— Цзинь Ян, ты уже взял номерок? Вчера в бильярд проиграл, сам обещал очередь занять. Если до семи не поедим, сегодня домой не возвращайся, — как только увидел его, тут же начал отчитывать один из парней, хлопая его по плечу.
Цзинь Ян молча сунул ему в руку бумажку с номером, нашёл свободное место и опустился на стул, тяжело вздохнув.
— Ой-ой, что это с нашим молодым господином Цзинем сегодня? Куда делась твоя обычная живость? Не привёл свою грозную невесту? Так радоваться должен! Сейчас братва пойдёт девчонок клепать, не переживай! — кто-то прямо уселся ему на шею.
— Отвали, отвали, не до шуток, — вздохнул Цзинь Ян, снова покосился на Цзян Цзе, вытащил из кармана пачку сигарет и закурил.
— Ого, так серьёзно расстроился? Ну рассказывай, в чём дело? — увидев, что другу действительно не до смеха, тот перестал дурачиться и уселся рядом.
— Цзян Цзе, я снова видел свою богиню! Сегодня даже поговорил с ней, — сказал Цзинь Ян, обращаясь не к остальным, а именно к нему. С остальными он не стал бы говорить — те только насмешками ответили бы. С тех пор как он признался, что у него есть «богиня», его постоянно дразнили: ведь он всегда славился тем, что больше всех в компании крутил романы, а теперь выглядел самым несчастным.
Только Цзян Цзе никогда не смеялся над ним!
Да, Цзян Цзе — лучший из лучших!
Он вообще почти не разговаривает!
И правда, Цзян Цзе лишь мельком взглянул на него, руки так и оставались глубоко в карманах.
— Эх, никогда раньше не чувствовал такого унижения, — пробормотал Цзинь Ян, откинувшись на спинку стула.
— Молодой господин Цзинь наконец получил отпор?! Правда или выдумал? — подначил один из друзей.
— Да это не просто гвоздь, это целый «непроходимый заслон»! Даже приблизиться невозможно! — воскликнул Цзинь Ян, вспоминая её вежливую, но ледяную отстранённость. И всё же… ему казалось, что даже в таком виде она прекрасна. Просто всё в ней безупречно. Чем дальше, тем больнее становилось.
Все дружно расхохотались. Кто не знал Цзинь Яна? Как такое вообще возможно?
Смешно или нет?
Первой не выдержала одна из девушек:
— Слушай, молодой господин Цзинь, сколько сердец ты сам разбил? Теперь сам попал впросак. По мне, так тебе и надо — это твоё воздаяние!
Цзинь Ян бросил на неё недовольный взгляд. Одно дело — когда братья подкалывают, совсем другое — когда женщина. Он тут же огрызнулся:
— Ты тоже будешь страдать. Не бойся, рано или поздно настанет и твой черёд.
При этом он специально посмотрел на Цзян Цзе.
Тот никак не отреагировал, и Цзинь Ян еле заметно усмехнулся. Он знал Цзян Цзе лучше всех. Среди всей компании они были ближе всего — с детства, по выражению самого Цзинь Яна, «вместе росли, как сливы и персики». Но характеры у них — полная противоположность: один без женщин жить не может, другой годами обходится без них.
Хотя Цзян Цзе не был совсем уж холоден ко всему женскому. В детстве он даже фанател от какой-то звезды — причём так, что нельзя было ни слова плохого сказать, ни намекнуть на отношения со звездой. Иначе Цзян Цзе просто переставал с тобой общаться — без ссор, без драк, просто игнорировал, заставляя тебя самому осознать провинность.
Но это быстро прошло. В целом, к женщинам он равнодушен. Даже если и увлекался кем-то, то чаще всего западными певцами — да и то мужчинами. В конце концов, Цзинь Ян свыкся с мыслью: просто ещё не встретил ту самую.
Разница между ними проста: один предпочитает «лучше ничего, чем плохо», другой — «лучше плохо, чем ничего».
Поэтому Цзинь Ян и любил проводить с ним время — Цзян Цзе молчалив и никогда не издевается.
Сейчас его безразличие ясно давало понять: эта девушка ему совершенно безразлична. Цзинь Ян видел много случаев, когда женщины сами лезли на шею, и ещё больше — когда отказывали. По реакции Цзян Цзе сразу можно было понять, есть ли шансы или нет. Это было словно приговор.
Поэтому он и не обиделся на её слова. Он вообще никогда не боялся никого обидеть — уж больно у него язык без костей.
— Так тебе и надо, — сказала девушка, бросив раздражённый взгляд на Цзян Цзе, который всё ещё молчал.
— Мне нравится, — ответил Цзинь Ян, снова посмотрев на неё.
Ему всегда нравилось флиртовать самому, но терпеть не мог, когда за ним бегают — вызывало отвращение.
— Продолжай, — произнёс Цзян Цзе, всё так же стоя перед ним, руки в карманах.
— Вот ты молодец, хоть слушаешь мои стенания! — Цзинь Ян тут же бросился к нему, чуть не повиснув на шее, но получил по затылку и отскочил.
Все вокруг смеялись, но ему было всё равно. Он подробно рассказал, как Чжун Цин сегодня «добила» его своим холодом и отстранённостью. Все хохотали без остановки, но он продолжал шептать Цзян Цзе всё новые подробности.
— Ладно, молодой господин Цзинь, проснись уже! Она явно тебя не замечает, — весело крикнул кто-то из компании.
— Ушла? — спросил только Цзян Цзе.
— Нет, пошли в ту закусочную, где крольчатину подают. Там почти никого, не нужно стоять в очереди. Но, Цзян Цзе, моя богиня просто невероятна! Даже кролика ест! Уважаю! — восхищённо добавил Цзинь Ян.
— Да брось, ей твоё восхищение как раз не нужно, — тут же вставил кто-то.
Цзян Цзе на секунду перевёл взгляд на вход в закусочную, потом снова отвернулся и больше не проронил ни слова.
Скоро их номерок наконец назвали. Цзинь Ян не успел забронировать столик заранее — вчера проиграл этот ужин, а сегодня все частные комнаты оказались заняты. Пришлось довольствоваться местом в зале, и даже там пришлось ждать почти час. Этот суши-бар с самого открытия пользовался бешеной популярностью в Наньчэне — молодёжь обожала сюда ходить, несмотря на высокие цены.
Компания ютилась за шестиместным столиком у окна, прямо напротив закусочной с крольчатиной. Цзинь Ян первым занял место у стены, чтобы видеть выход. Цзян Цзе, воспользовавшись длинными ногами, первым вошёл внутрь и без колебаний сел на дальнее место — лицом к окну. Так они оказались друг напротив друга.
Цены здесь были немалые, поэтому друзья решили как следует «пощипать» Цзинь Яна и заказали самые дорогие блюда. Девушка из компании молчала, лишь изредка поглядывая на молчаливого Цзян Цзе, который смотрел наружу.
Его обзор был гораздо лучше: он сидел прямо напротив закусочной, а Цзинь Яну приходилось постоянно оборачиваться. Тот даже предложил поменяться местами, но Цзян Цзе отказался. Пришлось крутить головой каждые несколько минут.
Людей было много, подавали медленно — особенно суши, ведь всё готовили на месте. Но компания болтала и не обращала внимания.
Вскоре из закусочной вышла компания. Цзинь Ян как раз обернулся и сразу увидел свою «богиню».
— Смотрите! Это она! Моя богиня! — заорал он, указывая пальцем.
Все повернулись и увидели девушку, которая аккуратно поддерживала пожилую женщину. На лице играла лёгкая улыбка, а у уголков губ виднелись милые ямочки.
Некоторые люди словно светятся изнутри.
Чжун Цин была именно такой. Её присутствие дарило тепло. Когда она улыбалась, создавалось ощущение, будто попал в популярную манхву: фон будто наполнялся мягким светом, и взгляд невозможно было отвести.
Не только Цзинь Ян, но и все остальные замерли. Такую красоту видели, но такого обаяния — никогда. Возможно, потому что она не была холодной. Её шарф небрежно лежал на плечах, розовый оттенок гармонировал с цветом кожи, придавая лицу здоровый румянец. Осанка — прямая, ноги — длинные и стройные. Глядя на неё, невольно начинало кружиться в голове.
— У неё есть парень, — не выдержала девушка из компании, особенно раздражённая тем, что Цзян Цзе тоже не сводит с неё глаз.
— Да нет же! Я случайно подслушал их разговор — это её младший брат, — возразил Цзинь Ян.
Брови Цзян Цзе чуть приподнялись.
Он вспомнил ту ночь.
Стоял у окна, не отрывая взгляда от киоска с фруктовыми напитками. Посмотрел на часы — уже почти восемь, а она всё не появлялась. Он нахмурился. И в этот момент она остановила машину.
Прямо под его окном.
Морщины на лбу разгладились. Он увидел, как она вышла из машины, повязав шарф, и направилась к киоску.
Но не успела сделать и шага, как оттуда выскочил кто-то и крепко обнял Чжун Цин.
Вспомнились слова начальника Ли. Только что расслабившиеся брови снова нахмурились. В груди вспыхнула необъяснимая ярость. Он резко захлопнул окно и больше не смотрел в её сторону.
Сегодняшний «младший брат», о котором говорил Цзинь Ян, и был тем самым человеком, что тогда обнял её.
Уголки губ Цзян Цзе слегка дрогнули.
— Цзинь Ян, у тебя отличный вкус! Но я хочу посоревноваться с тобой за неё. Что делать будем? — не удержался один из друзей.
— Катись! Я первый её заметил! — Цзинь Ян резко обернулся, голос стал громче.
— Но ей же не нравятся такие, как ты. Может, мне попробовать? — парировал тот.
Сразу завязалась перепалка. Все спорили, никто не хотел уступать. Только Цзян Цзе молчал — его взгляд не отрывался от Чжун Цин.
Остальные этого не заметили, но девушка, которая всё время следила за Цзян Цзе, сразу поняла. Она не сдержалась:
— Даже если это не парень, с таким лицом она точно не будет одна. Хватит мечтать! Кто знает, какая она на самом деле? Может, и не такая уж ангел?
Все взгляды тут же обратились на неё. Она смутилась, снова посмотрела на Цзян Цзе — и заметила, что его губы, которые только что чуть приподнялись, снова стали прямыми.
— Уходи, — сказал Цзян Цзе, глядя прямо на неё.
Она не поверила своим ушам. Он всегда игнорировал её ухаживания, но никогда так прямо не прогонял.
Характер Цзян Цзе был известен всем в их кругу. Он не лез в чужие дела. Если нравишься — хорошо, лишь бы не переступать черту. Обычно он просто молчал, не удостаивал ответом — потому что ему было всё равно. Он даже не считал нужным говорить «уходи».
Женщины думали: пока он молчит — есть шанс.
Но если Цзян Цзе злился и говорил «уходи» — это было окончательно. Никаких исключений. Он не был молчаливым от слабости.
— Уходишь или нет? — не дожидаясь ответа, Цзян Цзе нетерпеливо приподнял бровь. Его тон стал куда резче.
За столом воцарилась тишина. Все знали: если молодой господин Цзян говорит «уходи» — уходи, хоть ты трижды император. Кто вмешается — тому не поздоровится.
Девушке было неловко, но Цзинь Ян первым нарушил молчание. Он устроил эту встречу и не хотел, чтобы всё закончилось скандалом.
— Ладно-ладно, мы тут выпьем, а ты мешаешь, — сказал он шутливым тоном, смягчив обстановку. Девушка схватила сумочку, бросила взгляд на компанию — стыд и обида читались на лице — и вышла.
Цзинь Ян перевёл дух. Он специально говорил грубо, чтобы не рассердить Цзян Цзе.
Он снова посмотрел на уходящую «богиню» и понял: эта тайная любовь, скорее всего, так и останется тайной на всю жизнь.
Обед прошёл в мрачном молчании. Цзинь Ян пытался оживить компанию, но безуспешно. После ужина двое друзей быстро нашли отговорку и ушли. Остались только Цзинь Ян и Цзян Цзе, молча направляясь к лифту.
На втором подземном этаже Цзинь Ян осмелился хлопнуть Цзян Цзе по плечу:
— Братан, меня, кажется, к концу года зажмут с женитьбой. Приходи на свадьбу — будешь шафером и пить за меня.
Цзян Цзе взглянул на него, ничего не сказал и даже не отстранился.
— Ах, какая горькая жизнь! Только не повторяй судьбу остальных — не женись на ком попало. Лучше найди себе фею, пусть нам завидно будет. Знаешь, в последнее время всё хуже и хуже. Раньше, в школе, было куда веселее, — вздохнул Цзинь Ян, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. Он не хотел сдаваться, но если уж Цзян Цзе вмешался… тогда, пожалуй, лучше забыть.
http://bllate.org/book/11923/1066024
Готово:
