Эй Сивэй прикрыла ладонью микрофон телефона, сдержала всхлип и только потом снова заговорила:
— Да ничего особенного. А ты чем занят?
— Разговариваю с тобой. Скучаю.
Мрачное настроение мгновенно развеялось. Эй Сивэй фыркнула от смеха и ворчливо произнесла:
— Ты вообще понимаешь, что если слишком часто говорить сладкие слова, они теряют всякую цену?
— Что же делать? — спросил он, будто всерьёз обеспокоенный.
— Вот именно! Нельзя постоянно их повторять. Тебе нужно взять себя в руки.
Эй Сивэй полулежала на кровати, приподняв уголки губ и нарочито растягивая конец фразы.
Она не знала, что в этот момент Чжоу Чунань смотрел на экран с такой нежностью — её невольно проявившаяся ленивая кокетливость тронула его до глубины души.
— Хорошо, исполняю приказ, — мягко согласился он.
Эй Сивэй тихонько засмеялась, и её глаза изогнулись в две лунных серпы.
— Однако… — продолжил он, — мне нужно немного за себя пояснить.
— Что пояснять?
— Я просто говорю правду. Просто так получилось, что она прозвучала как комплимент.
Эй Сивэй крепче прижала подушку к груди и лениво перекатилась по кровати.
— Ладно уж, принимаю твои объяснения.
— А ты? — спросил он снова.
— А я что?
— Скучаешь по мне?
Эй Сивэй изо всех сил пыталась скрыть улыбку.
— Скучаю… — протянула она, но вдруг свернула фразу в другую сторону: — по Дахуану!
Чжоу Чунань раздражённо фыркнул:
— Ещё кто?
— По Тяньдоуэр!
— Теперь-то, наверное, настала моя очередь?
— Я хочу… — медленно начала Эй Сивэй, — спать!
— …Сивэй.
— Ага-ага, но мне правда очень хочется спать, пока-пока~
С этими словами она действительно повесила трубку, довольная, как хитрая лисица, добившаяся своего.
Неужели Чжоу Чунань — какое-то чудодейственное лекарство? Почему стоит только поговорить с ним по телефону — и настроение сразу становится таким прекрасным? — без всякой связи подумала Эй Сивэй.
— О чём это ты так глупо улыбаешься? Иди скорее есть, — сказала Юань Сяокэ, входя в комнату с пакетом и удивлённо глядя на сияющее лицо подруги. Ведь ещё минуту назад та выглядела совершенно подавленной, а теперь вдруг расцвела, словно после дождя!
— Что случилось? Почему так радуешься? — с живым интересом спросила Юань Сяокэ.
— Да просто шутку одну увидела, — уклончиво ответила Эй Сивэй.
К счастью, Юань Сяокэ не стала допытываться дальше — всё её внимание было приковано к еде, которую она принесла.
— Вот твой салат и курица. Я недалеко ходила, купила в ближайшем кафе здорового питания. Не знаю, вкусно ли получилось.
Юань Сяокэ говорила, но Эй Сивэй не спешила двигаться. Та обернулась и увидела, что подруга буквально приклеилась глазами к телефону.
— Да ладно тебе, хватит играть! Сначала поешь! — поторопила она.
— Угу-угу, сейчас, — отозвалась Эй Сивэй.
Тот самый человек, которому она только что повесила трубку, уже прислал сообщение в WeChat.
[AN: Кто-то задолжал мне объяснение. Я записал это в свой долговой журнал.]
[AN: Отдыхай как следует.]
*
Возможно, из-за того, что давно не занималась спортом, на следующее утро, вставая с постели, Эй Сивэй впервые за долгое время почувствовала лёгкую боль в бёдрах.
Раньше она могла танцевать по несколько часов подряд, а теперь всего лишь несколько раз поднялась по лестнице — и уже мышцы ноют. Неужели в последнее время она стала слишком ленивой…
Юань Сяокэ принесла завтрак. После еды девушки собрались выйти на съёмочную площадку.
Едва Эй Сивэй положила руку на дверную ручку, как в коридоре раздался громкий спор.
Знакомый высокий женский голос, без сомнения, принадлежал Сюэ Тунтун.
Юань Сяокэ повернулась к Эй Сивэй и тихо спросила:
— Что происходит?
Эй Сивэй нахмурилась — мужской голос, спорящий со Сюэ Тунтун, тоже показался ей знакомым.
Через некоторое время она вдруг поняла и чуть приоткрыла рот от удивления: неужели Ван Хаоци здесь?
— Мы… сейчас выходим? — растерянно спросила Юань Сяокэ.
Эй Сивэй покачала головой и приложила ухо к двери, стараясь разобрать, о чём спорят двое за ней.
Сквозь дверь слышалось нечётко, но эмоциональная Сюэ Тунтун кричала так громко, что отдельные фразы доносились ясно:
— Я не уйду!
...
— Кто ты такой?! На каком основании решаешь за меня!!
...
— Ты совсем с ума сошёл?!
Голос Ван Хаоци был гораздо тише и спокойнее, и разобрать его слова почти невозможно.
Примерно через несколько минут их крики постепенно удалились.
Лишь когда звуки полностью стихли, Юань Сяокэ осторожно приоткрыла дверь, огляделась по сторонам и, убедившись, что всё чисто, вышла в коридор.
— Ццц… — пробормотала она. — У этой Сюэ Тунтун и правда характер огненный! Может устроить скандал прямо в общественном месте!
Эй Сивэй не ожидала, что Ван Хаоци приедет в город А. Судя по тому, как он сразу же устроил перепалку со Сюэ Тунтун, их отношения были крайне запутанными.
На съёмочной площадке повсюду шептались за спинами.
— Слышал? Сюэ Тунтун вышла из проекта.
— Так внезапно? Почему?
— Говорят, по состоянию здоровья. Так сказала её менеджерская компания.
Чем больше Юань Сяокэ слушала, тем шире становились её глаза. Она подошла к знакомой группе людей и с любопытством спросила:
— Правда, что Сюэ Тунтун вышла из проекта? Информация достоверна?
Ассистентка с кудрявыми волосами ответила:
— Конечно, правда! Уже все об этом знают. Сегодня утром её агент лично приходил.
Другой человек добавил:
— Я сам слышал, как режиссёр Чжао отдавал распоряжение провести новый кастинг. Выглядел совсем расстроенным.
— Ещё бы! Внезапно выходит из проекта, да ещё и с таким количеством сцен! Весь график съёмок нарушился.
— Но ведь по состоянию здоровья… ничего не поделаешь.
— Какое состояние здоровья может быть таким внезапным? Только начали снимать — и сразу «не выдержала»?
Когда разговор стал набирать обороты, Юань Сяокэ отошла от группы и подошла к Эй Сивэй, которая как раз гримировалась.
— Сюэ Тунтун действительно вышла из проекта, — шепнула она ей на ухо. — Не связано ли это со ссорой, которую мы сегодня утром слышали?
— Кто знает, — задумчиво покачала головой Эй Сивэй.
— Хотя нам это и не касается, — с облегчением сказала Юань Сяокэ, — лучше не видеть её каждый день. При её характере постоянно ляпнёт что-нибудь обидное — кому такое вынести?
Она до сих пор помнила, как вчера Сюэ Тунтун презрительно осведомилась, «кто такая» эта Юань Сяокэ.
Вошла У Цзяни и, увидев уже находящуюся в комнате Эй Сивэй, сказала:
— Слышала? Сюэ Тунтун вышла из проекта.
Эй Сивэй повернула голову:
— Только пришла — и уже слышу. Цзяни-цзе, ты знаешь, в чём дело?
У Цзяни развела руками:
— Говорят, по состоянию здоровья. Если так заявляют — значит, так и есть. Некоторые вещи не обязательно выяснять до конца.
Она улыбнулась:
— Главное — результат. Теперь, по крайней мере, некоторое время её не будет рядом. Мне даже приятно.
Эй Сивэй рассмеялась от её прямоты:
— Зато часть твоих сцен с ней придётся переснимать.
У Цзяни хлопнула ладонью по столу:
— И правда! Я так обрадовалась, что совсем забыла об этом!
Выход Сюэ Тунтун из проекта стал свершившимся фактом. Сначала все шумели и обсуждали, но постепенно перестали упоминать об этом, и съёмки продолжились в обычном режиме.
Не то чтобы Ван Сун не находил возможности из-за присутствия Чжао Шэна, не то уже забыл ту историю — в любом случае, в последующие дни он не пытался специально подставить Эй Сивэй.
Без его мелочных козней жизнь Эй Сивэй на площадке стала довольно спокойной.
Почти никто уже не вспоминал о том небольшом инциденте, пока однажды Чжао Шэн не получил звонок от инвесторов сериала «Тёмные тона».
В тот же момент в соцсетях вдруг всплыла компрометирующая информация о Ван Суне.
Некий анонимный массовик заявил, что Ван Сун ранее использовал кастинги как предлог, чтобы склонять девушек к интимной близости.
Сам по себе Ван Сун не был знаменитостью, но его имя значилось в режиссёрской группе «Тёмных тонов», а сериал пользовался огромным вниманием. Тема мгновенно стала вирусной.
Когда этот пост появился в Weibo, на площадке как раз шли активные съёмки. Кто-то увидел новость, передал другому — и вскоре об этом знала почти вся съёмочная группа.
Включая самого Ван Суна.
Чжао Шэн мрачно спросил его:
— Это правда или нет?!
Под взглядами окружающих, полными презрения и насмешек, лицо Ван Суна побелело как мел, на лбу выступил холодный пот. Он не знал, кто мог выкопать эти старые дела, но признаваться ни в коем случае нельзя.
— Всё ложь! Я ничего подобного не делал! Это клевета! — решительно отрицал он.
Чжао Шэн холодно произнёс:
— Правда или нет — решать не мне. Этим займутся другие. Но ты больше не можешь оставаться в проекте. Собирай вещи и уходи немедленно!
— Режиссёр Чжао, нельзя так!.. — запнулся Ван Сун, пытаясь оправдаться. — Я… я правда ничего такого не делал! Может, вы…
Чжао Шэн резко повысил голос:
— Ты думаешь, это моё решение?! Только что звонили инвесторы и настоятельно потребовали немедленно снять тебя с должности! Спорить со мной бесполезно!
Он достал телефон и начал набирать номер.
— Я…
Ван Сун хотел ещё что-то сказать, но Чжао Шэн раздражённо махнул рукой:
— Хватит! Не задерживайся здесь. Иди и сотрудничай со следствием, а мне ещё надо убирать за тобой эту кучу проблем! Некогда с тобой возиться!
Эй Сивэй была одной из последних, кто узнал об этом. Только что она спокойно снималась, как вдруг режиссёр гневно крикнул «стоп», и она даже испугалась — неужели где-то ошиблась?
Выйдя со съёмочной площадки, она узнала, что произошёл настоящий переворот.
Юань Сяокэ стояла рядом и листала Weibo, бормоча себе под нос:
— Непростой человек, очень непростой…
Эй Сивэй не поняла её странных слов:
— Что непростого?
— А, я имею в виду этого Ван Суна. Оказывается, у него такая тёмная история, — быстро нашлась Юань Сяокэ.
Девушка, которая делала Эй Сивэй макияж, вмешалась:
— Говорят, всё это было много лет назад. Кто-то сейчас выкопал старое. Неужели Ван Сун кого-то обидел?
Сердце Юань Сяокэ ёкнуло. Она поспешно ответила:
— Но ведь если бы он ничего такого не делал, и копать было бы нечего!
— Я просто так сказала, зачем ты так разволновалась? — странно посмотрела на неё визажистка.
Эй Сивэй тоже взглянула на подругу:
— Что с тобой?
Юань Сяокэ заморгала:
— Да ничего. Просто считаю, что злодеи всегда получают по заслугам. Хе-хе.
— Да, — подхватила визажистка, — ведь ещё пару дней назад он специально подставил Сивэй. Теперь всем стало легче на душе.
— Именно! — энергично кивнула Юань Сяокэ.
Эй Сивэй подумала, что в последнее время ей действительно везёт: Сюэ Тунтун, которая её недолюбливала, вышла из проекта, а Ван Сун, который ставил палки в колёса, был уволен.
Только она подумала о Сюэ Тунтун, как кто-то рядом сказал:
— Последнее время в нашем проекте сплошные неурядицы. Прошла всего неделя с начала съёмок, а столько всего случилось.
Другой человек покачал головой:
— Не говори так. После трудностей всё пойдёт гладко.
Услышав эти слова, Юань Сяокэ внутренне сжалась.
Увидев компромат на Ван Суна, она сразу заподозрила, что за этим стоит тот самый господин Чжоу. Раньше, когда всё было спокойно, она думала, что он просто пошутил и ничего не предпримет. Но оказалось — готовил грандиозный удар!
Теперь, оглядываясь назад, возможно, выход Сюэ Тунтун тоже связан с этим…
Раньше она не связывала уход Сюэ Тунтун с этим делом, потому что в разговоре по телефону не особо подчёркивала конфликт между Сюэ Тунтун и Сивэй. Но, оказывается, даже самые обычные слова были услышаны и запомнены.
Хотя и приятно, но этот господин Чжоу действует по-настоящему жёстко…
Кто он такой, если готов сделать столько ради Сивэй?
Ощутив на себе пристальный взгляд, Эй Сивэй повернулась и увидела, что Юань Сяокэ смотрит на неё с очень сложным выражением лица.
— О чём задумалась? — спросила она.
«Думаю, знаешь ли ты, что где-то есть таинственный магнат, который ради тебя расчищает все преграды», — хотела сказать Юань Сяокэ, но, конечно, промолчала.
Собрав эмоции на лице, она перевела тему:
— Как, по-твоему, съёмочная группа будет решать эту проблему? Всё-таки репутация пострадает.
Эй Сивэй ответила:
— На самом деле не так уж и плохо. Если грамотно провести PR-кампанию, это даже станет дополнительной рекламой.
http://bllate.org/book/11820/1054101
Готово:
