К счастью, Линь Шу и вправду не пришлось искать воду посреди дикого леса. Лин Баочэнь с улыбкой сложила пальцы в печать, и в следующее мгновение ему прямо на голову обрушился белый свет — обычное очищающее заклятие. Кожу по всему телу тут же обожгло колючей болью. Спустя половину кэ заклятие рассеялось. После того как духовная сила полностью омыла его тело, даже дышать стало легче.
— Ого, — улыбнулась Лин Баочэнь. — Маленький нищий, а ты, оказывается, довольно хорош собой.
Лин Баоцин и остальные тут же вытянули шеи, желая посмотреть, насколько именно он хорош собой, а разглядев его, дружно захихикали.
— И правда странный человек. Раз уж не дурак и не урод, зачем было доводить себя до такого вида, будто собака в грязи извалялась?
От их пристальных взглядов Линь Шу снова стало трудно дышать. Уж лучше бы он оставался грязным.
Старшая барышня холодно покосилась в его сторону и наконец нехотя фыркнула — видимо, решила всё-таки не сдирать с него кожу.
— Как вас троих зовут? — спросила Лин Баочэнь.
— Меня зовут Ли Цзимао, а младшего брата — Ли Ямао, — ответил Ли Цзимао.
Девушки дружно расхохотались. Даже в глазах старшей барышни мелькнула улыбка. Она спросила:
— А почему тогда нет ещё и Ли Эмао*?
(* Цзимао — «куриное перо». Ямао — «утиное перо». Эмао — «гусиное перо».)
— Вот это прозорливость! Нашу младшую сестру и правда зовут Ли Эмао! — с искренним восхищением выпалил Ли Ямао.
Лин Баочэнь снова посмотрела на Линь Шу.
— Линь Шу… Интересное имя. В нём есть какой-то смысл?
— Нет.
— До чего же ты скучный, — с досадой сказала Лин Баочэнь.
Линь Шу не ответил. Смысл у имени, конечно, был, просто говорить о нём не хотелось. В конце концов, он и вправду был скучным человеком.
— Идём, — сказала старшая барышня и двинулась вперёд.
Девушки лёгкой трусцой поспешили следом и снова принялись наперебой спрашивать, как она сумела их найти.
— Вы так галдите, что вас за десять ли слышно, — ответила старшая барышня.
Но девушки не унимались. Тогда она тихо рассмеялась и подняла руку. Из ночной темноты выпорхнула бабочка и опустилась на плечо Лин Баоцин.
— Бабочка-фэнхуан! Мы тоже хотели найти вас с её помощью, но здесь слишком темно. Бабочка-то вас отыщет, а вот мы саму бабочку всё равно не увидим, — сказала Лин Баоцин.
— Прислушивайтесь, — сказала старшая барышня. — Если вы не способны услышать даже взмах крыльев бабочки, что будете делать, столкнувшись со скрытым оружием зала Жумэн — «Беззаботными летящими цветами»? Сядете и станете ждать смерти?
— Вы правы. Нам и вправду ещё нужно много упражняться, — послушно ответила Лин Баоцин.
Линь Шу услышал, как стоявший рядом Ли Ямао резко втянул воздух. Видимо, тот никак не мог представить, что человек вообще способен расслышать взмах крыльев бабочки. Но для этого требовались долгие, необычайно тяжёлые тренировки. Уже одно такое терпение и сосредоточенность далеко превосходили возможности обычного человека.
А человек, обладающий подобными терпением и сосредоточенностью, непременно будет выдающимся и в боевых искусствах, и в совершенствовании. Старшая барышня, которая при первой встрече грозилась содрать с него кожу, и правда была совсем не проста. Линь Шу как раз размышлял об этом и потому не сразу услышал вопрос Лин Баочэнь:
— Старшая барышня, почему вы так долго не возвращались? Неужели царь мертвецов и правда был настолько силён?
— Убить его было легко, трудно — взять живым. Царь мертвецов не утратил разума. Поймав его, я велела рассказать правду о том, что произошло в городе. Если бы он отказался, я начала бы с лопатки и на каждый счёт дробила ему по одной кости, — спокойно ответила старшая барышня.
Линь Шу промолчал.
Вот это жестокость.
Девушки тем временем продолжали расспрашивать:
— И он заговорил?
— Заговорил. — Правая рука старшей барышни скользнула по ножнам сабли. — В четырнадцатый год Юнгуан весь Миньчжоу провозгласил генерала Дугу Чэна своим правителем и поднял восстание. Двор отправил войска на подавление мятежа, и в итоге людей Дугу Чэна, чиновников и простой народ Миньчжоу, учёных и странствующих воителей… всех перебили подчистую!
Девушки разом ахнули. Старшая барышня продолжила:
— Души погибших, исполненные обиды, превратились в злых духов и заняли город. Миньчжоу и правда стал Городом призраков.
— Тогда… нужно ли сообщить об этом главе поместья? — дрожащим голосом спросила Лин Баочэнь.
— Если с этим не сумел справиться даже императорский двор, поместье тем более ничего не сможет сделать, — ответила старшая барышня.
— Тоже верно… — сказала Лин Баоцин. — Значит, мы всё-таки идём дальше?
— Я хочу встретиться с генералом Дугу, который поднял восстание, и кое о чём его спросить.
Девушки из поместья Фэнхуан, разумеется, во всём следовали за старшей барышней. Линь Шу было всё равно, а вот Ли Цзимао и Ли Ямао перепугались не на шутку и потому вполголоса спросили у него:
— Что нам делать?
Линь Шу отошёл ещё немного, увеличивая расстояние между ними, и бесстрастно ответил:
— Идти следом.
— Но это же Город призраков, — пробормотал Ли Ямао.
— Тогда возвращайся.
Ли Ямао:
— …
Возвращаться он, конечно, уже не мог. Даже не зная, что задумала старшая барышня, им оставалось только идти следом.
По дороге они продолжали отбиваться от живых мертвецов. Примерно через два шичэня группа наконец добралась до главных ворот Миньчжоу.
Слабое тело Линь Шу уже едва держалось. Стоило пройти несколько шагов, и он начинал задыхаться. Вперёд его вела одна лишь сила воли. Старшая барышня несколько раз взглянула на него.
Она подняла руку и постучала в ворота. Очевидно, в удар она вложила духовную силу: тяжёлые городские врата высотой больше чжана (3 метра) отозвались глухим низким гулом.
Затем старшая барышня громко произнесла:
— Лин Фэнсяо из Лянчжоу просит встречи с генералом Дугу.
Так вот как её звали — Лин Фэнсяо. Красивое имя.
Вскоре из-за ворот донёсся хриплый голос:
— Миньчжоу уже давно отгородился от мира и не принимает гостей. С каким делом пришла госпожа?
— Ищу человека, — ответила Лин Фэнсяо.
— Кого?
— Говорят: выйдешь за курицу — следуй за курицей, выйдешь за собаку — следуй за собакой; выйдешь за призрака — значит, следуй за призраком, — спокойно произнесла Лин Фэнсяо. — Мой будущий муж родом из Миньчжоу. Срок свадьбы уже близок, а от него давно нет вестей. Пришлось самой прийти на поиски.
— Госпожа, прошу немного подождать.
Примерно через половину кэ голос прозвучал вновь:
— Генерал велел передать: если такой призрак и вправду есть в городе, госпожа вполне может выйти за него и войти в Миньчжоу. Прошу назвать имя и дату рождения вашего будущего мужа.
— Не знаю.
Даже через городскую стену Линь Шу словно почувствовал, как привратный дух лишился дара речи. Лишь спустя некоторое время тот снова спросил:
— А что госпоже известно? Расскажите всё, что знаете.
Лин Фэнсяо долго молчала и наконец ответила:
— Моложе шестнадцати. Мужчина или женщина — неважно.
— Госпожа даже не знает, мужчина это или женщина? — потрясённо спросил привратный дух.
— Порой обиженные души и сами не могут разобрать, мужчина они или женщина. Я лишь боюсь, что вы найдёте не того, — спокойно сказала Лин Фэнсяо.
— Скажу без утайки: если вашему будущему мужу сейчас нет шестнадцати, то десять лет назад он был совсем ребёнком. Душа у ребёнка слишком слаба и не способна стать призраком. Боюсь, его уже давно нет в мире живых.
— Тогда найдите его наставника. Бессмертного владыку, называвшего себя Таоюань-цзюнем.
— Совершенствующиеся обычно холодны и отрешены, в них недостаточно обиды, чтобы стать призраками. Госпожа, примите соболезнования.
Ли Ямао тихо охнул и зашептал Ли Цзимао:
— Старшая барышня и прежде считалась первой красавицей Поднебесной, а с сегодняшнего дня, боюсь, станет первой красавицей-вдовой Поднебесной. Первое место, конечно, останется за ней, только звучит уже не так хорошо.
Лин Фэнсяо повернула к нему ледяной взгляд, и Ли Ямао тут же сжался, словно перепёлка.
— Раз так, я откланяюсь. Но есть ещё кое-что, что я хотела бы передать генералу Дугу.
— Говорите.
— Сейчас война между нашей династией и Бэйся в самом разгаре. Если генерал оставит тьму и обратится к свету, прежнюю вражду с династией ещё можно будет оставить в прошлом.
Привратный дух хмыкнул:
— Династия слишком много зла причинила Миньчжоу. Пока не сменится правящий дом, Миньчжоу не даст Нанься ни единого воина. Госпоже лучше возвращаться.
Лин Фэнсяо не стала продолжать этот разговор.
— Значит, этих двоих в городе и правда нет?
— И правда нет, — совершенно искренне ответил привратный дух.
Любой, у кого были глаза, видел: старшая барышня в крайне дурном настроении. Самая младшая из девушек поместья Фэнхуан, Лин Баоцзин, тихо всхлипнула позади остальных. Похоже, старшей барышне и впрямь предстояло овдоветь!
— А наша деревня… — дрожащим голосом начал Ли Цзимао, увидев, что девушки собрались уходить.
Самая мягкосердечная из них, Лин Баочэнь, тут же сказала:
— Старшая барышня, давайте выведем их отсюда.
Лин Фэнсяо и без того была не в духе, а теперь выглядела особенно грозно. Она обвела взглядом Линь Шу и братьев и раздражённо бросила:
— Да пусть хоть помирают. Мне-то что.
Но спустя мгновение всё же добавила:
— Отведите деревенских в Нинъань и устройте их там.
Девушки дружно отозвались и отправились обратно. По дороге они ещё вполголоса бранились:
— Чтоб его! Взял и правда умер!
http://bllate.org/book/13296/1182325
