Юй Нинь как раз отправляла Ци Юаньвэню сообщение, что уже на месте, когда Хуан Вэйвэй нетерпеливо сделала огромный глоток кофе — и тут же издала пронзительный стон от горечи.
От неожиданности Юй Нинь дрогнула пальцем и отправила наполовину набранное: «Я приехала в кофе…»
Подняв глаза, она увидела, что лицо и глаза Хуан Вэйвэй покраснели.
Хуан Вэйвэй мучительно проглотила кофе, несколько раз зашипела и возмущённо воскликнула:
— Почему в этом кофе вообще нет сахара?! Так горько!!!
Юй Нинь огляделась и заметила зону самообслуживания с добавками.
На маленькой полке стояло множество подсластителей — одних только сиропов было больше десятка.
Она выбрала самый нейтральный — карамельный — и добавила его в два латте. Не успела она вернуться к столику, как над входной дверью зазвенел японский колокольчик.
В кофейню вошёл молодой человек в чёрных брюках, чёрной рубашке и чёрных туфлях; на голове у него была светлая панама.
Юй Нинь показалось, что эта шляпа странно знакома.
Парень поднял лицо из-под полей, его шаг замедлился. Сначала он взглянул на Юй Нинь, потом перевёл взгляд на кофе в её руках и лишь после этого направился к стойке, где сказал девушке за прилавком:
— Десять латте, десять американо, пять шелковистых чая с молоком и пять улунов.
Девушка за стойкой улыбнулась и сладким голоском спросила:
— У вас есть особые пожелания по поводу сорта кофейных зёрен? Молочные продукты использовать обычные или заменить на соевые?
Цзюйань холодно ответил:
— Нет, ничего менять не надо.
Затем он вытащил карту и оплатил заказ.
У Хуан Вэйвэй с рождения был «радар на красавчиков», и с того самого момента, как Цзюйань переступил порог, её взгляд не отрывался от его лица.
Особенно когда этот красавец направился прямо к их столику, она почувствовала, будто задыхается.
Цзюйань, ожидая свой заказ, бросил взгляд на свободные места рядом с двухместным диванчиком, где сидели девушки, и без лишних слов подтащил себе стул, усевшись рядом.
Хуан Вэйвэй немедленно обдала Юй Нинь взглядом, полным обвинений: «Ты меня разыгрываешь?! Это кто такой?! Ты хотела прибрать такого красавца себе одной?!»
Юй Нинь, чувствуя себя загнанной в угол, вынуждена была спросить:
— Цзюй-гэ, а вам ко мне дело?
Хуан Вэйвэй тут же успокоилась — так это другой человек! Но когда ты успела познакомиться с таким красавцем и даже не сказала мне ни слова?!
Цзюйань, которого назвали «Цзюй-гэ», явно опешил, нахмурился, но возражать не стал.
— У Ци Юаньвэня нет времени, — сказал он. — Я отвезу тебя туда.
— Куда?
Юй Нинь растерялась. Разве они собираются снимать рекламу на кухне кофейни? Хотя интерьер здесь действительно интересный, всё же лучше было бы использовать студийную площадку.
Цзюйаню надоело видеть глуповатые лица девушек. Особенно второй — та просто впилась в него взглядом. На его лице, что ли, магнит какой-то?
Он раздражённо встал:
— Забери заказ. Я пойду за машиной.
Не дожидаясь ответа Юй Нинь, он вышел.
Хуан Вэйвэй тут же потребовала от Юй Нинь рассказать всю «правду».
Юй Нинь вкратце объяснила ситуацию.
Глаза Хуан Вэйвэй загорелись:
— Я никогда не видела, как снимают рекламу!
Она принялась трясти руку подруги:
— Дорогая Юй Нинь, возьми меня с собой, пожалуйста! Хочу посмотреть, хочу посмотреть, хочу посмотреть…
Юй Нинь не выдержала её уговоров и с тяжёлым сердцем согласилась.
Когда они вышли с кофе, Цзюйань уже ждал у машины. Увидев автомобиль, Хуан Вэйвэй снова заволновалась.
Юй Нинь сделала вид, что ничего не замечает, и посадила подругу в машину.
Цзюйань нахмурился и, глядя в зеркало заднего вида на эту «обезьяну», явно перебравшую кофеина, не спешил заводить двигатель.
Юй Нинь случайно встретилась с ним взглядом и ясно прочитала в его глазах: «Это ещё что такое?»
Вспомнив, как он недавно отвозил её домой, она почувствовала вину, но всё равно решительно заявила:
— Она пришла со мной. Оставить одну девушку в таком месте — небезопасно.
Хуан Вэйвэй тут же закивала, изобразив послушную и скромную.
Цзюйань прищурился, молча смотрел на них.
Юй Нинь поняла: он точно зол.
Прошла целая минута, прежде чем он резко завёл машину и рванул с места.
Юй Нинь не ожидала такого и чуть не ударилась головой о переднее сиденье.
Но куда они едут?
Она потёрла слегка закружившуюся голову и вдруг узнала дорогу. Кажется, они направлялись…
Она мгновенно протрезвела и хрипловато спросила:
— Мы… куда едем?
Цзюйань, заметив в зеркале её побледневшее лицо, немного сбавил скорость и чуть мягче произнёс:
— В киностудию Тяньхай.
Разве для съёмки рекламы нужно ехать в киностудию?
Неужели современные рекламщики стали такими креативными?
Юй Нинь недоумённо посмотрела на Цзюйаня, но тот молчал, сосредоточенно глядя на дорогу.
Машина проехала через главные ворота студии, и пейзаж вокруг резко изменился: повсюду высились здания в имитации стиля Мин и Цин, по улицам сновали люди в древних одеждах. Из-за жары многие девушки задирали подолы руцзюнь до бёдер, обнажая под ними резиновые шлёпанцы. Один актёр в образе изящного конфуцианского учёного шёл под кружевным зонтом и при этом запивал что-то колой — картина получилась совершенно анекдотичной.
Объехав студию по периметру, Цзюйань остановил машину, заглушил двигатель и вышел.
Юй Нинь поспешила за ним, держа два больших пакета с кофе. Хуан Вэйвэй, всё ещё в восторге, цеплялась за её руку и без умолку спрашивала, не встретят ли они знаменитостей.
Юй Нинь чувствовала себя крайне неловко.
Цзюйань взял у неё кофе и холодно бросил девушкам:
— Здесь снимается сериал, и на площадке есть дикие звери. Не теряйтесь.
— Дикие звери?!
Лицо Хуан Вэйвэй побледнело, она торопливо закивала и сразу стала тихой и послушной.
Перед ними уже маячила лента, ограждающая съёмочную площадку, и раздался знакомый щелчок хлопушки. Юй Нинь остановилась и растерянно спросила:
— Разве мы не должны снимать рекламу? Здесь же снимают дораму!
Цзюйань обернулся, указал им на место и сказал:
— Да и нет. Просто сядьте здесь и не уходите. Вас скоро заберут.
Он вытащил из пакета два стакана холодного чая с молоком и сунул по одному девушкам, после чего быстро ушёл.
Хуан Вэйвэй осторожно делала маленькие глотки, впервые за день проявляя сдержанность.
— Это первый раз в жизни, когда такой красавец лично принёс мне чай с молоком, — сказала она Юй Нинь, застенчиво улыбаясь. — Теперь я могу умереть спокойно!
Юй Нинь, до этого напряжённая, не удержалась и рассмеялась. Она лёгким движением ткнула пальцем подругу в лоб:
— Тебе-то сколько лет, чтобы говорить такие вещи?
Хуан Вэйвэй потрогала лоб и глуповато улыбнулась, бросив на неё безобидный взгляд:
— А всё равно я старше тебя. Не забывай про уважение к старшим!
Юй Нинь приподняла бровь, подумав про себя: «Если бы ты знала, что я почти на десять лет старше тебя, у тебя волосы дыбом встали бы».
Она отставила чай в сторону и достала из рюкзачка тетрадку.
С тех пор как в прошлый раз пришлось ждать на съёмках больше часа, она научилась всегда брать с собой блокнот.
Хуан Вэйвэй с любопытством заглянула ей через плечо и удивилась:
— Ты зачем сюда «Записки о башне Юэян» принесла?!
Юй Нинь посмотрела на неё поверх тетради:
— Ты забыла, что я пересдаю экзамены?
— Но неужели нельзя хоть немного отдохнуть? Надо же так усердствовать…
Увидев, что Юй Нинь говорит всерьёз, Хуан Вэйвэй тут же сдалась:
— Ладно-ладно, зубри себе. Хочешь, я буду проверять?
Юй Нинь с радостью согласилась и передала ей тетрадь:
— Первые три абзаца я уже хорошо выучила, а вот дальше путаюсь. Не подсказывай сразу — только если совсем не смогу вспомнить.
Хуан Вэйвэй похлопала себя по груди, давая обещание выполнить задание.
— Весной четвёртого года Цинли, — начала Юй Нинь чётким, звонким голосом, — Тэн Цзыцзин был отправлен в ссылку и стал правителем Балин…
Как и большинство звёзд, стремящихся к идеальному образу, Юй Нинь в прошлой жизни проходила специальные занятия по дикции. В обычной речи это не было заметно, но при чтении текст звучал особенно выразительно и красиво.
Однако вскоре она запнулась:
— …Когда весна приносит ясную погоду и тёплый свет, вода спокойна, небо и вода сливаются в одно… чайки плавают… рыба с блестящей чешуёй…
Хуан Вэйвэй, до этого с восхищением слушавшая, теперь с трудом сдерживала смех.
Вдруг из-за деревьев донёсся другой голос:
— Небо и вода сливаются в одно, и всё пространство становится ярко-зелёным; чайки парят и собираются вместе, рыба с блестящей чешуёй плавает; на берегах и островках благоухают травы и цветы. А иногда, когда исчезает весь туман, луна освещает тысячи ли, отблески волн сверкают, как золото, а её отражение в воде — как нефритовый диск. Рыбаки поют в ответ друг другу — разве можно выразить эту радость словами!
Это был глубокий мужской голос с лёгким пекинским акцентом, звучавший очень мощно и уверенно.
Девушки обернулись. Неподалёку под деревом стоял мужчина средних лет в чёрной футболке с надписью «Песнь Жёлтой реки» золотыми буквами, в армейских брюках и чёрной кепке. В руке он держал незажжённую сигарету, видимо, вышел подышать свежим воздухом.
У него был округлый животик и добродушное лицо. Заметив, что девушки смотрят на него, он улыбнулся Юй Нинь:
— Молодец, девочка, хорошо читаешь. Продолжай стараться.
Юй Нинь слегка покраснела и поблагодарила его.
Мужчина покачал сигаретой и ушёл искать место, где можно покурить.
Когда он скрылся из виду, Хуан Вэйвэй тихо сказала Юй Нинь:
— Вот уж не думала, что такой неряха окажется преподавателем из Университета А.
Юй Нинь удивлённо посмотрела на неё.
— На его футболке написано: «Хор факультета кино и телевидения Школы медиакоммуникаций Университета А». Наверное, он преподаватель. Не ожидала, что в таком элитном вузе педагоги могут быть такими небрежными.
Юй Нинь кивнула, не раскрывая иллюзий подруги: в университетах такие футболки носят все — даже сторожа. Но по внешнему виду мужчины действительно можно было предположить, что он преподаватель.
Юй Нинь с трудом закончила четвёртый абзац, как наконец появился Ци Юаньвэнь. От жары у него весь лоб был в поту, а лицо покраснело. Он подбежал к ним, улыбаясь:
— Извините, что заставил ждать.
Он взглянул на Хуан Вэйвэй и широко ухмыльнулся:
— Бао Сяомэй, привела подружку погулять?
Хуан Вэйвэй: «??? Бао Сяомэй — это кто?»
Юй Нинь кивнула и, видя, как он мучается от жары, протянула ему свой нетронутый чай с молоком.
Ци Юаньвэнь не стал церемониться: сорвал крышку и выпил половину одним глотком.
Наконец почувствовав облегчение, он вздохнул и сказал Юй Нинь:
— Пойдём, я провожу тебя. Но твоя подружка не может идти с нами.
Он снова ухмыльнулся Хуан Вэйвэй:
— Малышка, сиди здесь и пей своё молочко, подожди немного.
«Пью молочко» Хуан Вэйвэй закатила глаза.
Ци Юаньвэнь наставительно добавил:
— Здесь снимается сериал, и у съёмочной группы есть огромная овчарка. Очень опасно! Никуда не уходи!
Хуан Вэйвэй, которая ещё полчаса назад испугалась таких же слов, теперь почувствовала, что её считают ребёнком, и едва не взорвалась. Но Ци Юаньвэнь уже убежал обратно за ограждение и крикнул кому-то вдалеке:
— Сейчас буду!
Юй Нинь прихватила рюкзачок и побежала за ним, спрашивая:
— Ци-гэ, скажите, наконец, что мы вообще делаем? Неужели будем снимать рекламу на студийной площадке? Это же какие затраты!
http://bllate.org/book/11812/1053530
Готово:
