Автор говорит: Сегодня праздник Середины осени! Всем милым читателям — счастливого Чжунцю! Каждому, кто оставит комментарий, автор пришлёт небольшой красный конвертик с пожеланиями. Целую вас и люблю!
Силы вернулись после еды, и Су Юэсиу отправилась во двор проверить развешенные травы.
К счастью, хотя она проспала целый день, Ланьхэ отлично за ними присмотрела.
Лу Цинфэн ушёл в зал для совещаний ещё до её обеда — там всё ещё решали, как наказать «Пчелиного Похитителя». Скорее всего, просто пошёл поглазеть на шумиху.
Собрав травы и убрав их под навес, Су Юэсиу подошла к персиковому дереву у стены двора.
Сезон цветения и плодоношения прошёл, дерево стояло голое, лишь кое-где мелькали отдельные листья.
Она попыталась собрать внутреннюю энергию и прыгнуть на дерево.
Первый раз — неудача.
Второй — тоже.
Третий — опять безуспешно.
…
Тринадцатый — взлетела наполовину и рухнула вниз.
…
Двадцать шестой — наконец добралась до самой верхушки.
Но не успела она даже широко улыбнуться, как тут же свалилась вниз.
— Ай-ай-ай!
Упала лицом в землю, распластавшись звездой.
К счастью, заранее предусмотрела и положила под деревом матрас — иначе точно набила бы синяки и шишки.
Ланьхэ вернулась со двора и, увидев госпожу, распростёртую на земле, бросилась к ней:
— Госпожа Су, что с вами случилось?
Последние дни поведение госпожи Су казалось… слегка странным.
— Ничего страшного, — пробормотала Су Юэсиу, потирая нос. Даже с матрасом всё равно больновато.
— Позвольте проводить вас в комнату отдохнуть.
— Хорошо.
На сегодня тренировок хватит. Впереди ещё много дней — можно двигаться понемногу.
Су Юэсиу поднялась с земли и вместе с Ланьхэ направилась в дом.
Ланьхэ стала застилать постель, а она пошла принимать ванну. Закончив все дела, легла спать.
Хотя на самом деле она уже проспала целый день и совсем не чувствовала сонливости.
Но раз уж наступила ночь, надо соблюдать правила — ночью полагается отдыхать.
Правда, лёжа в постели, так и не смогла уснуть.
«…тридцать три овечки, тридцать четыре, тридцать пять… девяносто девять, сто! Ладно, спать не буду».
Досчитав до ста, Су Юэсиу махнула рукой на сон и решила просмотреть воспоминания прежней хозяйки тела. И обнаружила, что та знала немало.
Лу Цинфэн был прав: её учитель владел множеством искусств, и потому она тоже многому научилась.
Искусство ловушек, искусство маскировки, искусство подражания голосам, лёгкие движения…
Всё без исключения.
Но как всё это объединить воедино?
Лёгкие движения она только что тренировала — даже простой прыжок давался с трудом, сколько раз ни падала.
В искусстве ловушек, опираясь на память, она уже уловила кое-какие принципы. Искусство маскировки требует практики для совершенствования.
А вот насчёт подражания голосам…
— Привет, — прошептала Су Юэсиу, сосредоточившись и следуя наставлениям учителя из памяти.
Раз, два…
Постепенно она и заснула.
*
Утром, подойдя к окну, она увидела, как мягкий свет с востока залил двор.
Су Юэсиу глубоко вдохнула — в воздухе смешались аромат цветов во дворе и запах лечебных трав под навесом. Просто блаженство!
Ланьхэ принесла завтрак, и Су Юэсиу велела расставить блюда на каменном столике во дворе. После умывания она вышла позавтракать.
Был прекрасный, ясный, солнечный день!
После еды Су Юэсиу сначала вынесла травы на солнце, потом подобрала юбку и пробежала несколько кругов. Затем вытерла пот, вымыла руки, привела себя в порядок, взяла бодрящие благовония и бодрящие пилюли и отправилась во двор госпожи Пэй.
Она специально пришла не в то время, когда Лю Жуошан и другие приходят кланяться, поэтому застала там только одну госпожу Пэй.
— Госпожа, я пришла сделать вам иглоукалывание, — прямо сказала она, не вступая в долгие объяснения.
Госпожа Пэй уже была готова к этому и лишь поблагодарила, приказав служанкам приготовить горячую воду и полотенца, после чего те вышли и встали за дверью.
Когда всё было готово, Су Юэсиу зажгла бодрящие благовония и приняла бодрящую пилюлю.
Так как госпожа Пэй находилась в сознании, помощь Ланьхэ не требовалась — та сама сняла одежду и села на кровать.
— Госпожа, процедура будет очень болезненной. Если не сможете терпеть, кусайте вот этот платок, — сказала Су Юэсиу, подавая горячее полотенце.
Госпожа Пэй, хоть и выглядела мягкой и нежной, была женой главы Лиги — значит, простой особой быть не могла.
В молодости она отлично владела мечом, и внутренняя энергия у неё была немалая.
Она не отказалась, взяв полотенце:
— Хорошо.
Однако кусать его не стала.
Су Юэсиу, конечно, не стала настаивать. Достав золотые иглы, она начала работу.
*
В зале для совещаний наконец-то договорились, как наказать «Пчелиного Похитителя»: на Большом Собрании Воинов, перед всеми героями Поднебесной, его следует очистить кожу и вырвать жилы.
А пока — отрубить ему одну руку и заточить в подвал.
Лу Цинфэн пару раз щёлкнул веером и, прищурив красивые миндалевидные глаза, обратился к Лю Жуошан:
— Госпожа Лю, простите мою дерзость, но позвольте спросить: какова ваша связь с генералом Лю Аотянем?
Что за вопрос?
Все присутствующие замерли, недоумённо глядя на него — никто не понимал, к чему он клонит.
Лишь немногие из посвящённых насторожились и удивились.
Лю Жуошан резко побледнела!
— Никакой, — коротко ответила она.
Ответ прозвучал настолько неестественно, что все сразу поняли — она лжёт.
Теперь остальные окончательно растерялись.
По выражению лица госпожи Лю было ясно: связь есть!
Но ведь один — великий генерал, другая — приёмная дочь главы Лиги. Кроме фамилии Лю, между ними нет ничего общего!
Лу Цинфэн с лёгким щелчком захлопнул веер, поднёс его к лицу и покачал:
— Нет, ваше выражение лица прямо кричит: вы врёте.
Лю Жуошан холодно и гордо взглянула на него и больше не ответила.
Лу Цинфэн пожал плечами и не стал настаивать.
Присутствующие переглянулись, начав строить догадки.
Пэй Шиюань решил сгладить неловкость:
— Раз уж решение принято, можете расходиться.
Раз уж сам глава Лиги сказал, возражать никто не посмел и стали прощаться.
Но в этот самый момент ученик доложил: прибыл генерал Лю!
Вот это поворот! Только что обсуждали связь госпожи Лю с генералом — и вот он сам пожаловал.
Все, кто уже поднялся, снова уселись на места.
От Лю Жуошан внезапно повеяло лютой ненавистью. Она вцепилась пальцами в край кресла, глаза полыхали яростью. Если бы Пэй Ханьно не положил ладонь на её руку, она бы уже выскочила наружу.
Остальные этого, возможно, и не заметили, но Лу Цинфэн и Цзюнь Яньчжи видели всё отчётливо.
Значит, она действительно связана с Лю Аотянем!
Пэй Шиюань взглянул на Лю Жуошан — взгляд был сложным, но в основном полным сочувствия.
Подумав немного, он сказал:
— Шанъэр, сходи проверь Синьюй. Её заставляют писать иероглифы — посмотри, сколько успела.
Это был явный предлог, чтобы увести её прочь. Лю Жуошан прекрасно это понимала, но всё равно подчинилась:
— Слушаюсь, приёмный отец.
Она встала и вышла, оставив жаждущих зрелища разочарованными. Среди них был и Лу Цинфэн.
Пэй Ханьно, неспокойный за неё, тоже встал:
— Отец, я тоже схожу посмотреть.
Пэй Шиюань кивнул.
Пэй Синьюй недавно начали сватать, и чтобы усмирить её своенравный нрав, госпожа Пэй приказала ей каждый день писать по десять листов крупных иероглифов. Пока не закончит — из комнаты не выходить.
*
Прошёл ещё один день. Когда солнце стало садиться, Су Юэсиу вынула иглы.
Как и вчера, сразу после процедуры она обессилела и рухнула на пол.
Госпожа Пэй чувствовала себя лучше, чем Лю Жуошан, и быстро оделась, чтобы помочь Су Юэсиу сесть за стол и налить ей воды.
— Спасибо вам, госпожа Су. Вы проделали огромную работу — вылечили не только мою дочь, но и меня. Если вам когда-нибудь что-то понадобится, весь род Поместья Ухэн готов последовать за вами хоть в огонь, хоть в воду.
— Госпожа преувеличиваете. Если бы не вы когда-то оказали доброту моему учителю, меня бы здесь не было.
Су Юэсиу говорила искренне. Без госпожи Пэй её учитель, возможно, и не выжил бы — а значит, не было бы и её самой.
Что до будущих услуг Поместья Ухэн… Лучше об этом не думать. Она совершенно не хотела больше иметь дел с этими важными особами.
Завтра приготовит лекарства — и в путь!
*
Вернувшись во двор, Су Юэсиу сразу упала в постель и проспала до самого полудня следующего дня.
Ланьхэ давно приготовила еду и, как только та проснулась, подала обед.
Вдоволь наевшись, Су Юэсиу приступила к приготовлению лекарственных пилюль.
Это не особенно утомительное занятие, просто требует много времени.
Когда стало скучно, появился Лу Цинфэн — весь сияющий и довольный.
— Сюйэр, угадай, какой я узнал потрясающий секрет?
Су Юэсиу, помешивая огонь в печи веером, лениво взглянула на него:
— Лю Жуошан — родная дочь генерала Лю!
Шума в саду было предостаточно — она всё слышала. А учитывая настроение Лу Цинфэна, скорее всего, в саду Лю Жуошан и Лю Аотянь устроили разборку.
Как и в книге: Лю Аотянь оказался слабее своей дочери, и если бы не вмешался Пэй Шиюань, тот бы погиб.
— Откуда ты знаешь? — изумился Лу Цинфэн. Он ведь слышал от Ланьхэ, что она всё утро провела за приготовлением лекарств.
— Догадалась, — уклончиво улыбнулась Су Юэсиу.
Лу Цинфэн: «…»
Она угадала?! Да ещё так точно?!
— Верно, Лю Жуошан действительно дочь Лю Аотяня. И ещё…
Лу Цинфэн рассказал всю историю их вражды и в завершение вздохнул:
— Я всегда считал его верным и бесстрашным генералом, а оказывается, правда так уродлива.
В Цзиньцийском государстве уже лет пятнадцать нет войн, и Лю Аотяню нечем заняться. Поэтому он придумал себе славу — большинство добрых отзывов о нём распространял он сам.
Сегодня Лю Жуошан прямо в лицо обвинила его — получилось настоящее унижение!
— Лицо видно, а сердце — нет, — сказала Су Юэсиу.
Она ведь читала оригинал, и характеры, и судьбы почти всех персонажей ей известны. Поэтому внутри не было ни волнения, ни удивления.
— Почему ты так спокойна? — Лу Цинфэн с досадой смотрел на неё. Он узнал эту сплетню и первым делом прибежал поделиться, а она даже бровью не повела!
Впервые в жизни он почувствовал, что такое разочарование.
— Это чужие дела, меня они не касаются. А как ещё мне реагировать?
Честно говоря, она не так уж любопытна. Ведь есть поговорка: любопытство губит кошек!
Стемнело, Лу Цинфэн уже ушёл.
Су Юэсиу разложила готовые пилюли по заранее приготовленным фарфоровым флаконам и сказала Ланьхэ:
— Не забудь хорошенько потушить огонь, а то пожар может начаться.
В такую сухую погоду особенно легко вспыхнуть.
Ланьхэ — ответственная девушка — похлопала себя по груди:
— Обязательно всё потушу!
Су Юэсиу взяла флакон и пошла к госпоже Пэй.
По пути, конечно, пришлось проходить через сад.
Только она вошла в лунные ворота и оказалась у длинной крытой галереи, как вдруг впереди поднялся ветер, лепестки закружились в воздухе.
Лю Жуошан с белой лентой в руках сделала два переворота в воздухе, подхватила алый цветок граната и, словно нежно, но с мощной силой, метнула его в девушку напротив, которая крутила зелёный кнут.
Та резко присела, прогнулась назад и едва успела увернуться. Её миндалевидные глаза, похожие на глаза Лю Жуошан, полыхали злобой и обидой.
В следующее мгновение она провела ногами полукруг по земле, собрала ци в ладони, ударила в землю и, используя отдачу, взлетела вверх. Правой рукой закрутила кнут в спираль и метнула его, чтобы опутать Лю Жуошан.
Лю Жуошан не спешила. Лёгким движением ступни она приземлилась на гранатовое дерево. Как только кнут приблизился, она метнула белую ленту, и та, словно скользкий змей, обвила его по спирали.
Благодаря мощной внутренней энергии противница не могла вырвать кнут и только топнула ногой от злости:
— Лю Жуошан, ты мерзкая тварь! Сердце у тебя змеиное! Ты бесстыдница, убиваешь собственного отца! Ты отвратительна!
Лю Жуошан презрительно усмехнулась. Родинка под бровью на закатном свете выглядела особенно ярко — и особенно соблазнительно.
http://bllate.org/book/9927/897497
Готово:
