За дверью раздался гулкий топот. В проёме возник огромный ком одеяла — из-под него торчали две ножки и макушка головы.
Цзун Сян втащил в комнату одеяло, объём которого превышал его собственный по меньшей мере вдвое.
Цзян Ли смотрела, как он неуклюже шаркал ногами, почти полностью скрытый под горой ткани, и весело хохотала, даже не думая помочь.
С немалым трудом Цзун Сян добрался до кровати и наконец бросил одеяло на постель. Подняв глаза, он увидел, что Цзян Ли с безудержным смехом наблюдает за ним, и на щеках у него выступил лёгкий румянец.
На этот раз он не стал спорить. Сжав губы, он просто повернулся и закрыл дверь.
Цзян Ли немного сдвинулась к краю, освобождая ему место.
Цзун Сян подошёл, аккуратно расправил подушку и одеяло, а затем юркнул под покрывало.
Он лёг на бок и не отрывал взгляда от профиля Цзян Ли, которая читала что-то в телефоне. В его глазах светилась тихая, глубокая радость — желание, наконец-то исполнившееся.
Цзян Ли взглянула на время — уже почти десять вечера. Учитывая, что завтра Цзун Сян, скорее всего, встанет в шесть утра, она выключила экран.
— Пора спать? — спросила она, поворачиваясь к нему.
Увидев, что она смотрит на него, Цзун Сян тут же зажмурился и тихо ответил:
— Ага.
Цзян Ли потянулась и выключила свет, потом уютно устроилась под одеялом.
— Спокойной ночи.
В темноте Цзун Сян тоже тихо произнёс:
— Спокойной ночи.
Через несколько мгновений он снова заговорил, на этот раз чуть слышно:
— Это первый раз, когда мне кто-то говорит «спокойной ночи».
Голос его прозвучал ровно, без особой эмоциональной окраски, но эти слова легко задели ту самую мягкую струнку в сердце Цзян Ли.
Она открыла глаза и посмотрела на смутный силуэт Цзун Сяна в темноте, тихо вздохнув про себя.
Бедняжка.
— Тогда я буду говорить тебе это каждый день.
Как оказалось, Цзян Ли, возможно, и не так уж сильно ненавидела спать вместе с кем-то.
Она была уверена, что будет чувствовать себя неловко и не сможет заснуть до поздней ночи, но реальность оказалась иной — она спала как убитая!
Неизвестно, было ли это из-за того, что Цзун Сян такой маленький или потому, что она теперь призрак, но рядом будто бы вообще никого не было.
Беспокоясь, что Цзун Сян не проснётся вовремя, Цзян Ли специально установила для него будильник.
В шесть часов утра сигнал раздался точно по расписанию. В тот же миг, как её разбудили, Цзян Ли почувствовала, что жизнь потеряла всякий смысл.
Её белоснежная рука, полная раздражения, потянулась в темноте и нащупала телефон на тумбочке, чтобы выключить надоедливый звонок.
Она действительно ненавидела, когда её будили!
Раздражённая, Цзян Ли резко натянула одеяло себе на голову.
— Цзун Сян, вставай! — пробормотала она из-под покрывала, голос ещё сонный и хриплый.
Цзун Сян проснулся в тот самый момент, когда зазвонил будильник. Он привык рано вставать и не считал шесть утра чем-то трудным.
Зато Цзян Ли явно не справлялась — она обожала поспать.
Цзун Сян приподнялся и повернул голову к ней. Она была полностью завернута в одеяло, лишь несколько растрёпанных прядей выбились наружу.
Он не стал её тревожить и бесшумно соскользнул с кровати. Забрав подушку и одеяло, он вернул их в свою комнату и аккуратно сложил.
Когда он вернулся после умывания, чтобы ещё раз взглянуть на неё, голова Цзян Ли уже высунулась из-под одеяла.
Она по-прежнему спала с закрытыми глазами, на щеках играл лёгкий румянец.
Он немного подумал и всё же не стал её будить, тихо вышел из комнаты, надев рюкзак.
Он вспомнил те дни у себя дома, когда каждое утро будил её. Раз она так любит спать, наверное, ей было очень тяжело.
Но она ни разу не ругнула его, даже грубого слова не сказала. Какая она добрая.
После того как Цзян Ли выключила будильник, она почти сразу снова провалилась в глубокий сон и совершенно не заметила, когда Цзун Сян ушёл.
Но теперь у него есть деньги, так что можно не волноваться — он точно не останется голодным.
На этот раз она проснулась сама, с растрёпанной причёской поднялась на кровати и зевнула, потягиваясь.
Помедлив немного с закрытыми глазами, Цзян Ли встала и подошла к окну, резко распахнув шторы.
Солнечный свет хлынул в комнату, и она прищурилась от яркости.
Хорошая погода.
Цзян Ли постояла немного в лучах солнца, размышляя, чем заняться сегодня.
Мозг, ещё недавно затуманенный сном, постепенно начал работать, и она вспомнила тех людей, которых видела вчера в доме Цзун Сяна.
Неужели они всё ещё там?
Цзян Ли решила, что стоит проверить, как обстоят дела.
После быстрой утренней гигиены и минимальных сборов она направилась в старый район, где жил Цзун Сян.
Только она поднялась на третий этаж, как услышала, как один из троих вчерашних кредиторов разговаривает по телефону у лестничной клетки.
— Босс, мы весь вечер уговаривали Цзун Цяна, но он всё равно твердит, что денег нет. Человек, конечно, трус, но, похоже, правда не может заплатить.
— Дом? Здесь, на улице Лихуа в восточном районе? Место так себе, очень уж ветхое.
— Понял. Сейчас передам Цзян Цзюню.
Мужчина положил трубку, сунул телефон в сумку и вошёл в квартиру.
Цзян Ли быстро проскользнула вслед за ним.
Тот подошёл к дивану и что-то прошептал на ухо смуглому мужчине, сидевшему там.
Цзян Ли подумала, что, возможно, это и есть Цзян Цзюнь.
Цзян Цзюнь внимательно выслушал, кивнул и перевёл взгляд на Цзун Цяна.
За ночь Цзун Цян словно постарел на несколько лет: лицо измождённое, взгляд тревожный.
Увидев, что на него смотрят, он облизнул пересохшие губы и хрипло произнёс:
— Братья, вы же сами видели, как я всю ночь звонил — я смог собрать только сто тысяч. Может, сначала я отдам эту сумму, а остальные шестьсот с лишним тысяч выплачу постепенно, когда появятся деньги?
Говорил он с униженным и безнадёжным видом. Ведь изначально долг составлял всего сорок с лишним тысяч, но за полмесяца эти мерзавцы удвоили сумму!
Он только теперь понял, в какой адский долговой капкан попал, играя в карты.
Он злился, но не смел показывать этого — приходилось терпеть, как горькое лекарство.
Цзян Цзюнь скривил губы в усмешке:
— Цзун Цян, ты нас за идиотов держишь? Разве не из-за того, что босс однажды сжался и дал тебе отсрочку, ты тут же сбежал? После такого можешь ли ты вообще рассчитывать на компромисс?
Лицо Цзун Цяна покраснело от стыда, губы задрожали:
— Нет, вы неправильно поняли! Я не сбегал, я просто хотел побыстрее вернуться домой и собрать деньги!
Цзян Цзюнь приподнял уголки губ в саркастической улыбке:
— И где же эти деньги?
Цзун Цян не смог вымолвить ни слова.
Цзян Цзюнь взглянул на него с насмешкой, потом медленно оглядел квартиру и небрежно спросил:
— Дом-то у тебя немаленький. Сколько стоил?
От его многозначительного взгляда Цзун Цяну стало не по себе. Его охватило дурное предчувствие, и он натянуто улыбнулся:
— Да ничего не стоил… Дом достался от старших.
— А, вот как, — Цзян Цзюнь отвёл взгляд, но тут же снова посмотрел на Цзун Цяна, и в его глазах появилась угроза. — По моим прикидкам, за такой дом можно выручить сотню-другую. Давай так: мы найдём покупателя, продадим дом, ты расплатишься с долгом и ещё останешься с двадцатью-тридцатью тысячами. Как тебе такое предложение?
— Ни за что!
Пронзительный женский голос раздался из спальни. Линь Шуъюнь, с лицом, исказившимся от тревоги и гнева, стремительно вышла в гостиную.
Цзян Ли вздрогнула от её пронзительного тона и поморщилась, потирая уши.
Линь Шуъюнь, судя по всему, тоже не спала всю ночь — под глазами залегли тёмные круги.
— Этот дом продавать нельзя! — воскликнула она, гневно глядя на Цзун Цяна.
Тот выглядел растерянным и несчастным. Он повернулся к Цзян Цзюню и с мольбой в голосе сказал:
— Братья, вы же понимаете — если продадим дом, где нам жить? У нас двое детей, которые учатся! Прошу вас, дайте мне ещё немного времени! Я готов работать как вол, лишь бы вернуть вам долг!
Он говорил искренне и убедительно, но Цзян Цзюнь остался равнодушен.
— Хватит играть на жалости! У нас тоже семьи есть — кто из нас не содержит стариков и детей? Если ты не вернёшь деньги, мы и Нового года нормально не встретим!
Цзян Цзюнь нахмурился, и его и без того грубоватые черты лица стали ещё угрожающе суровыми.
— Не думайте, что раз мы улыбаемся, значит, легко договориться! Решайте прямо сейчас — будете продавать дом или нет! Мы целую ночь здесь просидели, и терпение на исходе!
Едва он закончил, как двое его подручных с угрожающим видом хрустнули пальцами, глядя на Цзун Цяна и Линь Шуъюнь.
От напряжённой атмосферы Цзян Ли невольно затаила дыхание.
Какой захватывающий спектакль! Прямо как в сериале!
Цзун Цян испугался их внезапной агрессии, побледнел и растерянно взглянул на Линь Шуъюнь. Увидев её испуганное лицо, он сжал зубы и с трудом выдавил:
— Ладно… Продадим дом.
Линь Шуъюнь резко обернулась к нему, широко раскрыв глаза:
— Цзун Цян, ты что несёшь?!
Цзун Цян мрачно ответил:
— Что делать, жена? Придётся сначала расплатиться. Дом потом купим новый. Долг ведь будет только расти!
Цзян Цзюнь усмехнулся:
— Вот это умный человек.
Линь Шуъюнь не могла принять его объяснения. Для неё продажа дома была равносильна смерти. Она бросилась к мужу и дала ему пощёчину:
— Ты совсем мозгов лишился?!
Цзян Цзюнь, с большим трудом добившись согласия, опасался, что Цзун Цян передумает. Он медленно добавил:
— Похоже, сестрёнка сильно против. Цзун Цян, может, помочь тебе уговорить её?
От этих намёков Цзун Цян задрожал и поспешно оттащил от себя руки жены:
— Нет-нет, не надо! Она просто в шоке, не соображает. Я сам с ней поговорю.
Он повернулся к Линь Шуъюнь и начал увещевать:
— Жена, послушай меня. Сначала расплатимся с долгом, потом купим новый дом. Клянусь, заработаю столько, что ты будешь жить во дворце!
При этом он незаметно подмигнул ей, давая знак.
Линь Шуъюнь заметила его жест и постепенно пришла в себя. Осознав смысл слов Цзян Цзюня, она невольно вздрогнула.
Увидев, что её движения замедлились, Цзун Цян немного успокоился и, повернувшись к Цзян Цзюню, смущённо улыбнулся:
— Женщины… Иногда им нужно время, чтобы всё осознать. Я сейчас с ней поговорю.
Цзян Цзюнь широко ухмыльнулся:
— Ладно, дадим вам немного времени. Мы с братьями сходим в лавку поесть лапши. Вернёмся — обсудим детали продажи.
Он потянулся, явно довольный собой:
— Целую ночь не спали, да и животы пустые.
С этими словами он махнул своим людям:
— Пошли, позавтракаем.
Они важно вышли из квартиры. Цзун Цян подождал немного, подкрался к двери, убедился, что те ушли, и быстро закрыл её.
Линь Шуъюнь, всё ещё взволнованная и злая, спросила:
— Ты что задумал? Правда хочешь продать дом?
— Конечно нет! Ни за что на свете!
Цзян Ли нахмурилась, заинтересованная. Выходит, он не собирается продавать дом и отдавать долг? Тогда зачем он так легко согласился?
Она не верила, что этим людям так просто удастся его провести.
Цзун Цян сидел на диване, лицо его то краснело, то бледнело. Продать этот дом? Да он не дурак! Он давно слышал, что этот район скоро включат в программу реконструкции старого жилья — тогда это будет целое состояние, несравнимое ни с какими ста тысячами!
— Тогда что делать?! Они ведь скоро вернутся!
Линь Шуъюнь толкнула его в плечо, раздражённо требуя ответа:
— Говори же!
http://bllate.org/book/12040/1077216
Готово:
