Глава 3.7.
Время стало мерой наказания, потому что оно справедливо для всех. Всякое время течёт. Поэтому любое наказание когда-нибудь заканчивается.
В этом смысле самым жестоким наказанием в мире можно назвать то, что получил Сизиф. В наказание за обман Зевса он был обречён вкатывать камень на гору. Сизиф знает, что камень скатится вниз, но должен повторять это действие бесконечно. Наказание Сизифа бесконечно, вечно и одновременно бессмысленно. Даже если его преступление будет забыто всеми, его наказание будет продолжаться до самого последнего мгновения.
— Хаа, ха...
Сделанный глубокий вдох никак не помогал успокаиваться.
Я продолжал бег, пытаясь отдышаться.
Это был зал для физподготовки, куда я заходил при каждой возможности. Целью было поддерживать форму в свободное время, но это также хорошо помогало отвлечься от других мыслей.
Щёлк.
В следующее мгновение дверь в зал открылась. Это был Ю Сонхён. Заметив меня, он удивлённо сверкнул глазами. Я проигнорировал его и сосредоточился на упражнениях.
Сонхён пару раз сделал вид, что занимается, но потом в какой-то момент просто прислонился к стене и только смотрел на меня.
После прошлой ночи я был с ним наедине впервые. Я пригвоздил взгляд к точке прямо перед собой и сосредоточился на беге.
— Хаа.
Грудь вздымалась вместе с прерывистым дыханием. Я кое-как вытер пот, выступивший на подбородке, тыльной стороной ладони. Теперь он уже откровенно пожирал меня глазами. Когда этот взгляд начал становиться невыносимым, он наконец двинулся с места.
— Смотрю я на тебя, сонбэ, и думаю — твоя база — полный отстой, — Ю Сонхён выпалил это без обиняков.
Я молча вставил беспроводные наушники.
— Игнорировать будешь? — Ю Сонхён усмехнулся и приблизился к беговой дорожке.
— Отпустишь?
Я выдернул руку, которую он схватил, и ещё усерднее принялся бежать. Мой упрямый настрой, кажется, слегка задел его. Но мне было всё равно, и я уже собрался прибавить громкость в наушниках.
— !
Внезапно Сонхён выдернул у меня наушник. Прикрыв ухо, в котором пропал звук, я уставился на него.
— Что ещё? — Я остановил беговую дорожку и повернулся к нему. Из-за бега голос срывался.
— Ты, сонбэ, до сих пор преступников на хитрость брал, да?
— ...
— Выносливости не хватает, ну, гибкость ещё ничего, но когда снаряжением пользуешься, силовой посыл — полный отстой, — Ю Сонхён указывал на недостатки один за другим.
— Я вообще-то интеллектуал.
Есть те, кто ловит преступников тупой силой, а есть такие, как я, кто берёт их, не прилагая особых усилий. На самом деле, в отделе по тяжким преступлениям я делал ставку не на силу, а на ловкость.
— Не знаю, как ты выкручивался раньше, но в участке на этом не продержишься. Тут много тех, кто закона не боится.
— А тебе-то какое дело?
Я выхватил свой наушник обратно и воткнул в ухо. Когда я снова начал бежать, глаза Сонхёна заблестели. Прямо как у человека, нашедшего занятную тему.
Псих.
Я решил, что бы он там один ни вытворял, не поддамся, и сосредоточился на беге.
В этот момент сзади вдруг надвинулась тень. Вздрогнув, я обернулся и увидел, что Сонхён, уже стоящий на дорожке, лениво следует за мной и тихонько улыбается. Его лицо было полно озорства. Он ловко заблокировал меня внутри беговой дорожки, ухватившись за боковые поручни.
— Да что это за бег такой? Спину выпрями. Смотри прямо перед собой, напряги поясницу. Руки до конца разгибать надо. — Ю Сонхён бесцеремонно начал поправлять мою позу.
Я пытался оттолкнуть его руки, но каждый раз он демонстративно уворачивался и только посмеивался.
Ах, этот сукин сын, сколько можно терпеть.
Я тут же попытался выключить беговую дорожку, но Сонхён первым делом прибавил скорость на два-три уровня.
— Ай!
На мгновение я чуть не потерял равновесие. Ю Сонхён, уже поставив обе ноги на внешнюю сторону ремня, поддерживал меня сзади. Рука, обхватившая мою талию, была крепкой. Я поспешно сбил эту руку и подстроился под скорость.
— Сонбэ, ты, оказывается, тоже потеешь? А я думал, с твоей белизной это как-то не сочетается, — Ю Сонхён, притворяясь наивным, провёл рукой по моему затылку.
В тот же миг по всему телу побежали мурашки. Я прикрыл затылок ладонью и уставился на него. Но стоило мне хоть немного ослабить бег, как моя спина утыкалась ему в грудь.
— Чего тебе?
— Помочь? — Ю Сонхён медленно наклонился ко мне.
Я и так еле успевал быстро перебирать ногами, чтобы не касаться его.
— Ха, бля...
Из-за Сонхёна, постепенно сужавшего круг, свободного пространства для бега почти не осталось. Моя спина то и дело ударялась о его грудь.
Сонхён, которому это казалось забавным, только и хихикал сзади.
В какой-то момент я уже полностью опирался на него и еле-еле переставлял ноги.
...Твою мать.
Я кое-как выключил беговую дорожку. Сонхён посмотрел на меня сверху вниз с разочарованным видом.
— Ты чего докопался? — Сарказм вырвался сам собой. Дышал я крайне тяжело.
Сонхён пожал плечами:
— Я и не докапывался.
— А что тогда?
— Неуклюжая привязанность?
Ю Сонхён шагнул ко мне. Моё тело естественным образом сместилось к передней части дорожки. Я изо всех сил отклонился назад, лишь бы не касаться его.
— Чего ты всё время отстраняешься? После того, как я уже всё видел.
— Ничего не было.
— Как это не было? Честно, ты же сам, сонбэ, признаёшь, что та сделка была сплошным убытком.
Это была тема, которую я не поднимал с того самого раза. Неожиданно всплывший разговор застал меня врасплох. Я кое-как сохранял бесстрастное выражение лица, но это было непросто.
— Чего ты всё время смотришь на...?
— Может, потому что мило? Всё время в глаза бросается? — Ю Сонхён указал на мою мочку уха.
От внезапно сократившегося расстояния я затаил дыхание, и из Сонхёна послышался смех.
Я схватил его за руку и опустил. Но Сонхён, хитрюга, снова ухватился за боковой поручень, преграждая мне путь к отступлению.
— Уйди с дороги.
— А если нет?
— Я тебе смешон?
— Смешон. Тебя даже из участка не переведут, пока не вызовут наверх, а ты всё барахтаешься. Ты так любишь дела?
— У меня ничего другого нет.
— Не смеши. Причина, по которой ты хочешь вернуться в управление, ведь не в этом, правда?
— ...
От совершенно неожиданного вопроса у меня перехватило дыхание.
Ю Сонхён фыркнул и посмотрел на меня в упор.
Напряжённая перепалка продолжалась, то затухая, то разгораясь снова. В тот момент, когда я уже собирался ему что-то ответить...
— Вы что, встречаетесь?
От внезапно раздавшегося голоса я вздрогнул и обернулся. Там стоял начальник патруля и смотрел на нас с невероятным выражением лица.
— Ну, можно и так, только чтобы работе не мешало.
— Да. Я и сам хотел по-нормальному, но наш инспектор Лим не знает слова «нормально».
— Я о инспекторе Лиме другого мнения был...
Начальник патруля на мгновение окинул меня взглядом с головы до ног. В конце этого взгляда оказалась моя рука, вцепившаяся ему в воротник. И начальник патруля без сожаления покинул зал физподготовки.
Я был настолько ошарашен, что всё ещё не мог найти слов. Можно? Что именно можно?
Пока я пережёвывал слова начальника патруля, Сонхён расхохотался.
— Ты наивный? Или притворяешься?
Тут я изо всех сил толкнул Сонхёна в грудь и выскочил с беговой дорожки. Звук удара вышел знатный, так что ему, наверное, было больно.
— Убегаешь? — Спросил Ю Сонхён, потирая ушибленное место.
Естественно, я не ответил.
Да, в самом начале было ошибкой ожидать чего-то от Ю Сонхёна. Будто моих проблем и ситуации для него не существует, он ведёт себя только так, как ему вздумается. Если бы он был тем, с кем можно договориться, я бы с самого начала не заходил так далеко. К тому же этот Ю Сонхён то и дело ведёт себя так, будто знает меня, допрашивает и прощупывает по любому поводу.
Насколько же раздражает его манера вести себя, настолько же не было ничего хорошего в том, чтобы давать ему поблажки.
Осознавая, что за мной, как хвост, тянутся чьи-то шаги, я шёл по коридору участка.
Вскоре я столкнулся с Ким Чонхо.
— Инспектор Лим, вы с тренировки?
Заметив за мной Ю Сонхёна, Ким Чонхо слегка дёрнулся, но на лице его всё же читалась радость.
— В оружейную идёшь?
— Да. Говорят, время проверки подошло, велели подготовить заранее.
— Пойдём вместе.
— Правда? — При моих словах лицо Ким Чонхо мгновенно просветлело. — Я думал, как же всё один успею, а тут полный тхэнкю!
— Эй, Ким Чонхо, ты свою работу на других перекладываешь?
— Да какое перекладываю! Это инспектор Лим сам первый предложил помочь! Правда ведь?
— Ким Чонхо обернулся ко мне, будто переспрашивая.
Сзади чувствовался взгляд Ю Сонхёна, но я просто направился в сторону оружейной.
— Поторопимся, пока на патруль не ушли.
— Ну вот! — При моих словах Ким Чонхо демонстративно фыркнул в сторону Ю Сонхёна и последовал за мной.
Ю Сонхён выглядел недовольным, но, к счастью, до оружейной нас не преследовал.
— Иногда инспектор Ю просто непредсказуем, — сказал Ким Чонхо.
— Бывает и такое, — согласился я.
Когда я согласился, Ким Чонхо энергично закивал. Обрадовавшись, что работы убавилось, он всё время напевал себе под нос.
— А вы, инспектор, не больны? Лицо красное, — Ким Чонхо округлил глаза.
Я несколько раз провёл тыльной стороной ладони по щеке и небрежно бросил:
— Да просто небольшой жар.
— Точно не больны?
— Я же только что тренировался. Поэтому.
— А, — Ким Чонхо наконец успокоился и кивнул.
Похоже, он волновался не столько за меня, сколько за работу в оружейной.
— С таким количеством людей управляться непросто, эх.
Приводить в порядок оружейную оказалось делом, требующим неожиданно много сил. Людей в участке было довольно много, к тому же для каждого типа оружия были свои особенности проверки. Я сначала сосредоточился на проверке количества оружия и протирке от пота и пыли. Мятущееся до этого сердце постепенно успокаивалось.
— Инспектор Лим, у вас ведь пистолет был?
— Пистолет?
— Ну, у каждого предпочтительное табельное оружие немного разное. Наш старший только электрошокер использует. Я у него научился, тоже только электрошокером пользуюсь. А вы, инспектор Лим, кажется, только пистолет брали. С ним же сложно обращаться?
— Угроза должна быть убедительной.
Ким Чонхо странно посмотрел на меня. А затем, немного подумав, сказал:
— Может, мне в следующий раз тоже с пистолетом выйти? Круто, наверное, будет.
— Если уверен, что в людей стрелять не будешь.
—...Ха-ха, всё-таки электрошокер лучше, да? — При моих словах Ким Чонхо сник.
— А, кстати, вы знаете, что инспектор Ю только палки или трёхсекционку берёт? Типа, «я тебе в любой момент башку проломлю», что ли? — Вспомнив, Ким Чонхо заговорщически понизил голос.
Имя, которое я пытался забыть, всплыло снова, и моя рука на мгновение замерла.
Но если подумать, Сонхён действительно не любил оружие дальнего боя. По пустякам он вообще не доставал табельное оружие, да и в экстренных ситуациях старался действовать мягко.
Раньше же он вроде стрелял из пистолета. Может, после того, как его наказали за стрельбу, он просто подстраховывается. А может, как извращенец, хочет получать удовольствие от рукопашной. ...Зная Сонхёна, он и на такое способен, поэтому я невольно нахмурился.
— Понты, наверное.
— Но всё же инспектор Ю работу делает хорошо, — пробурчал Ким Чонхо, словно признавая нежеланный факт.
Потому что иногда он, вроде как отлынивая, работал спустя рукава, но уж если брался за дело, то делал его чисто.
— Вот если бы я так мог, то работал бы с большим энтузиазмом. А так иногда бесит, — добавил он.
—...Да, — пробормотал я, стараясь не думать об этом, и на мгновение уставился на поверхность пистолета.
Холодное прикосновение металла было непривычным. Почему-то мне вдруг остро вспомнились места, которых касался Сонхён совсем недавно.
_____
В происшествиях и авариях бывает два типа. Один — «А....», а другой — «А!». Первый обычно используется для ситуаций, которые произошли неожиданно. Потому что после того, как тебя огреют по затылку, из тебя вырывается только вздох. Второй же используется, когда ты в какой-то степени ожидал происшествия. Проще говоря, это значит, что то, что должно было случиться, случилось. Поэтому сначала ты удивляешься, а потом, когда волна гнева схлынет, из самого нутра начинает подниматься ругань вроде «я так и знал».
Сейчас было именно так. Иначе с чего бы гнев захлестнул меня в тот же миг, как только я услышал о происшествии!
— Сбегающий автомобиль въезжает с перекрёстка Ёнгиль в сторону Огёри. Прошу поддержки. — Я выкрикнул это в спешке, преследуя удирающую машину. — Сбегающий автомобиль проехал перекрёсток Ёнгиль Огёри и направляется в сторону нового вокзала. Продолжаю преследование. Прошу поддержки.
Несмотря на поздний час, дороги были забиты машинами, мешая обзору. Я поспешно оценил ситуацию.
И в этой толчее уезжающий автомобиль усердно сигналил и быстро мчался вперёд. Он петлял по рядам и с шумом вырывался вперёд.
Твою мать, это что, гонки?
Наконец, когда я начал сокращать расстояние, загнанная в угол машина снова развернулась и попыталась уйти. Тёмные переулки всё ещё были забиты машинами. Обеспечить видимость было трудно.
— Чёрт!
Вырвалось ругательство. Но в такой момент рядом не было того, кто обычно придирался бы: «ты взволнован?». Только Ким Чонхо, вцепившийся в руль, был рядом.
— Сейчас въедем на перекрёсток Чонъо. Перекройте путь, пожалуйста. — Я снова вызвал по рации. Но патрульных машин поблизости всё ещё не было видно.
Сукин ты сын, Пак Сонджэ. Если бы он запросил поддержку с того момента, как заметил разыскиваемого, до такой ситуации бы не дошло. Потому что, попытавшись справиться в одиночку, он дал разыскиваемому заметить это и запрыгнуть в машину, что и привело к текущей ситуации. Благодаря этому, пока мы спешно выезжали на поддержку, я и Сонхён потеряли друг друга.
«Я обязательно поймаю, так что не волнуйся».
Сонхён крикнул это, спешно преследуя машину. Но, честно говоря, доверия это не вызывало.
— Инспектор Лим, сюда!
После этого я запрыгнул в подоспевшую машину Ким Чонхо и продолжил преследование, но ситуация не улучшалась. Если этот автомобиль выскочит на шоссе, поймать его будет ещё труднее. Я сглотнул и следил за дорогой.
— Налево! Налево же! Ким Чонхо, ты очумел?
— Д-да, да!
От моего непривычно повышенного голоса Ким Чонхо, сидевший за рулём, напряжённо застыл. Виииу! Следом раздался визг шин.
— ХХ номер ХХХХ, остановитесь!
Несмотря на повторные предупреждения, водитель молчал. Когда мы, вырвавшись с четырёхполосной дороги, выехали на перекрёсток, наконец с противоположной стороны к нам присоединилась патрульная машина. Но там не было Ю Сонхёна.
— Автомобиль пытается развернуться в неположенном месте. Сбегает! — Я кричал что есть мочи.
Бум.
Чёрт.
— Ким Чонхо, ты руль до конца не крутишь?
— Пр-простите! — Ким Чонхо, перепугавшись, поспешно сдал назад.
Машина, на мгновение врезавшаяся в светофор, с опозданием последовала за уезжающим автомобилем.
Если бы я знал, что так будет, я бы сел за руль сам, даже если бы это заняло больше времени. А тем временем автомобиль набирал скорость с бешеной силой.
Разворот в неположенном месте, проезд на красный, превышение скорости.
Твою мать, у этого козла как минимум права отберут. Нет, до этого мы с ним вместе в тюрьму поедем.
В этот момент, машина, появившаяся с визгом покрышек, вовремя преградила путь убегающему автомобилю. Благодаря тому, что она встала точно по диагонали, путь был перекрыт.
— Блокируй там! — Я крикнул Ким Чонхо.
Ким Чонхо не сразу понял и неуклюже повернул руль.
Бум.
Блять.
Я ударился головой о стекло.
Больше Ким Чонхо за руль не пускаю.
Пока я так думал, Ким Чонхо наконец выжал педаль в пол и кое-как заблокировал бок убегающей машины. Держась одной рукой за поручень, другой я страховал Ким Чонхо, чтобы его не бросило вперёд. Как только автомобиль был остановлен, я без промедления вышел из машины.
В тот же миг автомобиль начал бешено газовать на месте. Окружающие полицейские напряжённо наблюдали за ситуацией. Автомобиль несколько раз дёрнулся вперёд-назад, а затем, протаранив патрульную машину, снова попытался умчаться в ночь.
Вот безбашенный козёл.
— Чёрт.
Как только я понял ситуацию, я запрыгнул в пустую патрульную машину. И в тот момент, когда я уже собирался броситься в погоню...
Бам!
— !
Внезапно вынырнувшая из переулка патрульная машина сильно врезалась в бок убегающего автомобиля. От удара машину отбросило прямо на дорожный знак, и она остановилась.
Вжииик.
Я тут же крутанул руль и заблокировал автомобиль по диагонали. Дальше ехать он уже не мог. Это был конец напряжённой гонки. Только тогда напряжение спало.
— Хаа...
Но кто же это? Я включил ручник и повернул голову. Дверь патрульной машины, наконец протаранившей убегающий автомобиль, открылась.
— Уф, думал, помру.
...Это был Ю Сонхён. То ли от удара при столкновении, он потирал шею. Я уже начал было терять дар речи от его беспечного тона...
— Ну что, я же говорил, что поймаю.
— Ю Сонхён, приподняв уголок губ, ухмыльнулся.
И тут меня накрыло непонятное облегчение. Я забыл даже выругаться и провёл рукой по лицу.
______
— Расслабься, убери напряжение из плеч и рук. — Я медленно поднял левую руку Сонхёна.
К счастью, с костями было всё в порядке, рука двигалась без проблем. Но в какой-то момент бровь Сонхёна слегка дёрнулась.
— Здесь? — Я ткнул в одно место.
— Да.
— Замри.
Это был участок от плеча до руки. Я внимательно осмотрел от плеча до шеи.
— А что в 119 сказали?
— Да то же самое. Сказали, может быть боль от ушиба, так что в первое время быть осторожным. Если несколько дней поостеречься, может, пройдёт.
— Ещё где-нибудь?
— Так, ушибы. — Сонхён кивнул на своё предплечье и пожал плечами.
Это была травма, полученная при задержании, когда преступник сопротивлялся.
Осмотрев Сонхёна, я вздохнул.
Сонхён, похоже, не ожидал, что я так серьёзно отнесусь к этому, и всё это время наблюдал за мной. Я опустил его руку и отвернулся. Там, куда упал мой взгляд, была 4-я патрульная команда.
Даже после того, как они связались со скорой и закончили с делом, последствия ещё не улеглись. К счастью, серьёзно никто не пострадал, но ущерб был огромный: три патрульные машины разбиты, дорога повреждена.
Но ещё более нелепой была атмосфера в участке, где оправдывали Пак Сонджэ.
Ну конечно, так и будет. Ведь из пострадавших в этом деле были только Сонхён, который сам протаранил машину, и я, у которого свело мышцы от неумелого вождения Ким Чонхо!
Но ладно, допустим, они не поняли серьёзности происшествия. Но всё равно должна же быть у людей совесть?
— Ты что собрался делать?
— Что делать? Убивать. — Я отдёрнул руку от Сонхёна и сразу повернулся к 4-й патрульной команде.
— Выходите. — Я не сдерживаясь, повысил голос.
Сонхён снова схватил меня за руку:
— Сиди спокойно. Всё равно от начальника влетит.
— Ты же пострадал!
Виновник торжества цел и невредим, а пострадал ни в чём не повинный человек. Но никто не понимает, что это значит. И дальнейшее развитие событий очевидно. Недостатки первоначальных действий заметут, а сам факт поимки доложат начальству.
Твою мать, вот же дерьмо. Они что, собираются это всё замять?
— Выходите, я сказал. — Я сделал ещё один шаг вперёд, сдерживая гнев.
Сотрудники участка, всё ещё не понимающие ситуации, все как один смотрели на меня пустыми глазами. Особенно Пак Сонджэ, виновник всего этого, вообще отводил взгляд, делая вид, что не слышит.
Если у этого козла нет уверенности сделать дело как надо, пусть у него хотя бы совесть будет. Прежде всего я поклялся, что не отступлю, пока не убью этого гада.
— Если я подойду туда, я не сдержусь. — Я снова заговорил. В такой ситуации обычно на ум приходят слова «вежливость», но вежливость нужно соблюдать с теми, кто её заслуживает. — Сержант Пак.
Я скрежетнул зубами. И одновременно приподнятое из-за поимки преступника настроение в участке вмиг заледенело.
— Эй, инспектор Лим. Дело-то хорошо закончилось, чего шум поднимать? Вместо того чтобы прикрыть своих же...
— Своих? Кто тут свой? Разве семья хлопает и говорит «молодец», лишь бы результат был хорош?
Твою мать, поймать преступника — это хорошо. Но надо же различать, кто прав, кто виноват. Даже если этот козёл Пак Сонджэ выступил, хоть кто-то должен указать ему на ошибки.
— Инспектор Лим, вы с таким настроем человека ударить хотите? И то, что вызов поддержки запоздал — это что, умышленно? Так уж вышло, из-за такой мелочи.
— Это, по-вашему, не умышленно? Сержант Пак, вы бы выражались правильно. Вам же показалось мало, да? Потому вы, случайно увидев разыскиваемого, обрадовались. Подумали, если поймаете его в одиночку, то и показатели выполните, и на повышение это повлияет, и в отдел детективов перейти будет легче. Думаете, я не знаю?
— Да что вы! Мы всё делим. А тут один всё себе забирает, у меня что, другой выход есть?
— Сержант Пак, ты с ума сошёл?
— Я швырнул фуражку на пол и шагнул к этому гаду Пак Сонджэ.
— Ха, гляньте на этого козла, глаза-то открылись. Кончил прикидываться?
— Я ненормальный. Поэтому и здесь. — Я фыркнул, глядя на этого гада Пак Сонджэ.
— Ты так договоришься, что схлопочешь. Ну давай, ударь. А? Говорят, полицейский-садист. Так и лупишь направо и налево! Не только преступников, но и граждан! И своих тоже! Хорошо! Очень хорошо! — Пак Сонджэ провоцировал меня.
Когда я на мгновение замолчал, он захихикал, мол, этот козёл струсил.
Ха, бля.
Если человек стареет, пусть стареет красиво.
Поэтому работа в полиции — это охренеть как весело. Такого никчёмного выродка возводят в ранг «посоха народа», и никто не знает, что этот посох — всего лишь обгоревшая палка.
В следующее мгновение я схватил Пак Сонджэ за грудки. Я чувствовал, как растерянный Пак Сонджэ и удивлённые сотрудники участка смотрят на меня, но мне было плевать.
— Сержант Пак.
У каждого человека в сердце есть свой жизненный девиз или изречение. Это близко к мировоззрению, которое наиболее ярко отражает систему ценностей человека. В этом смысле моим девизом было именно это. Если кто-то ведёт себя по-свински, веди себя с ним так же по-свински. Это был мой давний принцип, как у человека, у которого с детства всё в порядке с характером.
— Сожми зубы.
Бам!
Что случилось потом — предсказуемо до банальности. Говорят, слово за делом, а дело за законом. Но в серой зоне между ними существует мир кулаков. Я, ни больше ни меньше, просто начистил морду этому гаду Пак Сонджэ. К сожалению, Пак Сонджэ был не из тех благородных личностей, кто, получив по одной щеке, подставляет другую. Как только мой кулак врезался, он тут же попытался контратаковать.
— Ах ты, сукин сын!
Конечно, я был не из тех, кто позволит себя так просто бить.
Бам!
— Хык!
— Сожми зубы, ублюдок.
Как я уже говорил Сонхёну, силы у меня изначально мало. Но в драке главное — настрой и техника. Я, прикладывая минимум силы, эффективно выбирал самые болезненные для Пак Сонджэ места.
И каждый раз, когда этот гад пытался на меня наброситься, я не забывал крепко нажимать ему на сонную артерию.
Бам. Бум.
— Ха, бля.
Временами Пак Сонджэ, словно доказывая тезис о том, что нужно объяснять козлу, почему он козёл, не сдавался и пытался контратаковать. Благодаря этому я несколько раз пропустил удар, но до конца не переставал его обрабатывать.
— Эй, эй! Разнимите их!
Не выдержав, сотрудники участка начали вмешиваться. У этого гада Пак Сонджэ не было техники — если бы у него была хоть сила, но не было ни того, ни другого. Каждый раз, когда Пак Сонджэ пытался меня ударить, я отвешивал ему два-три ответных.
В какой-то момент меня насильно оттащили. Покатавшись по полу участка, ни я, ни Пак Сонджэ не были в лучшей форме. Но я до последнего не переставал пинать Пак Сонджэ. С трудом нанесённый удар ногой с разворота пришёлся Пак Сонджэ в челюсть, и у него тут же пошла кровь из носа. Когда наконец показалась кровь, на душе стало легче.
— Ха, бл... Эй, отпустите. Я сегодня этого гада убью и в рай пойду.
— В рай? Ты думаешь, туда любого берут, кто захочет? Я же ясно предупреждал? Что так и человека убить можно. Если бы тогда убегающая машина устроила аварию, были бы жертвы, понятно?
— А кто влез и разволновал преступника тогда! Если бы не ты, я бы тихо всё сделал. А ты куда лезешь!
— А кто, струсив, вызвал подмогу? Из-за таких, как ты, которые ни хрена не соображают, нас мусорами называют. Ты даже масштаб происшествия оценить не можешь, сколько ещё проблем ты создашь, чтобы мы тебе это спускали! — Я прорычал в сторону Пак Сонджэ.
Даже когда его держали под руки другие сотрудники, Пак Сонджэ не оставлял попыток ударить меня. Я, гордо подняв голову, смотрел на Пак Сонджэ.
Одна щека горела, но это было ничего.
Пак Сонджэ, похоже, злился на мой вызывающий вид и всё время тяжело дышал.
Я вырвался из рук сотрудников и выпрямился. Пак Сонджэ сделал то же самое. Окружающие сотрудники были готовы в любой момент снова нас разнять.
— А сам-то ты! Думаешь, лучше меня?
— Всё же, наверное, получше сержанта Пака, правда? — Я убрал назад растрёпанные волосы и фыркнул.
Тогда Пак Сонджэ шагнул ко мне.
Опасаясь, что мы снова сойдёмся, сотрудники участка поспешно схватили Пак Сонджэ.
— Ха, эй, ты знаешь, что про тебя за спиной говорят? Говорят, ты при виде мужика за пятьдесят с ума сходишь. Поэтому тебя из отдела по тяжким преступлениям и выперли, нет?
— И что с того?
— Я спрашиваю, не для того ли ты и здесь треплешься, чтобы одного такого подцепить?
Пак Сонджэ оскорбил меня пошлыми словами. Мне оставалось только рассмеяться.
— Если я скажу «да», что ты, сержант, для меня сделаешь?
— Чего сказал, сукин сын?
— У начальника Квона хоть сила была, а ты, сержант Пак, даже силы, похоже, никакой не имеешь? — Я открыто насмехался над Пак Сонджэ.
В тот же миг его лицо стало багроветь.
— То-то же, не лезь. Если нет способностей, не выступай, не хами и не лезь вперёд. Страдают же ни в чём не повинные граждане.
Я говорил, тыча пальцем в каждое слово. Лицо Пак Сонджэ теперь стало совершенно красным.
— Э-этот сукин сын. Эй, ты, иди сюда!
— Ага, сукин сын, я здесь, так что если есть что сказать, смотри мне в глаза и говори нормально. — Я не отводил взгляда от сержанта Пака.
Думает, если просто пахать на месте, навыки сами появятся и саморазвитие придёт? Чушь собачья. Из-за таких, как он, эта организация до сих пор в таком состоянии. Из-за таких, как он, я, тогда тоже...
— Вот гад!
В следующее мгновение Пак Сонджэ изо всех сил сжал кулак. Я уже собрался просто принять удар, меня даже бесила мысль уклоняться.
— А не остановиться ли?
Вмешался не кто иной, как Ю Сонхён. Он же был и тем пострадавшим при этом задержании.
— Эй, инспектор Ю, ты теперь на его стороне? — Пак Сонджэ закричал в гневе.
Положение Ю Сонхёна в участке, хоть мы и были в схожем, отличалось от моего — из-за странно благосклонного отношения начальства и атмосферы, в которой его, казалось, побаивались и избегали лишних трений. Он всегда держался на шаг позади, придерживаясь нейтралитета, так что сотрудники старались не связываться с Ю Сонхёном. Впрочем, если его не трогать, он просто игнорировал.
То ли не ожидая, что Ю Сонхён сам выйдет вперёд, Пак Сонджэ скрежетал зубами.
— Смотрю я на вас, думаю, чего вы дерётесь. А чем больше смотрю, тем жальче вы, сержант Пак, выглядите.
— Ха, два бессовестных...
Тут Пак Сонджэ, совсем озверев, попытался замахнуться на Ю Сонхёна.
Но, чёрт возьми, ты на меня ещё не замахнулся, а уже смеешь трогать других? Если кого и бить, так это меня, сукин ты сын.
Я, не отставая, снова бросился на Пак Сонджэ.
— Эй! А ну все разошлись!
Сзади раздался громоподобный голос. Это прибыл начальник участка, узнавший о происшествии с опозданием.
http://bllate.org/book/13211/1585747
