Когда он впоследствии обрёл власть, все, кто когда-либо его унижал, понесли наказание — каждый по мере вины.
В том числе и главная героиня Су Жэсюэ.
После этого душераздирающего эпизода между ними ещё не раз возникнут недоразумения, и трещина в их отношениях будет становиться всё глубже.
Тот юноша Е Цзюй, который некогда готов был пройти сквозь огонь и воду ради любимой девушки, чтобы украсть духокамень, постепенно исчезал без следа.
Его место занял холодный, надменный и жестокий Е Цзюй, который то и дело насильно отбирал у Су Жэсюэ всё, что ей дорого.
Подводя итог, можно сказать, что роман «Песнь Феникса» построен на чередовании страданий: сначала мучают мужчину, потом женщину. На протяжении пяти-шестисот глав они бесконечно терзают друг друга, упрямо отказываясь объясняться, как бы ни запутывались в недоразумениях.
Что касается финала — Шэнь Юйюй не знала.
Известный ей сюжет был неполным: она чётко помнила лишь те части, где фигурировал маленький феникс; остальное же представлялось смутными очертаниями, а концовка и вовсе была для неё белым пятном.
Однако, судя по канонам старомодных мелодраматичных романов, в конце концов они, скорее всего, преодолеют все преграды и обретут счастливый конец.
Шэнь Юйюй бегло пробежалась глазами по этим душераздирающим сценам и тут же почувствовала, как заныло под ложечкой, а заодно вспомнилось и то странное сердечное недомогание.
«Нет, надо проверить, повлияет ли их мучительная любовь на меня», — решила она.
Иначе при таком плотном графике страданий она точно умрёт от сердечного приступа задолго до их счастливого конца.
Она быстро просмотрела предстоящие события, пытаясь найти подходящий момент для проверки.
В итоге остановилась на трёх сценах:
— ученики, завидовавшие Е Цзюю, изгнали его вещи, выбросив всё в ручей;
— поклонники Су Жэсюэ избили Е Цзюя до синяков, и именно в тот момент появилась Су Жэсюэ;
— Е Цзюй вернул Су Жэсюэ все подарки и отказался встречаться с ней, а она втайне проливала слёзы.
Эти события должны были произойти в ближайшие несколько дней. Чтобы результаты были точными, ей следовало лично присутствовать при этом.
А чтобы попасть на место событий, нужно было часто выходить из дома. А каждый раз, выходя, она обязана была сообщать об этом Маленькому Небесному Владыке…
Шэнь Юйюй постучала клювиком по блюдцу с духовным рисом и вдруг почувствовала себя так, будто собирается гулять, а родители требуют отчитаться.
«Ох, как же это непросто!»
...
Но Маленький Небесный Владыка оказался гораздо сговорчивее, чем она ожидала.
Услышав её просьбу немного погулять самой, он лишь погладил её по головке и привязал к лапке маленький зелёный камешек.
— Не уходи далеко. Возвращайся пораньше, — сказал он.
Камешек был очень лёгким и не мешал прыгать и бегать. Шэнь Юйюй покачала лапкой и решила, что это, скорее всего, знак, чтобы её не потеряли.
Хотя внешние ученики жили поодиночке, их жилища располагались рядом друг с другом.
Два дня подряд Шэнь Юйюй бегала к ручью неподалёку и, наконец, на третий день, ближе к вечеру, увидела в воде множество предметов, плавающих по течению.
Разбитый стол из сандалового дерева без одной ножки, осколки фарфора… даже деревянная кровать с мокрой, промокшей до нитки постелью.
Шэнь Юйюй: «...»
Даже такую тяжёлую кровать они умудрились сюда закинуть — видимо, ученики очень старались избавиться от Е Цзюя.
Она подняла голову к небу, прикинула время и решила, что Е Цзюй вот-вот вернётся в своё жилище.
Тогда она спряталась невдалеке в кустах и стала наблюдать сквозь листву.
Примерно через четверть часа на берегу появился Е Цзюй в синем одеянии.
Он шёл быстро, с напряжённым выражением лица, но, увидев состояние ручья, его черты исказились от ярости.
Затем Шэнь Юйюй увидела, как он нагнулся и начал вытаскивать из воды кровать — точнее, мокрую постель с неё.
Вытащив промокший до основания матрас, Е Цзюй сжал край простыни так сильно, что на руках вздулись жилы, а глаза слегка покраснели.
Согласно оригиналу, среди выброшенных вещей была одна — последняя память от матери Е Цзюя. Похоже, это и была та самая постель.
Как только глаза Е Цзюя покраснели, сердце Шэнь Юйюй забилось чаще. Она прижала крылышки к груди, боясь, что снова начнётся приступ.
Однако, пока Е Цзюй тащил промокшую постель прочь от ручья, с её телом ничего не происходило.
— Подожди, — прошипел он сквозь зубы и, бросив эту фразу, исчез за поворотом, оставив после себя лишь худощавую синюю спину.
Шэнь Юйюй вдруг почувствовала к нему жалость.
Но, осознав это, она тут же встряхнула головой.
«Фу-фу-фу! Как я могу жалеть этого дракона-повелителя? Ведь у нас с ним счёт кровавый — он вырвал моё сердце и вырезал кости!»
К тому же всё произошло не просто так: виноват сам Е Цзюй, ведь он совершил ошибку, но избежал должного наказания, вызвав тем самым общую ненависть.
«Жалость к врагу — предательство по отношению к себе. Я должна быть твёрдой и всегда стоять против дракона-повелителя», — мысленно настроила она себя.
Теперь, когда Е Цзюй страдал, а она не чувствовала боли, Шэнь Юйюй перевела дух.
Она даже с оптимизмом подумала: может, она ошиблась, и никакой связи между ними нет? Тот сердечный приступ в прошлый раз был просто случайностью.
Но этот оптимизм быстро рассеялся.
...
На следующий день после полудня, под ласковыми лучами солнца, Шэнь Юйюй уютно устроилась в корзинке, укрывшись тонким одеяльцем, и сладко спала.
Когда она крепко заснула, внезапно в груди вспыхнула острая боль, пронзившая всё тело и мгновенно вырвав её из сна.
Ощутив знакомое сердечное недомогание, Шэнь Юйюй с трудом поднялась.
Без сомнений, Е Цзюй и Су Жэсюэ снова затеяли очередную сцену страданий.
Судя по интенсивности боли, сейчас происходило что-то особенно драматичное — ей казалось, будто её вот-вот разорвёт надвое.
Будто огромный топор рубил её тело, Шэнь Юйюй каталась по корзинке в муках, молясь, чтобы та прохладная энергия, что спасла её в прошлый раз, снова явилась на помощь.
Но мольба осталась без ответа. Наоборот, внутри её тела стало жарко, будто по жилам текла раскалённая лава, готовая сжечь все внутренности дотла.
Не в силах терпеть, она тихо застонала.
В тот самый момент, когда она открыла клюв, из него вырвался мощный золотисто-красный огонь, который с ужасающей температурой устремился к потолочным балкам.
Едва пламя коснулось балки и достигло крыши, оно столкнулось с невидимым барьером, вызвав громкий треск и вспышку искр.
Но Шэнь Юйюй уже почти потеряла сознание и ничего не замечала — даже того, что сама выпустила огонь.
Она с трудом дышала, смутно думая: «Неужели сегодня я умру здесь...»
«Ведь я так старалась стать сильнее, хотела выжить любой ценой... Неужели быть второстепенным персонажем — уже приговор?»
Горькое чувство несправедливости накрыло её с головой. От боли она почти лишилась рассудка, но всё равно крепко зажмурилась, не давая слезам выкатиться.
«Нельзя плакать! Не дам этому проклятому сюжету радоваться моему унижению!»
От жгучей боли сознание то мутнело, то прояснялось. И вдруг в ушах зазвучал далёкий, едва уловимый голос:
— Если ты согласишься пойти к избраннику судьбы и помочь ему, всё вернётся в норму...
Шэнь Юйюй даже не задумываясь, сквозь зубы отрезала:
— Ни за что!
Идти к дракону-повелителю? Никогда! Пока я жива, этого не случится!
Она предпочла бы умереть от боли, чем жить рабыней.
Лучше смерть, чем жизнь без свободы.
Это была её последняя гордость.
Её отказ, похоже, разъярил само течение сюжета. Боль усилилась до невыносимого уровня — будто по её душе медленно катился тяжёлый камень, дробя каждую клеточку. От такой муки она уже не могла даже издать слабый стон.
Куда ведёт конец пути?
В последние мгновения перед потерей сознания ей послышался знакомый голос:
— Юйюй?
Это был Маленький Небесный Владыка.
За всё это время они успели сблизиться, и теперь, перед лицом смерти, ей захотелось хоть разок взглянуть на него.
Она попыталась открыть глаза, но веки будто налились свинцом и не поддавались.
В следующий миг её поглотила бесконечная тьма, и сознание окончательно угасло.
...
В тот самый момент, когда защитная печать в комнате начала трещать под натиском пламени, воздух вдруг исказился, и в помещении возникло чёрное облачко.
Оно медленно рассеялось, превратившись в мужчину в чёрных одеждах с тёмными волосами.
Его лицо было холодным, в глазах читалось раздражение.
Он окинул взглядом комнату и остановился на крыше.
Увидев прозрачную защитную печать, которая вот-вот должна была рухнуть с громким треском, он нахмурился, поднял руку и сжал кулак. Воздух в том месте закрутился, и колебания прекратились.
Убедившись, что всё под контролем, он опустил руку. На его бледных пальцах остался лёгкий ожог.
— Какое мощное пламя..., — пробормотал он и легко провёл пальцами по ожогу — след исчез.
Разобравшись с последствиями, он неторопливо подошёл к столу и увидел в корзинке обугленный комочек.
Брови его сошлись ещё сильнее.
«Неужели это та самая птенчиха из рода фениксов?»
Он помнил, что в прошлый раз она была совсем другого цвета.
Комочек в корзинке, почувствовав его присутствие, слабо зашевелился, но тут же затих, и его дыхание стало едва уловимым.
Мужчина подпер подбородок рукой, задумался на мгновение и, наконец, неохотно протянул руку к обугленному шарику.
«Похоже, его долго выращивали. Жаль будет, если умрёт», — подумал он.
...
По аллее шёл Се Чжичжай в сопровождении нескольких учеников, направляясь к своему жилищу.
За спиной у него висел меч, в руке он держал мешочек. Его скромная ученическая форма уже слегка выцвела, но даже в такой простой одежде он сиял неземной красотой.
Один из учеников, глядя на мешочек, усмехнулся:
— Младший брат Се, ты действительно балуешь свою питомицу. Такой дорогой духовный рис покупаешь без раздумий!
После того случая все ученики узнали, что Се Чжичжай завёл детёныша зверя — милого жёлтого цыплёнка.
Се Чжичжай лишь мягко улыбнулся:
— Она ещё совсем маленькая. Нельзя экономить на её еде.
Другой ученик про себя покачал головой, считая его наивным.
«Зачем заводить такого питомца? Он ведь ещё слишком мал — понадобятся десятки лет, прежде чем он сможет хоть как-то помочь хозяину».
Но он знал, что Се Чжичжай слишком добр, чтобы бросить малыша, даже если поймёт всю бессмысленность затеи.
Взглянув на спокойную улыбку Се Чжичжая, ученик вздохнул.
Именно за эту доброту он и хотел с ним дружить.
Пока они болтали, выражение лица Се Чжичжая внезапно изменилось — в глазах мелькнула тревога.
— У меня срочное дело. Пойду вперёд, — быстро бросил он и поспешил к своему дому.
Остальные ученики растерянно переглянулись, глядя на его стремительно исчезающую спину, и никто не мог понять, что случилось.
Се Чжичжай мчался со всей возможной скоростью. Добежав до двери, он быстро снял защитную печать и распахнул вход.
Пройдя несколько шагов к жилой комнате, он вдруг замер.
Услышав шум, стоявший посреди комнаты чёрный мужчина обернулся, открывая своё слегка холодное лицо.
Изящные глаза, высокий нос, чёткие черты лица...
Перед ним стоял человек с точь-в-точь таким же лицом, как у него самого.
Се Чжичжай похолодел, и пальцы в рукавах сжались в кулаки.
Чёрный Се Чжичжай, увидев его, ничуть не удивился. Наоборот, он подошёл ближе, оперся на косяк двери и с лёгкой усмешкой приподнял бровь:
— Что, не рад меня видеть?
Видя, что тот молчит и смотрит на него с настороженностью, чёрный Се Чжичжай усмехнулся:
— Зачем так злобно смотришь? Если бы я не пришёл вовремя, твой питомец уже был бы мёртв.
Упоминание Шэнь Юйюй немного смягчило выражение лица Се Чжичжая. Он обошёл чёрного двойника и подошёл к корзинке на столе.
Увидев внутри обугленный комочек, он побледнел и без колебаний протянул руку, чтобы влить в неё свою энергию.
— Я уже всё сделал. С ней всё в порядке, — спокойно произнёс чёрный Се Чжичжай, подходя сзади и с интересом наблюдая за его тревогой. — Сейчас она просто спит.
Но Се Чжичжай будто не слышал. Он продолжал направлять в тельце птенца струйки холодной белой энергии.
Чёрный Се Чжичжай не обиделся. Он с лёгкой насмешкой оглядел его с ног до головы:
— Давно не виделись. Твоя сила заметно выросла.
Убедившись, что Шэнь Юйюй действительно жива, Се Чжичжай провёл пальцем по её обожжённым перышкам, и в глазах на миг вспыхнула ярость.
http://bllate.org/book/10923/979118
Готово:
