Это была карта, нарисованная от руки — немного небрежная, но чётко обозначавшая стороны света. Кроме того, на ней аккуратно проложили короткий путь от её общежития до ворот университета.
Она осторожно держалась от него на расстоянии:
— Больше не заблудишься.
Сан Цзюань замер, сжимая листок в руке. Спустя долгую паузу он усмехнулся:
— Ты что…
— Жалеешь меня?
— Нет.
Девушка говорила совершенно спокойно и логично:
— Просто если ты не будешь блуждать,
— мне реже придётся с тобой сталкиваться.
Сан Цзюань: «…»
*
Цзян Инь вернулась в общежитие, передала материалы Чу Ань и пошла принимать душ.
Когда она вышла, вдруг вспомнила, что забыла спросить Сан Цзюаня — следил ли он за ней последние несколько дней.
Цзян Инь немного подумала и решила, что, скорее всего, это был не он.
Если бы это был Сан Цзюань, то, учитывая его привычку делать всё, что вздумается, совершенно не задумываясь о последствиях и совершенно не считаясь с её чувствами, он бы прямо и дерзко признался.
После этого Цзян Инь больше не видела Сан Цзюаня.
Он действительно, как она и предполагала, больше никогда не терялся.
Однако ощущение, будто за ней кто-то наблюдает и следит, время от времени всё ещё возникало, вызывая тревогу. Но обращаться в полицию из-за чего-то столь неосязаемого и лишённого доказательств казалось неправильным.
Впрочем, это почти не влияло на повседневную жизнь, поэтому Цзян Инь колебалась лишь недолго и решила, что, возможно, просто страдает лёгким психическим расстройством.
А почему бы и нет?
Кроме смутного ощущения чужих глаз, жизнь Цзян Инь словно вернулась в прежнее размеренное русло.
После того как сотрудничество с компанией «Шанъвань» сорвалось, к ней обратились сразу несколько компаний с предложениями контрактов. Иногда она даже колебалась.
Но стоило вспомнить слова Сан Цзюаня — и ей начинало казаться, что даже самые обычные договоры скрывают какие-то невидимые ловушки.
К тому же, глядя на свои собственные эскизы, она понимала, что в них ещё много недостатков и над чем работать. Подписывать контракт сейчас было слишком рано.
В итоге она отложила эту мысль.
Лю Янь читала новости:
— Отец Лян Жо получил несколько лет тюрьмы и, скорее всего, уже не выйдет… Сотрудникам компании, конечно, не повезло.
Чу Ань добавила:
— Говорят, корпорация Сан запустила новый проект, почти идентичный тому, что был у компании Лян Жо, и даже переняла всех её сотрудников.
Лю Янь:
— О, тогда всё не так уж плохо.
Цзян Инь слегка замерла, опустив карандаш.
Лю Янь продолжила:
— Хотя всё равно не повезло — ведь компания так долго не выплачивала зарплату.
— Но в целом стало лучше, — сказала Чу Ань. — Многие сотрудники — люди под сорок, с семьями. Им было бы трудно найти новую работу. Корпорация Сан поступила правильно.
Чу Ань добавила:
— Из-за всего этого скандала Лян Жо, наверное, не сможет вернуться на учёбу. Говорят, её сильно потрясло заключение отца.
Лю Янь:
— Ага, тогда наше общежитие останется с одной свободной койкой?
Чу Ань:
— Да, возможно, к нам переведут кого-нибудь другого…
Осень постепенно подходила к концу, но в общежитии так и оставались только трое. Никого нового не перевели, и Цзян Инь привыкла к жизни втроём.
Она стала чаще публиковать свои эскизы и кукол в вэйбо. Её фанатская аудитория быстро росла, некоторые даже вели себя чересчур фанатично.
Кто-то прокомментировал её работы так:
«Это настоящий праздник для омег!»
Цзян Инь особо не следила за комментариями, но цифры подписчиков казались ей подозрительно завышенными.
Жизнь шла своим чередом, однако иногда Цзян Инь начинала встречать омег.
…
Ладно, не «иногда».
Они всегда «случайно» оказывались рядом с ней.
Или в столовой при оплате картой за соседним столиком неизменно собирались омеги, которых она раньше почти не видела.
Когда она сидела с Чу Ань за столом А, за столами Б или В неминуемо образовывался лагерь омег.
Или во время занятий по физкультуре —
всегда находилась какая-нибудь омега, которая «случайно» подходила ближе и слабым голосом просила:
— Девушка, не могла бы ты купить мне воды?
Цзян Инь, обеспокоенная, покупала воду.
И с тех пор после каждой пробежки и отметки на физкультуре эта омега уже ждала её с бутылкой воды:
— Спасибо тебе огромное за прошлый раз! Сегодня я, конечно, куплю тебе. Хочешь дашича или что-нибудь ещё?
Так продолжалось день за днём.
Цзян Инь не любила строить отношения с незнакомцами, и каждый раз, сталкиваясь с таким напором дружелюбия, чувствовала себя крайне неловко.
«…»
Позже Чу Ань купила шагомер, и Цзян Инь больше не ходила на пробежки. Хотя ей было немного стыдно перед той омегой, она всё же с облегчением вздохнула.
Прошло время, и однажды Чу Ань задумчиво произнесла:
— Иньинь, почему мне кажется, что когда я с тобой, я чаще встречаю омег?
Лю Янь тоже выглядела озадаченной:
— Да уж, за полмесяца я, кажется, уже пятьдесят раз наткнулась на этих редких «звёзд кампуса».
Цзян Инь тоже недоумевала.
Каждый раз, глядя на шумную компанию омег за соседним столиком, она молчала, но внутри всё кипело.
…Хотя они все делали вид, что совершенно случайно, ненароком и в самый подходящий момент оказываются рядом с ней.
Но таких «совпадений» становилось всё больше, и это начинало казаться странным и даже зловещим.
В университете альфы и омеги были редкостью, пользовались популярностью и, как правило, отличались большей сообразительностью и находчивостью по сравнению с бетами, поэтому часто занимали руководящие должности в студенческих организациях.
Поэтому документы и заявки Цзян Инь всегда проходили очень быстро.
Такая откровенная благосклонность омег ставила её в тупик, но поскольку это почти не мешало повседневной жизни, она не придавала этому большого значения.
Осень быстро сменилась зимой, наступила холодная пора, и пришёл Новый год.
Мелкие снежинки начали падать на землю.
У Чу Ань появился парень — знакомство по настоянию родителей. Отношения шли нелегко.
— Если не нравится, зачем вообще встречаться? — спросила Цзян Инь.
— Просто угождаю родителям, — пожала плечами Чу Ань. — Ведь я всего лишь бета, а родители очень переживают за моё замужество.
Цзян Инь кивнула, хотя не до конца понимала.
На новогодние каникулы Цзян Инь не поехала домой, лишь отправила матери праздничное поздравление. Вечером девушки из общежития собирались на ужин и все немного принарядились: даже Чу Ань нанесла помаду.
Цзян Инь взяла флакон духов, помедлила и отложила его в сторону.
Лю Янь проворчала:
— Я же подарила тебе столько духов! Почему не пользуешься?
Цзян Инь лишь улыбнулась.
На ужине были Лю Янь, её парень Ли Сянь — красивый альфа, Чу Ань и Цзян Инь.
Ли Сянь, увидев Цзян Инь, удивился:
— У тебя совсем нет феромонов?
Лю Янь тут же стукнула его по голове:
— И что с того? Если у тебя язык не умеет вежливо говорить, лучше его прикуси!
Ли Сянь:
— Эй-эй, я ничего такого! Просто никогда не встречал… Прости, малышка, извини, извини!
Цзян Инь:
— Ничего страшного.
Отсутствие феромонов в этом мире действительно делало человека изгоем.
Цзян Инь давно привыкла к таким невольным проявлениям любопытства.
За ужином она заметила, что Ли Сянь постоянно клал еду в тарелку Лю Янь, хотя та ничего не просила и даже не смотрела на блюда.
Цзян Инь с интересом наблюдала.
Чу Ань толкнула её:
— Ты чего уставилась? Влюбилась в чужого парня?
Цзян Инь очнулась и, покраснев, покачала головой:
— Нет, правда!
Она растерянно прошептала:
— Просто… Лю Янь ничего не сказала, а он сразу знает, что она хочет съесть.
Казалось, даже без слов Ли Сянь всё понимал.
Чу Ань ответила:
— А, это нормально.
Она вдруг вспомнила что-то и, глядя в наивные глаза Цзян Инь, запнулась:
— …
Наконец тихо сказала:
— У них есть феромоны.
— Поэтому некоторые вещи можно понять, даже не произнося их вслух.
Цзян Инь широко раскрыла глаза:
— Даже то, что нравится есть, а что нет?
— Да, именно так, — сказала Чу Ань. — Особенно если он альфа. У альфы, стоит почувствовать феромоны своей партнёрши, он мгновенно узнаёт все её эмоции и предпочтения.
— Поэтому многие так хотят встречаться с альфами, — добавила она. — Пусть у них и сильное стремление контролировать, но если у тебя есть феромоны, он точно станет самым понимающим человеком на свете.
— Он всегда будет знать, как тебя порадовать.
Цзян Инь спросила:
— А если… у человека нет феромонов?
Чу Ань машинально ответила:
— Как это «нет»…
Она вдруг осознала, что говорит именно с Цзян Инь, кашлянула и растерянно произнесла:
— Наверное… это как… слепой, пытающийся ощупью понять слона?
Чу Ань оперлась подбородком на ладонь:
— Да уж… Как вообще можно строить отношения без феромонов?
Она задумалась:
— Если ты ничего не скажешь, твой партнёр никогда не узнает, о чём ты думаешь и что тебе нравится. Это же кошмар!
Цзян Инь положила ей в тарелку большого краба и серьёзно спросила:
— А если бы ты хотела встречаться со мной, что бы я должна была сделать, чтобы тебе понравиться?
Чу Ань:
— ?
Чу Ань:
— …Ты хочешь со мной встречаться??
— Это просто гипотетически! — быстро поправилась Цзян Инь, заметив странное выражение лица подруги. — Я имею в виду: если бы у твоего партнёра не было феромонов, что ему нужно делать, чтобы сохранить отношения?
Цзян Инь призадумалась.
Такие, как она, наверное, действительно плохо подходят для романтических отношений.
Ли Сянь вдруг вмешался:
— Если бы это был я,
— я бы очень хотел, чтобы она говорила мне всё, что не могут выразить феромоны.
Он улыбнулся:
— Конечно, благодаря феромонам я могу быть внимательнее, но всё равно хочу, чтобы малышка сама рассказывала мне обо всём. Ха-ха!
Лю Янь бросила на него сердитый взгляд:
— Ты уж больно болтлив!
Но не смогла сдержать улыбку и достала бутылку красного вина:
— Это вино я украла у папы! Все обязаны выпить!
Ужин прошёл весело. После еды Лю Янь с парнем сразу ушли на свидание.
Цзян Инь тоже выпила немного — не много, и не чувствовала опьянения.
Чу Ань и Цзян Инь вместе направились обратно. По дороге Чу Ань получила звонок и нахмурилась.
Цзян Инь:
— Что случилось?
— Я провожу тебя до университета, — сказала Чу Ань. — Парень настаивает, чтобы я встретила с ним Новый год.
Цзян Инь:
— Тогда иди.
Чу Ань нахмурилась ещё сильнее.
— Я сама дойду, — сказала девушка, укутанная в пушистое пальто и в перчатках с медвежьими ушками. Её глаза сияли в темноте. — Я же не маленькая.
Чем увереннее она говорила, тем больше напоминала ребёнка.
Чу Ань вздохнула:
— Ладно, доведу тебя хотя бы до ворот.
Она крепко потрепала Цзян Инь по голове:
— В прошлый раз тебя так бросили одну — теперь я не рискну.
Чу Ань проводила её до главных ворот университета и помахала на прощание:
— Я поехала!
Цзян Инь стояла у ворот, наблюдая, как Чу Ань садится в машину и уезжает в снежную мглу.
Тень подруги расплывалась на несколько частей.
Цзян Инь склонила голову набок. Алкоголь начал действовать — перед глазами всё поплыло, и в голове зашумело.
Она выдохнула облачко пара — и вдруг почувствовала, как чья-то рука схватила её за руку.
В следующее мгновение вокруг неё, словно из-под земли, выросли несколько фигур. Они явно поджидали здесь давно.
Пронзительный холод ударил в лицо. Она не успела разглядеть, кто стоит во главе, как её резко оттолкнули — и тут же прижали к горячему, пылающему объятиям.
Среди метели чьи-то руки прикрыли ей уши, голову прижали к раскалённой груди, и всё вокруг исчезло — она ничего не слышала и не видела, ощущая лишь тревожное, болезненное дыхание того, кто её обнимал.
Сан Цзюань прижимал к себе пьяную, ничего не соображающую девушку и с ледяным взглядом смотрел на Лян Жо, одетую в больничную пижаму и окружённую группой людей. Та выглядела одержимой и безумной.
Цзян Инь смутно подумала:
Ага, тот, кто следил за мной всё эти месяцы.
Наконец не выдержал и решил действовать.
Она с сожалением подумала: «Знай я, что это не показалось…»
http://bllate.org/book/10965/982295
Готово:
