— Не надо, я сама воды налью! — резко отказалась Лю Мэнъяо. Но, заметив красные прожилки в его глазах, смягчилась и добавила: — Даже если не голоден, всё равно поешь хоть немного. Если Си Си узнает, как ты мучаешь себя, наверняка будет чувствовать себя виноватой. Посмотри, у тебя глаза кровью налились — страшно смотреть! Как бы она, очнувшись, сразу не упала в обморок от твоего вида. Поел — и отдыхай. Здесь я всё слежу!
Чжао Хай помолчал, размышляя, но слова её показались ему разумными, и он наконец согласился:
— Хорошо, тогда извини за беспокойство, сноха. Обязательно позвони мне, как только Си Си придёт в себя!
— Конечно, не переживай. Иди скорее — не задерживайся здесь. Ешь и отдыхай! — нетерпеливо проговорила Лю Мэнъяо. Его вид действительно раздражал: где та обычная элегантность и мужская привлекательность? Сейчас он напоминал заботливую няньку, которая бесконечно твердит одно и то же. Если Си Си проснётся и увидит его таким растрёпанным, ей тоже будет неприятно. Лучше пусть пойдёт отдохнёт и приведёт себя в порядок — так будет гораздо лучше!
Чжао Хай, увидев её раздражение, не обиделся — понимал ведь, что она думает о его пользе и просто хочет, чтобы он отдохнул. Поэтому послушно взял принесённые ею куриный бульон и еду и вышел из палаты. Услышав, как за ним закрылась дверь, Лю Мэнъяо наконец перевела дух. Она боялась, что не сможет уговорить Чжао Хая, но, видимо, тот оказался вполне сговорчивым. Недаром Си Си говорила, что им легко управлять!
Лю Мэнъяо села рядом с больничной койкой и с болью посмотрела на Ван Си, а потом — на её левую ногу. Сердце сжалось от жалости. Девушка ещё так молода… такой удар для неё невыносим. Сама Лю Мэнъяо, возможно, и не выдержала бы подобного. Оставалось лишь надеяться, что, очнувшись, Ван Си сумеет принять случившееся.
Погружённая в размышления, она не сразу заметила, что дверь снова открылась. Обернувшись, она увидела врача в белом халате. Лю Мэнъяо встала и вежливо улыбнулась ему. Врач осмотрел пациентку: прослушал фонендоскопом, приподнял веки, после чего убрал инструменты и повернулся к ней:
— Состояние пациентки стабильное. Скорее всего, она придёт в сознание уже сегодня. Однако травма левой ноги крайне серьёзна. Мы настоятельно рекомендуем в течение этой недели перевезти её в США — это значительно повысит шансы на восстановление. Что до лица, то после заживления ран можно будет провести пластическую операцию или пересадку кожи.
— Хорошо, мы обязательно рассмотрим возможность перевозки в Америку в ближайшие дни. Спасибо за рекомендацию! — ответила Лю Мэнъяо с улыбкой.
— Пожалуйста. При малейших трудностях нажимайте на кнопку вызова — медперсонал немедленно придёт. Когда пациентка очнётся, постарайтесь удержать её от сильных эмоций. Возбуждение может навредить процессу выздоровления.
Врач вышел. Лю Мэнъяо взглянула на Ван Си, достала телефон из сумочки и, подойдя к окну, набрала номер.
В кабинете Шэнь Кэнань почувствовал вибрацию телефона, отложил документы и поднял трубку:
— Что случилось? Возникли проблемы?
Услышав его мягкий голос, Лю Мэнъяо невольно улыбнулась:
— Нет, ничего особенного. Просто лечащий врач только что сказал, что Си Си нужно как можно скорее, в течение недели, перевезти в США для лечения. Я хотела спросить твоё мнение: когда лучше организовать транспортировку? Врач подчеркнул, что чем раньше — тем выше шансы на восстановление.
Шэнь Кэнань нахмурился. Он понял, что она мягко намекает на необходимость действовать без промедления. Проведя рукой по подбородку, он равнодушно ответил:
— Раз так, отправим её завтра утром частным самолётом. Я заранее свяжусь с клиникой в США и организую приём. Остальное тебя не должно волновать. Успокоилась?
— Да! — с довольной улыбкой отозвалась Лю Мэнъяо. — Я знала, что ты лучший! Только не забудь сообщить об этом брату Си Си. Мне здесь нужно остаться с ней, так что поговорим попозже, днём.
Шэнь Кэнань, услышав этот игривый, почти кокетливый тон, тепло улыбнулся. А Лю Мэнъяо, положив трубку, покраснела до корней волос, сердце её гулко колотилось. «Ой, только что я, кажется, флиртовала с ним!..» — подумала она с ужасом. «Всё, теперь мне вообще жить негде! С тех пор как появился Шэнь Кэнань, я будто становлюсь совсем другой — даже не узнаю себя. Вот и сейчас, сама того не заметив, начала с ним заигрывать… Как же стыдно!»
Тем временем Ван Си медленно открыла глаза. Взгляд её блуждал по палате, в памяти чётко всплыли события свадебного дня. Попытавшись сесть, она резко опустилась обратно от острой боли в ногах и вскрикнула:
— А-а-а!
Крик вернул Лю Мэнъяо из задумчивости. Она быстро подбежала к кровати и увидела, как Ван Си корчится от боли, покрытая холодным потом. Лю Мэнъяо взяла салфетку и осторожно вытерла ей лоб:
— Си Си, с тобой всё в порядке? Где болит? Может, вызвать врача?
Ван Си слабо сжала её руку и покачала головой:
— Не надо, сноха. Это всего лишь царапины… Не стоит беспокоить доктора. А брат и остальные… они в порядке?
Лю Мэнъяо погладила её по лбу и тихо ответила:
— Все целы и здоровы. Ты теперь спокойно отдыхай. Завтра мы отправим тебя на лечение в Америку.
Она не решалась прямо сказать правду о состоянии ноги — боялась, что Ван Си не выдержит и впадёт в отчаяние или начнёт винить себя.
— Если все в порядке, то хорошо, — облегчённо выдохнула Ван Си. — Но разве мои травмы настолько серьёзны, что требуют лечения за границей? Разве в Китае нельзя вылечить?.. Неужели нога сильно повреждена?
Она отлично помнила ту пронзающую боль в ноге, от которой потеряла сознание. Неужели теперь она… искалеченная?
Взглянув на Лю Мэнъяо, а затем на плотно забинтованные ноги, Ван Си охватил страх: а вдруг она больше никогда не сможет ходить?
Лю Мэнъяо, видя её растерянность и тревогу, крепко сжала её ладонь:
— Си Си, не мучай себя догадками. Это твой брат настоял на переводе в Америку — там больше специалистов и современное оборудование. Так ты быстрее пойдёшь на поправку.
— Правда? Ты не обманываешь? Это действительно решение брата? — с сомнением спросила Ван Си. Если так, значит, её состояние действительно критическое, и в Китае ей не помогут. Мысль о том, что она может остаться калекой, наполнила её ужасом. Что будет, если она больше не сможет встать? Останется ли с ней Чжао Хай? Даже если он захочет остаться, разве она не станет для него обузой? Ему нужна здоровая жена, а не инвалидка!
Лю Мэнъяо поняла, что Ван Си уже кое-что заподозрила. Оставалось лишь надеяться, что девушка найдёт в себе силы принять реальность и не сломается.
— Конечно, Си Си, я бы никогда тебя не обманула. Не думай лишнего — всё наладится. Чжао Хай поедет с тобой в Америку, и мы обязательно выпьем на вашей свадьбе!
Глаза Лю Мэнъяо весело блестели, но в глубине души она была озабочена: лечение за границей, скорее всего, затянется надолго. Главное — чтобы Ван Си нашла в себе силы преодолеть это испытание.
Услышав, что Чжао Хай поедет с ней, Ван Си обрадовалась, но тут же обеспокоилась: у него столько дел в стране! Неужели он бросит всё ради неё? Теперь, когда она стала калекой, она не имела права удерживать его. Лучше бы он нашёл себе другую, достойную невесту.
— Сноха, где сейчас Чжао Хай? Можешь попросить его прийти ко мне? — тревожно спросила она, сжимая рукав Лю Мэнъяо.
— Конечно, могу, — улыбнулась та. — Но не сейчас. Он бодрствовал у твоей койки целые сутки и сегодня ни минуты не спал. Когда я пришла, он уже дремал рядом с тобой, так что я отправила его отдохнуть. Скоро вернётся — тогда и поговорите сколько душе угодно. Не переживай.
— Хорошо… Мне немного устало. Пожалуй, прилягу, — прошептала Ван Си с горечью. Слёзы навернулись на глаза — она чувствовала, как сильно обременяет Чжао Хая. Ей казалось, что она уже не достойна такого преданного человека.
Лю Мэнъяо, заметив слёзы, решила, что Ван Си плачет от боли, и поспешила успокоить:
— Отдыхай, только не двигайся — иначе станет ещё больнее. Сейчас закажу тебе немного рисовой каши.
Ван Си слабо улыбнулась и закрыла глаза. Но мысли не давали покоя: что будет, если в Америке ей тоже не смогут помочь? Останется ли она навсегда прикованной к инвалидному креслу? И потеряет ли навсегда Чжао Хая?
Лю Мэнъяо, укрыв её одеялом, заметила, как из-под сомкнутых ресниц катятся горячие слёзы. Она поняла: внутри у Ван Си буря. Но утешать было бесполезно — только сама девушка могла справиться с этим. Оставалось лишь надеяться, что она найдёт в себе силы.
Скоро принесли кашу. Лю Мэнъяо села рядом и мягко потрясла её за плечо:
— Си Си, я знаю, ты не спишь. Открой глазки — попробуй кашку. Здесь очень вкусно готовят!
Ван Си, почувствовав аромат, открыла глаза. Они были ещё влажными, но запах еды пробудил аппетит — с момента потери сознания она ничего не ела. Лю Мэнъяо приподняла спинку кровати, подложила подушку и начала кормить её, аккуратно дуя на каждую ложку.
Ван Си молча ела. Тёплая каша согревала живот, придавая силы. Лю Мэнъяо радовалась, видя, как с удовольствием та ест. Вскоре миска опустела, и Ван Си даже чмыхнула от сытости. Раньше она считала рисовую кашу пресной, но сегодня это было самое вкусное блюдо в её жизни.
Цвет лица Ван Си стал менее бледным, щёки даже порозовели. Лю Мэнъяо аккуратно вытерла ей рот салфеткой и убрала посуду.
— Теперь отдыхай. Я рядом, можешь спокойно спать, — сказала она.
Едва эти слова прозвучали, как дверь палаты открылась. Обе женщины обернулись и увидели входящего Чжао Хая с контейнерами еды в руках. Под глазами у него залегли тёмные круги — было ясно, что последние два дня он не спал.
Чжао Хай быстро подошёл к кровати, глаза его сияли от радости:
— Си Си, ты очнулась! Как себя чувствуешь? Может, вызвать врача?
Ван Си смотрела на него сквозь слёзы:
— Не надо… Со мной всё хорошо. Ты так измучился за эти дни… Посмотри, как похудел!
http://bllate.org/book/11722/1046096
Готово:
