Тан Ин задумалась:
— Тогда чуть поформальнее. Или просто чёрное платье — это всегда беспроигрышно. Обязательно шёлковый шарф, туфли на каблуках и волосы распущены. Милочка, подойди… — скомандовала она. — Я нанесу тебе лёгкий макияж.
Когда Линь Синьцзы выходила из дома, она действительно была прекрасна — совсем не похожа на свою обычную скромную внешность. Чёрные волосы мягко ниспадали на плечи, шёлковое платье элегантно прикрывало колени. И уж точно не «без единого штриха»: на этот раз она нанесла тёплые коричневые тени, аккуратно подвела глаза и выбрала розовую помаду. Взгляд её напоминал Лю Ифэй в «Золотом прахе», а длинная изящная шея делала её похожей на лебедя. Она взяла жемчужную клатч-сумочку Тан Ин и надела туфли-шпильки высотой семь сантиметров, отважно оставив ноги голыми даже в октябрьском Пекине.
И тут ей пришло сообщение от Ма Циюаня:
«Я уже у твоего подъезда».
Тан Ин тоже заволновалась: свидание с миллионером! Как только Линь Синьцзы вышла, она бросилась в спальню и вытянула шею, чтобы заглянуть вниз. Из окна спальни отлично просматривался вход во двор — они жили на невысоком этаже, а перед окном росло огромное платановое дерево с густой листвой. Обычно Тан Ин любила просыпаться под щебетание воробьёв на этом платане, но сейчас она злилась — ветви мешали ей подглядывать за представителем высшего общества.
Видимо, его удлинённый «Роллс-Ройс», «Кадиллак» или ещё какая-то чересчур длинная машина просто не смогла втиснуться в их старый двор. Тан Ин разочарованно вздохнула — она так ничего и не увидела.
У ворот стояла лишь тётка-охранница, которая, пытаясь обмануть городских контролёров, поставила на кирпичах ящик с овощами, пару стариков на прогулке и несколько редких прохожих, включая одного дядечку на велосипеде из каршеринга.
Тан Ин сожалела, что не может видеть дальше. Но тут она заметила уходящую Линь Синьцзы. Та была так прекрасна, что Тан Ин почувствовала укол зависти. Вернувшись в комнату, она включила компьютер и принялась работать.
Когда Линь Синьцзы увидела Ма Циюаня, она буквально остолбенела.
Ма Циюань тоже замер.
Она сотню раз представляла себе автомобиль миллионера: модель, внешний вид, качество кожи на сиденьях, будет ли там бокал шампанского. Она даже запомнила десять главных ошибок, которых ни в коем случае нельзя допускать в машине богача — например, строго запрещено делать селфи. Но ей и в голову не приходило, что миллионер припаркует у её подъезда…
велосипед из каршеринга.
Ма Циюань был одет в спортивный костюм: только что пробежался и прямо из парка Чаоян взял первый попавшийся велосипед, даже не успев принять душ. На шее болталось полотенце. Его взгляд упал на изысканные туфли-шпильки Линь Синьцзы и шёлковое платье — и ситуация мгновенно стала неловкой.
Линь Синьцзы не знала, что сказать. Её больше всего обидело: «Ты вот так пришёл на свидание со мной?»
Её приглашали на свидания слишком часто, и уровень всегда был соответствующий. Когда Чэнь Мо приезжал из Хайдяня провести с ней выходные и им нужно было побывать в нескольких местах, он обязательно брал машину в аренду — причём не ниже Audi A6. А рестораны? Сначала она методично перепробовала все заведения из рейтинга «Чёрная жемчужина», а потом, когда в Пекине появился Мишлен, прошлась по всему новому списку. Красавица выстраивала любовь как серию испытаний для поклонников.
Ма Циюань прочистил горло и неловко улыбнулся:
— Сегодня… ты очень красива.
Линь Синьцзы сдержала обиду и постаралась ответить томным голосом:
— Спасибо. Куда мы направляемся?
— Неподалёку есть отличный ресторан. Хотел предложить прокатиться туда вместе на велосипедах, но, судя по твоему наряду, тебе будет неудобно. Давай лучше возьмём такси.
Линь Синьцзы мысленно закатила глаза: «Это теперь моя вина, что я слишком нарядилась?»
Но оказалось, что у Ма Циюаня даже нет приложения для вызова такси. Он долго махал рукой проезжающим машинам, но безрезультатно. Линь Синьцзы начала нервничать. «Какой же он старомодный!» — подумала она, мельком взглянув на его телефон и чуть не получив инфаркт: iPhone 8!
Он, похоже, тоже смутился, открыл карту и стал искать маршрут. Вдруг обрадовался:
— До ресторана можно доехать на автобусе — всего одна остановка! Пошли, рядом автобусная остановка.
Линь Синьцзы широко раскрыла глаза:
— А как называется этот ресторан?
Ма Циюань протянул ей телефон:
— «Суп из баранины из Цзяньян». Рекомендовал друг из Чэнду — самое время набрать вес перед зимой.
Линь Синьцзы почувствовала, что сходит с ума.
«Суп из баранины из Цзяньян» находился прямо у большой дороги. Красная вывеска с белыми буквами, а поверх — явно составленный в Word’е баннер: крупными чёрными буквами «Настоящая хрустящая текстура», а мелким красным шрифтом — «Жизнь так прекрасна, а дни такие вкусные!». За стеклянной дверью виднелись тесно расставленные деревянные столы, плиточный пол и интерьер в духе восьмидесятых. Ресторан был недалеко от её дома, но она никогда не заходила туда — даже мимо проезжая, не удостаивала вывеску вторым взглядом.
«Если меня пригласили в заведение дешевле трёхсот юаней за человека, этого мужчину я больше никогда не увижу», — решила она про себя.
А средний чек в «Супе из баранины из Цзяньян» составлял восемьдесят восемь юаней.
Когда Линь Синьцзы, облачённая в розовые туфли Jimmy Choo на семисантиметровом каблуке, с трудом преодолела одну автобусную остановку и теперь сидела в этом заведении в своём чёрном шёлковом платье (22-момми), она бережно положила жемчужную сумочку Тан Ин себе на колени.
Стол был жирный до блеска, а насыщенный запах баранины полностью перебил её любимые духи Miss Dior. Она никогда ещё не чувствовала себя такой подавленной.
Ма Циюань заметил её уныние:
— Что будешь есть? У них действительно отличная баранина.
«Я терпеть не могу запах баранины», — подумала она, но вежливо ответила:
— Да всё подойдёт. — И добавила с горечью: — Я редко ем баранину.
Ма Циюань помолчал и спросил:
— Может, сходим куда-нибудь ещё?
Линь Синьцзы взглянула на его ничем не примечательное лицо, потом перевела взгляд на шею и одежду. На футболке засохло большое пятно от пота, оставившее тёмный след. Возможно, из-за жизни за границей он любил загорать — кожа была тёмной, а морщины придавали ему возраст. Он органично сливался с этим уличным кафе в духе восьмидесятых.
Линь Синьцзы почувствовала, что её обманули.
Это точно не миллионер, не тот самый бизнесмен, который три года живёт в Швейцарии, год — в Японии и периодически возвращается в пекинскую роскошную квартиру. Перед ней был «Отец» с картины Ло Чжунли — простой, земной человек, ездящий на велосипеде и автобусе, способный с аппетитом есть баранину и в любой момент запеть северо-западную народную песню.
— Не надо, — устало сказала она. — Останемся здесь. Не хочу тратить ещё больше времени. Давайте быстрее закончим ужин.
Ма Циюань сразу почувствовал её холодность и, вероятно, догадался, о чём она думает. Он лишь усмехнулся и спокойно продолжил есть, хотя перед ним сидела красавица с нахмуренным лбом. То и дело он заводил разговор — рассказывал о пекинских обычаях, упомянул, что у него есть несколько домов в центре города.
Линь Синьцзы слегка оживилась:
— Недвижимость? В центре?
— Да, в старых переулках внутри второго кольца. Несколько домиков.
«Ха! Домики!» — скривилась она и больше не расспрашивала. Взяла палочки и начала понемногу есть только зелень.
Прощаясь, он вежливо спросил:
— Проводить тебя домой?
Линь Синьцзы уже не было сил притворяться. Она махнула рукой:
— Нет, спасибо. Я обычно вызываю такси.
Она нарочито демонстративно заказала премиум-такси и грациозно уехала, оставив его позади.
Ма Циюань с улыбкой покачал головой: «Современные девушки совсем не такие, какими я их себе представлял».
Когда машина проехала светофор и развернулась, Линь Синьцзы не удержалась и посмотрела в окно. Ма Циюань стоял в синей спортивной куртке, с короткой стрижкой и в свободных штанах поверх мужских компрессионных леггинсов. Его одежда не выдавала брендов — «Наверное, подделка», — подумала она.
Вдалеке он подошёл к велосипеду из каршеринга, наклонился и отсканировал QR-код. На фоне — простая вывеска «Супа из баранины из Цзяньян», идеально сочетающаяся с его образом.
— Эх… — тихо вздохнула Линь Синьцзы в машине и принюхалась к своим волосам и плечам — от них несло бараниным бульоном.
Она не заметила, как Ма Циюань, сев на велосипед, получил звонок:
— Алло?
— Господин, вас забрать?
— Не нужно. Я совсем рядом — через пять минут доеду домой на велосипеде. Сегодня хорошо потренировался, сильно вспотел. Пусть управляющий всё подготовит.
— Хорошо, господин.
Тот вежливо дождался, пока Ма Циюань сам положит трубку.
Когда Линь Синьцзы вернулась домой, Тан Ин с досадой участвовала в телефонной конференции.
Дело было не особо срочное, но начальница вдруг проявила неожиданный энтузиазм и собрала всех младших юристов на обсуждение проекта без особого повода.
Начальница Тан Ин по фамилии Ван, которую все звали «Большая Ван», с самого выпуска из университета работала под началом босса Тан Ин. Она трудилась не покладая рук, и её профессиональные травмы считались знаком отличия.
Сейчас Большая Ван с пафосом вещала по телефону:
— Этот проект крайне срочный! Именно поэтому я собрала вас в выходной вечер в этот чат — ведь наш клиент исключительно важен и ценен. В ближайшие недели, включая выходные, вы будете очень заняты. Но в этой занятости вы многому научитесь! Надеюсь, вы будете готовы к…
Тан Ин поставила телефон на громкую связь и выключила микрофон. Одной рукой она рассеянно слушала, другой листала форум на ноутбуке.
Линь Синьцзы переоделась и прислонилась к дверному косяку спальни, дожидаясь окончания звонка. Когда тот наконец завершился, она спросила:
— Будет много работы?
Тан Ин пожала плечами:
— Кто знает? У неё театральный характер — любит устраивать спектакли. Проекты у неё часто грозные, а по факту — пшик.
Потом она с любопытством посмотрела на подругу:
— Ну как свидание?
Линь Синьцзы скривилась, схватила подушку и рухнула на кресло-мешок в спальне Тан Ин:
— Помнишь, что ты мне сказала перед выходом?
— Конечно! Главная задача первого свидания с богатым пожилым мужчиной — проверить безымянный палец на наличие следа от кольца!
— Вот именно! — Линь Синьцзы подняла руку и показала безымянный палец. — Но после сегодняшнего опыта я поняла: главное — сначала убедиться, что он вообще настоящий миллионер!
Тан Ин недоуменно уставилась на неё.
Линь Синьцзы отчаянно произнесла:
— Этот тип, похоже, любитель раздавать пустые обещания и хвастаться. Говорит одно, делает совсем другое. Возможно, у него даже мания величия. Угадай, на чём он приехал?
— На чём? — растерянно спросила Тан Ин.
Красавица закрыла глаза:
— На велосипеде из каршеринга!
Тан Ин была поражена. Линь Синьцзы поднесла голову к подруге:
— Ну-ка, понюхай мои волосы! Это запах супа из баранины за восемьдесят восемь юаней!
Тан Ин хотела сказать, что сама бывала в этом месте и еда там неплохая, но вспомнила привычки подруги — баранина точно не для принцессы.
Линь Синьцзы долго жаловалась и в итоге решила: Ма Циюаня можно смело вычёркивать из списка — обычный лже-миллионер.
Шаблон «богатого человека» у обычного офисного работника на 90 % формируется на образе собственного босса: смутно помнится, что он недавно купил новый Range Rover, его доход оценивается примерно в пять миллионов в год, он живёт в двухсотметровой квартире в престижном районе за третьим кольцом, держит шнауцера, у него ребёнок в детском саду, а в доме две няни — одна только за ребёнком ухаживает, другая — только готовит. Зимой он одевается легко, потому что всегда перемещается из подземного гаража в другой подземный гараж. Отпуска и командировки — только в Европу, а самые дерзкие даже выкладывают в соцсети фото с частного самолёта или с сигарой на яхте.
Остальные 10 % шаблона — из фантазий: интернет, сериалы, романы и городские легенды.
В жизни Тан Ин не было знакомства с настоящими миллионерами. Она не могла помочь Линь Синьцзы отличить подделку от оригинала.
Но ей показалось странным. Она задумалась и спросила:
— У тебя есть его страница в соцсетях? Дай посмотреть.
http://bllate.org/book/11057/989602
Готово:
