Гвоздь Пожирателя Душ, вонзённый в грудь Цзян Лили, медленно выталкивался из её духа. Тонкие брови слегка сдвинулись от боли, но уголки губ всё же изогнулись в улыбке:
— Папа, разве ты не заметил, что со мной что-то изменилось?
Во время медитации она почувствовала рывок в духе — грубая, безапелляционная сила пыталась вырвать его наружу. Но дух Цзян Лили остался непоколебим. Теперь он стал совсем иным: если бы она сама того не захотела, Цзян Жухай ничем бы ей не повредил.
— Ты? Не может быть! — не верил своим ушам Цзян Жухай. Неужели Бай Маньчуань тоже дал ей амулет для перестройки корня духа? Но как Цзян Ли’эр могла вынести такую боль?! Он знал свою дочь: она никогда не выдержала бы отделения мяса от костей.
К тому же рост силы не означает укрепления духа.
— Если бы я и дальше оставалась такой беспомощной, зачем бы Пик Сюаньцзи взял меня? Из благотворительности, что ли?
Колокольчик в руке Цзян Жухая задрожал ещё сильнее; его звон стал тревожным и пронзительным, эхом разносясь по комнате. На поверхности колокольчика проступили трещины.
Цзян Жухай почувствовал резкую боль в груди и выплюнул кровь изо рта и носа — Гвоздь Пожирателя Душ начал отдавать обратный удар.
Цзян Лили опустила взгляд на грудь, стиснула зубы и с усилием вырвала Гвоздь из своего духа.
Звон прекратился мгновенно. В руке Цзян Жухая ничего не осталось — колокольчик рассыпался в прах. Острый, как клинок, порыв пронзил его море сознания. Его божественная сущность получила тяжёлое ранение, море сознания заколебалось, и перед глазами всё завертелось.
— Ли’эр, Ли’эр… Прости отца! Я ошибся! — умолял он.
Цзян Цзинь, увидев его жалкое состояние, вдруг расхохотался — то смеясь, то рыдая, словно сошёл с ума.
— Я — не твоя Ли’эр, — холодно ответила Цзян Лили.
Перед глазами Цзян Жухая окончательно потемнело. Его море сознания рушилось. В последней попытке угрозы он прохрипел:
— Не забывай: в твоём духе всё ещё осталась демоническая энергия! Если об этом узнают, тебе несдобровать!
С этими словами он рухнул на пол и затих.
Цзян Лили осталась одна, паря над ритуальным кругом. Цзян Жухай и Цзян Цзинь ещё дышали — не умерли. Но глубоко укоренившееся в ней представление не позволяло ей убивать. По крайней мере, сейчас она не могла поднять на них руку.
Она одним ударом ноги разрушила ритуальный круг и вернула дух в тело.
Была уже глубокая ночь. Только лунный свет проникал сквозь оконные решётки, озаряя пол.
Цзян Лили вышла из дома и присела на галерее, глядя на тёмное озеро, освещённое луной. Его поверхность была спокойной, но вдруг появилась рябь, быстро переросшая в волны. Из воды стремительно вырвалась огромная тень.
Цзян Лили остолбенела: прямо на неё неслась гигантская змея. Её голова, больше чем таз, врезалась в перила, а язык, толщиной с запястье Цзян Лили, скользнул по её талии — чуть не сбросив девушку наземь.
— Сюаньсы… — пробормотала она, едва успев прийти в себя. — Ты разве не помнишь, как сильно испугал меня в прошлый раз? Как ты так вырос?!
Она погладила его холодную голову.
— Он всегда был таким, — раздался голос позади.
Цзян Лили шагнула вправо и только тогда увидела человека, которого до этого скрывало туловище чёрной змеи. Бай Маньчуань мягко опустился на хвост змея. Тот немедленно замер, перестав вилять, и жалобно высунул язык.
Бай Маньчуань продолжил:
— Хэлянь напичкал его чем-то и нарушил печать.
Цзян Лили обеспокоенно прошептала:
— Надо учить тебя не есть всё подряд.
Она вдруг спохватилась:
— Муж, а ты как здесь оказался?
— Ловить его, — ответил Бай Маньчуань, словно неумолимый судья. От этих двух слов чёрная змея сжалась и спрятала голову за спину Цзян Лили.
Цзян Лили лишь вздохнула:
— …Глупая змейка. Тебя теперь даже Лешаньский Будда не спрячет.
— Посмотри, уже так поздно… Может, заберёшь его завтра? — попросила она за несчастное создание.
Бай Маньчуань помолчал и согласился:
— Хорошо.
Он сошёл с хвоста змея, и тот тут же попытался юркнуть в дом.
— Не смей! Ты раздавишь дом! — поспешно остановила его Цзян Лили.
Чёрная змея обиженно свернулась во дворе. Её глаза, словно два фонаря с горящими внутри свечами, были мокрыми от слёз.
— Молодец, иди поплавай в озере.
Змея не отходила от неё ни на шаг. Цзян Лили пришлось спуститься и проводить его к берегу, чтобы он нырнул в воду.
Она обернулась к Бай Маньчуаню:
— Ты уходишь?
Бай Маньчуань замер:
— Есть дело?
Цзян Лили покачала головой. Просто ей стало немного одиноко, и захотелось домой.
Бай Маньчуань взглянул на неё и шагнул вперёд, остановившись рядом.
Цзян Лили удивилась и обрадовалась. Её глаза блеснули в лунном свете, уголки губ приподнялись:
— Иллюзорный лабиринт на проверке — твоя работа?
— Да.
— Он позволяет увидеть самых желанных людей?
Она вспомнила улыбки родителей, и холодок в сердце начал таять.
Бай Маньчуань повернул к ней лицо:
— Иллюзорный лабиринт отражает самые глубокие желания и страхи. Чтобы выбраться, нужно не поддаться ни одному, ни другому.
Значит, без пилюли прорыва барьера ей снова пришлось бы пережить смерть родителей.
Цзян Лили молча смотрела на озеро. Сюаньсы плавал в воде, и его движения рождали мерцающие блики. Но ведь она хоть и на миг, но снова увидела их — этого уже достаточно.
Она успокоилась и, чтобы заполнить тишину, сказала:
— Я уже на пятом уровне стадии основания основы.
— Да.
Её достижения Бай Маньчуаню были видны с первого взгляда.
— Когда я достигла основания основы, небо озарили прекрасные зарницы… Жаль, я успела взглянуть всего раз. Хотелось бы сфотографировать.
Бай Маньчуань промолчал.
Цзян Лили продолжила:
— Почему моё море сознания — это озеро? Неужели я вместе с ним унесла и воду из Сюйхая?
— Облик моря сознания у каждого свой и может меняться вместе с внутренним состоянием.
— А у тебя какое? Лёд?
— Да.
— Но ведь ты же огненный корень духа?
— Да.
— У тебя что, автоматический ответ настроили? — фыркнула она, недовольно глянув на него.
Бай Маньчуань вопросительно приподнял бровь.
Цзян Лили лишь улыбнулась и перевела тему:
— Муж, дай мне свой канал связи. Чтобы, если Сюаньсы снова сбежит, я могла сразу сообщить тебе.
Бай Маньчуань поднял руку. Его длинные пальцы в лунном свете казались выточенными из нефрита. Сведя два пальца, он начертил в воздухе амулет.
Амулет мгновенно оформился: мерцающие линии вспыхнули белым светом и вонзились в Духосвязующий артефакт.
Лунный свет, словно тонкая вуаль, окутывал это место. Казалось, в этом мире остались только они двое и одна змея, переворачивающая всё вокруг.
Рядом с ним, даже в молчании, чувствовалось спокойствие.
Сюаньсы, услышав своё имя, тихо подплыл ближе и вдруг вынырнул, обдав Цзян Лили брызгами.
Бай Маньчуань уже отступил на несколько шагов. Его одежда развевалась, но ни одна капля не коснулась его — он увернулся мгновенно.
Цзян Лили: «…Спокойствие, конечно».
На следующий день, когда пришло время уводить Сюаньсы, тот катался по земле, как ребёнок, отказывающийся идти в детский сад. Теперь он стал огромным — одним взмахом хвоста сносил деревья и камни, чуть не сравняв с землёй двор нового дома Цзян Лили.
Бай Маньчуань нахмурился:
— Ты становишься всё дерзче.
Змея снова спрятала голову за спину Цзян Лили.
Цзян Лили мысленно вздохнула: «Дурачок, ты не к тому обращаешься. Бай Маньчуань нас обоих запросто отправит в полёт!»
Но, как обычно, непослушного ребёнка победил строгий отец. Бай Маньчуань схватил змею за хвост и увёл прочь.
Та болталась в воздухе, широко раскрыв пасть в беззвучном крике, будто старая верёвка, обречённо развевающаяся на ветру.
Цзян Лили помахала ему:
— Веди себя хорошо.
Проводив их, Цзян Лили отправилась к Юньси, жившей на соседнем холме. Её жилище было похоже на дом Цзян Лили — такой же скромный двухэтажный домик. Перед ним раскинулся большой питомник с разнообразными растениями.
Юньси была довольна прогрессом Цзян Лили. В день, когда та достигла основания основы, над домом гремел гром. Юньси, опасаясь, что что-то пошло не так, всё это время дежурила неподалёку и ушла, лишь убедившись, что ученица в порядке.
Об этом Цзян Лили ничего не знала. Сегодня начинались её первые занятия — индивидуальные, и она с нетерпением их ждала.
Юньси спросила:
— Ты уже слилась со своим родным растением духа?
Цзян Лили кивнула. Она как раз хотела спросить, что это за растение. В ладони она материализовала его образ и протянула наставнице:
— Учительница, вы знаете такое растение?
Юньси удивилась:
— Разве ты сама не знаешь, с чем слилась?
Цзян Лили смутилась:
— Я раньше не обратила внимания… Оно как-то само проникло в мой корень духа.
— Дай посмотреть.
Юньси внимательно осмотрела растение и нахмурилась:
— По форме напоминает растение из Средних Миров — одуванчик.
Одуванчик?
Цзян Лили вдруг всё поняла. Вот почему ей показалось знакомым это растение с зубчатыми узкими листьями! Это же листья одуванчика! Она так усердно искала среди редких духовных растений, что упустила из виду обычное.
Неудивительно, что её родное растение такое самоуверенное — просто оно слишком мало повидало света.
— То, что оно слилось с твоим корнем духа, говорит о том, что это не простая трава. Даже если его ранг невысок, по мере роста твоей силы ты сможешь очистить и улучшить его, — утешала Юньси.
Цзян Лили кивнула.
Юньси не стала сразу учить её техникам. У Цзян Лили слишком слабая база — нужно начинать с самого начала.
Для культиваторов с древесным корнем духа любая техника неразрывно связана с растениями. Чтобы применять их эффективно, нужно знать свойства растений.
— Родное растение духа защищает твой корень духа, но ты также можешь очищать другие растения и помещать их во внутреннюю обитель.
Юньси продемонстрировала ей своё родное и очищенное растения.
Её родное растение — бамбук первого ранга, а очищенное — мягкое и гибкое. Так жёсткое и мягкое дополняли друг друга.
— На Пике Сюаньцзи собраны почти все растения Верхних Миров — от седьмого ранга до уровня «Цзы». Подумай, какое растение станет твоим первым очищённым.
— Как только ты очистишь первое растение, сможешь брать задания клана.
Время в горах летело незаметно. Если бы не смена времён года и восходы с заходами солнца, можно было бы и не заметить, как проходят дни.
Цзян Лили построила на берегу озера бамбуковую платформу, скрепив её водяными лианами. Весной лианы зацвели мелкими цветочками, и вся конструкция выглядела довольно мило.
Она сидела на платформе. Вокруг неё начали появляться полупрозрачные мясистые лепестки. Они росли на ветру, становясь всё плотнее, принимая форму лотоса, с красноватыми кончиками и желеобразным блеском.
Когда последний лепесток сформировался, все они стремительно сжались и собрались в её ладони. Цзян Лили сжала пальцы.
Во внутренней обители рядом с родным растением появился маленький мясистый цветок, похожий на лотос.
Её первое очищенное растение — Цзычи Ляньхуа. Защитное растение, толстое и выносливое.
Рядом с ним родное растение выглядело особенно неприметно и обыденно.
Листья одуванчика дрогнули в знак недовольства.
Цзян Лили глубоко вздохнула и открыла глаза. В этот момент Духосвязующий артефакт подал сигнал.
Она вошла в Небесный Дворец и увидела новое сообщение.
Кто-то написал, что заметил нестабильность ци на Фэнтанчжоу — весь регион постепенно теряет энергию.
Фэнтанчжоу был настолько глухим местом, что в теме было всего два-три ответа, и те издевались: «Ци на Фэнтанчжоу когда вообще была стабильной? Всё равно там пустыня — пусть себе исчезает».
Через несколько дней Бай Маньчуань снова привёз чёрную змею:
— Мне предстоит отлучиться ненадолго. Если оставить его на Покрытой Облаками Вершине, он всё равно сбежит к тебе.
Сюаньсы снова принял компактный облик, стал гораздо удобнее. Он мгновенно юркнул в рукав Цзян Лили и высунул голову, чтобы оценить Бай Маньчуаня.
Тот взмахнул рукавом и поставил на землю большой сундук:
— Когда вернусь, проверю. Если не всё прочтёшь — запру тебя в задних горах на десять лет без права выхода.
Змея: «Как же тяжело… Хочется плакать».
Цзян Лили всё поняла: Бай Маньчуань, скорее всего, отправляется на Фэнтанчжоу.
Главной героине пора выходить на сцену.
От одной мысли о дальнейших событиях у неё заболела голова. Может, стоит воспользоваться моментом и разорвать отношения с Бай Маньчуанем? Сейчас у неё есть шанс вырваться из сюжета.
Она колебалась. Ведь Бай Маньчуань пока ничего плохого ей не сделал. Наоборот — помогал и направлял. Без него она вряд ли дошла бы до этого.
Если сюжет не сойдёт с рельсов, она точно не станет устраивать беспорядков, как оригинал. Может, всё и дальше будет идти так же спокойно…
Нет-нет, эта мысль опасна.
http://bllate.org/book/10270/924092
Готово:
