — он никогда не видел, чтобы кто-то так легко зарабатывал. Ему казалось, будто он во сне — нашёл мужа, который так хорошо умеет зарабатывать и дома накопления только растут.
Он и представить такого не мог.
— Когда откроем лавку, привлечём ещё больше клиентов, тогда заработок будет больше нынешнего. Неужели ты и тогда будешь считать это чрезмерным?
Чжоу Юань с удивлением спросил:
— Мы открываем лавку?
Вэй Чэн:
— Нужно открывать лавку. Ассортимент дома слишком скудный. Если долго есть лянпи и лепёшки, клиентам надоест, тогда покупателей станет меньше, и столько денег уже не заработать. С лавкой можно готовить больше блюд, чтобы удерживать клиентов.
Чжоу Юань подумал: клиентов нужно удерживать, значит, лавку надо открывать.
— Я подготовил плоды для лянфэнь. Завтра я смогу помочь тебе с лотком?
— Сегодня в порту я встретил Лэй-цзы и нанял его. Пятьдесят вэнь в день, завтрак и обед у нас дома. Приготовление еды и мелкие домашние дела поручаю тебе, тяжёлую работу сделаем я и Лэй-цзы. С лотком мы справимся сами.
Чжоу Юань:
— ...
Пятьдесят вэнь в день, почему бы не дать заработать ему?
Однако Чжоу Юань никогда не перечил решениям мужа. В конце концов, дома не было недостатка в деньгах, каждый день зарабатывали так много, и платить пятьдесят вэнь зарплаты было не сильно накладно.
Тем более Вэй Лэй был близким другом его мужа.
— Позже мне нужно сходить во внутренний город, пойдём со мной.
Вэй Чэн хотел взять фулана с собой, чтобы тот увидел больше. Он не собирался держать его взаперти, а хотел, чтобы Чжоу Юань шёл с ним плечом к плечу.
Семья Цао была знатной и богатой, и всё внутри определённо могло расширить кругозор.
***
Получив уведомление от слуги, управляющий Ван внутренне удивился: Вэй Чэн привёл с собой гэра.
Он наводил справки о происхождении Вэй Чэна, знал, что тот женился на гэре, и, вероятно, тот, кто пришёл с Вэй Чэном, был его фуланом. Он подумал, что этот Вэй Чэн неразумен — явиться в усадьбу Цао и привести с собой своего гэра.
В мыслях управляющего Вана зрела уверенность: независимо от того, купят ли они ингредиенты для лянфэнь или нет, в будущем, если понадобится, можно послать слугу за покупкой, а его самого пускать не стоит.
Для управляющего Ван Вэй Чэн стал человеком, с которым лучше не иметь дела. Вэй Чэн не знал об этом, а даже если бы знал, ему было всё равно. Сейчас он был очень занят — успокаивал Чжоу Юаня. Тот, войдя в усадьбу Цао, даже через боковой двор, был сражён поведением слуг и роскошью усадьбы, чувствовал себя скованно и шёл осторожно, боясь кого-то обидеть.
Вэй Чэн же видел здания, подобные императорскому дворцу, поэтому усадьба Цао в его глазах была просто поместьем с садом. В его взгляде не было и тени скованности, ни капли осторожности. У него даже были силы по дороге показывать фулану садовые пейзажи и просвещать его тихим шёпотом. Он не был настолько глуп, чтобы показывать пальцем и болтать чушь при слугах Цао.
Внимание Чжоу Юаня переключилось, и он постепенно расслабился.
Под тихими пояснениями Вэй Чэна у него даже проснулась жажда знаний, и кругозор расширился.
Когда Вэй Чэн и Чжоу Юань предстали перед управляющим Ваном, ни у кого из них не было вида невежественных деревенских, они не выглядели скованными и напряжёнными.
Управляющий Ван почувствовал меньше неприязни к Вэй Чэну, его мнение изменилось. Но первые же слова Вэй Чэна заставили его лицо скривиться.
— Здравствуйте, управляющий Ван. Это мой фулан. Сегодня я привёл его, потому что подумал: раз уж мы в усадьбе Цао, а мы, супруги, никогда не видели благородной роскоши знатных семей, раз представился случай, пусть и фулан посмотрит и расширит кругозор. Если мы проявили бестактность к вашей усадьбе, прошу прощения.
Управляющий Ван:
— ...
Как ты посмел это сказать?! Не боишься, что тебя вышвырнут?
Управляющий Ван повидал разных людей — мошенников, подхалимов, ищущих связи... Но впервые столкнулся с таким эксцентричным человеком, как Вэй Чэн, с таким прямым и честным взглядом.
Управляющий Ван действительно не мог понять Вэй Чэна.
Не тратя времени, управляющий Ван повёл Вэй Чэна на кухню, чтобы тот приготовил лянфэнь из сырья. Вэй Чэн готовил, а повар учился рядом.
Приготовленное лянфэнь ещё не застыло и было водянистым.
Вэй Чэн объяснил:
— Чтобы лянфэнь стало желеобразным, нужно подождать, пока оно остынет.
Управляющий Ван:
— Нет ли более быстрого способа?
— Есть, если в вашей усадьбе есть лёд, это можно сделать быстро. — В знатных семьях всегда были ледники.
— Принеси льда, — распорядился управляющий Ван слуге, и тот быстро вернулся со льдом.
Со льдом лянфэнь действительно быстро загустело, превратившись в прозрачное, холодное желе, покрытое инеем от заморозки.
Управляющий Ван остался доволен и стал обсуждать с Вэй Чэном цену. Вэй Чэн назвал свою цену: шестьдесят вэнь за цзинь, из одного цзинь можно приготовить почти двести порций.
Управляющий Ван подумал, не слишком ли низкую цену назначил Вэй Чэн? Неужели он хочет таким образом подольститься к семье Цао?
Управляющий Ван, вы слишком много думаете.
Вэй Чэн не завысил цену, потому что хотел сделать лянфэнь распространённым блюдом, а не деликатесом, доступным только богатым семьям.
— Честная цена, никакого обмана.
От автора:
Насчёт получения порошка из плодов лянфэнь — это чистейший вымысел, для удобства написания, не относитесь слишком серьёзно!
http://bllate.org/book/13343/1186741
